Оправданный риск

Откровенно говоря, Шэнь Юань находится в панике. Нет, физически-то она находится в повозке, продолжающей свой мирный путь к демоническому царству. Но в этом и проблема — потому что Шэнь Юань, чёрт возьми, девушка двадцать первого века! Она обмахивается веером, пытаясь скрыть то, как учащено её дыхание. Пусть она и одна здесь, но нужно держать лицо. Очень симпатичное, стоит признать, лицо. Если бы не то, что оно принадлежит Шэнь Цинцю! Шэнь Цинцю! Главной злодейке из романа "Становление прекрасной принцессы демонов"! Которую эта самая принцесса демонов потом превратила в человеческую палку! Хотя, не то чтобы это было несправедливо — наоборот, Шэнь Юань была из тех, кто писал гневные простыни, что эта скотина отделалась слишком легко за то, что сбросила Бинхэ в бездну, а сама повернула против демонов всех заклинателей, в результате чего погибли родители Ло Бинхэ. Она надеялась, что когда Ло Бинхэ вернётся из Бесконечной Бездны с невообразимой силой — она использует на своей наставнице худшие из возможных пыток, но увы. Однако сейчас Шэнь Юань готова побить прошлую себя. Человеческая палка — слишком легко?! Воистину, как меняются взгляды человека, когда подобное грозит ему самому. Сосчитав до десяти и обратно, Шэнь Юань почти успокоилась. Если она сейчас продолжит паниковать — то это ни к чему не приведёт. Она не знает, как тут оказалась, поэтому и выбраться тоже не сможет. Хотя, память подсказывала ей, что, возможно, в реальном мире она и вовсе умерла. Весьма досадно. Теперь точно стоит вспомнить всё, что она знала об этой дрянной новелле, чтобы понять, как не умереть и в этот раз. Новелла, как понятно из названия, рассказывала о жизни Ло Бинхэ — юной принцессы демонического царства, рождённой из союза владыки демонов Тяньлан-цзюня и главы одной из школ заклинателей, дворца Хуаньхуа — Су Сиянь. Злоключения начались ещё задолго до рождения Бинхэ, когда старый глава дворца Хуаньхуа прознал о встречах Су Сиянь и Тяньлан-цзюня и, мучимый страстью к своей ученице, решил обманом поднять все силы заклинательского мира против Тяньлан-цзюня, а Су Сиянь привязать к себе, лишив выбора и перспектив. К счастью, Су Сиянь оказалась в нужное время в нужном месте, так что прознала про план старого мастера. Эта умная и хитрая лиса в итоге смогла свергнуть и уничтожить старого мастера, заняв место главы дворца. Она и Тяньлан-цзюнь заключили первый брак между демоном и человеком, чем положили начало сотрудничеству и объединению столь разных царств. К тому моменту, как на свет появилась малышка Ло Бинхэ — царства уже жили в мире и гармонии. Однако, это не мешало некоторым группам желать этот мир разрушить. Поэтому, в день, когда Бинхэ появилась на свет — её похитили из дворца. Спасаясь от погони, наступающей на пятки, похитители сплавили малышку в корзине по ледяной реке Ло, чтобы ниже по течению её перехватили их сообщники. Но судьба распорядилась иначе, и корзину выловила старая прачка, которая не смогла оставить ребёнка в таком состоянии. Она отнесла ребёнка домой, отогрев и покормив и, понимая, что никому в деревне девочка не нужна — решив вырастить её сама. Так демоническая принцесса получила имя Ло Бинхэ. Конечно же, родители Бинхэ времени зря не теряли, отправив на поиски дочки сотни и тысячи подчинённых, поэтому через пару дней в деревню прибыл отряд из демонов и заклинателей дворца Хуаньхуа, пытаясь выяснить не находил ли кто новорождённую девочку. Когда старушка вышла вперёд с маленькой принцессой на руках — отряд едва не упал ей в ноги. В мгновение ока её доставили во дворец, где Су Сиянь и плачущий Тяньлан-цзюнь долго благодарили её. Имя Ло Бинхэ принцессе оставили как память о спасении её жизни чудеснейшей женщиной, которая до конца дней своих счастливо прожила во дворце, как некровная бабушка Ло Бинхэ. Когда же Ло Бинхэ подросла, Су Сиянь решила, что ей стоит уделить больше времени развитию как заклинательницы, а не только как демонессе. Но сама Сиянь не могла уделить так много времени дочке, поэтому они обратились в школу Цанцюн. Которая, в ответ на такую просьбу, выслала в качестве наставницы принцессы вторую по старшинству в школе — горного лорда Шэнь Цинцю. Собственно, вот тут Шэнь Юань сейчас и находится. Ей осталось примерно половина дня пути до того, как она встретится со своей будущей смертью. Хотелось выпрыгнуть из повозки и скрыться в лесах, но, как назло, вокруг была сплошная степь демонических земель. Шэнь Юань — нет, Шэнь Цинцю, стоит привыкнуть к этому имени — осталось лишь расслабиться и плыть по течению. Сейчас она ничего не могла сделать, но постараться позже, чтобы Бинхэ не прониклась такой лютой ненавистью к наставнице — вполне в её силах. И почему только ей не дали какую-нибудь Систему, которая помогала бы с информацией о мире и стратегией поведения? Похоже, новеллы про попаданцев нагло врали. Во дворце её встречают со сбивающим с ног воодушевлением, источником которого является