Волки, Львы и Драконы

Джейсон

— Выше блок, мой принц. — Произнес Джорах Мормонт, занося меч. Хоть Джейсон и сильно старался, но он не смог отразить удар рыцаря. — На сегодня хватит, ваше высочество. До заката мы должны вернуться к кхаласару. — Я не хочу туда... Там Октавиан. — Сказал Джейсон.       Мормонт стал для юного Таргариена неким наставников, поэтому он не боялся быть с ним откровенным. Изгнанный рыцарь так же подружился с Дейнерис, постоянно помогал ей и давал советы. А вот Октавиана он избегал. — Магистр говорит, что моего брата ждут Вестеросе, что простые люди жаждут нашего возвращения, что они сразу же пожнимут востание, чтобы свергнуть узурпатора... — Сглотнув, Джейсон задал вопрос. — Одна из главных проблем королей заключается в их окружении: глупцы да льстецы, одни не видят истину, а другие просто бояться её говорить, запомните это. Сложнее всего понять кем является человек, но в чём я уверен, так в том, что Иллирио Мопатис не глупец, далеко нет... Он имеет на вас планы, поэтому помогает вам, но это не значит, что нужно верить всем его словам. — То есть это неправда? — Ошарашено спросил парень. — Я уже говорил это вашей сестре и повторю для вас. Обычных людей интересует какой будет у них урожая и прочие бытовые проблемы. Им абсолютно все равно кто сидит на Железном троне. — Равнодушно ответил Мормонт. — Но... Я не понимаю... — Слова Мормонта противоречили всему, что твердил Октавиан… Оказывается, простому народу все равно – истинный ты король или узурпатор. Но чем больше он обдумывал слова Джораха, тем больше правды открывалось перед ним. — А как же Великие Дома, мой брат говорит, что и Мартеллы, и Тиреллы, и Грейджои присоединятся к нашей армии? — Из всех перечисленных вы можете рассчитывать на Мартеллов. За столько лет они так и не помирились с Робертом Баратеоном, они заключили перемирие, но сами грезят о мести. То что сделали с Элией сестрой Дорана и Оберина Мартеллов ужасно. Что же до Тиреллов, то они сейчас пытаются влиться в окружение Роберта, всячески налаживают связи и со Старками, и с Ланнистерами. Грейджой же хотят независимости. До изгнания я сражался за Эддарда Старка и Короля Роберта, я был на Пайке, штурмовал эти врата. Уверяю вас, Грейджои воткнут вам нож в спину. — То есть... у нас нет шансов? — Есть, только для этого вам нужно как-то заставить весь кхаласар перевести за Узкое Море... Но проблема не в этом, в Вестеросе вам понадобится опытный стратег и вряд-ли ваш брат сможет повести большую армию в бой. Вот ваш старший брат Рейегар... Но даже он проиграл узурпатору. — А какой он был? Мой старший брат? — Ваше высочество, до изгнания я был лордом земель далеко на севере. — Усмехнулся Мормонт. — Неужели вы думаете, что я знал принца лично? Я видел его несколько раз на турнирах, могу лишь сказать, что он был великим воином — Он был не таким, как Октавиан. — Мертвых не поднять, мальчик, ваш брат Рейегар был последним из драконов, и он погиб у Трезубца. Простите, но Октавиан… это даже не змея – тень ее. – Дотракийское море, – сказал сир Джорах Мормонт, когда подъехал на верхушку гребня, там его уже ждали Джейсон и Дейнерис. У их ног открывался необъятный простор, уходивший к далекому горизонту и исчезавший за ним. «Море», — подумал Джейсон, он любил смотреть на него с берега, но боялся плавать на кораблях. – Здесь столько зелени, – сказала она. – Это сейчас, – согласился сир Джорах. – Но видели бы вы эти края, когда степь цветет и темно-красные цветы морем крови заливают ее от горизонта до горизонта. Но настает сухая пора, и мир этот обретает цвет стар бронзы. А это всего лишь хранна, дитя. Здесь существуют сотни разновидностей трав: со стеблями желтыми, как лимон, и темными, как индиго, синие травы, оранжевые травы, травы переливающиеся. Говорят, что в краю теней за Асшаем растут океаны призрак-травы; стебли ее бледны, как молочное стекло, и поднимаются выше головы сидящего на коне всадника. Трава эта убивает все остальные и в темноте светится отблеском пламени, сжигающего погибшие души. Дотракийцы утверждают, что