Come to daddy

Robin Schulz feat. Alida - In Your Eyes

Парни разошлись после снятия реакции на камбэк. Хенджин и Чонин шли одни в коридоре. Тишина очень напрягала. Вдруг Чонин остановился. — Обязательно было это делать? — спросил Ян, стоя на месте. — О чем это ты? — Хван продолжал идти вперёд. — Я же просил тебя не делать лишних движений, а ты все время съёмки просидел, закинув на меня руку... — Ну прости, не удержался. Хочу, чтобы все видели, чья ты собственность, — Джин остановился и повернулся лицом к Айэну. — Ты же не хочешь, чтобы все узнали о наших отношениях? — Чонин подошёл к Хвану и положил руку ему на плечо. — И что ты предлагаешь? — Хенджин вопросительно посмотрел на Йенни. — Приходи сегодня вечером ко мне, все обсудим, — с этими словами Чонин пошел дальше, оставив Хенджина стоять одного. Теплый вечер, на улице замечательная погода. Небо разделилось на две части, в одной из которых пылающий алый закат, а в другой фиолетово-синее небо, которое уже начинает покрываться россыпью из звезд. Айэн встречает Хвана в дверях. Проходя внутрь, Хенджин видит на столе бутылку красного вина и два бокала. — Ох... Вижу, ты подготовился, — старший теплым взглядом окинул Чонина с ног до головы и присел в большое красное кресло. — Конечно, — Ян подошёл к столу и взял бутылку вина в руки. — Важный разговор должен пройти хорошо, ведь так? Уже через несколько секунд бокалы были наполнены алой жидкостью, от которой в прямом смысле кружило голову. Йенни удобно устроился в кресле напротив и молча начал попивать вино. — Так, и что нам нужно было обсудить? — Джин сделал небольшой глоток алкоголя. — Наши отношения... Ты ведь понимаешь, что если хоть кто-то узнает, начнется шумиха и все может зайти слишком далеко. Поэтому, я предлагаю... Потянувшись к Чонину, Хенджин положил теплую ладонь на его щеку, отчего тот прервал свою речь. — Йенни, ты слишком много думаешь. Тебе нужно расслабиться, — поставив почти опустошенный бокал на стол, Хван обеими руками взялся за подбородок Яна. — Давай обсудим это как-нибудь в другой раз. — Но... — Тсс... — Хенджин приставил палец к губам Айэна. — Никаких но. — Черт, тебя совершенно ничего не волнует! Ты хоть осознаешь, что делаешь? — Чонин налил себе в бокал ещё вина и стремительно начал опустошать его. — Значит, расслабиться? Младший посмотрел на Хенджина убийственным взглядом, у Хвана было такое чувство, будто что-то замкнулось. Не успел он опомниться, как тут Чонин обвил его шею руками и начал жадно целовать. Этот страстный французский поцелуй со вкусом вина — все, что хотел получить Хенджин от Йенни, и ему этого вполне хватало. Чонин, тяжело вздыхая, ерзал на коленях Хвана, сам не замечая, как его это заводит. Остановившись, Айэн встал на ноги и потянул Хенджина в сторону своей постели. Повалив старшего на кровать, младший навис над ним, беря контроль в свои руки. Хван видел, как у Чонина загораются глаза. Он видел в его глазах огонь. Ян сидел на бедрах Джина, выгнув спину, а кофта слегка сползла с его плеча, оголяя острые ключицы. Растрёпанные волосы придавали Чонину ещё более сексуальный вид. Ловко расстегнув ширинку, руки Айэна освободили тело Хенджина от черных джинсов, без которых Хван нравился ему намного больше. Чонин водил холодными пальцами по члену Джина, переодически засматриваясь на его пухлые губы. Йенни никуда не торопился. Он потянулся к Хенджину за поцелуем и сжал в своих руках его ствол. Мягкие губы Чонина обхватили головку члена. Томно дыша, Хван запустил руку в волосы Айэна, слегка надавливая, тем самым заставляя Яна взять глубже. Хенджин начал вталкиваться бедрами. Чонин чувствовал, что ему не хватает воздуха, однако Яну нравилось делать своему старшему приятно. Йенни остановился и, стоя на коленях, начал снимать с себя оставшуюся одежду. По всему телу были рассыпаны уже потускневшие засосы, оставленные когда-то Хенджином. Хван, потянув Чонина за талию, повалил под себя, устроившись между раздвинутых ног, и накинулся на его нетронутую шею. Но это ненадолго. Совсем скоро на ней появились красные засосы и кровоточащие укусы. — Ну же, Хён... Давай, накажи непослушного малыша, Папочка, — изгибаясь всем телом, Чонин не знал, куда деть свою страсть от возбуждения. — А не пора ли Малышу спать? Уже поздно, Папочка ведь должен заботиться о своем мальчике? — натянув ухмылку, Хенджин переводил все в бессмысленную игру. Надув щеки, Айэн потянул Хвана за цепочку на шее и вновь поцеловал, запуская язык в чужой, но в то же время принадлежащий только ему, рот. Вставив в Чонина пальцы, Хенджин перешёл на его соски. Стоны Йенни настолько сладкие, что было практически невозможно сдерживаться. Погружая пальцы глубже, Джин продолжал покрывать тело младшего поцелуями. Хенджин взял смазку, которая всегда стояла около кровати на тумбочке. Вставив, Хван медленно вошёл до конца. Чонин, взявшись одной рукой за свою голову, а второй сжимая простыню, стонал вволю, искусывая нижнюю губу до крови. С каждым входом движения Хенджина становились быстрее и резче. Хван тянулся к губам Чонина, чтобы утешить его боль. Однако ему безумно хотелось слышать стоны Йенни, поэтому он старался делать это реже. Обхватив руками старшего и крепко сжав их, Чонин кончил, смачный стон сорвался с его уст. Расплываясь в приятной неге, он лежал, тяжело и часто вздыхая. Ускорив темп, Хван совершил последние толчки, кончив внутрь Айэна. — А знаешь, нам нужно почаще проводить такие серьезные разговоры, — улыбнувшись, Хенджин чмокнул Чонина в лоб.