Тяньлан-цзюнь. — Проходите, горный лорд Шэнь, мы вас ждали, — едва ли не сияет он. — В пути не возникло никаких проблем? — Благодарю, путь прошёл спокойно, — степенно кивает Шэнь Цинцю, мысленно заливаясь истерическим смехом. Просто замечательный путь, никаких проблем, не считая того, что Шэнь Цинцю умерла, и её место почему-то заняла Шэнь Юань. — Если горный лорд Шэнь не против, то мы хотели бы представить вам Бинхэ сейчас, — ровно и величественно спрашивает Су Сиянь. — Конечно, было бы отлично познакомиться с Её Высочеством сразу, — соглашается Цинцю, и Су Сиянь подаёт одному из стражников жест, чтобы позвали Бинхэ. Чему быть, того не миновать, а пару сяоши отдыха не спасут ей жизнь. Когда за спиной открывается дверь, прерывая рассказ Тяньлан-цзюня о замке, Цинцю больше всего жалеет, что не может сейчас спрятаться за веером. — Матушка, отец, вы хотели меня видеть? — она чувствует между лопаток любопытный взгляд, пока девочка не подходит ближе, становясь бок о бок. — Бинхэ, познакомься, это твоя наставница — горный лорд Шэнь Цинцю из школы Цанцюн. Наконец Бинхэ может не скрываясь повернуться, разглядывая её. — Эта ученица рада познакомиться с вами, Шицзунь. Позаботьтесь обо мне, — вежливо кланяется Бинхэ. Цинцю тоже кланяется: — Эта наставница счастлива увидеть Её Высочество в добром здравии и с тягой к знаниям. Бинхэ всё ещё смотрит на неё своими огромными тёмными глазами, едва не склоняя голову набок от любопытства, и Шэнь Цинцю не может сдержать улыбки. Она помнит, что в оригинальном романе они двое не взлюбили друг друга с первого взгляда, но сама ничего не может поделать с тем, что девочка кажется ей совершенно очаровательной. — Наставница, вероятно, устала с дороги, давайте дадим ей отдохнуть, — прерывает их гляделки Тяньлан-цзюнь. — Я провожу! — тут же вызывается Бинхэ, наспех поклонившись родителям. — Благодарю, отдых не помешает, — степенно кланяется Шэнь Цинцю и следует за Бинхэ. Та то и дело забегает немного вперёд, а потом поворачивается, ожидая, пока Цинцю доберётся до неё. И то и дело смотрит украдкой, бросая быстрые взгляды. — Кажется, Ваше Высочество хочет что-то спросить? — не выдерживает Шэнь Цинцю. Бинхэ чуть краснеет, отворачиваясь. — До этой принцессы доходили слухи, что Шицзунь очень сурова. Но, честно сказать, вы не кажетесь мне суровой, скорее возвышенной, словно небожительница, спустившаяся на землю. Шэнь Цинцю ощущает, как пылают кончики ушей, и мысленно возносит молитвы создателю, что у этого тела такое отличное умение держать лицо. — Каждый видит в одном и том же человеке разное, — глубокомысленно отзывается она, чтобы хоть что-то ответить. Бинхэ сияет. — Шицзунь несомненно мудра. Эта ученица будет счастлива обучаться у Шицзунь. Нет, это совершенно невыносимо! Как это прекрасное создание, похожее на маленького пушистого щеночка, вообще может не понравиться? Шэнь Цзю, где были твои глаза и мозг? Или зависть их совершенно отключила? Наконец, они останавливаются у очередной двери, которую отворяет перед ними юркий демон. — Здесь недалеко библиотека, учебные классы и мои покои. Конечно же, есть прямой выход в закрытый королевский сад и сад, принадлежащий этой принцессе. Если Шицзунь захочет прогуляться - там её никто не потревожит. Вечером после ужина я проведу вам подробную экскурсию, а пока отдыхайте, Шицзунь. Если вам что-нибудь понадобится — слуги будут за дверью. — Благодарю, Ваше Высочество. — Зовите меня Бинхэ, Шицзунь. — Спасибо, Бинхэ, — легко соглашается Цинцю. Бинхэ сияет так, что стоит слишком больших усилий не потрепать её по мягким кудряшкам. К счастью, та с поклоном удаляется, а Цинцю, наконец, может позволить себе упасть лицом в кровать и, обняв подушку, закричать в неё. Она опасается, что первое впечатление было обманчивым, и они всё же не сумеют поладить, но всё идёт намного лучше, чем в самых смелых мечтах. Цинцю учит юную принцессу каллиграфии, держать меч, писать стихи, играть на музыкальных инструментах и рисовать. И, конечно же, помогает ей развить Золотое ядро и обучает контролю над ци. Бинхэ оказывается невероятно способной, вновь и вновь вызывая у Цинцю тёплое чувство гордости и ледяной гнев в сторону Шэнь Цзю из оригинального романа. Та утверждала, что "отродье" совершенно не поддаётся обучению. Это просто ты была говном, а не учителем! Помимо учёбы, они проводят много времени вместе, потому что Бинхэ с самого начала стала хвостиком бегать за своей наставницей, когда не занята. Цинцю не возражала — ей нравилось разговаривать с Ло Бинхэ, слушать её, спорить и соглашаться. Девочка была не по годам умна. И всё ещё напоминала маленького пушистого щенка, когда неслась к ней, радостно восклицая своё "Шицзунь!". Старейшина Мэнмо, обучающий Бинхэ управлению демонической энергией, то и дело фыркал на такое. Цинцю едва сдерживалась, чтобы не показать ему язык, поглаживая Бинхэ по волосам, пока та тараторила о новых успехах в освоении демонической энергии. На ежемесячных