Запретный плод

      Слушание дела о незаконных опытах над людьми вызвало огромный резонанс. У зала суда с самого утра дежурили журналисты, поэтому Канаевой вместе со своими товарищами пришлось заходить через задний вход.       Так как слушание было закрытым, кроме Риты со всей семьёй, Уваровых, Морозова с друзьями и Князя с агентами, никого не было. Заняв свои места в зале, они ждали, когда приведут задержанных, которых было всего трое — Вульф, Раубер и Флейшер.       Рите было не по себе, ведь сегодня она впервые увидит деда с момента его «смерти», и придётся давать показания против него и его дружков. Впрочем, давать показания придётся не только ей. Заметив волнение девушки, Вадим взял её за руку, слегка сжимая в качестве поддержки. Посмотрев на шатена, Рита слабо улыбнулась ему. По другую сторону от неё сидели мать, отец и тётя с дядей, которые тоже дарили свою поддержку своим присутствием. За ними расположились Поляков с «сыщиками» и Барышников. Позади устроился Князь с агентами и Воронцов.       Крылова не пришла, ведь не о чём не могла рассказать, так как до недавнего времени ничего не знала о происходящем прямо под её носом. А Смирнову попросил не вмешивать в это дело Виктор, ведь Галина когда-то принимала участия в незаконных усыновлениях и удочерениях, пойдя на поводу Сергея Крылова, поэтому и ей самой мог грозить срок.       Одновременно с судьёй в зал привели и заключённых, усадив их по разным камерам, напоминающим клетки для зверей. Повернув голову, Канаева увидела три пары глазах, которые смотрели исключительно на неё с ненавистью. Троица, но отнюдь не святая, а грешная. Девушка была не удивлена их реакции, ведь всё это время они считали её своей, а она вонзила ножи в их спины. Им даже не дали адвоката, ведь и так понятно, что решение суда будет не в их пользу. Слишком много доказательств их вины. Можно с уверенностью сказать, что они собрались здесь лишь для того, чтобы услышать свой смертный приговор.       Рита перевела взгляд на мать, которая сидела с опущенной головой, держа за руку Наташу. Обеим женщинам было не легче, чем ей. За решёткой сейчас был их родственник, они долго и упорно добивались того, чтобы он там оказался, но сейчас испытывали смешанные чувства. В голове Инги даже пронеслась мысль, что ей было бы легче, если бы он действительно умер, к тому же, она успела смириться и пережить это.       Услышав своё имя, Канаева поднялась с места и направилась к трибуне, расположенной прямо напротив судьи. Судьёй была женщина лет сорока, со светлыми волосами собранными на макушке в пучок. Внучка Колчина даже обрадовалась этому, вспомнив, как дед недооценивал женщин. Теперь же одни женщины его отправили в тюрьму, а друга подпишет приговор. — Так как Вы являетесь родственницей одного из подсудимых, Вы имеете право отказаться от дачи показаний. За ложные показания предусмотрена уголовная ответственность, — предупредила женщина. — Я слишком долго ждала этого дня, чтобы отказываться, — уверенно произнесла Рита, посмотрев на судью, а затем на деда и его дружков торжествующим взглядом.       Некоторые готовы были поклясться, что даже услышали, как Раубер заскрипела зубами, желая убить девчонку. Колчин же был спокоен, как удав. Удав, который мог задушить свою жертву в считанные секунды, когда та этого не ждёт.       