бутылочка

Проблема должна была заключаться далеко не в сложившейся ситуации, а в том, почему эта проблема никого не интересовала. А ведь действительно: чего плохого в том, что компания друзей-натуралов, предварительно притащив в пакетах алкоголь и лапшу, решила, собравшись в круг и опустив одну из опустошенных бутылок в середину, вдруг прийти к гениальному умозаключению: «А давайте сыграем в бутылочку!» Что еще более возмутительно — ведь действительно никто, кроме Вону, этой идеи не противился. А в их компании, между прочим, пять человек. Минхао все же оказался не обделен скептицизмом, однако и его сопротивление удалось погасить алкоголем и смехом — у него была плохая переносимость, отчего пареньку часто приходилось отойти проветриться или полежать. Потому играть в заветную бутылочку ребята начинали вчетвером. Ситуация казалась странной. Окрестивший себя совершенной невинностью Джису, обвив руками бутылку вина, сидел и время от времени косился в сторону Вону, явно разделяя с ним нервное предвкушение. Мингю смеялся, порывался первым покрутить бутылку, всячески толкая ее за горлышко, вынуждая Вону фыркать и перфекционистски возвращать бутылку прямо в серединку, в идеальное положение, — даже бумажка с названием и небольшим рисунком кверху стояла. Только Сокмин, кажется, выглядел абсолютно незаинтересованным. Его значительно беспокоило самочувствие Минхао, и это, разумеется, также заставляло Джису нервничать. Только вот не совсем из-за состояния приятеля. — Ну что, крутим? — вдруг произнес Сокмин, внезапно демонстрируя всем, что, в принципе, он готов ненадолго забить на происходящее с Хао и переключиться на присутствующих. Ну, блин, наконец-то, — все сумели выдохнуть, а Мингю перестал лапать заветное горлышко зеленой бутылки. — Крутим, — кивнул Вону и сам, ко всеобщему удивлению, наклонился ближе к полу, касаясь тонкими пальцами стеклянной поверхности. В комнате поселилась тишина, и лишь Минхао, сидящий на балконе и втыкающий в телефон, смущал звуками входящих уведомлений. Бутылка плавно начинала поворачиваться, немного даже соскакивая в сторону. Но никто тому значения не придал, переведя внимание на горлышко, внезапно указавшее на уж больно довольного Мингю. Разумеется, кто отказался бы от возможности бесплатно и пьяно поцеловаться, причем, если выпадет возможность, со своим крашем. Взгляд пал на Вону, между бровей которого пролегла небольшая морщинка, означавшая, что, как бы они не старались разрядить обстановку, одному ему задумка по-прежнему не нравилась. И по-прежнему неясно, почему. Вероятно, на него не успел подействовать алкоголь. Тут же вернулся Минхао, видимо, почуявший, что вот-вот — и упустил бы нечто интересное. Сокмин поманил его рукой, поспрашивал насчет самочувствия, получая одновременно с тем небольшой подзатыльник от Вону. Джису, кажется, выглядел уж чересчур обделенным. Пришлось лишь устало закатить глаза и вновь покрутить бутылку. — Хочу чпокнуть Вону, — со смехом выдал Мингю, когда бутылка медленно стала приближаться к упомянутому. — Может, ты имел в виду чмокнуть? — недоуменно ответил он. — Нет, — многозначительно улыбнулся Мингю в ответ, но бутылка предательски обошла парня и — какой ужас — остановилась на Сокмине. Сам Сокмин этот момент, казалось, не до конца уловил, однако был приятно удивлен, что тут же отразилось и на его лице. Мингю не оставалось ничего, кроме как пихнуть сидящего рядом с ним Джису, выглядевшего крайне возмущенным и обиженным, потому что какого, господи, черта это происходило. Он оказался вынужден вновь припасть к горлышку любимого вина, пока и без того зеленый Минхао его не забрал, и засучить рукава, потому что кулаками хотелось заехать по стене и предварительно назвать ее «Мингю». — Это просто поцелуй, — попытался разрядить обстановку Мингю, уже обвив всего Сокмина руками. Он обратился конкретно к своему «избраннику». — Помни: я не гей. — Я тоже, — пожал плечами Сокмин, обратив на Джису недолгий, но полный непонимания взгляд, отчего тот попытался опустить голову и попросту не обращать внимание на происходящее. — Ты как, готов? — Типа, — выронил Мингю в заключение, прежде чем припал к чужим губам, напирая на Сокмина так сильно, что тот едва не повалился на пол. Выглядел он чрезмерно увлеченным. Вону вдруг вырвал из рук Джису вино и одним махом опустошил всю бутылку, несмотря на то, что вино он, в общем-то, не любил. Минхао, в свою очередь, сидел, прикрывшись руками, и в голове его было сплошное: «Бля». Сокмин разорвал поцелуй первым. Выглядел он не слишком довольным, как, собственно, и Мингю. Они пожали друг другу руки, кивнули и пришли к взаимному соглашению: это был их первый и последний поцелуй. Бутылка вновь оказалась в заточении уже гораздо более