Гарамант и всевидящее око

Мальчишки еще переваривали мысль о том, для чего им может пригодиться эта куча хлама, а старшего ученика уже и след простыл. - Ну и что нам делать с этим хламом? - Возмутился Рет. - Разбирать. Что можно использовать - подремонтируем, остальное выкинем.- Прагматично заметил Гари. Только вот куда здесь девают мусор им Серапис почему-то не сказал. - Выкидывать ничего не надо, бабушка говорила, что в горах бывают холодные ночи. - Внес свою лепту в общее решение парень с бабушкиным аспидом. Нирей, вспомнил Гари и спросил его: - А где твой аспид? - Он не мой, скорее всего вернулся к бабушке сразу, как меня определили в храм.. А меня никто не выбрал. - Огорченно шмыгнул носом мальчишка. - Да ладно, меня тоже никто не выбрал! - Хлопнул его по плечу Омфал. - Нам же меньше забот! "Искорка!" Мысленно хлопнул себя по лбу Гари с буквально ссыпался вниз по лестнице. Заинтригованные мальчишки рванули следом, в прохладную тень домика. Котомки все так же лежали на лежанках. Проморгавшись после яркого солнца все разбрелись - кто взялся разбирать вещи, кто бродил по домику, изучая обстановку подробнее. Гари же первым делом вытянул футляр из драконовой кожи. Мешочек был пуст. Впрочем, знакомый свист из-за спины не дал времени испугаться как следует. Искорка, как только хозяин повернулся к ней, подмигнула, мазнув хвостом по иероглифу над полкой, на которой она в данный момент сидела. Гари показалось, что рисунок слегка вспыхнул, бросив желтый отсвет на чешую ящерки. Мальчишка ткнул пальцем в глаз Гора, чтобы убедится, что это просто рисунок на глине. Однако, едва он коснулся рисунка, и сам иероглиф, и ладонь Гари окутались мягким светом, который почти сразу втянулся в зрачок, так там и оставшись. - Ух ты! а что это было? - Соседей по домику привлекла вспышка и они столпились у Гари за спиной, с опаской взирая на горящий глаз. Искорка, словно что-то зная, показала им язык и повернулась к ребятам спиной, задорно помахивая свесившимся с полки хвостиком, мол "возьмите меня, если сможете!" - Это защита. - Нерешительно произнес Зубери. - Гари её активировал и теперь все, что лежит на этой полке, может взять только он. - Что, правда? - А как ты сделал? - А что, прям никто-никто? Вопросы посыпались, как ячменное зерно из порванной торбы. Только Гари не знал на них ответов, как и Зубери, которому тоже мало что было известно. Ребята разбежались каждый к своей лежанке. Да, у каждого нашлась полка с глазом Гора. Только как бы не прикладывали ладонь, тыкали пальцем - защита безмолвствовала. И только Искорка ехидно щурилась, глядя на безуспешные попытки, словно чего-то зная. Например, что защиту лучше ставить под присмотром мага. Или магического животного, которое не позволит чужаку активировать защитное заклинание вместо законного хозяина. И только Рет смутно подозревал, что без ящерки здесь не обошлось. Но как человек, выросший в магическом мире, не решился попросить её помощи. Ведь тогда у зверька будет доступ к его пока только гипотетическим сокровищам. А вдруг они с Гари рассорятся? Поэтому он оставил тщетные попытки и вытащил из-под лежанки корзины. - А это зачем? - тут же заинтересовался Гари. - Ну, не хранить же вещи в котомке. Неудобно искать, что нужно. Вот в эту сложу, все для учебы, а сюда - свои вещи. Мысль показалась парню вполне здравой и он решил последовать примеру приятеля. Только начал он с того, что закинул на полку ящеркин домик. А потом начал выкладывать из котомки все приобретенное на рынке. Своих же вещей у него практически не было, так что с чистым сердцем он свалил все добро в одну корзину. Все равно пока значение многих предметов было ему неведомо, вот разберется что к чему, там и разложит как удобно. На заветную же полочку отправились лишь подарок старой Фебы, да остатки монет, аккуратно завернутые в лист от сладостей. То, что ребята не успели доесть на корабле, Гари отнес