Ненависть побеждается любовью

— Зира, дай лапу! — кричала Киара, протянув отщепенке, висящей на скале свою лапу. Зира только посмотрела на дочь своего заклятого врага и уже хотела отмахнуться от её помощи, но взгляд львицы упал на бушующую внизу реку. В душе отщепенки поднялся мимовольный страх — она не хотела умирать. Зира отчаянно пыталась выкарабкаться наверх, но у неё это не получалось. — Зира, давай! — всё ещё пыталась уговорить упрямую мать своего возлюбленного Киара. Лидер отщепенцев ещё раз посмотрела на лапу помощи, протянутую ей и снова на реку. В конце концов инстинкт самосохранения и желание жить победили гордость: Зира ухватилась за лапу дочери Симбы. Киара вытащила её, попутно взяв за загривок, чтобы легче было вытянуть Зиру на безопасный выступ. Когда принцесса справилась со спасением, то они обе сели и тяжело задышали. — Зачем ты это сделала? — спросила только Зира, не смотря в глаза Киары, — почему спасла меня? — Мы — единое, — повторила дочь Симбы те слова, которые она говорила перед тем, как Зира напала на Симбу, — а ты просто заблудилась, потерялась в себе, но мы поможем тебе понять, что в жизни есть не только ненависть, и что мы тебе не враги. Отщепенка только посмотрела на Киару равнодушным взглядом, а затем снова опустила глаза. — Киара, Зира, — послышался сверху голос, и подняв глаза, львицы увидели Симбу. Киара сразу же протянула лапу к отцу. — Пап, Зира согласна пойти с нами, — сказала она королю. Симба посмотрел на Зиру, которая смотрела на них равнодушным, ничего не выражающим взглядом. — Что же, — сказал сын Муфасы, — я рад, что она приняла правильное решение. Потом они втроём выбрались наверх и все сразу же бросились обнимать Киару. Кову и Витани не решались подойти к своей чудом спасённой матери. Зира посмотрела на всех потухшим взглядом, и когда Симба, его прайд и львицы прайда Зиры пошли к Скале Предков, то бывший лидер отщепенцев просто медленно поплелась сзади всех. Когда они подошли к месту назначения, то король сказал Зире, которая стала, как вкопанная, не желая идти дальше: — Ты можешь идти с нами дальше. Но отщепенка только молча развернулась и пошла в противоположную от Скалы Предков сторону. — Симба, что с ней? — с тревогой спросил Кову у будущего тестя. — Ей сейчас непросто принять то, что сегодня случилось, — ответил ему король, — наверно, будет лучше, если она останется одна и всё хорошенько обдумает. Зира, тем временем, нашла пещеру и легла в ней, свернувшись клубком. Ей действительно ещё было сложно принять то, что случилось с ней и её прайдом. К ней не доходил ещё факт предательства родных детей и львиц. Но сейчас в её душе не было ни тоски, ни злости, ни обычной ярости. Была просто пустота. Как будто за все годы её жизни ненависть окончательно выжгла из её сердца все чувства и эмоции, как огонь сжигает сухую траву в саванне, оставляя взамен лишь пепел. Прошло время, Кову и Киара поженились, чем окончательно примирили враждующие когда-то прайды. Но Зиру не волновали события, которые происходили за пределами её пещеры. Она только изредка выходила оттуда, чтобы попить воды и сразу же шла обратно. Всё остальное время отщепенка лежала, смотря безжизненным взглядом в одну точку. Но Кову и Витани не забыли о своей матери. Мысли о ней не оставляли их и однажды они, прихватив кусок мяса, решили пойти к ней. Но когда Кову и Витани подошли к пещере Зиры, они нерешительно остановились и переглянулись. Дети отщепенки почувствовали себя нашкодившими львятами, которые сейчас будут получать своё наказание. Витани решилась заговорить первой: — Мам? — робко