Дождь.

Сегодняшний рабочий день выдаётся неожиданно тяжёлым: отчёты, договора, одни бумаги, бумаги и ещё раз бумаги - всё сводило с ума и вызывало только одно желание - сбежать и никогда сюда не возвращаться. Но всё, что имеет начало, имеет и конец. Даже этот день не исключение. Пик, выйдя из душного здания, почувствовала в воздухе долгожданную свежесть и прохладу, которые её одновременно убаюкивали и наполняли бодростью. Было достаточно светло, однако вдалеке, если приглядеться, можно было заметить тучи, означавшие, как минимум, что возможно скоро начнётся дождь. Но на улице было настолько хорошо, что у девушки появилась мысль пройтись до дома пешком вместо того, чтобы тесниться в душном автобусе, заполненным такими же уставшими работягами, как и она. Спустя час она оказывается дома. По пути она успевает зайти в несколько супермаркетов, прикупив продуктов к ужину, любуется ярким закатом и делает несколько фотографий на память - для холодных зимних вечеров. Оставив пакеты с продуктами на кухне, она идёт в спальню, которая успела заполниться последними лучами солнца, от чего появлялось впечатление, словно обстановка вокруг состояла из вещей исключительно оранжевого цвета. Пик проходит мимо не заправленной кровати прямо к двери, ведущей на балкон, хватает белую ручку, немного проворачивая её, и, когда дверь открывается, выходит на довольно просторный балкон. Незакрытое с прошлого вечера окно пропускает уличный холод, и становится немного прохладнее. Прохладно, но и как-то одиноко, и тихо. Только шум машин нарушает тишину. Пик живёт в одной квартире вместе с Ханджи Зое. Их знакомство произошло ещё во время учёбы в университете, когда Пик была студенткой четвёртого курса, а Ханджи - проходила аспирантуру. Ханджи оказалась яркой и страстной девушкой, к тому же настолько увлечённой выбранной специальностью, что остальные считали её странной и чокнутой, кроме Пик, которой нравилось называть её ’’профессором’’. Пик была словно её противоположностью - спокойной, но равнодушной, с усталостью в глазах и лёгкой улыбкой на лице, нелюдимой, как казалось на первый взгляд. После знакомства девушки не сразу заметили, как часто начали общаться, интересоваться друг другом, поддерживать друг друга, если на то была необходимость. Дружба, встречи и прогулки, влюбленность, признание в любви, предложение встречаться и последующая совместная жизнь. Они делили этот секрет на двоих. Так неделя общения превратилась в месяц, месяц в год, а год - мог превратиться в десятилетие, но сейчас они имели только шесть лет. За последние несколько месяцев для них стало уже традицией под конец каждой недели после работы стоять на балконе в обнимку и наслаждаться закатом, бросать тёплые и нежные взгляды друг на друга, но Пик больше нравилось, когда Ханджи стояла сзади и обнимала её поперёк груди, положив свою голову на плечо любимой. Им нравилось проводить таким образом время. Только они вдвоём и больше никого. Как только Фингер выходит на балкон, ей открывается замечательный вид на город, с каждой минутой всё больше пропадающий в объятиях сумерек: внизу прохожие и машины спешили туда-сюда, чтобы скорее оказаться в своих уютных квартирах, - их становилось всё меньше. Виднелись уличные фонари, которые создавали романтичную обстановку, что, безусловно, было очень красиво, но было мелочью по сравнению с Ханджи, которую могла видеть Пик, в лучах заката. Пока она думает о Зое и о том, как её не хватает в эту минуту, потому что работа есть работа, ставшая причиной её поздних приходов домой, усталость в теле внезапно напоминает о себе, - и девушка решает немного вздремнуть. Она на оставляет окно открытым, слегка прикрывает дверь, чтобы прохлада продолжала быть в комнате, а духота прошла и не мешала сну. – Чёрт, я устала… Профессора бы сюда, – озвучивает Пик свои мысли вслух, и её умиротворение сменяется на грусть. Она подходит к кровати, немного поправляя одеяло с подушкой, и плюхается на спину, только ноги немного свисают и еле касаются пола. Вечный вопрос: что поделать, когда ты маленького роста. Она лежит так несколько минут, а потом поднимается чуть выше, чтобы обнять подушку и свернуться калачиком, и не замечает, как быстро засыпает. Её будит шум, доносящийся снаружи квартиры. Достаточно громко, будто кто-то очень торопится; пару секунд спустя шум утихает и из прихожей доносятся звуки шагов. “Не замок, а издевательство надо мной, неужели пришла пора менять его на новый?” - в голосе гостя слышится недовольство. Только у одного человека могут быть проблемы с ключами и замочными скважинами. Ясно, Ханджи вернулась. – Какие люди, – хмыкает Пик, тянется к телефону, лежащему на тумбочке, и смотрит на ослепляющий своей яркостью экран, чтобы узнать время. На часах почти десять часов вечера, в комнате было темно - только свет из коридора был единственным источником освещения в эту минуту. Настольная лампа, телевизор на стене, люстра - всё было выключено, иначе бы яркий их свет, особенно после сна ещё бы больше утомлял глаза, поэтому хватало телефона. Отложив его в сторону, девушка укладывается обратно и