ужинах с королевской семьёй, она искренне хвалит Бинхэ за её успехи. И как же приятно видеть, что Су Сиянь и Тяньлан-цзюнь так любят и гордятся своей дочерью. Правда, практически каждый такой ужин заканчивается тем, что покрасневшая Бинхэ и веселящийся Тяньлан-цзюнь о чём-то яростно переругиваются — сколько Цинцю не старалась понять о чём они, но отец и дочка говорили какими-то загадками. Су Сиянь на это лишь закатывает глаза и вовлекает Цинцю в обсуждение новостей мира заклинателей. В свободное время Шэнь Цинцю и сама практикуется в каллиграфии, живописи, игре на инструментах, владении мечом и управлении ци. Если бы не это — она давно уже не смогла бы справляться с ролью наставницы одарённой Ло Бинхэ. Помимо прочего, приходится заниматься и обязанностями горного лорда. Мин Фань, на которого легла забота о пике Цинцзин, исправно пишет письма с отчётами о происходящем, успехами учеников и некоторыми вопросами. В первое такое письмо Цинцю едва не сгрызла себе губу, пытаясь вспомнить о чём и ком именно пишет юноша. Несколько раз приходилось даже отлучаться на пик, чтобы решить возникающие проблемы или присутствовать на особо важном собрании горных лордов. После таких поездок Ло Бинхэ совсем уж отказывалась отлипать от своей наставницы. Наставница упорно держала лицо, пока внутренне разрывалась от криков умиления. Главная героиня просто непозволительно мила! Так пролетели три года. Ло Бинхэ исполнилось семнадцать, в честь чего Тяньлан-цзюнь закатывает прямо-таки непозволительно роскошный праздник, длящийся три дня. У Шэнь Цинцю болит голова от обилия шумных заклинателей и демонов, она практически не опускает от лица раскрытый веер, стремясь хоть так отгородиться от всех них. Поэтому, когда Бинхэ утягивает её с праздника в беседку в своём личном саду — она даже не журит принцессу за такое вопиющее пренебрежение манерами, как побег с собственного праздника. Лишь спрашивает, присев за столик, заставленный умопомрачительно выглядящей едой: — Разве ты не хотела бы провести день рождения с родителями, а не этой старушкой? Бинхэ пожимает плечами: — Они бы всё равно не смогли покинуть празднество. Мне вполне достаточно, что сегодня со мной Шицзунь. Шэнь Цинцю очень упорно старается не покраснеть, принимаясь за еду. Восхитительно вкусную, просто божественную еду. — Шицзунь нравится? — внимательно, но чуть застенчиво смотрит на неё Бинхэ. — Эта ученица приготовила сегодняшний праздничный ужин самостоятельно. Испробовать небесную готовку главной героини, Цинцю воистину счастливица! — Это очень вкусно, Бинхэ, — степенно кивает она, но скорость, с которой исчезают с тарелок блюда, явно говорит Бинхэ насколько именно это вкусно. Когда они заканчивают трапезу, Цинцю достаёт из рукава коробочку с подарком, протягивая её Бинхэ с какими-то высокопарными, но бессмысленными словами. Её разум мечется в панике, всё ещё гадая, понравится ли Бинхэ? Бинхэ же, открыв коробочку, застывает. И, когда Цинцю уже готова начать оправдываться, неожиданно бросается ей на шею, крепко прижимаясь в объятии. — Шицзунь, они прекрасны, спасибо! Цинцю поглаживает её по голове, ощущая, как намокает ткань на плече, пока Бинхэ не отрывается, протягивая ей коробочку обратно. — Может ли Шицзунь оказать этой ученице честь и помочь надеть их? Конечно же Цинцю не может отказать. Она осторожно вытаскивает серёжки, пока Бинхэ очень быстро снимает с себя старые, и максимально аккуратно вставляет их в проколы. Это ощущается неожиданно интимно, так, что пальцы подрагивают, и их приходится быстро спрятать в рукавах. — Мне идёт? — интересуется Бинхэ, отводя волнистую прядь за ухо. У Шэнь Цинцю дыхание перехватывает от того, как покачиваются у прекрасного лица Бинхэ рубиновые серьги, гармонируя с меткой на лбу и редкими искрами в тёмных глазах. И даже следы слёз не портят картину, наоборот придавая ей последний, поражающий в самое сердце штрих. — Конечно, Бинхэ, — подтверждает она, пряча за веером огнём горящие щёки. Бинхэ улыбается столь ярко, что ночь кажется озарённой лучами солнца. Ло Бинхэ исполняется семнадцать, и Шэнь Цинцю практически перестаёт спать. Во-первых, потому что её маленький белый лотос расцветает из бутона, пока ещё не становясь полноценным цветком, но уже чаруя взор. Иными словами — Шэнь Цинцю ловит лесбийские паники каждый раз, когда её подросшая ученица появляется в её поле зрения. Ло Бинхэ ещё не стала той роковой красавицей, которой она будет в двадцать два, выбравшись из Бездны, но даже без полного расцвета её красоты — Бинхэ самая шикарная девушка, которую Шэнь Цинцю видела в своей жизни. А у неё был интернет с кучей отфотошопленных фотографий моделей и знаменитостей, но куда им до Бинхэ! Даже с растрёпанными после тренировки волосами и измазанной перекошенной формой — она вызывает желание прикрыть глаза, чтобы перестало так слепить. Шэнь Цинцю ещё никогда не была так сильно благодарна этому телу за умение держать безразличное лицо практически