Fall in night

На самом деле у Рахиль не было почти никаких шансов, не сделай Рак первый замах для устрашения, а не для убийства. Нет, такой вариант Агеро совершенно бы не устроил, поэтому он и уговорил Рака действовать именно так. Копьё насквозь пронзило ногу упавшей на пол Рахиль, ломая ей кости и заставляя кричать от боли. Услышать её кроме Агеро и Рака было некому - Шип Ли Су с остальными уже прошли на следующий этаж, оставляя их втроём. С большим трудом Рахиль поднялась на локтях и посмотрела на стоявшего над ней Рака. — Не пытайся дёргаться, жёлтая черепашка, будет только хуже. Вожак не вытащит своё копьё. Рахиль стиснула зубы и повернуласть к присевшему рядом с ней Агеро. — Что ты делаешь, Кун? Что это всё значит? — Всего лишь превращаю твою ложь в правду, Рахиль. На его лице холодная торжествующая улыбка, на её — страх и растерянность. Настало время двум обманщикам снять маски, закончить прежнюю партию и сыграть друг с другом новую уже в открытую. И никто не запрещал ему делать первый ход и использовать Рака, тоже пожелавшего наказать «лживую жёлтую черепашку». — Нечего возразить? Правильно, можешь даже не пытаться — я не поверю ни одному твоему слову. С этими словами Агеро достал из светоча нож, повертел его в руках, давая Рахиль возможность рассмотреть, и со всего размаху вонзил ей во вторую ногу. Тут же последовал новый крик и новые всхлипы, с попыткой Рахиль остановить его. — Разве ты не обещал? Разве ты не обещал Бааму?... Закончить ей не дал сильный удар по лицу, от которого она рухнула на пол. — Даже не смей произносить его имя. Ты потеряла на это полное право, когда убила его. Рахиль не делала попыток подняться, только посмотрела на Агеро, а потом перевела взгляд на Рака. — И как?.. Как вы думаете он бы отнёсся к вам будь жив и зная об этом? — Там, где чёрная черепашка сейчас, ему уже нет до этого дела. — Пытаешься воззвать к нашей совести? Напрасно тратишь время. — Рахиль била явная дрожь. — Я мог бы убить тебя быстро, но это будет несправедливо, верно, Рак? — Тот кивнул в ответ, и Агеро нарочито медленно вытащил свой нож из ноги Рахиль. — Поэтому я буду целиться не в сердце, а в лёгкое — так ты достаточно близко прочувствуешь то же самое, что и при утоплении. Нож уже задел нужный орган, окрашивая ткань кровью, когда Рахиль со всей силой выпалила, тут же зайдясь в кашле, слова, заставившие Агеро остановиться. — Он жив! На долгую секунду он застыл, едва заставив себя переспросить: — Что? — Баам. Он жив. На этих словах Рак дёрнулся, вместе с ним его копьё и Агеро едва успел убрать руку с ножом. Не то чтобы он сразу поверил, но вдруг?.. — Где он?! Где черная черепашка?! Рахиль с трудом разжала губы, явно не желая отвечать, но понимая, что сейчас это её единственный шанс выжить. — Он у FUG. Баам нужен им как новый Убийца. Вот он, тот кусочек пазла, который полностью поменял итоговую картину. Это не люди короля следили за ними из-за их связи с Незаконным, а FUG для шантажа Баама — иначе как могли они заставить его выполнять свои жестокие планы? Так просто поверить в это, но после нескольких лет постоянной лжи ему совсем не хочется поддаться на новую. — Доказательства, Рахиль, нам нужны доказательства. Кроко, бери её и пойдём к доктору. А потом Рахиль расскажет нам всё. *** Рак бегает вокруг и что-то кричит, но Агеро даже не пытается его слушать. Вместо этого всё его внимание занимает беззвучная картинка на часах, которые он сжимает так крепко, что сводит руки. Баам изменился, но Агеро ни на секунду не сомневается, что это именно он. Что ж, если король сделает всё, чтобы убить Баама, Агеро остаётся только одно. И ему даже не надо озвучивать это вслух, прежде чем Хва Рьюн с улыбкой кивает ему. *** — Сын Куна Эдуана? Он опасен. — У него есть потенциал, и он важен для нового кандидата. Мы можем использовать его как инструмент воздействия. — Если сможем контролировать, иначе они уже вместе обернутся против нас. — Это не должно быть большой проблемой — мальчик сам решил пойти против короля. Нам нужно только дать ему оружие для этого. — На словах, но сделает ли он это на деле? Всё же он выходец из Великой семьи. — Нужна проверка. И он не первый с таким прошлым. — К тому же его изгнали, да и на прощание он успел хорошо обокрасть Эдуана. — Скорее мелкая пакость, но действительно может что-то значить. — Может значить, а может и нет. У нас даже нет никаких гарантий что всё было именно так. — Достаточно. Я уже принял решение… *** Учителя всё ещё не было, и Баам не знал хорошо это или плохо. Сложно представить, чтобы учитель задержался по каким-то своим делам, но Баам надеялся именно на это. Потому что иначе его задержали после отчёта, чтобы высказать неудовольствие прогрессом Баама. А это наверняка значит более жёсткие занятия в ближайшее время. Не то чтобы Баам был совсем против — чем он сильнее, тем больше шансов, что он хотя бы выберется из этих стен и неусыпного контроля. Да и учитель обмолвился, что у убийц могут быть свои команды, которые у них есть возможность собрать самим. Маловероятно, чтобы кто-то из его друзей согласился работать на FUG, особенно он, но всё же… Баам глубоко погрузился в мечты и не сразу заметил, что к нему приближаются шаги четырёх человек. По спине пробежали мурашки — неужели кто-то из руководства опять решил устроить ему проверку? Баам сжался, опуская голову, — у него не было никакого желания знать кто пришёл в этот раз. К его удивлению никто не окрикнул его сразу, вместо этого трое остановились на другом конце пещеры, и только один подошёл почти вплотную. Возможной атаки тоже не последовало, вместо этого прозвучал голос, который последние несколько лет он слышал только во сне, даже не надеясь услышать в реальности. — Баам… Кун стоял прямо напротив него, такой же завораживающий и невозможно притягательный, как и в момент их первой встречи. Баам смотрел на него и не мог оторвать взгляд. Что там до Рахиль, которая появилась лишь как замена неизвестному свету, когда перед ним в мягком сиянии светочей появился Кун, которого он и хотел видеть? Чего стоила она, дважды оттолкнувшая его, по сравнению с ним, второй раз протягивающим ему руку, не зная о нём ничего? Бааму было страшно, что это лишь сон, но белая ткань рубашки, которую он сжал в своих руках, и чужая рука на его голове настойчиво убеждали, что это реальность. И громкий крик «черная черепашка» от уставшего молчать Рака, которому и принадлежали четвёртые шаги, окончательно избавил его от сомнений. *** — Виоле делает большие успехи в последнее время. Похоже, что позволить тем двоим его друзьям присоединиться было правильным решением. — Мы оба знаем, на что способна любовь, Ха Джин-Сунг, и как легко она обращает человека во тьму. Тьму, что уничтожит Захарда и его порядок. — Не назвал бы это именно тьмой, Глава, скорее желанием бороться за жизнь и защищать. Но вы правы, теперь Захарду точно не жить.