I curse you, Jeon Jungkook!

Парни доезжают до озера и выходя из машин, смотрят на дым исходящий от места взрыва. Страшно подумать о том, что случилось с людьми, которые живут в радиусе 5 километров. —Мы уничтожили один из сильнейших кланов, —Юн поворачивается к альфам с ухмылкой на губах.—Думаю, теперь мы может заключить мирные договора между собой, —Парень протягивает руку Ёнсо, который моментально целует ручку омежки, а после жмёт руку Чону. —Но... Как же клан Чон?—Пак смотрит на Хосока, а после на Юнги. Он искренне не понимает, что делать с ними, ибо этот клан не видно уже более полугода. Он смотрит на Хо, что кивает Юну, говоря «Он сам придёт... придёт к тебе. Об этом позаботится Юнги.», а после садится в машину. Омежка снимает с пальца кольцо и начинает что-то шептать, смотря на то, как кольцо начинает становиться фиолетового цвета. Когда Мин замолкает, кольцо чернеет и парень переводит взгляд на альфу. «Едь домой.. пока он не сможет... ему очень плохо...», юнги прощается с Паком и садится в машину Хо, что сразу срывается с места.

***

Ни Чонгук, ни Минсок приглашение на банкет не получали, но и не знали об этом банкете, до определённого момента. Чон младший тогда поехал на встречу. Строгий костюм, лаковые туфли, чёрный гелендваген и зачёсанные назад волосы. Чонгук не был обделен вниманием омег и по сей день, ибо все уже привыкли к его метке, что каждый год забывалась все больше, пока не начинала болеть. Возможно это заражение от чего-то, а возможно это Юнги, хотя Гук привык думать, что они забыли друг о друге. На самом деле Гук на протяжении тех пяти лет, вспоминал о мальчишек с горящими глазками. Чон когда увидел омежку на пороге, был безумно счастлив, что он жив, что его не зацепили, не нашли, но отец ему приказал молчать, надменно смотреть и молчать, мол, ты никому здесь не нужен. На тот момент Чон был ребёнком и из его воспоминаний быстро стерся этот мальчишка, которого столкнули с порога.. Но когда он вернулся ещё раз, то у Чона было столько счастья, хотелось младшего обнять, прижать к себе и извиниться, но он не мог. Просто не мог позволить себе показать свои чувства. Они с Мином были знакомы и Гук всегда любил проводить с омежкой время, он чувствовал себя старшим братом, а после... Отец приказал вырезать семью Юна. Несмотря на все истерики Гука, это не помогало... Только спустя пять лет на пороге он не видел чистого омежки. Он видел сияющие самоуверенностью глаза напротив, но все равно решив, что Мин остался таким же мальчишкой и вновь пришёл просить помощи, решил и отцу подыграть... Правда эта игра развернулась против него. Когда Гук услышал слова проклятья, то был в небольшом шоке. Маленький мальчик Мин, который такой добрый, доверчивый, с большим сердцем, только что проклял его... Ходил бы Гук на занятия, на которых рассказывали про способности, то знал бы, что проклятье может снять только Мин, что омега и сказал, когда они были в школе. Чон прекрасно понимал, что этот мальчик его проклял за все то, что он наделал, но и Гук был с ним тогда слишком груб. Решил, что они начнут игру, но проигрывал каждый божий день, ибо не мог справиться с болью от метки. А после своего выпуска, подумал, что пора забыть об этом омеге, чтобы вдруг не пожалеть. Так и жил. Ему уже 24 и со своих 18 он больше не видел Юнги, но и решил забыть окончательно. Жил себе спокойно до сегодняшнего дня. Он спокойно ехал со встречи, распоряжаясь полученным товаром, ведя разговаривать по телефону, как почувствовал боль в груди. Парень выжал газ, видя вдалеке свой дом, понимая, что должен успеть. Альфа выжал газ под 200,отключая телефон и кидая на соседнее сиденье. Чон быстро добрался до дома и схватив телефон, направился внутрь, держась заместо, на котором был бутон чёрной розы. Парень кое-как добрался до гостиной и сел на диван, закрывая глаза и постепенно теряя сознание от ужаснишей боли... Он очнулся спустя часа три, когда почувствовал холодные руки беты, что трогал лоб альфы, после того как потрогал пульс. —Господин Чон? —Слышится от беты, что со спокойствием выдыхает, когда альфа открывает глаза. Мужчина помогает парню подняться и доводит до его спальни. Чонгук благодарит бету и заходя в спальню, снимает галстук и снимает пиджак, вешая на кресло и кидая галстук туда же. Он переодевается в домашнее и ложиться на кровать, закрывая глаза. Гук пытается понять что его так вырубило, но не может понять, ведь о метке он изредка вспоминал, а так сваливая все на какие-то болезни, от которых и пил таблетки. Чон думает об отце и видит его в машине, видимо Минсок уже едет домой. Да, у Гука способность видеть то, что делает человек, о котором он думает, в данную минуту. Правда способностью он пользуется редко, только если по делу. Это иногда помогает, а иногда чисто из интереса. Альфа слышит хлопок двери и вздыхает, поднимаясь и идя вниз, встречать отца. —Здравствуй, —Парень облокачивается спиной о стену, наблюдая за отцом, что снимает пальто, вещая на крючок и кивая сыну, направляется на кухню.