Self control

Когда Зимний Солдат увидел парня на поле битвы, то ничего не почувствовал. Вообще ничего. Ни злости, ни желания убить, ничего. Солдат впринципе не должен чувствовать ничего. И ему было не до этого. Надо было разобраться с мужчиной со щитом и рыжей девушкой. Но когда этот самый парень, стреляя в него какой-то клейкой жижей (это, как потом оказалось, была паутина) вытащил из-под летящей на него машины, что опрокинулась из-за аварии, созданной дракой, он почувствовал. Непонимание. Но, от чего-то, радость. Небольшую, но радость. Это было ему не свойственно. Так-же не свойственно было ополчаться против Гидры и помогать тем, кого не знаешь, но отдалённо помнишь. И было очень не свойственно прыгать в воду за парнем, с которым ты залез в какие-то ебеня, потому что он показался тебе хорошим и спас тебя во время драки. Стоит ли говорить, насколько несвойственно было спасать этого парня после победы над Гидрой и вытаскивать его из воды? Думаю, не стоит. Вообще, вся эта ситуация слишком не свойственная для Зимнего Солдата. И когда на суше, после победы, этот парень смотрел на него, вместе с командой людей (и не очень) с которыми он дрался сегодня днём, и предлагал вступить в организацию «Мстители», о которой Солдат знать не знал, он, почему-то, не смог отказаться. Просто не смог. Как потом оказалось, этого парня зовут Питер. Питер Паркер-Старк. Этот Питер спас его от машины, которая его чуть не раздавила, залез с ним на летающую херню, доверившись ему, и этого Питера Барнс спас во время крушения той самой херни. Чтож, этот Питер либо слишком добрый, либо слишком тупой. Скорее всего первое, но оно граничит со вторым. И это его не портит. *** После вступления в эту организацию Баки надо было реабилитироваться. Морально реабилитироваться. Вспомнить, кто он, забыть, кем был и жить настоящим. В этом ему помог Питер. Очень помог. Каждый вечер они смотрели фильмы, сериалы и смеялись. Очень много смеялись и улыбались. Днем Баки ходил к психологу, но Питер выслушивал то, что Барнс даже психологу сказать боялся. Питер был, чем-то вроде…всего. И помощью, и гуру в современном мире, и просто веселым человеком. Баки это правда ценил и постепенно привязывался к Паркеру-Старку, чего сам не понимал. *** Как-то, когда Питер и Баки сидели на диване и смотрели очередной фильм, Пит задал очень…необычный вопрос. — Баки, а у тебя есть друзья кроме Мистера Роджерса? — он спросил это, уставившись на Барнса вплотную, но продолжая жевать попкорн, заботливо приготовленный им самим. Барнс честно не ожидал такого вопроса, поэтому уставился в ответ. Парень смотрел выжидающе, с заинтересованностью в больших глазах. — Нет, нету — Баки сказал честно. Хоть команда и относилась к нему хорошо, но он не считал их друзями. Хотя бы потому, что в их компании он не чувствует себя комфортно. Не так, как со Стивом. Не так, как с Питером. Такого ответа малой явно не ожидал, потому что глаза округлились, а попкорн перестал поглощаться. Он на секунду задуматься, свёл брови домиком, потом расслабился и посмотрел Баки прямо в глаза. — Тогда — он протянул руку с выставленным мизинцем — я буду твоим другом — и улыбнулся еще шире. Баки смотрел на руку так, будто она была синей, серьёзно. С таким неподдельным удивлением, что на секунду Питу стало не по себе. Но после мужчина аккуратно протянул мизинец в ответ и пожал. Пит улыбнулся еще шире, хотя куда сильнее, и Баки понял, что влип. Влип в свои чувства, которые будет разгребать ещё очень долго. *** С того момента прошло не больше полугода. Питер и Баки всё свободное время проводили вместе, веселились и отдыхали, и Баки попутно разбирался в своих чувствах. Когда рядом был этот милый парень, сердце стучало быстрее. От его улыбки щёки покрывались румянцем. Он всегда приковывал к себе внимание и заставлял путаться в себе ещё больше. Но Баки понимал, что их взаимоотношения не двигаются. Они все еще хорошие друзья, но Барнс хочет показать, что доверяет и уважает Пита полностью. Но как… — Баки, я предлагаю сходить в кафе, потому что я не хочу опять спалить кухню — как-то предлагает Питер. Баки невольно поддается воспоминаниям. *flashback* — Дальше надо разогреть духовку до ста пятидесяти градусов и поставить тесто — прочитал измазавшийся в муке Пит, пока Барнс переливал тесто в формочку. И кто сказал, что готовить пирог будет хорошей идеей? Как сказал один известный человек: «не умеешь — не берись». Тут это идеально подходит. Они мало того, что спалили пирог, еще и кухню задымили настолько, что Джарвис вызвал пожарных. Ну класс. После этого они тридцать