Кровавый Страж

Как только Курама скрылся, слезы снова начали течь по щекам Наруто. Он только что узнал, что его друг, которого он спас — не его друг. Уныние и бессмысленность, захватили душу блондина, он окончательно потерял себя. И ещё не скоро сможет найти смысл в своём существовании. — Наруто, ты как? — послышался тихий голос девушки, желающей помочь ему. — Всё хорошо, — прозвучал металлический голос парня. Наруто сам не ожидал от себя такой сухости и холода по отношению к Мито, — Что вы тут делаете? — Мы пришли помочь тебе. Отец говорил, что ты направился за девятихвостым демоном. — НИКОГДА. НЕ СМЕЙТЕ. НАЗЫВАТЬ. ЕГО. ДЕМОНОМ. Вам понятно?! — от Наруто так и веяло холодом. Он только что потерял друга, а тут, его ещё и демоном называют. Такого Наруто не смог стерпеть, хоть и через секунду понял, что такое поведение было неправильным. Девушка замолчала. Такого грубого отношения, она не ожидала. До этого Наруто всегда относился к ней с уважением, добротой и лаской. А сейчас так грубо и холодно, как будто это не Наруто. Она попробовала встать, но боль в теле не позволила. Ей на помощь пришел Чисай. Благодаря ему, девушка сумела встать. Не говоря больше ничего, Чисай и Мито направились в сторону Узушиогакуре. Сам же Наруто остался на лежать на полу, в одиночестве со своими мыслями. Он думал обо всем, что произошло за последние несколько дней. В мельчайших деталях он вспоминал произошедшее и с каждой секундой всё больше проклинал себя за несдержанность. Ведь Мито, помогла ему, когда ему не было где ночевать, помогла во всем, да даже сейчас она помогала Наруто спасти Кураму. Вспоминая искривленное болью лицо девушки, и понимая, что виной этому его собственная техника, Наруто чувствовал боль в сердце. Но боль эта была не физической, а душевной. — Нужно извиниться перед ней, — подумал Наруто и попытался встать. С первой попытки он встал на ноги, хотя держался он на ногах неуверенно. Маленькими шагами он направился в Узушиогакуре, одновременно вспоминая первую встречу с Мито. Их первый разговор наедине, на пути к дому Фуруи. Сейчас, все эти дни казались счастливыми, наполненными смехом и… Нереальными. В очередной раз, Наруто корил себя за то, что не смеялся вместе с ними, не отвечал на их попытки сблизиться с ним. А только и делал, что вспоминал прошлое и страдал, вместо того, чтобы жить настоящим. Теперь, когда он понял, что прошлое должно оставаться в прошлом, возможно слишком поздно. Своим поведением он уже обидел тех, кто пытались помочь ему.

***

Отряд АНБУ из Узушиогакуре направлялся на координаты, которые им дал Фуруи. Они почти дошли до места, когда увидели Мито, стоящую на ногах благодаря Чисайе. Не теряя больше времени, АНБУ быстро приблизились к ним и начали задавать вопросы о случившемся. Получив ответы на свои вопросы, командир приказал двум продолжать путь вместе с ним, а остальные должны были доставить Мито и Чисайя в Узушиогакуре. Приказ был исполнен без каких либо проблем. Те, кто должны были отнести представителей главной семьи в Узушиогакуре, удачно справились со своей задачей, а командир, вместе с двумя другими АНБУ, нашёл Наруто. Блондин был доставлен в Узушиогакуре не в самом лучшем виде. Отсутствовала рука, все тело было в многочисленных ранах. Глубоких и не очень. Некоторые из них могли бы закончить жизнь блондина на том поле боя, к счастью, чакра девятихвостого вылечила внутренности блондина и остановила кровотечение. Но пролежать несколько дней в больнице, ему всё равно придется. Первый день в больнице, прошел без каких либо происшествий. Блондин лежал на своём месте и думал обо всём подряд. Но больше всего, о Мито. Он чувствовал к ней тоже самое, что и к Хинате. Правда, он всячески пытался внушить себе, что его чувства к Мито, ничто иное, как самообман. Он не мог позволить себе думать, что любит кого-то ещё так же сильно, как Хинату. День для Наруто был действительно сложным. Сложным в моральном плане. Второй день был более насыщенным, но не самым приятным