Личный Тренер

Питер сидел перед кабинетом директора. Сейчас там находились трое. Сам директор, его родная тетя Мэй и его отчим — Тони Старк. Когда Питеру было четырнадцать, он выиграл национальную олимпиаду по физике, где обошёл многих кандидатов, на тот момент получающих докторскую степень. Это и привлекло внимание Старка. Он немедленно нашёл гениального мальчика и, убедившись, что с его мамой он точно нигде не пересекался, предложил хотя бы перенять над ним опекунство, не забирая его у родной тети. Он хотел дать парню хороший старт и позаботиться о его благополучии в будущем. Тони, конечно, говорил, что это исключительно из-за блистательного ума парня, но на самом деле за полгода общения он был полностью им очарован и полюбил его искренне, не жалея на него всех своих нерастраченных отцовских чувств. И чтобы не потерять официальной связи и заткнуть тех, кто обвинял его в совсем других видах связей с Питером, он усыновил парня официально. И результат не заставил себя ждать. К восемнадцати годам Питер перенял все повадки наставника. Он был добрый, хоть и ужасно циничный, до противного саркастичный, наглый, знающий себе цену. Никто уже и не верил, что Питер не настоящий сын Тони. Постепенно он переехал в Башню и имел свою комнату во всех домах и квартирах Старка, что все-таки не сделало его «золотой молодежью». Он, как и Старк, ценил наличие ума, а не денег, хотя его разработки уже сейчас составляли не самый маленький процент новых финансовых приростов Старк Индастриз. Питер вытянул ноги и посмотрел на кончики своих конверсов. Ему прекрасно известна причина, по которой их вызвали. Это выпускной класс старшей школы. Он золотой гений, который если бы не был трепетно привязан к другу детства, с которым был в одном классе, уже давно бы закончил колледж. Но он решил пройти этот путь, получив ещё и школу жизни. Но проблема в том, что в программу этой школы, как и всех других, входит физкультура. А тут Питер был полный ноль. И вот его идеальный табель портила ненавистная «С». Двери кабинета открылись, и Старк замер в проеме. Он посмотрел отсутствующим взглядом, явно ещё мысленно находясь в диалоге с директором, на Питера, потом развернулся и закончил мысль вслух. — И вообще! У него будет личный тренер, который будет приходить только для него! А потом он вам так этот экзамен сдаст, что вы ещё его на олимпийских играх увидите! — он довольно хмыкнул и сел рядом с Питером. Из кабинета послышался обреченный вздох Мэй. — Тони, даже такой гений, как ты, не сделает из меня олимпийца, — цинично поднял взгляд на опекуна Питер. — Кого? — непонимающе переспросил Тони. — А зачем тебе? — Ну ты же только что… — Да наплевать, — перебил мужчина парня. — Но заниматься придётся, — он оценивающе осмотрел своего подопечного: — Как ты можешь лажать по физ-ре, когда у тебя вполне спортивная фигура, пацан? — Может, генетика? — Питер отрешенно пожал плечами. — Мэй! Отшивай быстрее этого старикашку, его уже давно не Пит интересует, пошли, мы подкинем тебя домой, — крикнул Тони в открытые двери кабинета.