минут стояли и пытались объяснить пожарным и Тони, что тревога была ложной. Стоит ли говорить, что пирог они так и не съели? Думаю, не стоит. А оказалось, что Питер перепутал и надо было греть до ста двадцати градусов. Они долго смеялись. *end flashback* — Баки? — повторяет Питер уже наверное, пятый раз. Немного трясет за плечо и взволнованно смотрит на лицо. В этот раз Баки услышал, но продолжил сидеть неподвижно. — Баки?.. — и почему Пит всё ещё зовет его «Баки»? Он же достаточно близкий человек, чтобы… — Зови меня Джеймсом, хорошо? — резко, но при этом тепло сказал Барнс, посмотрев на парня. Тот расширыл глаза от удивления и просто уставился на мужчину. Вроде же это хорошее продвижение во взаимоотношениях… — Хорошо, Джеймс — уже улыбаясь сказал Питер — так мы идем в кафе? — Идем — чуть краснея от этой очаровательной улыбки проговорил Баки и пошел собираться. С тех пор Питер зовёт его «Джеймс». *** Баки помнит тот день, когда это началось и улыбается каждый раз, вспоминая это… *flashback* В этот день погода была хуже некуда. С утра лил сильный дождь, такой сильный, что даже через окна на самом высоком этаже башни ничего не было видно из-за стены капель. Настроение было не лучше. В тот день на Барнса напала какая-то странная, необъяснимая хандра и грусть, происхождение которых он не знал и не знает до сих пор. Не хотелось делать ничего. Ни есть, ни спать, ни уж тем более говорить с кем-то. Но, как на зло, в тот день Питер был более активный и жаждущий разговора, чем обычно. Именно поэтому он сидел напротив мужчины и смотрел на него, пытаясь выяснить причину хандры или как-то поднять настроение. Он предложил посмотреть фильм, на что Джеймс вежливо отказался. Он предложил заказать пиццу, на что тот промолчал. Он предложил…да много чего он предложил. Но ничего не помогло, и Барнс продолжил сидеть на диване в позе амёбы с чашкой чая в руках. Питер долго осматривал то Баки, то их общую гостинную, как будто пытался что-то найти. Вот он опять посмотрел на Барнса и улыбнулся. «Идея» — пронеслось в голове у Паркера-Старка. Он подбежал к холодильнику, который находится в другой части комнаты, точнее в кухне, просто у них планировка открытая. Барнс даже не поворачивает голову, потому что слишком лень и потому что грустно… Тут он слышит негромкий щелчок со стороны его бионической руки. Он все же поворачивает голову, смотрит на руку и видит там…магнитик в форме сердечка. Что? Это шутка? Он поднимает глаза выше и встречается взглядом с большими карими глазами и ухмылкой на лице, прямо как у Тони, от чего небольшой румянец покрывает щёки. Парень напротив также ухмыляется и как-будто выжидает чего-то. — Это?.. — мужчина снова смотрит на магнитик, а потом на парня. — Тебе нравится? Я подумал, что это поднимет тебе настроение. — объясняет Пит, всё ещё смотря выжидающе. Барнс улыбается, смотря в эти глаза, полные детского огонька и искорок хитрости. — Хех…ты прав, мне нравится. — уже с теплотой приговаривает Баки и добавляет — давай посмотрим тот фильм? Как там его… — «Веном», Джеймс, «Веном» — как будто обречённо говорит парнишка, но в голосе, да и в выражении лица явная радость. — Хорошо, пусть будет так. Садись и включай, а я принесу попкорн. — Ура! — кричит Питер и обнимает уже стоящего Джеймса. Тот покрывается румянцем, но охотно обнимает в ответ, улыбаясь. *end flashback* С тех пор, когда Баки грустно, Питер крепит на его руку магнитик. Любой, но он обязательно с сердечком. Барнсу это нравится. Кстати, он так и не сказал, что поднимается у него настроение не столько из-за магнитиков, сколько из-за улыбчивого чуда рядом с ним. Но, думаю, пока ещё не время… *** После этого всего их взаимоотношения очень продвинулись. Они стали гораздо ближе, теплее относится друг к другу, но…стала возникать неловкость. Как со стороны Баки, так и со стороны Питера. Но если Барнс давно понял, что влюбился, так ещё и окончательно и бесповоротно (после ситуации с магнитиками), то вот неловкость со стороны Паркера немного напрягала. Почему он так себя ведет? Почему пытается избежать прикосновений, почему говорит через неловкие паузы и часто краснеет? Этого мужчина не понимал. Вот и сейчас, он шёл по коридору мимо комнат мстителей и думал о Питере, как услышал очень знакомый голос. Это был Питер. Он разговаривал, по видимому, с Нэдом. Подслушивать, конечно, не хорошо, и он бы этого не делал, если бы не услышал своё имя. Он прислонился к двери ухом и стал слушать, то что ребята говорят в данный момент: — Блин, чувак, мне так грустно. — устало проговорил Питер, хлопая руками по лицу