в любой ситуации, даже когда внутри она оглушительно кричит. Цинцю напоминает себе, что у Бинхэ будет огромный гарем из самых прекрасных цветов обоих царств, что она слишком стара для неё, что Бинхэ банально птица не её полёта. И что злодейке совершенно не пристало пускать слюни на главную героиню. И вот тут всплывает во-вторых, мучащее ночами почище, чем дневные попытки не выдать себя и свою катастрофическую влюблённость. Семнадцатилетие Бинхэ означает, что совсем скоро начнётся Турнир, который становится поворотной точкой в развитии сюжета. Именно во время Турнира в оригинальном романе Шэнь Цзю смогла скинуть Бинхэ в открывшуюся бездну, а затем обвинить её родителей в заговоре против заклинателей. Цинцю в тупике моральной дилеммы. С одной стороны — ей совершенно не хочется сбрасывать Бинхэ в бездну, при одной мысли о том, как её девочка страдает, сердце Шэнь Цинцю кровоточит и протестует. Но с другой стороны, пусть устраивать переворот против Су Сиянь и Тяньлан-цзюня Цинцю в любом случае не собирается — именно в Бесконечной Бездне Бинхэ обретает силу, позволившую ей одолеть всех врагов и стать единственной владыкой демонического и человеческого царств. Там Бинхэ нашла Синьмо, там у неё появились первые члены гарема, Бездна была слишком важной сюжетной аркой в судьбе Бинхэ! Что важнее между счастьем и силой? Шэнь Цинцю совсем не знает, что ей делать. Этот день, как кажется Шэнь Цинцю, настаёт слишком быстро. Стоит лету вступить в права, как Тяньлан-цзюнь и Су Сиянь объявляют о Турнире. Турнир представляет собой соревнование всех желающих заклинателей и демонов, включает в себя семь этапов и длится неделю. И призом в нём является Ло Бинхэ. Точнее — брак с Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю напряжённо сжимает веер, внутренне взрываясь негодованием — какого чёрта к её девочке относятся, как к куску мяса, которое можно выиграть, она заслуживает самой чистой любви! Хотя, в оригинальной новелле у Ло Бинхэ был гарем из более чем шестиста мужей и жён, что сомнительно можно назвать такой уж чистой любовью… Но всё равно, какого чёрта! Тяньлан-цзюнь, понятно, что таковы традиции, но казалось, что ты любишь свою дочь достаточно, чтобы позволить ей самой решать, за кого выходить! И даже Су Сиянь не останавливает это безумие. Безумие по мерками мира, в котором выросла Шэнь Юань, и вполне обычное явление для мира Ло Бинхэ. Пошёл нахуй, Самолёт Стреляющий В Небеса! Шэнь Цинцю ругает саму себя — ведь Турнир был в оригинальной новелле, почему сейчас что-то должно было измениться? Кислый привкус уксуса мешается с тяжёлым чувством неотвратимой беды. Однако, в открывающий день Турнира, когда самое первое испытание — стрельба из лука в движущиеся мишени — должно начаться, Шэнь Цинцю обнаруживает, что Ло Бинхэ нет на трибунах. Ведь в оригинальной новелле Бинхэ была здесь, какого чёрта?! — Конечно, наставница Шэнь, Бинхэ ведь выразила желание и самой поучаствовать, — усмехается Тяньлан-цзюнь, как-то очень хитро поглядывая на неё, когда она спрашивает, где Бинхэ. Шэнь Цинцю извиняется и срывается в сторону шатра воспитанницы, на который указал Тяньлан-цзюнь. Ей нужно выяснить, почему Бинхэ решила сама ввязаться в Турнир — вот это как раз против всех мыслимых правил и традиций! Ло Бинхэ обнаруживается там — даже одетая в стандартную форму всех участников она выделяется красотой. На поясе блестит Чжэньян, на лбу сияет алым демоническая метка, а Бинхэ так дивно хороша в белом, что Цинцю забывает, что хотела сказать, упорно прячась за веером — Шицзунь пришла пожелать этой ученице удачи? — улыбается Бинхэ, замечая её. — Эта наставница пришла спросить, почему же её не поставили в известность, что ты тоже примешь участие в соревнованиях, — отмирает Цинцю, подходя ближе. — И зачем тебе вообще это нужно? Ло Бинхэ отводит взгляд: — Не могу же я позволить кому-то из этих незнакомцев просто выиграть право жениться на мне, я сама должна отвоевать своё сердце, чтобы отдать его тому, кто единственный достоин этого. Шэнь Цинцю мысленно победно вскидывает кулак — о да, вот это моя девочка, отсосите, кучка стервятников, она порвёт вас всех и сама выберет, с кем заключать брак! — Ты сильно рискуешь не только своей жизнью, но и репутацией — своей и твоих родителей. Что если другие древние демонические кланы ополчатся на вас за то, что ты решила отвоевать себя? — Некоторые вещи стоят любого риска, — серьёзно смотрит на неё Ло Бинхэ. И тут Цинцю замечает, что Бинхэ сняла серьги, с которыми не расставалась с самого дня рождения. Конечно же, дело в том, что Бинхэ просто не хочет их потерять или повредить, это вполне логично, но Цинцю всё равно ощущает себя уязвлённо. Поддавшись этим глупым чувствам, она снимает со своей шеи простую нефритовую подвеску, которую купила в тот же день, что и подарок, и вешает на шею Ло Бинхэ. — На удачу. Не подведи эту наставницу и покажи, чего ты стоишь. Ло Бинхэ сияет, словно самое яркое солнце: — Эта