Другие оттенки мечты

Первые дни в доме проходили ужасно. Я вздрагивала от каждого шороха и шума детей. Огромный дом, пустые комнаты, которые неизвестно что скрывают. Мне было страшно. При Морган и Тони я еще как-то держалась, но как только они засыпали, выходили во двор играть, я хватала успокоительные и тряслась от страха. Никакого чувства защищенности, никакого спокойствия и безопасности. После очередного испуга я поняла, что это место слишком пустое и чересчур огромное для нас троих. Либо все здесь давит воспоминаниями о Роберте, либо о неожиданном визите его бывшего помощника. Выйдя во двор поздно ночью, я села на крыльцо с чашкой горячего шоколада. Кофе я не пила целый день, чтобы сегодня хоть немного поспать. Не вышло. Собака, которая в день проникновения Джона была со всеми на свадьбе, громко залаяла на голубя, из-за я пробудилась. А чтобы успокоиться, решила долбануть по изнывающему организму ударной дозой сахара. — Обрадуй меня. Скажи, что не спишь, — я отправила голосовое сообщение — Уже нет, — быстро надиктовал хриплый и сонный голос, — Уже не здороваешься? — Мне нужно с кем-то поговорить. — Подходящее время для душевного разговора, Элла. — Мои панические атаки возвращаются. На экране я увидела надпись, что абонент записывает аудиосообщение. Тихо. Снова запись. Опять тихо. Вместо сообщения, мне поступил звонок. — Решил сказать, что ты бестактная и избалованная лично. — Я разбудила тебя? — Да. Хорошо в школе училась? — Конечно, — киваю сама себе — О разнице в часовых поясах слышала? — Мне страшно в собственном доме. — Я говорил, приезжай. — У меня двое детей и собака. Я не могу. — А хочешь? — Просто, если можешь, — делаю паузу, — Расскажи о чем-нибудь. Если я отвлекусь, станет лучше. Нет, я кому-нибудь еще позвоню. — Мне недавно прислали видео, где мы выясняем отношения в центре твоего города. Помнишь? — Где я… — Да. Именно. — Иногда, — делаю глоток шоколада, — Я бываю… Часто. Нет, всегда. Всегда я бываю странной. Прости. — Все в порядке. Я хотел сказать, что каждый наш мини скандал заканчивается одинаково. — Как? — Мы снова связываемся. И если ты набрала меня, когда тебе страшно, — слышу в телефоне ухмылку, — Значит, я был прав. Что-то есть. — Прошу тебя, Том! Не ищи подтекста… — Окей. Что ты делаешь? — Сижу на крыльце, одной рукой глажу Бетховена, второй держу кружку с горячим шоколадом. — Хм, — актер сделал пузу — Что? — Не кофе? — Не он. — Послушай, — в трубке какой-то шорох, — Я думаю, что сейчас тебе лучше выпить снотворное и попробовать уснуть. На данный момент, лучшего выхода я не вижу. Мне очень хочется тебе помочь, но сейчас я бессилен. Могу уснуть в любую секунду. — Ок. Психанув, я сбрасываю вызов. На что я надеялась? Человек, которому я звонила каждый раз, когда Роберт делал мне больно, которого я отталкивала всякий раз, когда мирилась с Дауни, не захотел повисеть на телефоне, чтобы помочь мне в тысячный раз. На его месте, я бы вообще себя в черный список занесла. Но я на своем. И я не он. Пора уже избавиться от привычки думать, что кто-то сделает то, что сделала бы ты. Не придумав, как прогнать тревогу, я решила выпить половину таблетки снотворного и попробовать уснуть. Не потому что Том так сказал, нет. Просто так более логично. Пока я поднималась на второй этаж, мне пришло сообщение. «Все будет хорошо, не волнуйся. Добрых снов.» «Если ты не заметил, я с тобой не разговариваю. Не нужно говорить мне стандартные фразы. Я их ненавижу. Выбрал спать, а мог бы немного и поговорить со мной! Эгоист!» «Говоришь так, будто я твой парень или муж.» «Ты ни один из них, Том! Спокойной ночи!» Утром я проснулась от головной боли. Не знаю, на что или кого ее свалить, но ее наличие не воодушевляло. Часы показывали одиннадцать. Я встаю в семь, максимум в половину восьмого, поэтому, осознав, что дети опоздали