Promises Are Meant To Be Broken

Хонджун потёр глаза и сделал ещё один большой глоток воды. Он думал об обещании, которое дал совсем недавно, перед тем, как пойти спать. Как бы он ни хотел сдержать слово данное Сонхва: покинуть студию ровно в одиннадцать, он также пообещал самому себе, что создаст столько хороших песен, сколько сможет показать компании. Хонджун понимал, что этим он нарушит другое обещание, но он хотел, чтобы дебют их группы прошёл успешно. Так что это не эгоистично, верно? Тем более, на прошлой неделе, он вернулся в общежитии в два часа ночи и об этом ещё никто не узнал. То, что мемберы не знают, не сможет им навредить. Анализируя все мысли, которые возникли в его лишенном сна уме, он вздохнул. Хонджун навел курсор на кнопку удаления, но помедлил и добавил файл в папку «исправить». Возможно после несколько часов сна и практики, он сможет «слепить» из этого что-то хорошее для песни. Ким развернул своё кресло и поднялся. Выйдя из здания, он направился в общежитие, размышляя о том, что сможет улучшить завтра. Стараясь не шуметь, парень медленно повернул ручку и открыл дверь. Он осмотрел гостиную. Слегка улыбнувшись, он на цыпочках прошел в комнату, в которой они с Сонхва жили. Сонхва заботился о мемберах так же, как Хонджун: готовил им еду, убирал за ними беспорядок и давал советы всякий раз, когда это было необходимо. Тем не менее, он не из тех людей, которые не ложатся спать допоздна, желая «прекрасных снов», как ему нравилось их называть. Так что, когда Хонджун зашел в спальню, он удивился, увидев Сонхва, сидящего на стуле со скрещенными на груди руками. Глаза Хонджуна расширились. Сонхва смотрел будто в самую его душу и это был определенно нехороший знак. — Где ты был? — спросил старший пугающим тоном. — Эээ, я уснул на диване и только сейчас проснулся. Решил лечь на кровать. Он не хотел врать, но ложь просто выскользнула перед тем, как он собирался сказать правду. Сонхва поднялся со стула и подошёл к соседу по комнате. — Ким Хонджун, — Хонджун напрягся, услышав своё имя, — не ври мне. Ким вздохнул, стараясь не встречаться взглядом со старшим, когда тот провёл рукой по волосам. — Я задержался в студии, работая над песнями. Думаю, я потерял счёт времени и… — Хонджун, — повторил Сонхва, но сейчас его голос казался не злым, а скорее грустным. Он положил руку на щеку младшего. — Ты обещал мне. — Я знаю, просто… — он замолчал на секунду пытаясь подобрать слова. — Я должен закончить эти песни. Мне доверили создание песен для дебютного альбома, и я действительно не хочу… — парень прочистил горло. — Я не хочу никого разочаровывать. Пока Хонджун говорил, Сонхва подходил к младшему всё ближе и ближе, а тот отступал назад, пока не уперся спиной об стену. Сонхва поднял подбородок младшего, тем самым заставив того посмотреть ему в глаза. — Ты никого не разочаруешь. Я знаю это. В конце концов, ты только навредишь себе. Я заметил, что ты стал меньше есть, а твои мешки под глазами становятся темнее с каждым днём. И я не единственный, кто заметил это. Минги пришёл ко мне с просьбой, чтобы ты позаботился о себе. — Я… Мне жаль, — губа Хонджуна дрогнула, и по щекам начали стекать слёзы. — Мне так жаль. Сонхва застыл. Он видел своего лидера смущенным, злым, даже виноватым, но грустным ещё никогда. В конце концов, ему всегда удавалось ободряюще улыбнуться. Он знал, что никто не может быть позитивным все время, но он никогда не думал о том, что увидит как Хонджун плачет. Сонхва положил обе руки на щеки, обхватив лицо Хонджуна. — Тебе не нужно извиняться. Ты не сделал ничего плохо. — Я нарушил наше обещание, —ответил он, сопя и вытирая глаза. Сонхва откинул в сторону свои обиды по поводу нарушенного обещания. Несмотря на то, что он доверят Хонджуну, сейчас не время для решения этой проблемы. — Обещания должны быть нарушены. — Мне жаль, — против его воли, еще несколько слёз стекли по щекам Хонджуна. — Сколько раз я должен сказать тебе, не говорить это? Ты находишься под большим давлением, нет