ученица не посмеет опозорить вас, Шицзунь! Её нелепое собственничество к Ло Бинхэ довольно урчит от осознания, что Бинхэ будет сражаться за право самой выбрать себе супруга с чем-то, принадлежащем ей. Проходит три дня, Ло Бинхэ ожидаемо побеждает на всех этапах Турнира — конечно, кто может побороться с непревзойдённой главной героиней! На верхних строчках рядом с ней стабильно держатся Мобэй-цзюнь и Ша Хуалин — Цинцю помнит их из оригинального романа, она уверена, что эта троица и станет последней. Стала бы, если бы не четвёртый день. Цинцю в этот раз отказывается сидеть на королевской трибуне, где на экраны транслируют всё происходящее на площадках. Слишком уж ей нервно, да и с общих трибун будет легче сбежать. Однако, в итоге Цинцю не выдерживает даже этого, решительно обнажая Сюя и улетая в сторону сегодняшнего полигона, где участники охотились на демонических существ. Она останавливается, пока не пересекая барьер, и ждёт. Натянутым нервам кажется, что вечность уместилась в один миг, когда земля наконец содрогается, а волна энергии едва не сбивает Шэнь Цинцю с меча. Бесконечная Бездна разверзлась. Цинцю достаёт специальный сигнальный талисман, который ей выдал Тяньлан-цзюнь, указав использовать в экстренных случаях, когда понадобится его помощь. Случай экстреннее некуда — родители Бинхэ обязаны немедленно появиться и помочь с закрытием Бездны, чтобы никто не смог заподозрить, что они виноваты в её появлении. В оригинальной новелле первой туда кинулась Бинхэ, стремясь хоть как-то помочь со своим не слишком сильным совершенствованием. Это-то её и погубило, подарив Шэнь Цзю идеальный план по избавлению от проблем. Сейчас же Ло Бинхэ и кидаться никуда не надо было — она уже находится возле Бесконечной Бездны. А Шэнь Цинцю так и не решила, как же ей следует поступить. Наплевав на это и решив импровизировать, Цинцю спускается с меча, пытаясь найти среди деревьев свою ученицу. Та обнаруживается скоро — пытаясь прикрыть отступление нескольких скучковавшихся заклинателей. — Бинхэ! — восклицает она, не выдерживая. Сюя отражает удар когтей, едва не пришедшийся в голову Бинхэ. Вместо благодарности, Бинхэ неожиданно бледнеет и рычит: — Что вы здесь делаете? — Я только что спасла тебе жизнь, можно было и поблагодарить! — тоже злится в ответ Цинцю, заставляя Сюя метаться, убивая полчище паукообразных тварей, выползших из Бездны. — И подвергли опасности свою жизнь, появившись здесь! — кричит Бинхэ, яростно втыкая Чжэньян в предположительную морду чего-то бесформенного. Цинцю застывает, поражённая. Ло Бинхэ в такой ситуации волнуется за неё? Разве не должна она ощущать радость, что ей помогут в бою, но вместо этого она боится, что Цинцю пострадает? Сердце сдавливает. — Разве могла я не прийти, зная, что ты здесь? — тихо спрашивает она. Наступает очередь Бинхэ застыть на пару мгновений. А затем она улыбается, сильной волной демонической энергии откидывая новое нашествие обратно в Бездну. — Я счастлива, что Шицзунь со мной, но будьте предельно осторожны. Шэнь Цинцю понимает, что совершенно пропала. Она сжимает рукоять Сюя, пытаясь взять взбесившиеся чувства под контроль. Пошёл ты к чёрту, сюжет, она просто не может заставить себя превратить эту чистую и искреннюю улыбку Бин-мэй в ядовитую ухмылку Бин-цзе. Она просто будет работать усерднее, чтобы сделать Бинхэ как можно сильнее. Длинный путь не всегда плох! Особенно если для него не нужно разбивать сердце своей принцессе. Тяньлан-цзюнь и Су Сиянь стремительно собирают под своим началом демонов и заклинателей, разрабатывая стратегию закрытия Бездны. Благодаря этому, сам разлом удаётся уничтожить в кратчайшие сроки, а пострадавших и погибших от выползших тварей всего с десяток. Это однозначно успех. Они с Бинхэ, уставшие, измотанные и заляпанные кровью, переглядываются, а затем облегчённо смеются, с явной истерической ноткой. Всё закончилось. Для расследования причины появления Бесконечной Бездны в такое время и в таком месте создают целый отряд из демонов и заклинателей разных школ. Но обвинить Су Сиянь и Тяньлан-цзюня никто не пытается. Шэнь Цинцю облегчённо выдыхает, позволяя себе выпустить эту сюжетную линию из вида. Ей действительно удалось предотвратить всё самое ужасное. Как Шэнь Цинцю и предполагала, в тройку лидеров входят Ло Бинхэ, Мобэй-цзюнь и Ша Хуалин. Бой Ша Хуалин и Мобэй-цзюня выглядит завораживающе, но Цинцю просто ожидает его исхода, нервно сжимая веер. Тот, кто победит сегодня, будет противником в бою Ло Бинхэ завтра. Побеждает Мобэй-цзюнь, и это плохо, очень плохо. Шэнь Цинцю не знает, почему вообще Мобэй-цзюнь пришёл на этот турнир, но он старше, опытнее и, кажется, сильнее самой Бинхэ, но точно не способен дать ей любви. Он даже в оригинальном романе не вступил в ряды её гарема, так и оставшись лишь самым верным подчинённым! Так что же, если в этот раз он выиграет? Шэнь Цинцю места себе не находит весь вечер перед днём финальной битвы. Кусок в горло