Давай начнём сначала

(от лица Саида) Только бы успеть! Я ехал до руин с огромной скоростью, не замечая, как еле успевали отбегать люди с дороги. Хоть и ехать не далеко, но в душе я знал, что могу опаздать. Если... Нет... Даже думать об этом не могу. Я убью эту чёртову тварь, если с Жади что-то случится. Как только найду Жади , так сразу отвезу Ранию домой к родителям. Я знал, что Рания избалованная стерва, но никогда бы не подумал, что она способна убить человека. Я её не обижал. Да, не любил так, как люблю Жади, не давал поблажек, но ни разу не нанёс обиды, пока она не переступила черту, доводя Хадижу. Я просто поставил её на место. Со временем злость ушла. Я знал, что Рания не воспринимает меня как мужчину. Деньги — единственное, что было ей дорого. Да, интересно мне, с каких шишей она заплатила этим двум смертникам за Жади? Подарки продала или деньги украла... Что же, красивый и опасный цветок сегодня либо завянет, либо уедет к родителям. Я не провожу с ней ночи, поэтому от меня забеременеть она не сможет. Да и сама она того не хотела. Разбираясь в мотивах поступка Рании, я понял только одно, что она ревнивая, глупая, алчная стерва. Причём, ревновала она не меня, а деньги, вдруг я потрачу их на Жади больше, чем на неё. Пусть с ней мучается кто-то другой. Надеюсь, ей попадётся муж, который перевоспитает её. Или оставить, чтобы Жади задушила её лично? Я усмехнулся этой мысли, но трепать нервы матери своего ребёнка я не хочу. Доехав до развалин, я достал из барлачка револьвер и вышел из машины, направляясь вдоль узкого прохода и прислушиваясь к звукам. Как на зло везде была тишина. — Жади! —крикнул я в надежде, что она отзовётся. Ещё трижды я позвал её, пока она не крикнула в ответ. Затем, я услышал её крик боли, похоже кто-то её ударил. Я бегом бросился на звук. Моё сердце бешено колотилось. Клянусь, если они ей хоть что-то сделали, я убью всех, кто пречастен к её страданиями. Завернув в проход, откуда, мне казалось, доносились звуки, я прибежал к старой постройке, которая относительно была пригодна, чтобы спрятать кого-нибудь. Я тихо обошёл это здание, заглянув в прорезь окна. Жгучая злость обожгла меня изнутри. Жади лежала неподвижно на полу в грязи и крови. Эти уроды решали, убить её или сначала справить с ней свою мужскую нужду. Они хотели изнасиловать мою Жади. Твари, подонки и сволочи! Я достал револьвер и перешёл на другую сторону окна. Прицелившись, я выстрелил в того, кто ближе к ней находился. Тот, с криком раненой свиньи, завалился на пол. Другой же выбежал прочь. Я бегом отправился к двери, чтоб войти внутрь здания. Оказавшись, словно в бреду, рядом с телом Жади, я встал перед ней на колени, аккуратно приподнимая голову и укладывая её себе на руку. Мне казалось, что моя жизнь уходит. Жади была не двежима. Тонкие струйки из её носа раскрасили красивое лицо в красный цвет. Я аккуратно вытер кровь с её губ и носа, прислушиваясь к дыханию. Дышит! О Аллах, она дышит! Я, не отпуская её, достал телефон и сообщил дяде Али. Они тут же собрались ехать вместе с доктором, который накладывал повязку на плечо Зейна. Через несколько минут они были здесь, а следом за ними — Мохаммед, Латифа и Зорайде. Женщины плакали. Мы с дядей Али нашли перевернутый стол, установив его, мы положили на него Жади. Она такая хрупкая, полностью поместилась на нем. Пока Альбьери осматривал её, Латифа и Зорайде стирали с неё кровь. Я отвернулся и почувствовал, как слезы потекли по моим щекам. Впервые, во взрослой жизни, я плакал. Мохаммед положил руку мне на плечо. — Всё будет хорошо, Саид. Жади сильная, она поправится. — Как же я надеюсь на это... В минуты слабости, я не заметил, как подстреленный мной похититель решил уползти. Я развернулся, чтобы остановить его, но меня опередил дядя Али. Он схватил незадачливого беглеца и что есть силы ударил его. Тот глухо вскрикнул и остановился. Дядя Али снял с него маску и, замерев на мгновение, принялся просто избивать его. Мы с Мохаммедом бросились туда. Каково же было моё удивление, когда в этой твари я признал отца Рании. Яблочко от яблоньки, бл... Мохаммед вызвал полицию и скорую. Я сел рядом с этим гадом и улыбнулся. — Не вышло, да? Теперь я засажу тебя на долго, вместе с твоей обворожительной дочуркой. Как думаешь, что с ней сделают там? Его глаза расширились, осознавая всю ситуацию. — Только я виноват. Она здесь не причём. — Как же не причём? Она все знала и молчала. А может это её идея? — Нет, она была против похищения. Она лишь хотела остаться единственной в твоей жизни. — О как, впервые слышу, чтобы Ранию так волновало её положение, что она не сдала твой план мне. Вы, мерзкие твари, за все заплатите!— я ударил его и почувствовал облегчение. В этот момент очнулась Жади. Она звала меня. Меня, человека, который допустил это! Я подбежал к ней и встал на колени. — Прости меня, Жади. Я виноват во всём! — Я не злюсь, любимый. Ты спас меня от них. Если бы ты не пришёл, они бы убили меня. — Как я мог не прийти, дурочка. Я так сильно тебя люблю. Я бы не смог жить, если бы тебя не стало, ты это понимаешь? Она лишь улыбнулась, прикасаясь холодной рукой к моему лицу. В этот момент приехали полиция и медики.