***

Стив проснулся с адской головной болью. Рядом с ним копошилось тёплое тело. Он машинально притянул его к себе и с удовольствием обнаружил, что тело подтянутое и крепкое. Тело издало блаженное мычание прижимаясь спиной ближе к его груди. Роджерс стал вспоминать, что он делал вчера и почему его спортивный график сегодня явно идёт по… наклонной. Он пришёл на студию записи, где отмечала свой десятый альбом группа, в которой фронтменом был его лучший друг и по совместительству двоюродный брат — Джеймс Барнс или просто Баки. «Солдаты», так называлась его группа, стартовали пять лет назад, и до сих пор были весьма успешны. Они произнесли речь. Баки разразился тирадой, как он рад, что в детстве его кумирами были Дэвид Боуи и Филипп Моррисон. А потом они пили. Много и долго. Надо выяснить кого же он подцепил. Он мягко провёл по животу наверх, наткнулся на бусинку соска и в ужасе замер. Нет, и грудь была на ощупь хороша, и с соском явно все в порядке. Проблема в том, что в нем было колечко пирсинга, а на колечке маленькая звёздочка, и если нет второго такого же придурка, который будет таскать звезду в соске или если это не помешанный фанат, подражающий своему кумиру вплоть до аксессуаров, то Стиву не надо открывать глаза, чтобы знать, как выглядит и эта грудь, и живот, и вообще все тело в его объятиях. — Боже, прошу, скажи, что ты чокнутый фанат Баки, — простонал блондин. — Мне жаль, дружище, — послышался хриплый со сна почти родной голос, — но твой стояк сейчас упирается прямо в задницу твоего младшего двоюродного брата. — Какого черта мы в одной кровати?! — подскочил Стив. — Потому что до моего дома мне ехать уже было лень, а ты ужрался в говно. Ты что, опять на какой-то диете? — Баки сел на кровати и потянулся. — Да, черт, меня наняли личным тренером на очень хороших условиях, в смысле даже для меня хороших! — уточнил Стив, и Баки присвистнул. — И я хотел подсушиться, но не отметить ваш юбилейный не мог. — И кто нанял? — уже вставая, спросил Баки в поисках своих джинсов. — Старк, для сына, — Стив тоже встал и достал из комода домашние штаны, швырняя их в брата. — И завидую, и сочувствую, приятель, — хмыкнул Баки. — Чего так? — Я пересекался с пацаном на закрытых вечеринках. Он красив как ангел, и умён как черт. И все это приправлено просто гадски отвратительным характером, но у нас с ним никогда конфликтов не было, — пожал плечами Баки. — Но ведь мне за него и не отчитываться. — Ага, хорошо, что первое занятие только в понедельник, хоть отойду от твоей попойки. — На сколько контракт? — До конца учебного года. — Полгода, думаю, выживешь, — заржал Баки.

***

Питер забился в раздевалку и вжал в ухо беспроводную гарнитуру на манер наушника охранников или шпионов в ожидании ответа на той стороне. — Карапуз? — наконец послышалось из микродинамика. — Я не смогу с ним заниматься! — без приветствия выпалил парень. — Это ещё почему? Он вроде крутой профи. — Ты его видел? — Конечно, я лично с ним контракт подписывал. — Тони, я, конечно, не знаток в спорте, но заниматься со стояком, думаю, весьма непрактично. — У него стояк? Может, он очень любит свою работу? — предположил Тони, и Питер даже по звуку его голоса понял, что он тянет свой фирменный оскал. — Не у него, ты не забыл, что твой пасынок по мужикам? — фыркнул Питер. — И ты подсовываешь мне это! — О нет, детка, я не забыл, — хохотнул Тони. — Именно поэтому в контракте мистера Роджерса прописан пункт, запрещающий сексуальные или романтические отношения с подопечным. — Ты чудовище! — Все ради тебя, малыш. Чмоки-чмоки, учись хорошо, — и Старк отключился. — Мистер Паркер? — в дверь постучали, и уже от звука этого бархатного голоса у Питера побежали мурашки. Прошло десять минут тренировки. Они размялись, и вот тишину зала разрушил возмущённый вопль молодого парня. — Ты охренел?! Я не полезу туда! — возмущался Питер. — О! Так мы уже опустили формальности, — пожал плечами Стив. — Ну тогда… Марш на канат! — командным голосом гаркнул он. — Это невозможно! — С чего это? — Я боюсь высоты, — Питер скрестил на груди руки и отвернулся. Стив тяжело вздохнул, все очарование парня слетело вместе с этой глупой попыткой отмазаться. И это про него Баки говорил, что он умён как черт? — Тяжело тебе, наверное, на сто седьмом этаже с панорамными окнами сейчас… — сухо указал на глупость протеста Стив. Питер обиженно прищурил глаза и подошел к канату. Он несмело взобрался на два метра, и руки стали предательски дрожать. Пальцы сами разомкнулись, и Питер полетел вниз. Но столкновения с землей не случилось. Сильные руки подхватили его как пушинку и слегка прижали к груди. Он поднял испуганно голову и замер, встречая серьезный взгляд. Зрачки в голубых глазах плавно расширились. Питер сглотнул и непроизвольно облизал губы. Руки на его груди мягко сжались сильней, но в тот же миг его поставили ровно. — На канат! — бесцветно скомандовал Стив.