не лезет, стихи выходят косыми, струны не слушаются, а иероглифы в книгах словно разбегаются куда-то. Шэнь Цинцю нервно и ритмично открывает и закрывает веер, пытаясь сбросить напряжение, когда даже прогулка по саду, всегда такая успокаивающая в худшие моменты, не в силах ей помочь. Она беспокоится за Бинхэ — что если она сильно пострадает, пытаясь победить любой ценой? И что если не победит? К ночи мысли рискуют свести Шэнь Цинцю с ума. В дверь стучат и, не дожидаясь приглашения, внутрь проскальзывает Ло Бинхэ. В одних только нижних одеждах, на белом полотне которых тушью растекаются волны распущенных волос Бинхэ. Цинцю вцепляется в веер, с трудом сглатывая. Ло Бинхэ — всегда произведение искусства, но сейчас она кажется особенно прекрасной. Шэнь Юань, контролируй свою внутреннюю лесбиянку! — Шицзунь, — чуть кланяется Ло Бинхэ, — эта ученица пришла спросить у вас совета. В таком виде и в такое время? Юная леди, что за поведение, почему ты не жалеешь сердца этой старушки! — Эта наставница с радостью поможет своей ученице, — степенно кивает Шэнь Цинцю, не выдавая своего внутреннего панического крика. Ло Бинхэ подходит ближе, нервно теребя рукав. — Шицзунь, демон Мобэй-цзюнь не только очень силён, но и опытен. Эта ученица беспокоится о том, что ей не удастся победить его, — вот как, значит Ло Бинхэ мучают те же мысли, что и её саму. — Может ли Шицзунь подсказать мне, как следует вести с ним бой? Ну и задала ты задачку, Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю напрягла память, пытаясь в подробностях вспомнить, как в оригинальной новелле Ло Бинхэ победила Мобэй-цзюня. Тогда она уже довольно долго бродила в Бесконечной Бездне и успела увеличить свои силы в разы. Хотя, из-за Шэнь Цзю, когда она только упала — её развитие было намного ниже, чем сейчас у её Бинхэ. Может ли сработать та же стратегия? Впрочем, иных всё равно нет. — Мобэй-цзюнь повелевает льдом, на нём же основаны его атаки. Если ты выпустишь достаточно своей смешанной силы прямо в него — он не сможет отразить атаку, потому что любой лёд растает, а после такого удара мгновенно восстановиться у него не получится — можно нанести решающий удар мечом. Главное, до того, как подберёшь удобный момент для атаки — не попадись под ледяные копья, — смогла сформулировать Шэнь Цинцю. Бинхэ просияла. — Эта ученица благодарит Шицзунь за мудрый совет. — Мобэй-цзюнь довольно неплохая кандидатура, — всё же поддаётся любопытству Шэнь Цинцю. — Он молод, красив, силён, умён и у него хорошая родословная. Отчего же ты так жаждешь его победить? Ло Бинхэ внезапно очаровательно краснеет, уткнувшись взглядом в пол: — Не важно Мобэй-цзюнь это или какой-то другой участник — мне просто необходимо победить, чтобы... — она запнулась и покраснела ещё гуще. Ох. До Шэнь Цинцю доходит. Значит, у её девочки уже есть кто-то, занявший её сердце и мысли. Вот оно что. То, как сжимает собственное сердце от такого открытия, Шэнь Цинцю решительно игнорирует. — Если у Бинхэ есть кто-то особенный, то она обязана завтра выиграть. Ничто не должно встать на пути твоей любви, — пытается поддерживающе улыбнуться она. Ло Бинхэ вскидывает горящий взор: — Я обещаю, Шицзунь, что выиграю, чего бы мне это не стоило! Когда Бинхэ наконец уходит в свои покои, Шэнь Цинцю рушится на постель, развалившись по ней в позе звёздочки. Казалось бы, причину её волнения устранили, она подсказала Бинхэ стратегию, которая точно должна привести её к победе — с такими-то талантами, силой и ореолом главной героини. Однако же, душа теперь болела по другой причине. Ло Бинхэ влюблена. “Выбрось это из головы немедленно, Шэнь Юань, — строго ругается она сама на себя. — Тебе до этого не должно быть дела. Ты и так знала, что между вами невозможно то, чего тебе порой так хочется, так с чего ты чувствуешь это разочарование?” Она ворочается до самого утра, сбив простыни в неприглядный комок и раскидав подушки, не в силах прервать собственный внутренний диалог. Отвратительно. Наутро Шэнь Цинцю кое-как сползает с кровати и почти пугается собственного отражения. Бессмертным мастерам можно вообще не спать неделями, какого ж хрена она после одной бессонной ночи выглядит так, словно её пожевала вся орава убитых Ло Бинхэ монстров? Её слуга, пришедшая помочь облачиться, очень тяжело вздыхает, увидев её состояние. Это нельзя назвать иначе как чудом, но к тому времени как начинается последний бой Турнира, Шэнь Цинцю удаётся вновь выглядеть, как возвышенная недосягаемая бессмертная. Она сидит в королевской ложе и смотрит на арену, где с противоположных сторон выходят Ло Бинхэ и Мобэй-цзюнь. Ло Бинхэ машет рукой во все стороны, и трибуны ревут в поддержку своей принцессы. Когда же она поворачивается к родителям и улыбается, кажется, посмотрев прямо в глаза Шэнь Цинцю, та ощущает, словно сердце на миг остановилось — такое это божественное зрелище. На всякий случай она степенно кивает и спешит отвести взгляд. Именно поэтому удаётся