однажды призрак-трава покроет весь мир, и тогда вся жизнь закончится. Мысль эта заставила Джейсона поежиться. – Я не хочу говорить об этом сейчас, – сказала Дейенерис . – Здесь так прекрасно, что я не желаю думать о смерти. – Как вам угодно, кхалиси, – отвечал сир Джорах с почтением. Она услыхала звук голосов и повернулась навстречу им. Они с Мормонтом обогнали отряд, который только сейчас поднялся следом за ними на гребень. Октавиан все еще боролся с короткими стременами и плоским седлом, в степи брат казался жалким. Ему и не нужно было находиться здесь. Магистр Иллирио предлагал ему подождать в Пентосе, предлагал свой гостеприимный дом, но Таргариен не согласился. Он решил оставаться с Дрого, пока тот не поможет ему получить обещанную корону. – Подождите здесь, – сказала Дени сиру Джораху. – Пусть все они тоже остановятся. Скажите, что я приказываю. – Вы быстро научились говорить так, как подобает королеве, Дейенерис. — Улыбка его всегда подбадривала Дени и Джейсона. – Я не королева, – заметила Дени, – а кхалиси. – Она послала кобылу вперед – галопом и в одиночестве. — Что это с ней? — Не понял Джейсон, глядя в след сестре. — Полагаю ваша сестра наконец-то чувствует себя более свободной, замужество защитило её от вашего брата... Что же до вас, принц? Как ваша супруга? — С ней всё хорошо. — Смутившись ответил Джейсон. Он до сих пор он не определился как к ней относится... Она была мила и красива, но то факт, что Джейсона заставили женится на ней его брат, не давал ему покоя. — Говорят, что ваш брак не консумирован. — Произнес Мормонт, и Джейсон резко побледнел. Таргариен решил, что нет смысла скрывать это от сира Джораха. — Да... — Невнятно произнес парень. — Дотракийцы очень серьёзно относятся к этому, ваше величество. — С сочувствием в голосе сказал Мормонт. — Некоторые считают, что это вызывает гнев их богов... В Вестеросе иногда родители молодоженов, которые вступили в ранний брак, договариваются, что консуммация будет перенесена до тех пор когда их детям не исполнится лет шестнадцать лет или хотя бы четырнадцать. И то некоторые отказываются от этих условий... А здесь... Поверьте мне, что здесь общество куда менее цивилизованно. Я вас ни к чему не призываю, но помните об этом.       Джейсон кивнул, именно это ему нравилось в этом изгнанном рыцаре. Он всегда старался растолковать Джейсону свою позицию, но выбор всегда оставлял за ним. Он стал настоящим наставником и идеалом для Джейсона. Юноша хотел стать таким же как он: смелым, сильным, довольно спокойным. Джейсон даже парой ловил себя на мысли что Джорах стал для него отцом, которого юноша не знал... Но тут же когда эти мысли появились в голове он стыдливо отгонял их. К этому времени их нагнали остальные. — Кхалиси приказала ждать её тут. — Сказал Мормонт. — Приказала?! Как она смеет приказывать дракону! — Закричал Октавиан, и поскакал на коне в сторону Дейенерис. — Думаю это плохая идея... — Начал Мормонт, но Октавиан уже ускакал, — О, Старые Боги...       Джорах Морморт, Джейсон и остальной кхаласар направился за разгневанным Таргариеном. — Как ты смеешь! – завопил Октавиан. – Ты смеешь командовать мной? Мной! – Он соскочил с коня и споткнулся приземляясь. Когда он поднялся на ноги, лицо его побагровело. Он схватил ее за плечи и потряс. – Или ты забыла, кто ты такая? Погляди на себя. Погляди на себя! Не ты командуешь драконом! Ты понимаешь это?! Я – владыка Семи Королевств и не подчинюсь приказам бабы какого-то лошадника. Ты слышала меня? Ты слышишь меня? Напрягая все силы, Дени оттолкнула брата. Октавиан поглядел на нее, не веря своим глазам. Она никогда не возражала ему, никогда не отвечала на удары, и то что она решилась противостоять брату вызвало приятное удивление и шок у Джейсона. Ярость исказила черты Октавиана. Трах! Кнут ударил как гром. Петля обхватила Октавиана вокруг горла и дернула назад. Ошеломленный и задыхающийся, он полетел в траву. Дотракийские наездники, окружили его. Тот, что с кнутом, молодой Чхого, выдохнул вопрос.. – Чхого спрашивает, хочешь ли ты его