Первым вопросом стало то, как же Рита узнала о незаконной деятельности своего деда. Ничего не скрывая, брюнетка рассказала, что всё началось с её тёти и того дня, когда у ней пришёл историк из школы. — Маргарита Викторовна, некоторое время Вы сами являлись сотрудницей компании «Ingrid», верно? — поинтересовался прокурор лет тридцати пяти. Увидев кивок, мужчина продолжил: — Вы работали там добровольно или вас заставил Колчин? — Я уговорила деда взять меня в компанию после того, как узнала, чем он там занимается. Хотела собрать доказательства его преступной деятельности, а это можно было сделать лишь получив его доверие, — ответила Рита. — А вы сами принимали участие в этих экспериментах?       Канаева слегка напряглась от этого вопроса. Разве прокурор не должен быть на их стороне? — Изначально я занималась разработкой обычных препаратов. Лишь несколько месяцев назад приступила к курированию группы лаборантов, что занимались разработкой вакцины от вируса, — рассказала брюнетка, взвешивая каждое слово, ведь могла сыграть против самой себя. — Можете садиться, — произнесла судья, посчитав, что услышала достаточно от девушки. — Для дачи показаний приглашается Колчина Наталья Владленовна.       Как только Рита села, место за трибуной заняла её тётя. Судья и прокурор задавали похожие вопросы, мол, как узнала о деятельности приёмного отца, кому рассказала, с кем придумала план и так далее. Наташа рассказала обо всем, не скрывая даже того, что отец удерживал её в подземелье, пока все остальные считали её погибшей. Схожие вопросы были заданы и Инге. Ей, пожалуй, тяжелее всего было давать показания против отца, зная и видя, что он находится в считанных метрах от неё. У всех троих женщин рассказ был одинаков, лишь каждая добавляла больше подробностей со своей стороны, поэтому усомниться в рассказе было невозможно.       После допроса остальных свидетелей, судья удалилась для принятия решений, остальных попросили дождаться в зале. Вновь посмотрев в сторону родственника, Рита заметила, как тот кивнул ей, подзывая. Сперва хотела проигнорировать его, но потом стало интересно, что он скажет ей с момента последней встречи, когда так безжалостно подставил.       Когда Рита поднялась с места и направилась к «клетке», её родственники и друзья непонимающе переглянулись, а некоторые и вовсе попросили не идти.       Встав в метре от деда, Канаева выжидающе посмотрела на него. Колчин поднялся со скамьи и, подойдя в притык к решётке, взялся руками за железные прутья. Охрана было дернулась, но Рита заверила их, что всё в порядке, а заодно и своих близких. — Что? Жалеешь, что не убил тогда? — спросила Рита, не выдержав молчания и упорного взгляда родственника. — Разве я мог? Единственная родная внучка.       Сидящий в зале Андрей усмехнулся. Кто бы сомневался, что его с Надей он не считал за внуков, а лишь играл роль любящего деда. — Согласна, засадить в тюрьму гораздо милосердние, — усмехнулся бывшая химичка, проигнорировав фразу Раубер, что именно убить её и следовало.       Колчин хрипло рассмеялся. — Я должен был тебя наказать, ведь ты меня предала, а с предателями иначе нельзя. Твоё предательство для меня гораздо хуже, чем Инги или Иры, ведь в тебе я видел продолжение себя, своего дела, — прищурился Владлен Петрович. — Но не смотря на это, я всё равно люблю тебя. — А я ненавижу тебя, — жёстко ответила Марго. — Чтобы увидеть тебя за решёткой мне пришлось поступиться своей совестью и принципами. А знаешь, что хуже всего? Что я действительно хотела помочь тебе сбежать. Думала, что это Морозов подставляет меня или эти двое, — она кивнула на Раубер с Флейшером, — но не думала, что это мог сделать ты. Спасибо за ценный урок! И мои приобретённые грехи!       Бросив на деда взгляд полный ненависти, Рита развернулась и направилась к своему месту, издавая цокот каблуков. — А ты как хотела? Быть сильной, но при этом оставаться хорошей? Так не бывает в жизни.       