заметить, как Мобэй-цзюнь кидает единственный взгляд на трибуны. Проследив направление, Цинцю видит заклинателя в голубых одеждах с узнаваемой символикой школы Цанцюн, весьма сильно выделяющегося на фоне демонической свиты Мобэя. А вот это уже было интересно. Если это Шан Цинхуа из школы Цанцюн, которого ей так и не удалось застать ни на одном собрании горных лордов, то к этому времени он уже должен быть мёртв. Впрочем, к этому времени и родители Бинхэ уже должны были подвергнуться нападению, пока сама Бинхэ через боль, кровь и слёзы продиралась сквозь Бесконечную Бездну. Хорошо, что им удалось этого избежать, потому что от одной лишь мысли у Цинцю пересыхает в горле. Звучит сигнал к началу боя, однако Ло Бинхэ и Мобэй-цзюнь даже не двигаются, изучая друг друга напряжёнными взглядами. Мудро, конечно, но чем дольше это тянется, тем тяжелее становится атмосфера. Шэнь Цинцю степенно обмахивается веером, хотя больше всего хочется бешено размахивать им, чтобы унять волнение. Наконец, Бинхэ рвётся вперёд, атакуя на пробу, и ожидаемо встречая ледяной блок. Посланные в ответ ледяные пики она отбивает Чжэньяном и рукой, видимо, решив пока не использовать козырь в виде своей энергии. Они обмениваются стремительными атакам, за которыми едва удаётся уследить — настолько велика скорость. Даже Цинцю, бессмертной заклинательнице и горному лорду, приходится напрягаться, чтобы не упустить Бинхэ из виду. Бой затягивается — они оба сильны и умны, и никто не хочет сдаваться. Шэнь Цинцю видит, как постепенно белая форма Бинхэ покрывается небольшими алыми пятнами крови от ран, которые быстро заживляет демоническая регенерация. Бинхэ всё ещё выглядит, как шикарная картина, но к чертям такую живопись! Во внезапно опустившейся над ареной тишине хруст звучит особенно громко. Шэнь Цинцю на миг пугается ещё больше, но быстро понимает, что это всего лишь она сама переломила веер от увиденного. Внизу Мобэй-цзюнь со всей силы впечатал голову Бинхэ в арену. Чжэньян сверкнул на солнце, вонзившись в землю неподалёку. Всё так же держа Бинхэ за голову, Мобэй-цзюнь поднял её, заставив зависнуть в воздухе, недвижимую, не ясно, живую ли вообще. Шэнь Цинцю обещает себе вырвать ему руки, уничтожить его, развеять пеплом над всеми демоническими землями! Что это за хрень, Бинхэ, пожалуйста! Ледяные копья выстраиваются за спиной Мобэй-цзюня, готовые со всех сторон пронзить слабо дёрнувшуюся Ло Бинхэ. — Бинхэ! — не выдерживает Цинцю, вскочив с места. Сделай что-нибудь, давай же, ты не можешь просто вот так умереть, никогда, ну же! Волна демонической и духовной силы, вырвавшаяся из тела Ло Бинхэ, сметает все летящие копья и проламывает защиту, которую Мобэй-цзюнь не успевает закончить, отшвыривая его к самой стене и оставив в ней внушительную вмятину. Ло Бинхэ утирает рукавом глаза от крови, призывая к себе Чжэньян, и кидается на поднявшегося — надо заметить, с трудом — Мобэй-цзюня. Отбив его рукопашные удары — как Шэнь Цинцю и думала, тот не успел восстановить управление льдом — Ло Бинхэ отбрасывает его на другой конец арены, тут же оказываясь там же, и впечатав его в землю сильным ударом. Мобэй-цзюнь выплёвывает кровь, часть которой попадает на сияющий Чжэньян, приставленный к горлу. — Ты признаёшь своё поражение, Мобэй-цзюнь? — гремит голос Ло Бинхэ. — Признаю, — весомо, но хрипло отвечает Мобэй-цзюнь через напряжённую паузу. Шэнь Цинцю падает обратно на своё место, пока трибуны вокруг ликуют и скандируют имя своей принцессы. Она чувствует себя так, словно это её избили. Вот же блять. Шэнь Цинцю пропускает, как Тяньлан-цзюнь объявляет о победе Ло Бинхэ или как Су Сиянь говорит о праздновании, которое будет позже. Зная, что все взгляды сейчас направлены на королевскую ложу, она пытается держать лицо, хотя в ушах и перед глазами сплошные помехи. Всё закончилось. Ло Бинхэ в порядке. — Я сообщу об этом позднее, — прорывается в её восприятие чистый голос Ло Бинхэ, — когда получу ответ. О чём это они? Тяньлан-цзюнь посмеивается: — Раз уж моя дочка не хочет сейчас называть имя, то не будем настаивать. Заклинатели и демоны, прошу всех проследовать в замок, чтобы отпраздновать! Толпа возбуждённо гудит. Бросив последний взгляд на Ло Бинхэ, уходящую с арены, Шэнь Цинцю спешит к себе в покои — ей стоит восстановить самообладание, прежде чем показываться на глаза. И взять новый веер. Да, точно, новый веер должен помочь! На праздновании Шэнь Цинцю, с интересом наблюдает за тем, как Шан Цинхуа что-то долго и эмоционально рассказывает Мобэй-цзюню, то и дело взмахивая руками и умудрившись перевернуть чашу вина. Сомнительной ценности развлечение прерывает одна из служанок. — Госпожа Шэнь, её высочество хочет вас видеть. Она ждёт в беседке в личном саду. Кивнув в благодарность, Шэнь Цинцю направляется к указанному месту, мучимая предположениями одно хуже другого. Зачем Ло Бинхэ понадобилось её видеть, да ещё так срочно, когда она даже не успела показаться гостям на глаза после