red eyes and sweet lips

      Сынмин медленно открыл глаза и затуманенным взглядом уставился в одну точку. Живот чем-то сдавливало, правая рука заметно потяжелела, а ещё ужасно тошнило. Он попытался привстать или хотя бы нормально сесть, но не смог; что-то мешало. Перед глазами всё расплылось; к горлу подступил тяжёлый ком, прежде чем содержимое желудка вырвалось наружу. Только после этого он понял, что находится в машине, а на живот давит ремень безопасности. Парень отстегнул его, чтобы снова не блевануть. - Ты мне уже весь салон запачкал. Спасать тебя было напрасной идеей. Сынмин подавил ещё один рвотный позыв и взглянул на водителя. - Куда... Куда ты меня везёшь? Ким говорил очень тихо, но Хёнджин услышал его. - Домой. В больнице тебе только гипс наложили и лицо обработали, а остальное я взял на себя. И вообще, что с тобой приключилось? Я думал, это я всё время на неприятности нарываюсь, а оказалось, ошибся. - Я...потом. - Хорошо. Хёнджин не хотел заставлять его рассказывать о случившемся, давить на мозги. Захочет - скажет. Каждый решает сам, что ему делать; Сынмин не исключение. К тому же, он устал, его не стоит напрягать в лишний раз. Ким откинулся назад и закрыл глаза, в мыслях прокручивая обрывки сегодняшнего дня. Мингю, его свита, Хёнджин, поднимающий его на руки... Стоп, что?! Этот Хван помог ему?! Голова раскалывалась, и, чтобы отвлечься от боли, он зажмурил глаза ещё сильнее. Хёнджин, резко остановившись, прошипел что-то сквозь зубы и повернулся к Сынмину. - Приехали. Ты вылезай, я тебе... Но остановился на полуслове. Когда Хван доехал до дома, Ким уже дрыхнул без задних ног. Хёнджин улыбнулся представшей перед ним картине и тихо вышел из машины, чтобы не разбудить спящего. Он открыл дверцу заднего сидения, подтянул тушку Мина к себе и взял на руки. И сын бизнесмена, наследник известной компании шествовал по земле, неся на себе маленькое тельце. Мда... Кто бы увидел, не поверил бы. Он кое-как вытащил из кармана ключи и, всё ещё держа Сынмина на руках, засунул их в замочную скважину. Замок щёлкнул, и дверь открылась, впуская внутрь хозяина дома и его нового друга, лежащего на руках первого. Хёнджин поудобнее уложил парня на диван, тот самый, на котором они сидели в прошлый раз, положил под руку подушку, чтобы было не так больно, накрыл одеялом, подоткнув края, и поцеловал его в лоб. Он уже собирался уходить, как Сынмин схватил его за край толстовки и слегка потянул вниз. Хёнджин послушно присел рядом с ним и поправил сползающее одеяло. Ким посмотрел на него, а-ля ты с ума сошёл, а Хван только пожал плечами и, насколько это возможно, мило улыбнулся. - Может уже хватит на меня пялить? Хотя нет, продолжай, мне нравится. Я ведь красавчик, правда? Сынмин недовольно поморщил нос и фыркнул. - Просто кое-что увидел. Хёнджин не с наигранной удивлённостью начал ощупывать своё лицо, дабы найти дефект. - У меня ссадина? Или пятно? Наверное, испачкался чем-то в больнице. - Нет, всего лишь твоё уродство. - Айщ, как грубо. Ты разбиваешь мне моё слабое сердечко. Он шмыгнул носом, одной рукой схватившись за правую часть груди, а второй смахнув с ресниц несуществующую слезу. - Ага, только сердце слева. Хёнджин хитро прищурил глаза, вскочил с дивана и ушёл в другую комнату. - Ну и обижайся, мне то что, - довольно грубо бросил Сынмин и надул свои и так пухлые губы. "А вдруг и правда обиделся?" - спустя некоторое время подумал Ким, но сразу отбрасывая эту мысль, ибо "обиженка" вернулся с одноразовым пакетом в руках, который был чем-то наполнен. - Такую натуру, как я, очень сложно обидеть. Признавайся, куда били? - Да никто меня не бил... Так, упал... - Упал, а заодно сломал руку и изукрасил всё лицо. Ты же понимаешь, как глупо это звучит? - Живот. - Что? - Били в живот. Хёнджин присел на корточки и достал из пакета тюбик мази. Сынмин продолжал. - Жалко только, что и лицу досталось. У Чонина теперь есть повод читать мне мои же нотации. - У тебя тут рука сломана, а ты всё о Чонине думаешь. Кем вы вообще друг другу приходитесь? - Друзьями, конечно... Только не говори, что и его завалить собираешься. - Пфф, я бы, может, и хотел, но уж больно твой друг нравится