ничего плохо в том, чтобы снять стресс. Я рядом с тобой. Хонджун продолжил плакать, пока слёзы не превратились в рыдания. Картина, которая открывалась перед Сонхва, создала тяжесть на его груди, и парень сам еле сдерживал слёзы. Они так и продолжили стоять: Хонджун прислонившись к стене, а Сонхва потирал подушечками больших пальцев щёки лидера, пока тот не успокоился, чтобы правильно сформулировать мысль. — Можем ли мы… — Хонджун замолчал, опустив взгляд в пол, закусывая губу. — Можешь ли ты поспать со мной? Глаза Сонхва расширились, это явно застало его врасплох. — Ты не обязан! — сразу начал тараторить лидер, боясь, что покажется странным. — Я просто… Я продолжаю думать обо всём этом, и мне нужен кто-то рядом, чтобы справиться с этим. Старший парень мягко улыбнулся ему. Они вместе легли на кровать, руки Сонхва все ещё находились на влажных щеках Хонджуна. Его пальцы были липкими от слёз, но он не обращал на это внимание, потому что сейчас его волновало только одно: он лежит на кровати лицом к лицу с Хонджуном. Его лидер. Его друг. Его лучший друг. Его лучший друг, который заставляет сердце трепетать. Они так и продолжили лежать, изучая лица друг друга. Хонджун обожал то, как вились волосы старшего и как его губы всегда имели розовый оттенок. Он искренне надеялся, что Сонхва простит его за нарушение обещания. Хонджун мог сказать, что он злился на него, как только парень зашёл в комнату, но потом, по какой-то причине он смягчился, чего Сонхва почти никогда не делал. — Ты должен сказать нашему менеджеру, что не можешь сделать это. Она поймёт. В любом случае, у продюсеров должно быть несколько песен. Хонджун покачал головой. — Я хочу сделать то, что мне было поручено. — Хонджун, перестань пытаться проявить себя, — Сонхва был сыт по горло упрямством своего соседа по комнате. — Ты не робот. Мы все практикуем танцы и вокал. А если добавить еще и обязанности лидера, то вообще получится перебор. Создание песен поверх всего этого только навредит тебе. Никто из нас не хочет, чтобы с тобой случилось что-то плохое. — Я в порядке, — заверил Хонджун. Он правда не хотел, чтобы кто-то заботился о его здоровье. У них у всех есть свои заботы. — Пообещай мне, что другие продюсеры тебе помогут, — сказал Сонхва своим строгим тоном, от которого у Хонджуна перехватило дыхание. — Но ты сказал… — Я знаю, что я сказал. Но это обещание не должно быть нарушено. Это не только для твоей пользы. Если ты не можешь сделать это для себя, то сделай это для меня. Сделай это ради всех нас. — Хорошо. Сонхва улыбнулся в ответ. Тишина, которая воцарилась между ними, была комфортной. Даже когда Сонхва уснул, Хонджун продолжал смотреть на него. Он убрал руки со своего лица и переместил их на спину. Затем он обнял Сонхва руками и ногами, будто тот был большим плюшевым мишкой. Слабый запах Сонхва: смесь его одеколона и лосьона с ароматом зелёного яблока, достигли обоняния Хонджуна. Хонджун не спал с кем-либо из участников ранее. Несмотря на то, что компания была относительно новой, им повезло иметь отдельные кровати, и Хонджун не хотел мешать другим мемберам, из-за своих проблем со сном. — Хонджун, — прошептал Сонхва, внезапно проснувшись. Ким подпрыгнул от неожиданности. Сонхва не спал? — Эээ, да? — Ты хочешь крепких обнимашек? Лидер осознал, что положение, в котором они сейчас находятся, немного неловкое, поскольку их конечности были сплетены, но в тоже время находились на расстоянии друг от друга. Хонджун кивнул. Они оба пододвинулись на встречу друг к другу, встретившись посередине. Сонхва перевернулся, тем самым позволяя лидеру обнять себя. Хонджун уткнулся подбородком в шею Сонхва. — Тебе удобно? — спросил младший. Сонхва, который обычно интересуется таким, сейчас был слишком взволнован тем, насколько близко друг к другу находятся их лица. Поэтому он не мог ответить, несмотря на то, что парень сам предложил эту идею. Он просто кивнул и сглотнул. Они оба уснули. Их тела переплелись, но вот чувства были совершенно разными.