позвала она. Родительница подняла на них пустой, безжизненный взгляд. — Что вам нужно? — сухой, безэмоциональный голос, от которого они сжались больше, чем если бы она накричала на них. Это были первые слова, которые сказала Зира со времени своего спасения. — Зачем пришли к своей нерадивой матери? — продолжала спрашивать отщепенка у стоящих перед входом детей. Витани подошла к ней и положила кусок мяса. — Мы хотим, чтобы ты поела и вернулась к жизни, — твёрдо сказала она матери. Зира равнодушно посмотрела на угощение. — Я в состоянии позаботиться о себе сама, — сухо заметила она, — а вы идите, радуйтесь, живите в прайде того, кто когда-то выгнал вашу мать и вас подыхать с голоду в Чужеземье. Зачем вам нужна мама, которая каждый день думала о том, чтобы вы выжили. У вас сейчас есть распрекрасный Симба, так и идите к нему. Сказав это, Зира положила голову на лапы и снова уставилась в одну точку потухшим взглядом. — Мы никогда не забываем того, что ты делала для нас, — продолжала говорить Витани, — просто ты увязла в ненависти и всё детство заставляла жить в ней и нас. Зира вздрогнула и в её кроваво-алых глазах на миг зажёгся огонь, который сразу же обратно потух. — Всю жизнь ты говорила о мести, о том, что Симба враг, а нам так не хватало твоих нежных объятий и слов о том, что ты любишь нас, — с болью в голосе сказала ей дочь, — и принимаешь такими, какими мы есть! Голос Витани сорвался на горестный крик. Она даже забыла, что они пришли сюда не высказывать матери свои обиды, а попытаться помириться с ней, но на душе у дочери Зиры накопилось слишком много боли и она уже не могла сдержаться. Но тем ни менее в душе матери что-то тронулось, но Зира тут же подавила это в себе. — Даже Нука погиб из-за того, что хотел привлечь твоё внимание! И если бы им не двигало желание впечатлить тебя, он мог бы быть сейчас живым! — в порыве гнева закричала Витани, и только толчок Кову заставил её прикусить язык и осознать, какие слова она только что сказала. Но было уже поздно. Зира встала на лапы. Её глаза засверкали огнём ярости. Казалось, что она сейчас испепелит дочь своим взглядом. — Пошли прочь, — прошипела отщепенка сквозь зубы, — оставьте меня в покое. Дети испуганно попятились от неё. — Вон! — с рычанием крикнула им мать. Кову и Витани ничего не оставалось, как развернуться и уйти. Они знали Зиру в гневе и не хотели попасться под её шальную лапу. — Зачем ты напомнила ей о Нуке? — спросил Кову у Витани. — Не знаю, — виновато ответила она, — оно само вырвалось. А Зиру, тем временем, после короткой вспышки ярости силы оставили и она обессиленно упала на пол пещеры и горько разрыдалась. Ей не хотелось признавать, что Витани частично права в своих словах. Зира впервые за столько времени позволила себе поплакать. Но слёзы всё равно не приносили ей облегчения. Прошёл месяц, в прайде стала известна радостная новость — Киара и Кову ждут наследника. Зира так и оставалась затворницей в собственной пещере и даже не желала видеть своего будущего внука или внучку. Прошло ещё три месяца и все праздновали рождение маленькой принцессы, которую назвали Ифе. Кову и Киара были счастливы, но радость темного льва затмевала одна мысль: мама даже не появилась на церемонии представления. Киара заметила грусть мужа и подошла к нему. — Всё думаешь о Зире? — спросила она. — Да, — ответил он, — ей совсем плохо: никуда не выходит, никого не хочет видеть. Как же нам вернуть её к жизни? — Время покажет, — ответила Киара, — возможно, она сама разберется в себе. Вы с Витани ничем ей не поможете. — Да уж, — ответил ей муж, — раз уже