Я сделаю всё, чтобы ты улыбался!

-Да я и не устал сильно. –улыбаясь, сказал я. -Ничё не знаю, я тебе уже картошечку достала. –утаскивая меня, констатировала Мил. -Ну за картошечку я готов хоть 100 лет пахать. –ответил я. -Согласен, картошечка святое. –хихикнув, сказал Габри. -Ещё один любитель картошки! Собрат! Я быстро подбежал к нему и пожал руку. Он лишь улыбнулся и погладил меня по голове. -Ты такой жизнерадостный. Солнышко, никак иначе. Слушай… У меня к тебе предложение, от которого ты не откажешься. -Хочешь позвать его в «Вопль»? –спросил Рашид, поглядывая на меня оценивающе. -«Вопль»? Так твою постановку всё же поставят, Габриэль! Поздравляю! –воскликнула Милли. -Спасибо. Так вот. Нам нужен мальчик, примерно твоего роста и характера. Будешь играть сына преподавателя главного героя. –начал объяснять мне Габри. -А расскажите про всю постановку. И что за «Вопль»? Почему такое название? –спросил я. -Полное название «Истошный вопль боли». Эта история рассказывает про парня, одного из редких экземпляров, так сказать. В этом мире идёт чёткое распределение на 2 группы, на тех, кто связан с пустошью, и тех, кто привязан к вратам. Пустошь-это что-то типа того, что обычно собрано в чернокнижничестве. Ритуалы, жертвоприношения, воскрешения, игры с дьяволом, сделки и всё прочее. Иначе говоря, тёмная магия, а пустошь, по сути, это просто место, от куда течёт эта ветвь. Врата же попросту не имеют способностей к этому. –начал рассказ Габри. -Звучит уже многообещающе. –подметил я. -Да. У пустоши есть метка, она может быть в любом месте на теле человека. И в зависимости, в какой она области, даёт тебе определенные возможности. Например, если метка на голове или шее-это общение с мёртвыми, призывы, воскрешение, телепатия, в зависимости от того, к чему предрасположен и что развиваешь. Так же таким людям даются проклятья. Метка от ключицы до таза даёт силы внушать определенные эмоции человека, чувствовать ложь и правду, создавать клона или же самому быть двойником человека. Ниже таза-телепортация, способность, скажем так, вселяться в животных и в некоторых людей, а также в физическом плане характеристики у них выше. -Чёрт возьми, хочу прочитать такой комикс. –сказал я. Это ведь безумно интересно! Эти силы и так далее. Такого я ещё не видел. -Может так и случится. На нашем представлении будет один человек, который может открыть нам этот путь. Эх, если всё удастся!.. –воскликнул Габри, явно волнующийся по этому поводу. -Всё удастся, вот увидишь! –стала успокаивать его ананасик. -А когда сама постановка? –сказал я. -Понедельник. –ответил Рашид. -Вы психи! Всего сутки! Даже меньше! –возмущалась стихописец. -У него реплики 2 и появляется он ближе к концу. Всё будет хорошо. -Рассказывай дальше. –сказал Раш, подталкивая Габриэля. -Ладно-ладно. Но так случилось, что врата начали бояться пустошь и стали медленно, но верно истреблять их. В итого, те, что выжили, стали скрываться. Время шло, общество менялось, но пустошь стала изгоем. Их гнобили, хотя они жили подле врат, учились в их школах, работали с ними. Но, стоит отметить, многие скрывали это, чтобы попросту не быть изгоем общества. И главный герой как раз пустошь. -И об этом узнали? -Об этом знали все. Его родители уважаемые врачи, мать психолог, внушающая эмоции, а папа хирург, способный в крайнем случае воскресить пациента. И сейчас он учится на детектива, тем более, что он может говорить с мёртвыми. И вот он устроился в какую-то кафешку для подработки, и его босса убили. Он приходит выяснить, кто, но оказывается, что это не убийца, а маньяк. Ну и он вместе с полицией и пустошью ищет этого маньяка. –закончил рассказ Габри. -Всеми руками за участие! –воскликнул я. -Отлично! Малыш найден. –крикнул Рашид. -Минус проблема! Напомните мне потом, я дам ему сценарий с его сценой. –внезапно сказала Мэри, подходя к нам. Так как они с Агнес искали реквизит в этой комнате, они всё прекрасно слышали. -В общем. Мы нашли подносы, тарелки, скатерти, одну рапиру, что нам на руку, старые письма и бумаги, кинем их на стол. Есть канделябры, ручки всякие старинные, столы возьмём у старичков, кровь у них тоже вроде была. Так, что ещё. –перечислила Агнес. -Если что по ходу разберемся. Идёмте к остальным. –сказал Рашид, направляясь, как я понял, в наш бальный зал. Ананас взяла меня за руку и повела в зал. Это на руку, так как тут столько разветвлений, ужас какой-то! А ведь снаружи выглядит не таким большим, как кажется внутри, как Тардис из Доктора Кто. -Рыжик, ты это. Если тебя сильно к деятельности будут привлекать, шли их на ху… на три буквы. Они актёры ещё те конечно, но аферюги они прям ужас какие. «Аферисты в сетях» офигеют, когда узнают, что они проворачивали. –тихо сказала мне Мил. -Не волнуйся, я самостоятельный. Если что, Рафика позову! Он им пау пау в попку сделает, и всё. Милли так громко и заливисто рассмеялась. Дело в том, что эта шутка про Рафика её авторства и была она использована, когда я ей рассказывал про Суслика. Мол она грозилась, что расскажет Рафику, а тот Суслику пау пау в попу из револьвера сделает. Эх, воспоминания. -Так, харе ржать! –возмутился Рашид. -Оцтань! Бен, он меня обижает! –крикнула стихописец главе актёрской компании. -Так. Мил. Ты тише смейся. А ты, Рашид. Можно было и по мягче, но и так нормально сказано. –сказал Бен, подходя к нам. -Ах ты вот так да?! –восклинкула Мил.