и вздыхая. — Всё та же ситуация? — отвечает на том конце его друг, ставя чашку с кофе на стол. В ответ получает кивок — блин, чувак, можешь уже признатся ему, а не ныть мне. Я не против, а даже за то, чтобы выслушать тебя, но мне просто больно смотреть, как ты убиваешься. — судя по голосу, Нэд был серьёзен. И это было понятно. Его друг уже пол года влюблен в кого-то, Нэд знает в кого, но не может признатся тем самым портя настроение и себе, и Нэду, и, не осознавая этого, и Баки, так как тот не понимает причину поведения парня. Барнс всё это время слушал и не понимал, о ком идет речь. Но тот факт, что Пит в кого-то влюблен, его крайне огорчал. — Это сложно, Нэд! — выкрикивает Паркер-Старк — Я не могу просто взять и признатся ему…типо, что мне сказать? Типо: «эмм, йоу, привет Джеймс, слушай, я люблю тебя уже пол года, давай встречаться?». Не находишь это глупым? — парень развёл руками в стороны. «Что?.. Он сказал… Джеймс? Он про меня?» — Это не более глупо, чем то, что ты когда-то пытался скрыть от всей школы (да и не только школы, и не только один), и тем более меня, что ты — сын Тони Старка. — Нэд, засмеялся, а Пит недовольно свел брови — да брось, чел, у тебя всё получится. К тому же, Баки не тот, кто грубо отвергнет тебя. «Да, он про меня» — Нуу, — Пит затеребил край толстовки, в которой сидел — да, думаю, ты прав. Пора уже признатся Джеймсу, что он мне нравится. — Так держать, чувак — крикнул друг и отпил кофе из чашки. — Осталось только найти его- — Искать не прийдется, парень — Пит дернулся, услышав очень знакомый голос сзади и резко обернулся. Это был Баки. «Ну всё, это конец?» — Пит медленно закрыл крышку ноутбука, с ещё включённым видеочатом с Нэдом. — Д-джеймс? Сколько т-ты слушал? — голос парня предательски дрожал от волнения. — С самого начала. — честно сказал тот, пожимая плечами. «Это определенно конец» — Пит сглотнул. Он начал теребить край толстовки сильнее, ожидая реакции от мужчины. На лбу выступила капля пота и он начал мелко дрожать от волнения. — В общем…ты сказал правду, когда разговаривал с Нэдом? — Д-да. — голос дрожал сильнее, а глаза бегали по комнате, не желая встретится с красивыми серыми глазами собеседника. Баки вздохнул и начал подходить к кровати парня. Тот сжался, увидев это, и в непонимании уставился на Барнса. Через секунду Питер был повален на кровать и зажат между матрасом и телом Зимнего. Он съежился сильнее, а в глазах появились нотки страха. Баки увидел это и поспешил сделать то, что хотел сделать уже месяцев десять. Он поцеловал Питера. Поцелуй вышел, как он и хотел, мягкий и нежный, показывающий все чувства, что таил Джеймс всё это время. Старк-младший сначала не ответил, потому что не ожидал и испугался только сильнее, но когда понял, что происходит, то неуверенно поддался вперёд, открывая рот в продолжении. Барнс, поняв, что ему отвечают, начинает целовать напористей и более чувствительно, чем секунду назад. Чувствует, как худые руки ложатся ему на плечи и придвигают ближе, на что улыбается в поцелуй. Когда воздуха остаётся, лично у Питера, совсем мало, он разрывает поцелуй, тяжело дыша. Смотрит на Баки с любовью и радостью в глазах, но там все еще плещутся нотки непонимания ситуации. «Какой же он милый» — думает Джеймс, смотря на покрасневшего подростка, который лежит под ним и тяжело дышит — «только надо подобрать сейчас правильные слова, чтобы не завести все в порочное русло» — Питер…слушай, — начинает он и малец заметно напрягается — я хотел тебе сказать, что я тебя тоже люблю. Ещё давно. Примерно месяцев десять назад осознал это, и никак не мог признатся. — он наблюдает, как глаза подростка расширяются и наполняются радостью — ты очень мне дорог и только рядом с тобой я чувствую себя…собой. Именно рядом с тобой я хочу быть сейчас, и…в общем-то всегда. Ты…будешь со мной встречаться? — спрашивает он, понимая, что это было очень ванильно. Очень. Но, ему понравилось. Вместо ответа Питер притягивает Баки к себе и целует уже намного более уверенно и умело, чем в прошлый раз. «И где он научился так целоваться? Я начинаю ревновать, блин» — думает про себя мужчина и углубляет поцелуй, на что чувствует слабый стон. Он понимает, что потом не отвертится от Старка, со своей гиперопекой. Он понимает, что не отвяжет от себя вездесущую Нат, которая будет расспрашивать его обо всем, что будет слушать нотации от Стива и много чего ещё. Но это потом. Единственное, что интересует его сейчас, это маленькое тельце под ним, что было так ему необходимо всё это время. И он больше не будет медлить, потому что не упустит его.