на все утренние занятия, я накрыла лицо одеялом и закрыла глаза. — Ма! — Мааа! — Ну МА-МА-ААА!!! Детские голоса включились на максимальную громкость. Кричали оба, явно снизу. Ох, Роберт бы им рассказал про крики дома. Он запрещал. Играть можно, но звать кого-то криком с другого этажа или комнаты, нет. Поднимись, подойди или позвони, но не кричи. — Так, уважаемый детсад, — я медленно спустилась с лестницы, — Папы нет, вы расслабились? Вы же знаете, что кричать дома не… — резко замираю — Ага! — радостно кивает сын — Мам, смотри, кто пришел, — дочка, улыбаясь, накручивала на указательный палец локон, — К нам. — Как ты сюда попал?! — запахиваю халат сильнее — Доброе утро, — мужчина поднялся из-за стола — Стоять. Как ты сюда попал?! — Элла, расслабься. Мне… — Мам, это я открыла ему… — Морган! — я злобно посмотрела на дочку — Элла, успокойся. Все хорошо, — Хиддлстон подошел ко мне и попытался обнять, но я сделала шаг в сторону — Морган! Ты открыла дверь незнакомому человеку?! — Юная леди, — малышка скрестила руки на груди, — Я его знаю! Это Локи! И папа его знает, и ты! Какой он незнакомый? — Ну да, аргумент: папа знает! Давайте впускать всех, он знает?! Особенно разных шл… — я сделала глубокий вдох, — Сами ему это объясняйте, — обойдя британца, села за барную стойку, — Что ты здесь делаешь? — Решил искупить свою вину за ночной звонок, — он несмело улыбнулся, — К твоим проблемам, мне, следовало отнестись более серьезно. Какие-то три с половиной часа и я здесь. — С ума сошел, Том? — я удивленно смотрю на Хиддлстона, который сел напротив — Все мы немного сумасшедшие. — Ма, прощай его, — тихо прошептала Морган — Кто-то хочет остаться на неделю без сладкого? Живо к Тони. — Какая ты злая, — малышка нахмурилась и побежала к брату — Прости, я как-то резко стала на все реагировать… — Элла, это нормально. Тебя в прямом смысле вернули к жизни, нужно время, чтобы вернуться к обычному темпу. — Слушай, не надо. Ладно? — Что не надо? — мужчина удивленно посмотрел на меня — Я знаю, что ты далеко не джентльмен, и этих приторных слов не нужно. Ты себя так проявил, что можешь не притворяться. — Но, тем не менее, ты звонишь мне, когда плохо. — Да уж. Нелогично, — я грустно посмотрела на актера — Все в порядке, — Том облокотился на барную стойку — Ты говорил, у тебя съемки, — резко встаю и подхожу к плите, — Кофе будешь? — Кхм. Буду. Мои съемки ночью. Я прилетел на пару часов, чтобы провести их с тобой. — С ума сошел? На пару часов? — Элла, этот вопрос уже звучал. Ты сказала, что тебе плохо, я вылетел первым рейсом. — Том, мне плохо ночью. Когда никого нет, и я боюсь каждого шороха. Днем мне более менее нормально. — Учту, — усмехнулся мужчина — Твой кофе, — ставлю чашку — Какие у тебя планы на сегодня? — Я должна была отвезти детей на занятия, тренировки, но не сделала этого. Уснула под утро и проспала. — Давно была в парке? — актер хитро улыбнулся — Года пол назад. Или больше… — Отлично! Собирайся, как будешь готова, едем! — Том, ты может, не заметил, но… — Никаких но, Элла! Тебе помочь одеться? Раздеться? — Дети, Том. — Мы берем их с нами! Признаться честно, я очень сомневалась. Том надавил тем, что не зря же он летел полстраны, хотя это далеко не ее половина. Из вежливости, я согласилась. Мне казалось, неправильным отказать британцу, а с учетом того, что ночью я сама ему звонила, так тем более. Я сразу поставила рамки, объяснив Хиддлстону, что обнимать меня не нужно. С отрицанием во взгляде, но пониманием на словах, он согласился на мои условия. К моему удивлению, время пролетело быстро и хорошо. Счастливые дети, разговоры обо всем, после которых появилось чувство легкости. Единственное, что меня расстроило, это просьба того самого мороженщика, передать привет Роберту. В остальном, я осталась довольной. Строить из себя заботливого, интересного