для Наруто. Мито, вместе со своей семьёй, пришла навестить Стража. Мито почти не говорила с Наруто, а если и говорила, то обращалась к нему официально. Как будто они в первый раз встретились. Причину бывший блондин прекрасно знал, но говорить об этом при остальных, он не захотел и оставил это дело на потом. — Наруто, что с девятихвостым? — наконец Фуруи перешёл к деловым вопросам. — Он на свободе, — тихо ответил Наруто. Опять ему напомнили о друге, — Он меня не узнал. — А он что, должен был узнать тебя? — спросила Кираина. Она, как и все остальные, не понимала, почему Наруто так сильно верил в то, что Кьюби должен его узнать и стать его другом. Ведь они ещё не разу не пересекались друг с другом. — Должен был, но не узнал. — А с чего такая уверенность? Вы ведь раньше не встречались. Откуда девятихвостого знать тебя? — Они точно раньше встречались, — вмешалась в разговор Мито, — Иначе, господин Страж не знал бы имени девятихвостого. Главная семья уставилась на бывшего блондина, требуя объяснений. Наруто же смотрел на них со взглядом, говорящим «даже не пытайтесь, этот рассказ не для ваших ушей». Ни одна из сторон не собиралась отступать, поэтому, Наруто решил сменить тему. — Что же случилось с Мадарой и Хаширамой? Они живы? — Не знаю, обрадуешься ты или нет, но да. Они живы. Наши АНБУ перенесли их сюда и врачи сумели сохранить им жизни, правда, одному не хватает ноги, чтобы вернуться к нормальной жизни. Но и это не слишком большая проблема, благодаря клеткам Хаширамы они смогут собрать новую ногу для Учихи. — Жаль, — только и сказал Наруто, — Мадару нужно уничтожить, чтобы произошедшее не повторилось. Но каждый раз мне что-то мешает, — последние два предложения Наруто сказал для себя, но этим ещё больше заинтересовал семью Узумаки. Им стало интересно, повторение, чего именно, Наруто хотел остановить. Появился АНБУ и отдал какой-то свиток лидеру деревни. Посмотрев на печать, которым был запечатан свиток, Фуруи попрощался с Наруто, пожелав тому здоровья и направился в резиденцию, готовить ответ для Конохи. Остальные члены семьи решили долго не задерживаться, и после ухода Фуруи, начали покидать палату Стража. Наруто попросил Мито остаться на несколько минут, для разговора. Девушка выполнила просьбу бывшего блондина и осталась. — И о чём ты хочешь поговорить? — спросила красноволосая. — Прости меня, я не должен был, так себя вести. Я прошу у тебя прощения за то, что тогда обидел тебя своим поведением. Просто, когда речь идёт о моих знакомых из прошлого, я становлюсь фанатиком. Они слишком многое, для меня значат, если конечно не всё, поэтому, я срываюсь. Ещё раз, прошу прощения. — Опять ты о своём прошлом, — девушка взорвалась. Ей надоело, что каждый раз Наруто говорит о своём прошлом, но не рассказывает ничего. Несколько минут могут помочь им больше не напоминать Наруто о прошлом, не «оскорблять» его знакомых из прошлого, называя одного из них демоном, — Может расскажешь ты уже о нем? Может тогда мы не будем нечаянно оскорблять твоих друзей. Ты только и делаешь, что говоришь о своём прошлом и друзей оттуда. Но кто они такие, кто все эти люди? Может, они следствие больной фантазии? — Прости, но знать вам об этом, не обязательно. — Тогда нету смысла мне больше здесь оставаться, Наруто. Раз уж ты не доверяешь мне и остальным, думаю, нету смысла продолжать разговор, — Мито уже выходила из палаты, когда послышался тихий, взволнованный голос Наруто. — Постой, я расскажу тебе о своём прошлом… Частицу, — блондин был готов рассказать о себе, только бы сохранить общение с Мито. Ему нравилось её присутствие. Во время общения с ней, он находил то самое спокойствие, которое он потерял после войны. С ней, он становился старым Наруто. Девушка повернулась лицом к Наруто и посмотрела на него. — Ты уверен? — Да, — Наруто рукой показал девушка подойти поближе. Красноволосые сели рядом и Наруто начал свой рассказ. Рассказ, наполненный горечью утраты, болью и страданием. — В день моего рождения, из