моему. - Да что ты несёшь? Маньяки не умеют любить. - Вот это заявление. Нет, я, конечно, с тобой полностью солидарен, но, поверь, Крис вовсе не такой. Может, он и выглядит устрашающе, но на самом деле такой душка. Так что не волнуйся насчёт этого. - Всё равно не верю. - Как хочешь. Ладно, снимай футболку. - Зачем? - А как я, по-твоему, буду обрабатывать? Снимай. - Нет. - Не снимешь, сам сниму. И, не дождавшись ответа, Хван схватился за края его футболки и нетерпеливо потянул вверх. Ткань поднялась, открывая вид на многочисленные ушибы и кровоподтёки. "Ужас", - подумал он про себя и коснулся их своими длинными пальцами. Сынмин вздрогнул, и Хёнджин поспешил отдёрнуть руку, чтобы не причинять боль младшему. Он открутил крышечку тюбика и выдавил немного на указательный и средний пальцы, приставляя их к повреждённой коже и втирая мазь. Сынмин нервно выдохнул. - Больно? Подожди, сейчас. Хван уже аккуратнее растёр жидкость и подул туда, где мазал. Ким стиснул челюсти, на что Хёнджин сочувствующе на него глянул. - За что они тебя так? - спросил он, закручивая тюбик и убирая его обратно в пакет. - Долгая история... Если проще, то могу сказать, что один очень надоедливый человек пытался сделать меня своим парнем. - И как зовут этого человека? - Ким Мингю. Хёнджин на мгновение замер, будто бы услышал что-то ужасное, но поспешил перевести тему. - Я уже закончил. Тебе не холодно? Сынмин покачал головой. - И всегда тут так пусто? - не выдержал Ким. Этот вопрос мучал его с тех пор, как он оказался в этом доме. Хёнджин помедлил, но ответил. - Думаю, тебе не стоит задавать подобных вопросов. Его слова звучали не как предложение, а как утверждение. Мин понимающе кивнул и сразу же опомнился. - Я тут задержался. Пойду что ли... - Ты дебил? - Что? - Тебя избили, сломали руку, отец на тебя хуй клал, а ты как ни в чём не бывало собираешься пойти домой и жить как обычно? - А что мне ещё делать? - Я же попросил тебя пожить у меня. - Я и так доставил тебе кучу проблем. - Это не проблемы, это забота о друге. А если не останешься, по школе пойдёт слух, что прилежный ученик Ким Сынмин встречается с плейбоем Хван Хёнджином. - Угрожаешь? Хёнджин пожал плечами. - По-другому тебя тут не удержишь. Сынмин вздохнул и устало взглянул на Хвана. - Только не давай мне больше своих элитных футболок. *** Сынмин проснулся первым и спустя минуту бессмысленного потирания глаз, наконец, поднялся с кровати. Он сделал шаг к окну и рывком распахнул шторы. Солнечный свет пробился сквозь стекло и упал на пол маленьким кругом. Мин нашёл свой телефон, оставленный вчера вечером на полу, набрал Чонина и попросил прикрыть его. Затем парень вышел из спальни, спустился на первый этаж и заперся в ванной комнате. Благо, Хёнджин вчера показал расположение жизненно необходимых комнат. Ким тщательно приводил себя в порядок, умывая лицо холодной водой и поправляя всклокоченные от сна волосы. Закончив с водными процедурами, он взглянул в зеркало и сам себя не узнал. Вместо заебавшегося от всего парня на него смотрел прежний милый и очаровательный Сынмин. Он уже собирался идти отсыпаться обратно в комнату, как живот заурчал, ведь, сука, со вчерашнего дня ничего не жрал. "Предатель", - подумал про себя Мин и отправился на кухню. *** Но открыв холодильник, Сынмин ещё больше разочаровался. Внутри мышь повесилась, и это ещё мягко сказано. Он достал последние пару яиц, разбил над сковородой и принялся за готовку. Как раз в этот момент спустился Хёнджин, потирая глаза и сладко зевая. Запах почуял, падла. Хван вплотную подошёл к парню и нагло положил тому на плечо подбородок. - Если я тебя ещё и обниму, мы будем похожи на семейную пару. - Размечтался. Лучше иди расставь тарелки. Хёнджин нехотя поплёлся и поставил на стол посуду, но случайно задел кувшин с водой. Он, конечно, не разбился, зато вода вылилась на пол. - Неудачник, - бросил Ким и, взяв сковороду, направился к столу, чтобы разложить яичницу по тарелкам. Но закон Мёрфи ещё никогда не подводил. Именно поэтому Сынмин, забыв про большую лужу на полу, проехался по ней и, хватаясь за впереди стоящего Хёнджина, упал прямо на него. Ну и кто тут неудачник, Ким Сынмин.