и соблюдающего правила джентльмена, у Тома получилось прекрасно. Ночью, когда он вернулся в Атланту, актер сразу позвонил мне, общаясь по видеосвязи до самой гостиницы. Следующий месяц, Том звонил каждую ночь, и прилетал через каждые два-три дня. На качество моего сна он не влиял, все также меня мучали кошмары, я боялась каждого шума, но мне было приятно, что кому-то не все равно. Морган периодически ходила с Хиддлстоном за руку, строила ему глазки и просила приезжать чаще. Один раз она уговорила Тома прочитать им сказку перед сном, как это делал папа, и британец не отказал. Что можно ожидать от актера театра? Верно, потрясающее прочтение. Я и сама заходила в комнату, чтобы послушать. Голос идеально передавал характер каждого героя, оживляя их даже в моих глазах. Интересно, есть что-то, что он не умеет? — Они уснули, — прошептала я, посмотрев на детей, — Можешь хоть чуть-чуть отдохнуть, — я лежала на кровати Морган — Точно уснули? — Да, — укрыв дочку, аккуратно поднялась, — Поможешь перенести Тони в его комнату? — Могла и не просить, — британец улыбнулся и поднял моего сына, — Вторая дверь? — Нет, первая слева. Вторая спальня Бетховена. — У него своя спальня?! — актер удивленно поднял брови — Да, он же огромный, Роберт не любит, когда он по комнатам гуляет. Морган уговорила его на отдельное место, которое в итоге было оборудовано в спальню пса. — Бобби не должен об этом знать, — хмыкнул Хиддлстон — Я ему не скажу, — подмигиваю левым глазом, — Спасибо, что уложил их. Роберт, когда дома, всегда читает им, иначе не засыпают никак… — Он не появлялся? — Нет, — поджимаю губы, — Но Скотт сказал, что заберет их завтра в обед. Поедут на премьеру очередного Тора. — Крис и Эльза не звали тебя? — актер нахмурился, когда мы спустились вниз — Звали, конечно. Эльза мне каждый день пишет. Я отказалась. — Мне деваться некуда, появиться там, часть работы. Пойдешь туда со мной? — Ты только что предложил самую глупую идею. — Ты же не должна лишаться удовольствий из-за какого-то… — Стоп! — обрываю его, — В этом доме, при мне, при моих детях, не смей говорить плохо о нем! Не порть ничего, ладно? — Элла, кто имя для малышей придумал? — пристально смотрит на меня, — Что-то мне подсказывает, что не ты. — Они важны для Роберта. — Герои выдуманной истории важны? Хорошо, раз они такие важные, то… — Том, не нужно лезть туда, куда тебя не приглашали. — Я уже в твоем доме, Элла. Я читаю сказки твоим детям, мы вместе проводим время месяц, я разрываюсь между двух городов, а ты не разрешаешь мне даже обнять себя! Но при этом, мужчина, которому ты так поклоняешься, не дает тебе возможность сходить в кино вместе с детьми?! Я хочу, чтобы ты завтра была там со мной, а не с ним! Тебя знают почти все там, а Эльза и вовсе, твоя близкая подруга! Зачем ты запираешь себя дома?! — Потому что… — Потому что он не хочет тебя видеть? Но кто он там? Гость! А ты пойдешь туда по приглашению главного героя! — Все у вас героями меряются, — я закатила глаза, — Актеры не вырастают? Вы вообще в реальном мире бываете, чертовы герои?! — Мы долго входим в образ и долго выходим из него. Ты училась и знаешь это. Только вот сама, так и не вышла из роли миссис Дауни! Открой глаза, Элла! Мир не рухнул! — Не смей на меня кричать! — А как еще тебе объяснить? Я же не с целью унизить, а открыть глаза говорю! Ты закрылась здесь, — обводит руками дом, — И здесь, — стучит пальцем по своей груди, — Мир, он больше, чем дом или один человек, Элла. У всех были проблемы в отношениях! Перед тобой стоит британец, который мечтал о театре, как ты! Это другой континент, другой мир и тысячи миль от дома! Когда-то, как и ты, я почти не выходил из дома и не мог ни с кем разговаривать! — Не сравнивай. Тебя не… — Элла, у нас не соревнование, кому больнее. Если бы я не взял себя в руки, завтра