на общий стол. Рет такого альтруизма не одобрил, но и свои остатки отнес туда же, успев запихать в рот особо лакомые кусочки. Остальные ребята, оценив идею, тут же принялись потрошить свои котомки и на столе появились не только сладости из Карнака, но и привезенные ребятами из дома. Кефей, как вспомнил Гари, севший на галеру в храмовом комплексе, быстренько сбегал за водой к фонтану и даже вместе с водой принес немного новостей. Например, что девчонки уже вовсю чистят свой домик, только пыль столбом, но уже появились цветы у входа. Кто-то из старших посоветовал сходить до ближайшей рощи - набрать опавших веток, пока они там есть, пригодятся для очага в прохладные ночи. Правда тут же выяснилось, что советчик был подозрительно красноголов и поэтому ребята решили повременить с заготовкой дров. Зато так вот, сидя кружком, поедая общие сладости и запивая из восхитительно вкусной прохладной водой, они заново перезнакомились, ведь по дороге с пристани их было много и неизвестно кто в какой храм попадёт. Кефей, как оказалось, обладал даром превращать в лом что угодно. Ему для этого не требовались ни заклятья, ни зелья, ни руны. Все пророчили ему храм Анхура, но бог войны, видимо, побоялся конкуренции. Сам же парень был рад, что попал в другой храм и был преисполнен решимости закрепиться в нем. Несмотря на взрывные способности, человеком он был мирным и надеялся, что если и не избавится от своего дара, то хотя бы может использовать в мирных целях. Правда трудно пока представить в каких, вот многочисленная родня за долгое время так и не смогла... Зубери, смущаясь, признался, что он полукровка. Его мать, дочь магического семейства, выбрала себе мужа из ипфов, а по традиции их народа женщина выбирает отца своих будущих детей. К счастью, у него рано проявились магические способности, иначе бы родственники извели бы его отца, чтобы не портил магическую кровь их семьи. Что, впрочем, не спасало самого Зубери от насмешек чистокровных родственников и он был приятно удивлен, что ребята не обратили внимания на его "страшное" признание. И хотя следующим в круге сидел Гари, не знающий, что сказать о себе, слово вдруг взял Нирей. Тот самый, с аспидом. Рассказал, что его магический дар пробудился очень поздно, поэтому его травили не меньше, хоть его родители оба маги. Только они пострадали в той самой битве (все, кроме Гари, активно закивали) с сами знаете кем (опять же все изобразили понимание, стараясь откровенно не таращится на ничего не понимающего Гари) и до сих пор их ка находится между мирами Ра и Озириса, поэтому его, сколько он помнит, воспитывала мать отца и аспида она своего отправила присмотреть за непутевым внуком. К счастью змеюка была своенравная, больше гуляла где-то по своим змеиным делам, а после получения Ниреем заветного желтого камушка, исчезла окончательно. Омфал, коренной житель Красных земель, был сыном земледельца. Сами родители были ипфами, но хранили знание о предке, обладающим божественным даром. Поэтому они спокойно приняли известие жреца о том, что их сын не простой человек, а будущий маг. Он, как и Гефестина, получил образование при храме, но не был так усерден, поэтому знал только то, что положено знать неофиту. Ему даже маскирующее заклятье наложили не сразу и только потому, чтоб скрыть отрастающие волосы. Зато Рет смог похвастать, что в их семье маскирующее заклятье наносят чуть ли не с рождения. Сначала свое, семейное, при котором они спокойно сохраняют свой облик дома. Это чтобы себя не испугаться, когда в школе чары спадут. А вот когда становятся постарше, храмовники наносят защиту как у всех. К концу рассказа Рета Гари решился. Он сразу рассказал о том, что рос в семье дяди и ничего не знает о своих магических предках. И что хотел бы узнать, потому что он единственный в этом доме, который не знает ничего. Пока остальные ребята мялись, не зная, с чего начать, в дверь постучали...