моей матери вытащили девятихвостого лиса, и с помощью него, напали на мою деревню — Коноху. Мой отец — четвертый Хокаге, сумел остановить лиса и запечатать его во мне. Моя деревня победила, но отец и мать… — Наруто было трудно говорить. Каждое воспоминание заставляло его страдать, — Они умерли. Умерли как настоящие герои, оставляя меня на попечение третьего Хокаге, и попросив его позаботиться обо мне. Но у судьбы были другие планы. По деревне прошел слух что я джинчурики и во мне запечатан тот, кто разрушил часть деревни, несколько лет назад. Тогда я стал изгоем, не знающим даже своих родителей. Все меня сторонились, не позволяли своим детям, даже говорить со мной. Но, когда мне было четыре, я впервые встретил ту, которая не назвала меня демоном. Её звали — Хината. Правда, после этой встречи, моя жизнь ничем не изменилась. Я страдал из-за девятихвостого, запечатанного во мне. Люди во мне видели лиса, а не ребенка. Но, мне удалось добиться уважения с их стороны. Правда, не без посторонней помощи. Первый человек, который стал мне родным. Он был моим крёстным, его звали Джирайей. Когда мне было тринадцать, он взял меня в ученики. Мы долгое время путешествовали с ним. Но, судьба всегда любила отбирать у меня ту частицу счастья, которую я завоёвывал. И она забрала у меня Джирайю. Он был убит своим же учеником, потерявшимся во тьме из-за страданий и потерь, окружавших его. Но настал тот день, когда мы встретились с ним лицом к лицу. Он был немощным, не мог даже двигаться самостоятельно, я мог бы с лёгкостью его убить, но не сделал этого… — Наруто продолжал свой рассказ, время от времени возвращаясь назад и более детально рассказывая некоторые части. Говорить ему было трудно. Ведь его рассказ был наполнен именами и воспоминаниями о тех, кто были ему дороги. Иногда он делал паузу, чтобы ответить на вопросы девушки. Слыша рассказ Стража, девушка не могла спокойно слушать. Ей не хватало воздуха. Слезы собирались на глазах и время от времени пробегали по гладкой коже девушки, оставляя за собой мокрые следы. Она чувствовала слова Наруто и страдала вместе с ним, пытаясь представить каково это, жить изгоем. Наруто продолжал свой рассказ. Он рассказывал всё, не скрывая ничего. Он рассказал даже о том, как бегал за девушкой по имени Сакура, хоть и не любил её, а просто внушил себе чувства к ней. Рассказал о своей первой встрече с отцом. Незабываемой встрече, во время которого он узнал, что является сыном Жёлтой молнии Конохи. — Я никогда не забуду ту белую комнату, в котором наконец, увидел его лицо, — сказал тогда Наруто, а по щеке пробежала слеза. Потратив на рассказ несколько часов, Наруто наконец достиг того места, где решил остановиться. Рассказывать о войне, он не был намерен. Во всяком случае, сейчас. — Что же, Мито, теперь ты знаешь частицу моего прошлого, — проговорил Наруто. От волнения его голос ломался, руки же в свою очередь дрожали, — На этом остановимся. Девушка некоторое время сидела молча. Она уже в какой раз прокручивала полученную информацию в голове, но никак не могла понять, как можно было так относиться к ребенку. Она страшилась той жизни, которую прожил Наруто, настолько она была ужасна. — А что же стало той девушкой, которая была первым человеком, не назвавшим тебя демоном? — спросила Мито, не представляя даже частицу той боли, которому только что подвергся Наруто. — Я, я… — слезы потекли по щекам Наруто. В очередной раз его сердце разломалась на маленькие частицы и разлетелось в стороны. Но он сумел взять себя в руки. — Я полюбил её, полюбил всем сердцем. Я был готов пойти ради неё на все, — взгляд Наруто стал мертвым, а голос металлическим. Так Наруто хотел придать себе уверенности, дабы суметь закончить свой рассказ, но дрожащие пальцы прекрасно давали понять, насколько же ему трудно было говорить об этой девушке, — Я был готов на всё ради неё. Но, я, я… Не сумел её защитить. Она… — слезы градом сыпались на пол, пальцы отдали свою дрожь всему телу, — она мертва…