я бы шел в кино не как один из главных героев, а как зритель, который еле нашкреб стерлинги на билет. — Я не могу пойти туда с тобой, Том. — Почему?! — Я не хочу и не готова, выходить в такие места с кем-нибудь другим. — Ааа, — Том падает на диван в гостиной и обеими ладонями закрывает лицо, — Как мне тебя вытащить из этой дыры?! — Не знаю, — сажусь рядом, — Не на камерах, Том. Это будет неправильно! Он не должен видеть! Ему будет не… — Подожди. Ты так боишься задеть его самолюбие? Он о твоих чувствах думал?! — Том, остановись! — закрываю лицо руками, — Хватит! Тема закрыта! — Как знаешь, Элла, — Том резко поднялся с дивана и сделал глубокий вдох, — Мне нужно готовиться к завтрашней премьере. Сегодня был хороший день, пока в него, как обычно, не влез Дауни. — Не провоцируй меня, пожалуйста. Если тебя это так задевает, — смотрю на британца, — Если хочешь уйти, просто сделай это. Не нужно в моем доме поднимать голос и будить моих детей. — Выгоняешь? — он поднял бровь — Я сказала, если хочешь, Том. — Знаешь, какое терпение нужно иметь, чтобы находиться рядом с тобой? — Как будто мне с вами всеми легко! Вечно во мне одной все проблемы! Иди в свой отель! Я бросаю в Хиддлстона подушку с дивана и накинув первую попавшуюся куртку, которая оказалась Дауни, выхожу во двор. Бетховен выбежал за мной, утыкаясь носом в ноги. Я села на кресло, которое стояло на заднем дворе, пес улегся около меня. Пришлось наклоняться и гладить. — Что, мой молчаливый друг? — чешу за ухом, — Тоже думаешь, что я дура? — пес посмотрел на меня, — Это когда кино смотришь, книгу читаешь и видишь, что вот он! Вот этот классный герой, вот с кем должна героиня быть, а не с тем придурком, которого активно в плохом свете показывают. А она хорошего не выбирает. Дура, не туда идешь, разворачивайся! В конце фильма, перед самыми титрами, она идет одна с грустными глазами и проклинает себя за свои же чувства. Думаешь, мой случай? — пес что-то проскулил, — Не знаю, что ты сказал, но надеюсь, ты на моей стороне. Иначе будешь без завтрака утром. — Жестокая хозяйка у тебя, Бетховен. — Том, — я нахмурилась, — Ты же уходить собирался! — Скажем так, ты предложила мне уйти. Если захочу. — Да. — Я не собирался. — Ну конечно! — я усмехнулась, — Ты хотел готовиться к премьере вообще-то. — Вам девушкам для этого нужно больше времени. Нас расчесал, один раз пудрой провел по лицу и все. Сборы за пять минут. — Я не буду с тобой спать в одной кровати. — На диване? — И на диване. Раздельно. И никто не должен знать, что ты оставался. — Скотт приедет же. Энтони и Морган? — Скажешь, что утром заехал. — Интересно! Отвечаешь быстро и со знанием дела! Приходилось прятать мужчину в спальне? — он засмеялся, — Так, в дом идем? Или тебе сюда принести то, что я нашел? У вас уютная зона барбекю. Вы ей пользовались? — Да, часто. Если зажечь эту штуку, — показываю на камин в центре, — Будет теплее. Что ты принести хочешь? — Морган разрешила воспользоваться ее маршмеллоу, — засмеялся актер, — По-моему мило: огонь, жареные сладости и… — И я хочу горячий шоколад. Раз ты так красиво рассказываешь, можешь все организовать. Но учти, я с этого места не сдвинусь, — я обняла пса, — Не хочу вставать. — Отлично! Том быстро забежал в дом, и выйдя через пару минут, вынес чашки и маршмеллоу. Улыбаясь как с картинки, он аккуратно поставил горячий шоколад возле меня, минуя Бетховена, который успел унюхать вкусняшки. Актер включил камин, устроив дополнительный уют. Я укуталась пледом, позвала пса к себе, дождавшись, пока он удобно расположится на кресле и моих ногах, обеими руками взяла чашку с горячим шоколадом. — Ты права, уютней, — улыбнулся актер — Конечно, права! Я здесь живу пять лет. — Я всегда хотел иметь дом с задним двором. Примерно похожим на этот. Даже зарисовки есть. — Что мешает? — я взяла палку