напряженных пальцев Вону. Казалось, еще немного, и он потерял бы сознание — уж слишком бледным выглядело его лицо, в то время как Джису, напротив, весь покраснел, нашептывая над ухом Мингю неразборчивые слова, словно старательно насылал на него проклятие. Продолжалось это вплоть до тех пор, пока конец бутылки не упал на шептуна. Парень немного встрепенулся, выпрямился и стал беспокойно наблюдать за развитием событий, пока от пальцев страдали его заусенцы и губы. А у Сокмина, видимо, проснулось осознание, и он стал долгим и прямым взглядом наблюдать за тем, что же делал Джису и кого ему придется целовать. Вопреки всем ожиданиям и надеждам, бутылка остановилась на… Минхао. Сокмин принял решение увести его на пару слов. Так оказались они на кухне. — Притворись, что тебя сейчас вырвет, — немного нервничая, произнес парень, ловя непонимающий, а потом безмерно удивленный взгляд Хао. Однако он мгновенно взял себя в руки и расплылся в заговорщицкой улыбке. — А что? — Иначе говоря, не трожь Джису. — Ну ты же целовался с Мингю, — скользнув за плечо друга, пролепетал он. — Тебе можно, а ему нет? — и тут парень поспешил в гостиную под недовольные вздохи Сокмина. Он вернулся в гостиную, деловито поправил на себе одежду — протрезвел что ли? — и опустил недоуменный взгляд на присосавшегося ко второй бутылке Джису. — Готов? — Нет, — еле выговорил он. Хао присел рядом, под довольные возгласы ребят подмял под себя Джису, укладывая его полностью на пол, потому что сидеть у него уже не получалось. — Ты меня целовать собрался? — А есть другие варианты? — Да, — Джису часто заморгал. — Нет. — Забей, — закатил он глаза и осторожно прикоснулся к чужим губам, нахмурившись сразу, как только руки Джису обхватили его шею. Целовались они значительно дольше, нежели это делали Мингю с Сокмином, вынуждая первого скучающе вздохнуть, а второго нервно отвернуть голову. Отстраниться пришлось, когда целоваться стало крайне неудобно — у Джису начинала болеть шея. К тому времени Мингю выбился из самых пьяных в самых трезвых. Теперь честь крутить бутылочку представилась ему. Горлышко вновь направилось на него. Парень пожал плечами, даже не удивившись, и тут же крутанул бутылку снова. Медленно минуя Джису и Сокмина, она остановилась на Вону. На Вону, который и не понял толком, что случилось, словно вероятности поцеловаться с Мингю не существовало совершенно. Вону помотал головой и произнес те же самые оправдания, которые Сокмин просил озвучить для Джису: «Я ж на тебя наблюю». Только Мингю отнесся к чужим словам скептично, буквально вынудив парня устроиться на его коленях. Ему, вообще-то, удобней будет. А почему Сокмина так не усадил? В этот раз он совершенно не напирал. Вону пытался подобрать к этой оскуляции описание: пробовал на вкус, пытался быть осторожным… Все не то. Дразнил, быть может? Испытывал? Это подходило Мингю гораздо больше. И прикосновения его почему-то более томные, даже мучительные: хотелось или поцелуй разорвать, или поддаться, принять треклятую провокацию, закончив быстро, но не так бесчувственно. Джису все это время пролежал на полу, а Сокмин пришел к простому умозаключению: квартира принадлежала Мингю, и они оба сейчас, пьяные и одинокие, хотели домой. Поцелуй двух друзей-натуралов затянулся. Джису уснул, а Минхао успел смотаться непонятно когда. Безобразие. Они ведь, на первый взгляд, веселились. — Оставим вас вдвоем, — устало выдохнул Сокмин, предпринимая попытку разбудить невинного любителя вина. Парень не поддавался, охал да ахал, отчего его пришлось поднять и закинуть, всего разнеженного и пьяного до умопомрачения, на спину. — Ну уж нет, я в его глазах озабоченность сразу разглядел, — отстраняясь от парня, тут же возразил Вону, пытаясь вырваться из цепких лап, однако на чужие немые мольбы уже сматывающиеся ребята никак не отреагировали. Сокмину хотелось только смочь донести тяжелую тушу до такси. — Озабоченность, значит? — чуть ли не пропел Мингю, ладонями медленно опускаясь от чужих лопаток к пояснице, заставляя парня от прилива непередаваемого стыда задергаться. — Нет-нет-нет, — он стал бить ладонями чужие плечи. — Мы не закончим как в этих уебищных фильмах. — Расскажешь, что за фильмы? — Нет, — обреченно прошептал он, получив лишь отрывистый смех и очередной поцелуй в шею. — А покажешь? — Мечтай, — посмеялся Вону, роняя голову на плечо Мингю. — Ну вот, ты уже повеселел. Останешься у меня на ночь? — глазами, полными надежды, парень взглянул на объект своего тайного воздыхания, пока тот пытался делать вид, словно ему от происходящего ни горячо ни холодно. Но ведь он только делал вид. — Хорошо, но только... И, не успел он закончить свое предложение, как был заключен в крепкие объятия, из которых уже не пытался выбраться.