Марго остановилась, но не спешила поворачиваться. Смотрела в одну точку на стене, не желая даже пересекаться взглядами с близкими. — Я тебя не говорила, что планирую организовать в твоей бывшей компании службу помощи бездомным, наркоманам и людям с ограниченными способностями? Могу назвать в твою честь…       Договорив, Канаева обернулась, чтобы увидеть реакцию родственника. Колчин сильнее вцепился в прутья, испепеляя её взглядом. — Переиграла и уничтожила! — усмехнулся Максим, показав бывшей учительнице большой палец.       Рядом с ним сидящая, Ксения пихнула парня в бок, чтобы тот помнил, где находится. — Ты действительно хочешь это сделать? — шёпотом спросил Вадим, наклонившись к самому уху возлюбленной, когда та села. — Кто знает, — загадочно отозвалась та, не давая конкретного ответа.       Ответа не было, так как она и сама его не знала. Просто захотелось как-то отомстить деду за то, что он ей сказал. А что ещё его могло задеть, кроме компании, где он убивал бомжей и наркоманов, а она собирается им там помогать вернуться к нормальному образы жизни. — Всем встать, суд идёт!       Свидетели и подсудимые поднялись со своих мест, выжидающе уставившись на женщину. — Садитесь! Суд принял решение, согласно статьи 105 и 355 УК РФ подсудимых Колчина Владлена Петровича, Сафронову Клавдию Владимировну и Филатова Николая Петровича признать виновными по всем пунктам и приговорить к тридцати годам лишения свободы в колонии строгого режима. Решение суда обжалованию не подлежит и должно быть выполнено в зале суда с момента объявления.       По залу прошлись вздохи облегчения, а лица самых заключённых даже не изменились. Словно они услышали не собственный приговор, а обычные новости. — Вы все талантливые учёные, и могли бы принести человечеству огромную пользу, но вместо этого решили его подчинить себе и истребить, — произнесла судья от себя. — Мне жаль, что такие знания и таланты были погублены банальной жаждой наживы.       Троица обменялась лишь им понятными взглядами, после чего сложили руки за спинами, позволяя охране надеть наручники и увести их зала. Проходя мимо сидящих, Раубер встретилась взглядом с Алексеем. Женщина смотрела на него с осуждением и ненавистью, но ни слова не сказала, зная, что он и так понял всё, что она о нем думает.       Выйдя из здания суда всей большой компанией, сотрудники, ученики и их родные заметили, что даже солнце стало светить ярче. — Не могу поверить, что это конец, — с улыбкой проговорила Даша. — Полтора года ужаса этого стоили. — Полтора? А два с половиной не хотела? — усмехнулась Рита, намекая на то, что столько времени ушло у неё и её родных. — Предлагаю отметить это событие, — проговорил Максим, обнимая за плечи Риту с Дашей. — Так уже отмечали, вроде, — хмыкнул Вадим, скидывая с плечами своей девушки руку Морозова, чем вызвал у некоторых смешки. — Бог любит троицу! — философски заметил Макс. — Я ещё приду на заседание Морозова. Второй раз папашка по моей вине в тюрьме окажется. — Имя не думал сменить на Павлика? — подкольнул товарища Барышников. — Имя нет, а вот фамилию можно, — задумчиво протянул старшеклассник. — Володя, ты станешь моим отцом и подаришь свою фамилию?       Присутствующие засмеялись, сказав, что это самое лучшее и трогательное предложение из всех. — Можешь взять фамилию жены, — предложила Рита, подмигнув Ксюше, отчего та смутилась. — А что? Максим Громов. Звучит же! — улыбнулся Макс, обнимая возлюбленную. — Звучит, звучит, — усмехнулся Князев.       