на конце которой красовался маршмеллоу и протянула ее к огню — Для чего одному человеку целый дом? Для семьи он необходим, но когда ты ее не имеешь, достаточно большой квартиры. — Вообще-то, твоя квартира, для одного тебя, слишком большая. Даже с учетом простора для Бобби. — Ну, у меня часто останавливаются гости, — мужчина усмехнулся — Тейлор Свифт? — я не смогла сдержать смех — О, нет. Разве я сделал что-то незаконное? За что все эти подколки? — Хиддлстон нахмурился — Брось, — тянусь через подлокотник и толкаю актера в плечо, — Она милая и талантливая. Я не знаю, почему все так к вам странно относились, но… — Что? — Прости, мне нравится, как ты пытаешься злиться, когда ее вспоминают, — подавляю смех — Жалкая смертная девка, — голосом своего героя, скривившись произнес Том — Надеюсь, это относилось к ней, а не ко мне? — делаю невинное лицо — К обеим! — британец оскалился в улыбке — Окей… Я беру горсточку орехов и по одному начинаю кидать в Тома. Он на секунду замирает, но быстро ориентируется и подыгрывая, начинает кидать их в меня. Кажется, впервые за последние, почти два месяца, я по-настоящему смеялась. — Я окончательно превратился в твою игрушку? — все еще смеясь, он обнял меня сзади, чтобы я прекратила свою атаку — Ты сам меня жалкой смертной назвал! — напрягаюсь от такого близкого контакта, но продолжаю улыбаться — Элла, это было заслуженно, — актер наклонился, — Обожаю твой смех, — оставляет несколько поцелуев на моей шее — Том, — находясь в объятиях актера, поворачиваюсь к нему лицом, — Я же просила! — хмурюсь — Один, — британец хитро улыбается, — Всего один поцелуй. Безобидный, один единственный. По-моему, я его заслужил, нет? — Один? — Всего один. Два месяца без мужа, который столько же им не являлся, зловеще нашептывали, что нужен не один поцелуй, и не только он. Бред. Нельзя. Но Том столько времени проводит со мной, летая несколько раз в неделю сюда, может и заслужил? Я же его не люблю, зачем мне его целовать? Хотя, сколько можно сидеть в углу и ждать, когда Роберт вышибет ногой дверь с цветами в руках и извинениями? Он этого не сделает. А Хиддлстон может. Один поцелуй, всего один и все. — Уверен, что не нарушишь обещание? Один? — Мне нравится твой вопрос. Он не ответил, но улыбнулся один в один как его злодей. Из-за неудобства, или из-за любопытства, я становлюсь на носочки. Рука Хиддлстона спускается к пояснице, на секунду пытаясь скользнуть ниже, но я вздрагиваю и она возвращается на место. Долгий, нежный и сладкий из-за маршмеллоу поцелуй кружит голову и заставляет прижаться к актеру ближе положенного. Неожиданно почувствовав его желание, отстраняюсь, но продолжаю стоять на месте. — Прости, — с закрытыми глазами прикусываю свою губу — За что? — усмехается британец — Кхм, — не открывая глаз, указательным пальцем, подняв его на уровне своего плеча, показываю вниз, — За это. Я не… — открываю глаза — Есть вещи, которые мы не в силах контролировать, Элла, — Том улыбается Я засовываю подальше чувство вины перед Дауни и снова целую этого британца. На этот раз требовательней. Поняв мое состояние, он обеими руками поднимает меня, сжав ягодицы. Я мгновенно скрещиваю ноги за его спиной, и не замечаю, как оказываюсь прижатой к уличному дивану. Чувствуя его желание, которое еле сдерживалось под брюками, быстро расстегиваю ремень и молнию. Том улыбается и снимает одежду с меня. Прохладный воздух вызвал волну мурашек, но горячее тело Хиддлстона быстро согрело меня. Мозг сопротивлялся и кричал, чтобы мы остановились, но животные инстинкты хвалят за верный выбор действий. Спать с тем, кого не любишь, чтобы заглушить боль внутри нормально? Нет. Но сегодня, да. Каждый раз, когда Дауни бьет сильнее прежнего, Том всегда оказывается рядом, даже когда я публично отвергаю его. Почти каждый раз все заканчивается