пытались и у нас ничего не получилось. — Всё образуется, — ответила дочь Симбы, — не терзай себя. Шло время и маленькая принцесса Ифе уже потихоньку стала изучать окрестности. Однажды случилось так, что нянька не уследила за ней и малышка забрела в пещеру Зиры. Последняя очень удивилась, увидев у себя львёнка. Малышка напротив, не испугалась, а с интересом подошла к ней. — Привет, — сказала Ифе, — как тебя зовут? И почему ты такая печальная? Зира окинула принцессу взглядом. Она догадалась, что это её внучка, ведь малышка была очень похожей на Кову. — А ты как здесь оказалась? — недовольным голосом спросила отщепенка, — оставь меня в покое. И она отвернулась от внучки на другой бок. Но Ифе не ушла, а подошла к бабушке. — А ты моя бабушка Зира? — спросила она, смотря на неё. Зира вздрогнула и посмотрела малышке в глаза. — Откуда ты это знаешь? — спросила она. — Папа и тётя Витани постоянно рассказывают о тебе, — бесхитростно ответила принцесса. — И что же они говорят? — спросила Зира, слегка улыбнувшись. — Говорят, что ты очень несчастная, но всё равно хорошая, — ответила Ифе, — ещё они очень скучают по тебе и хотят, чтобы ты была рядом с ними. И тут в душе Зиры что-то ёкнуло и её ледяная корка треснула. В глазах отщепенки появились слёзы. Малышка подошла к ней и мягко коснулась лапкой к её щеке. — Не плачь, — сказала она, — лучше пойдём домой, папа и тётя Витани ждут тебя и будут очень рады тебе. Зира вытерла слёзы лапой и улыбнулась малышке. — Да, — сказала она, — пойдём, мне уже давно пора домой. И они пошли к Скале Предков. Когда Кову увидел идущую к ним дочь, а рядом с ней Зиру, то он очень удивился. — Витани! — позвал он сестру, которая тут же пришла к нему. — Что случилось? — спросила она у брата. — Смотри, — ответил он ей и указал кивком головы вперёд. Витани посмотрела и застыла от шока. А тем временем, Ифе подбежала к отцу и тёте и радостно закричала: — Пап, тётя Витани, я бабушку Зиру нашла! Кову погладил дочь по голове. — Это очень хорошо. Зира, тем временем, подошла к ним. — Здравствуйте, дети, — сказала она. В глазах её детей засветилась безумная радость от встречи с мамой. — Я очень виновата перед вами, и… — голос её на минуту дрогнул, — перед Нукой. И если перед ним свою вину я уже не искуплю, то я надеюсь, что хотя бы вы дадите мне второй шанс. И Зира опустила глаза, ожидая ответа детей. Кову улыбнулся, а Витани со слезами радости на глазах бросилась в объятия матери. — Мамочка, — всхлипывая, говорила она, — мы так по тебе скучали. Кову тоже подошёл и обнял Зиру. — Мы очень рады, что ты вернулась. — Теперь всё будет по другому, — сказала Зира, обнимая детей. С тех пор прошёл месяц. Зира всё своё время проводила с детьми и с внучкой, которую скоро очень полюбила. Единственное, о чём жалела отщепенка, это то, что она не сможет увидеть и обнять покойного старшего сына. Однажды на прогулке Ифе задала вопрос, которого Зира не ожидала. — Бабушка, а что такое ненависть? Отщепенка подумала и ответила. — Это очень плохое и разрушительное чувство и его нужно в себе побеждать. — А чем можно победить ненависть? — спросила маленькая принцесса, смотря в глаза бабушке. Зира только вздохнула и ответила: — Ненависть побеждается любовью. — Любовью? — переспросила Ифе. — Да, — ответила отщепенка, — лишь она придаёт сил для того, чтобы победить ненависть. И она крепко обняла внучку, а она обняла её в ответ. — Спасибо тебе, малышка, — прошептала она внучке на ухо. — За что? — спросила та. — За то, что помогла мне победить мою ненависть, — ответила Зира. И они вместе пошли дальше на прогулку.