того, как смыла с себя пыль и кровь боя? Она хочет поблагодарить за помощь со стратегией? Уточнить что-то по церемониалу? Вернуть подвеску? Или, упаси её все небесные силы, попросить совета, как сделать предложение? Ло Бинхэ она замечает издалека — пусть теперь та и облачена в чёрные одежды с красной вышивкой, но заходящее солнце не даёт ей слиться с тенью. Заметив её приближение, Ло Бинхэ подскакивает с места, мимолётно отряхивая ханьфу и заправив за ухо прядь. Она что... нервничает? Шэнь Цинцю давит в себе желание развернуться и сбежать, уже не ожидая от этого разговора ничего хорошего. — Шицзунь, спасибо, что пришли, — чуть кланяется Бинхэ, стоит Цинцю войти в беседку. Шэнь Цинцю раскрывает веер, пряча за ним половину лица. — Ты показала сегодня отличный результат. Победа твоя по праву. Ло Бинхэ отводит взгляд, прикусив губу. Золотисто-алые закатные лучи скользят по её лицу, отражаются в глазах, путаются в мягких кудрях. Восхитительная картина, от которой захватывает дух. — О победе я и хотела поговорить. Точнее, не совсем о ней, а... Ох. Ло Бинхэ дёргает себя за волнистую прядку, а Шэнь Цинцю всё же думает убежать, не желая слышать продолжения. Похоже, это всё же худшая тема разговора для её старого сердца. Но, к сожалению, она наставница, а значит должна помогать Ло Бинхэ даже в таком деле, как бы больно не было от этого ей самой. Ло Бинхэ, глубоко вдохнув, вдруг мягко отводит руку Шэнь Цинцю от лица, чуть надавливая и заставляя выронить веер, переплетая их пальцы. — Шицзунь. Шэнь Цинцю, — гипнотизируя своими глазами, вобравшими в себя всё ночное небо, проникновенно начинает она. Шэнь Цинцю кажется, что её душа дрожит от чувств. — Я участвовала в этом турнире, добивалась первых мест, победила даже Мобэй-цзюня лишь для того, чтобы иметь возможность сделать предложение тому, кого я давно люблю. Кому навсегда отдано моё сердце, вне зависимости от ответа, что я получу. Человеку, которому принадлежит моя жизнь и вся я. Тебе. — Она прижимает их сцепленные ладони к своей груди, где быстро-быстро колотится сердце. — Шэнь Цинцю, окажешь ли ты мне честь стать моей женой? Цинцю почти наяву видит синий экран смерти, вставший перед её глазами. Женой Ло Бинхэ? Она? Потому что? Бинхэ её любит? Подождите, что?! — Ш-шицзунь? — явственно нервничает Ло Бинхэ, когда Шэнь Цинцю продолжает молчать и не шевелиться. Но мысли постепенно перестают панически бегать, и Цинцю наконец чувствует, как колотится её собственное сердце. Ло Бинхэ! Её! Любит! Та Ло Бинхэ, от которой ей столь сложно стало отводить взгляд, о которой хотелось заботиться и поддерживать, которую хотелось обнять и провести так остаток жизни. Та Ло Бинхэ, мысли о влюблённости в которую Шэнь Цинцю так упорно гнала от себя, думая, что у неё нет шансов. Её Ло Бинхэ любит её. — Если вы не хотите, то... — дрожащим голосом вновь заговаривает Ло Бинхэ, но Шэнь Цинцю затыкает её самым эффективным способом. Одной рукой она зарывается в густые кудри, пока другая прижимает Бинхэ ближе, когда они углубляют поцелуй. Хотя, казалось бы, куда ближе — сама Бинхэ так обнимает её за талию, что их разделяет, кажется, лишь одежда. — Да, — выдыхает Цинцю, разорвав поцелуй. — Я выйду за тебя. К гостям они возвращаются не скоро, сначала с упоением целуясь, а потом заваливая друг друга вопросами. Однако, когда они появляются в дверях зала рука об руку — все взгляды мгновенно устремляются на них. Ло Бинхэ, сияющая и окрылённая, ведёт её по проходу к королевскому столу. — Отец, мама, — громко заявляет Бинхэ, остановившись, но так и не выпустив её руки. В зале становится тихо — всем не терпится узнать, верно ли они поняли эту картину. Шэнь Цинцю жалеет, что не может сейчас спрятаться за веером, слишком неловко ей от такого количества прожигающих взглядов. — Я хочу представить вам мою избранницу — лорда пика Цинцзин, бессмертную госпожу Шэнь Цинцю. Мгновенно тишина превращается в волну шепотков. Тяньлан-цзюнь смеётся: — Молодец, дочка, сумела-таки заполучить свою возлюбленную! Су Сиянь вздыхает, понимающе глядя на Шэнь Цинцю: — Есть в них что-то такое, что невозможно проигнорировать, сколько бы стен не строил вокруг своего сердца. — Ох, милая, я тоже тебя люблю, — тут же целует руку жены Тяньлан-цзюнь, пока Шэнь Цинцю пытается побороть смущение. — Поприветствуйте же! Принцессу демонического царства, наследницу дворца Хуаньхуа Ло Бинхэ и её будущую жену — горного лорда пика Цинцзин, бессмертную госпожу Шэнь Цинцю. Зал заполняется выкриками, когда они поворачиваются к нему лицом. И пусть Шэнь Цинцю знает, что ей предстоит сложный разговор с другими пиковыми лордами, что далеко не все будут довольны таким союзом, что за три года до свадьбы всё может поменяться — сейчас она счастлива. Чувствуя, как Ло Бинхэ чуть сильнее сжимает её пальцы, Шэнь Цинцю поворачивает голову, чтобы увидеть счастливую улыбку и полный любви взгляд Ло Бинхэ. Сейчас они обе счастливы. А значит, ради этого стоит рискнуть.