смерти, кхалиси, – проговорила Ирри, переводя вопрос наездника – Нет, – сказала Дени. – Нет. – Куаро считает, что у него следует отрезать ухо, чтобы научить уважению. Брат стоял на коленях, пальцы пытались сорвать веревку, он что-то неразборчиво хрипел, пытаясь вздохнуть. Кнут туго зажал его гортань. – Скажи, что я не хочу, чтобы ему причиняли боль, – распорядилась сестра Джейсона. – Я предупреждал его, что такое может случиться, миледи, – сказал сир Джорах Мормонт. – Я просил его остаться на гребне, как вы приказали. – Возьмите его лошадь, – приказала Дени сиру Джораху. Октавиан ахнул. Джейсон не верил своим ушам, он завороженно глядел на сестру. Но слова приходили сами.– Пусть брат мой пешком возвращается в кхаласар. Дотракийцы считают того, кто пешком идет по степи, нижайшим из низких, не имеющим ни чести, ни гордости. Это явно ударит по гордости брата, подумал Джейсон. – Нет! – завизжал Октавиан на общем языке. Он повернулся к сиру Джораху со словами, которых не понимали табунщики: – Ударь ее, Мормонт. Побей ее. Это приказывает твой король. Убей этих дотракийских псов и проучи ее.       Изгнанник-рыцарь перевел взгляд с Дени на Октавиана. – Он пройдется пешком, кхалиси, – поклонился рыцарь. И придержал коня брата, пока Дени поднималась на свою кобылку. Октавиан смотрел на них раскрыв рот, а потом опустился на землю. Он молчал, не шевелился. Скоро он затерялся в высокой траве, не видя его больше. – А он найдет путь назад? – спросила она у сира Джораха по дороге. – Даже такой слепец, как ваш брат, способен отыскать дорогу по нашему следу, – отвечал он. – Такому гордецу будет слишком стыдно возвращаться. — Заметила Дени. Джорах расхохотался: – А что еще ему остается? Если он не сумеет найти кхаласар, то кхаласар, безусловно, найдет его. В дотракийском море, дитя, утонуть трудно. – А о чем молитесь вы, сир Джорах? – спросила Дейнерис. – О доме, – ответил он скорбным голосом. – И я молюсь о доме, – сказала она, поверив себе. Сир Джорах усмехнулся. – Тогда оглянись вокруг себя, кхалиси. – Нет, Октавиан никогда не вернет Семь Королевств, – сказала Дени. Её слова были произнесены столь уверено, что Джейсон поежился. Сир Джорах смерил ее взглядом: – И вы сомневаетесь в этом? – Октавиан не способен возглавить войско, даже если мой благородный муж предоставит ему воинов, – сказала Дени. – У него нет ни гроша. Дотракийцы смеются над его слабостью. Он никогда не приведет нас домой. – Мудрая девочка. – Рыцарь улыбнулся. – Я не девочка, — Яростно бросила она и поскакала вперед, оставив Джейсона и Мормонта позади.       Перед входом в свой шатер Джейсон остановился.Произошедшее сегодня всё никак не укладывалось в его голове. Его сестра сегодня сделала, то чего он боялся сделать всю свою жизнь. Юноша ругал себя за то, что его сестра оказалась храбрее и смелее. Он должен был защищать её, а не она его. Джейсон уставился на свой меч. — Никогда больше я не буду подчиняться Октавиану. — Поклялся Джейсон и уверенно вошел в свою палатку. Рейна лежала на полу, на ней был дотракийский кожаный верховой костюм. — Любовь моя, я рада, что ты вернулся! — Проговорила дотракийка. — Рейна... — Ласково произнес Джейсон оглядел свою жену с её босых ног до её вымазанных маслом волос. Только сейчас он осознал насколько красива дотракийка. Уставившись на её темные глаза, он взял её за руку. — Я знаю... что нас связали узами брака против своей воли. Но каждый день проведенный с тобой, каждое мгновение запоминается мною навечно. Я чувствую что люблю тебя. И... хоть нас свели наши братья, может попробуем по-настоящему любить друг друга. — Проговорил Джейсон. Вдруг у Рейны навернулись на глаза слёзы. «Никогда не видел, чтобы дотракийцы плачут», — подумал Джейсон. Рейна приблизилась и поцеловала мужа, на что он только углубил поцелуй.Юноша понял, что сделает это не из-за угроз брата, не из-за советов Мормонта, а потому что Рейна ему нравиться. Джейсон повалился вместе с женой на мягкий пол, попутно раздевая её. — Мой дракон, — прошептала Рейна, и из уст дотракийки вырвался стон...