постелью. Странно. Нам было мало улицы, мы переместились в гостевую спальню. В нашу с Робертом, я не решилась зайти. Чувство вины все еще било по сердцу довольно сильно. — Не смотри на меня так, — накрываюсь одеялом с головой — Как? — актер раскрывает меня — Вот так. Я не коллекционное издание Шекспира. — Верно, — проводит кончиком пальца по моей щеке, от нее по шее, — Ты еще лучше, — наклоняется, снова целуя — Ммм, — пытаюсь его отстранить, но вместо этого отвечаю — Все хорошо, Элла, — замечаю, что он любуется, иначе это не назовешь, — Я знаю, что, — грустно улыбается, — Мы просто хорошо проводим время. — Том, — виновато смотрю на него, — Ну почему ты такой идеальный?! — Стараюсь, — снова поцелуй, — Для тебя. — Локи! — в дверь слишком неожиданно постучали, — Можно к тебе?! — Эм, — актер озадаченно смотрит на меня, — Морган, это ты? — Ага! — ответил голос — Подожди минуту! Я быстро одеваю свои вещи и прячусь в шкафу. Глупо прятаться в своем доме от своей же дочки в своем же шкафу. До чего ты докатилась, Элла? — Морган, можешь зайти! — крикнул актер, накинув рубашку — Привет! — малышка запрыгнула на кровать, — У меня предложение. — Доброе утро, принцесса! — Хиддлстон улыбнулся, — Как ты узнала, что я здесь? — Твое пальто на диване, — она махнула ручкой в сторону двери, — Предложение! — ребенок нахмурился — Ох, да. Какое? — Выйди замуж за меня! — Что?! — удивленно воскликнул британец — Ой, не то. Женись! На мне! — она накрутила волосы на указательный палец, — Хочу стать миссис Хистон. — Дорогая, у меня другая фамилия, — Том усмехнулся, — Хиддлстон. И ты еще маленькая, в этом возрасте замуж не берут. — Папа маму взял. Индио же с мамой одинаковые по летам? — дочка Дауни задумалась — Это у вас семейное, не заморачиваться на возрасте да? — Ага, — не поняв вопроса, девочка кивнула — Давай ты вырастишь, мы тогда поговорим? — Хиддлстон вежливо улыбнулся — Все мужики одинаковые! Дарят надежду на будущее, и бросают! — демонстративно разозлившись, малышка слезла с кровати, — Фу! — она развернулась и выбежав, закрыла дверь — Морган! — Не обращай внимания, — давясь от смеха, я вышла из шкафа, — Моя мама часто смотрит всякую ерунду по телевизору. Она оттуда и взяла эти фразы. — Мне полагается какая-то компенсация за моральный ущерб? — вижу, как он жадно рассматривает меня — Ты разбил сердце моей пятилетней дочки, Том! Какая компенсация? — понимаю, что футболка, которую я натянула, едва прикрывает главные участки тела — Все потому, — Хиддлстон тянет меня за руку, из-за чего я падаю на кровать, прямо на него, — Что я без ума от мамы этой маленькой девочки, — нагло запускает руки под футболку и поднимая ее, кусает грудь — Ммм, — долбанная приятная боль, ругаю себя за такую легкую покорность, — Обещал всего один поцелуй! — Точно! Я не успеваю возразить, как он ловко переворачивается и я оказываюсь под ним. Отдаваясь моменту, абсолютно не сопротивляюсь тому, что он делает. Мы не спали всю ночь, и продолжаем утро теми же движениями. Буду себя ненавидеть, но я выбрала отключить мозг на эти сутки. Проводив Тома на сборы, вручив детей Скотту, я решила вздремнуть. Бодрствование и отсутствие сна, показали мне в зеркале уставшую девушку, которой срочно требовался отдых. Организм радостно воспринял это решение, радовался он не так долго, как хотел бы. Меня разбудил шум. Обеспокоено выглянув в окно, я увидела как машина, на другом конце двора, несколько раз удаляется в ворота, после чего они начинают открываться. Машина вновь резко трогается с места, ломая одну часть ворот и едет по газону, врезаясь в стену. Скорость была небольшой, в отличии от моего страха. Я не знала этот автомобиль и не понимала, кто так нагло нарушил чужую собственность. Часы показали два ночи, от чего стало еще страшнее. Где дети? Кому понадобилось вваливаться сюда таким образом?