Наталья сообщила, что они с сестрой и их мужьями поедут домой, поэтому попрощавшись сразу направились к своим машинам. Учителя же напомнили, что им надо вернуться в школу, ведь уроки никто не отменял, вернее отменили на сегодня, но завтра полноценный рабочий день. Несмотря на то, что Елена поддержала решение Виктора закрыть школу, ученикам необходимо было доучиться до конца семестра, поэтому с закрытием решили повременить пока. — Я тоже в школу, давайте подброшу, — предложил Алексей, глядя на ребят. — Если кто не влезет, может поехать со мной, — предложила Рита. — А тебе зачем? — не понял Вадим, ведь знал, что его девушка уволилась. — Про Войтевича все забыли? Ребята с укором посмотрели на Риту. Безумная идея помочь Войтевичу не попасть в тюрьму взамен на его анонимные показания тоже принадлежала Канаевой. Взамен она пообещала бывшему биологу новые документы и свободу, а пока он был вынужден жить на нижнем уровне. После ареста сотрудников компании, в подземелье никого не осталось, да, и искать его там никто бы не стал. — Нахрена ты ему помогаешь? — пробурчал Вадим, который был не в восторге от этого, и считал, что Константина Викторовича тоже следовало посадить. — Войтевич теперь на нашей стороне. И он не дал против тебя показания. Мог бы и спасибо ему за это сказать. — Нам, кстати, тоже, — внезапно произнёс Андрей, глядя на парня сестры. Авдеев был не в восторге, что Рита с Уваровым, но старался открыто не демонстрировать свою неприязнь к бывшему сотруднику деда. Ради сестры, разумеется. — Пятёрок в аттестате достаточно, — криво улыбнулся Вадим, не собираясь говорить спасибо ни им, ни кому-либо другому, кто мог его сдать, но не стал этого делать. — Антон, а у тебя какие планы? — спросила Рита, повернувшись к другу. — Собираюсь к родителям съездить, — ответил парень. — Столько времени в городе, и так не навестил их. К тому же, придётся многое объяснить. Не хочешь со мной? — предложил шатен, посмотрев на брата. — Ну, можно, — отозвался Вадим, который и сам давно не был у родных. — Я с тобой тогда к Войтевичу, — сообщил Володя, подойдя к Рите. — Мало ли что.       Канаева согласно кивнула, хотя была уверена, что Войтевич ей ничего не сделает, а вот Володю вряд ли особо будет рад видеть, учитывая, что произошло между ними. Хотя биолог даже был благодарен повару, ведь эта ситуация открыла ему глаза на своих соратников, особенно Морозова и Колчина. И единственное, что хотел сейчас Войтевич, так это спокойно прожить отведённые ему года где-нибудь далеко от всех знакомых, что напоминали бы ему о грехах прошлого. Поэтому, когда Рита нашла его в лесу и предложила сделку, тот сразу согласился. Хотя, не упоминать Уварова в показаниях пришлось его уговаривать, ведь Вадим слишком раздражал бывшего биолог после того, как показал, что является выше по должности.

***

      В школе, в комнате девушек собрались Даша, Вика, Максим и Андрей. Их осталось всего четверо, ведь Рому они так и не простили, а Лиза решила уехать и доучиться дистанционно. Свой долг перед Юлей она выполнила, поэтому не видела смысла больше здесь задерживаться. — У меня у одной сейчас дежавю? — спросила Даша, сидящая на своей кровати в объятиях Андрея. — У меня тоже, — призналась Вика, как-то грустно улыбнувшись. — А ведь всё началось с того, что мы точно так же собрались, а потом ночью пришёл Савельич… — Так, мы отмечаем, а не ностальгируем, — напомнил Макс, разливая по пластиковым стаканчикам вино, а затем раздавая друзьям. — Предлагаю выпить за нас и нашу дружбу. — Вместе и до конца? — улыбнулась Даша. — Вместе и до конца, — повторили ребята, чокаясь стаканчиками.       Просидев до полуночи, школьники разошлись по своим комнатам. С утра их и остальных ожидали новости от Токаревой: Вульф, Раубер и Флейшер покончили с собой. Фашисты приняли яд, который неизвестно как у них оказался. Но было важно лишь то, что кошмар на этом точно закончился и больше никогда не повторится.