устремляет взгляд в потолок. В этот момент в комнату, немного скрипя, открывается дверь. Ханджи замирает на пороге - видит только ноги Пик, на которые падает свет из коридора, она же в свою очередь видит всё, кроме лица старшей. Замечает, что с одежды Зое падают капельки воды, видимо, за этот час дождь успел начаться. Девушка прислушивается и уже чётко слышит, как дождь за окном отчаянно пытается оказаться в квартире, однако окно служит верным щитом. – Пик, не спишь? – спрашивает старшая шёпотом. – Прости, если разбудила. – Всё хорошо, я недавно проснулась. Ты поздно, снова завал? Ханджи, хоть и знает, что Пик не будет против, если она включит свет, решает не тревожить её. Разве что-то случится, если они немного посидят в темноте? – Ты, как всегда, права, опять завал, но ты можешь меня поздравить, потому что сегодня был последний день нашего проекта. Теперь я буду появляться дома самой первой и ждать, когда придёшь ты, – Пик не видит, но чувствует, что на лице Ханджи появляется улыбка. – Так-так, профессор, теперь квартира будет принадлежать не только мне? – шутит Пик. – Я могу часами слушать, как ты шутишь, – продолжает улыбаться Ханджи, подходит к кровати, садится на её край, поближе к тумбочке, и подгибает левую ногу, включает лампу, меняя её уровень яркости на минимальный. – Пик, дорогая моя, любимая, на улице прекрасная погода, мы обязаны прогуляться перед сном! – Настолько хорошая, что ты сидишь сейчас передо мной в мокрой одежде? – Пик не может не улыбнуться и слегка кивает головой, что Ханджи понимает как знак согласия. Фингер от идей своей любимой женщины практически никогда не отказывается. – От тебя не скроешь… На улице дождь, – уже шёпотом добавляет Зое, словно дождь на улице - это важная тайна, которую никто, кроме них не должен знать. – Ты же знаешь, что я не откажусь, только у меня одно условие. Закрой глаза, – просит Пик, приподнимается с постели и садится таким образом, чтобы их лица были на одном уровне. Пододвигается к ней чуть ближе, снимает её очки, пока она сидит с закрытыми глазами… И оставляет на губах Ханджи лёгкий поцелуй, мягкий, нежный и невинный, будто в первый раз. – Если условия всегда будут такими, то я заранее соглашаюсь на всё, – произносит Ханджи, открыв глаза. Пик отправляет её одеться во что-нибудь сухое, но сама остаётся в том, в чём была целый день – в лёгкой блузке и юбке-солнце. Уже в прихожей приводит себя в порядок и ждёт, когда соберётся Ханджи, которая появляется через пять минут в свободных брюках и рубашке, не забыв про очки. Когда они выходят на улицу, дождь не прекращается, но льёт уже не так сильно. Девушки идут медленно, не перешагивая лужицы и держась за руки, рассказывают друг другу, как прошёл день, и обсуждают, чем они будут заняты завтра. Провести завтрашнее утро, затем уже и день, нежась в кровати, обнимая друг друга, и смотреть телевизор, не забыв уделить время перекусам между важными делами, оказывается лучшим предложением. Город полностью оказывается во владениях ночи. Улица при свете фонарей становится очень красивой и их свет начал отражаться от мокрого асфальта, падающие капли нарушали гладкую поверхность луж, ветер колыхал ветки деревьев, ставший причиной появления приятного шума. Улицы были пусты: жители города давно разошлись по домам и прятались от дождя, только два человека не хотели прятаться от него за стенами. В итоге, прогулка, как рассчитывали Пик с Ханджи, занимает не час, потому что они гуляют почти всю ночь, и даже усилившийся через пару часов дождь не пугает их. Они некоторое время стоят под навесом круглосуточного магазина, а потом шагают в сторону моста. – Ничего, что я не взяла зонт? – задаёт вопрос Ханджи, когда они доходят до моста. – Нам и без него хорошо, – Пик смотрит ей прямо в глаза и мягко улыбается. Дойдя до середины моста, они прислоняются к ограждениям и вдвоём наблюдают за проезжающими внизу машинами. Если бы кто-нибудь захотел найти людей, счастливее, чем Ханджи и Пик в эту минуту, то у него ничего бы не вышло. Им было комфортно друг с другом. – Знаешь, мне не всегда удаётся тебе это сказать, – начинает разговор Ханджи, смотря вдаль, – но ты самое лучшее, что случалось со мной. Спасибо. – Профессор… – Пик соврёт, если скажет, что это признание не стало для неё неожиданным. Вместо ответа она поближе подходит к Ханджи, нежно прижимается к ней и обнимает за талию, уткнувшись лицом в шею. – Твои объятия самые лучшие, – продолжает Зое, обнимая Фингер в ответ. – Весь мир должен знать о том, как сильно я тебя люблю. Внезапно она слегка отталкивает Пик от себя, чуть отбегает в сторону, оборачивается и очень громко произносит: – ПИК ФИНГЕР, ТЫ ЯВЛЯЕШЬСЯ МИРОМ ДЛЯ МЕНЯ! Я. ТЕБЯ. ОЧЕНЬ. СИЛЬНО. ЛЮБЛЮ. Закончив своё признание, она подходит к Пик, убирает несколько прядей, упавших на её лицо, и смотрит так тепло и нежно, что Пик хочется растаять под её взглядом. Сегодняшний день выдаётся неожиданно тяжёлым, но, к счастью, и он подошёл к своему завершению. Всё вокруг словно замедлилось, остановилось. Пик и Ханджи не нужно никуда спешить. Потому что всё принадлежит им, а они друг другу.