—Ты меня игнорируешь второй день. Что не так? —Чонгук чуть хмурится, идя за отцом, что тяжко вздыхает, опускаясь в бархатное кресло и со строгостью в глазах, смотрит на Чона, который садится по другую сторону стола, смотря отцу в глаза.—Может скажешь уже хоть что-то? —Что мне тебе сказать? —Хрипит Минсок, беря в руки нож и вилку, начиная резать стейк из говядины, что приготовил Минсу, их повар, что служит им уже на протяжении 10 лет. Гук искренне не понимает, что случилось с отцом и почему он игнорирует его второй день, ведь младший действовал чётко по плану отца и ничего больше не делал без него. —Что-то не так? —Парень вскидывает брови, отодвигая тарелку и скрещивая руки на груди, откидываясь на спинку кресла и смотря чётко отцу в глаза. —Что не так? Все деньги! все! ты вложил в гребанное казино! —Мужчина кидает приборы на стол, поднимаясь.—Что это такое блять? Что? Что оно тебе даст? —Кричит мужчина, смотря на сына и хмурясь. —Какое казино? —Не повышая голоса говорит альфа, смотря на Минсока.—Я не трогал твои деньги.. У меня свои есть на банковском счету, —Парень хмурится, наблюдая за отцом, что подходит ближе. —Да? А куда тогда делись МОИ деньги? Куда, блять! —Срывая голос кричит альфа.—Пошел вон отсюда, щенок! —Да пожалуйста. Больно надо. Без меня вообще нихуя не сможешь, —Шипит Чон, вставая и идя в свою спальню, начиная собирать вещи, пока в его голове крутятся мысли «Что б ты сдох, старый маразматик...» Он быстро собрал чемоданы, оделся и ушёл, загружая чемоданы в багажник и уклатываяпод крик отца «Катись отсюда, неблагодарная мразь!». Чон на это забивает и решает куда ехать, катаясь по трассе, а потом уезжает туда, куда ему приходит в голову первым. Он останавливается у особняка Пак Ёнсо. Парень звонит в дверь, дожидаясь когда ему откроют. —Опа... —Парень усмехнулся.—Ну проходи, —Ёнсон пропускает альфу в особняк, показывая его комнату и попутно узнавая ситуацию. «Ну ниче.. все наладится. спокойной ночи.» и ушёл к себе.. Утром Гуку не хотелось просыпаться, хотелось забыться, хотелось исчезнуть, ибо он только понял, что это был не дурацкий сон, а, сука, реальность. Он поругался с отцом и, грубо говоря, послал его нахуй. Что ж. Хуже быть не может,правда? Парень через силу поднимается и идёт в ванную, приняв душ и умывшись, он идёт в спальню и переодевшись, спускается на кухню, где уже сидел старый знакомый. —Доброе утро, Чонгук, —глаза альфы сияют, а на пухловптых губах ухмылка.—Как спалось?—Ёсон указывает рукой на место напротив себя, мол, присаживайся. Гук кивает, покорно садясь за стол и смотря парню напротив в глаза, стараясь увидит подвох. Ну пустил бы просто так Гука к себе тот человек, которого они долго дурили? Нет конечно! Хотя может Чон зря старается везде найти подвох, которого может и не быть... Кто знает? —Утро... Нормально спалось, —Парень обводит взглядом хозяина дома и делает вдох.—Слушай,Ёсон... Спасибо, что приютил... Не думаю, что останусь надолго... Может у отца пройдёт волна агрессии.. В любом случае, я в долгу не останусь... Скажи сразу, ты что-то собираешься со мной сделать?—Чонгук даже к завтраку не притрагивается, чтобы не упустить ни одну эмоцию на лице старшего, не упустить любого действия. От отвода глаз, до дерганья какой-то морщинки. —Нет, Гук. Ничего я делать не собираюсь. Понимаю, отец уже староват тал, но это проходит. Сейчас побесится и пустит, —Пак спокойно поливает оладьи клиновым сиропом, отправляя небольшой кусочек в рот.—Я давно тебя ищу, а это отличный повод для разговора. Ты ешь. Не бойся, не отравлю, —Парень смотрит на Чона, усмехнувшись, когда младший с недоверием глянул на тарелку.—Я вот что хотел сказать... Мы давно разорвали мирный договор из-за ваших проделок, но я ведь человек не злопамятный... Я давно все простил. Так может.. мы возобновим контракт? —Уголок губ на лице Ёсона несильно поднимается, а одна бровь изгибается, придавая взгляду каплю заинтересованности. Чон слушает собеседника, смотря в тарелку и принимаясь завтракать, не отвлекаясь от разговора. Всё же странно, что Ёсон кинулся помогать после предательства, а не кинул где-то на улице, говоря, что нужно было башкой думать. Страннее, наверное, было то, что Пак решил возобновить контракт. Ладно, помог – спасибо, но зачем мирный договор заключать вновь, зная, что это не сильно хорошая идея? Этот жук точно что-то затеял... —Ну... допустим, но зачем тебе это? —Гук вскидывает брови, смотря на альфу, что вздыхает, откидываясь на спинку кресла, начиная говорить: «понимаешь, Чонгук, я и правда человек не из тех, кто мстить будет по старой памяти. Все же и ты много сделал добрых вещей для меня. вот я и решил оплатить.» Только вот Чон не помнит что-то доброго в сторону Ёсона со своей стороны. Он всегда строил старшему кости, стараясь покончить с кланом Пак раз и навсегда, чтобы видно его не было, но каждый раз эти планы срывались. Так что хоть плохого и не было, но и хорошего тоже. Всё же Чонгук не понимает, зачем ему помогают... После завтрака оба альфы пошли собираться. Обоим нужно было уехать, но на половине пути Гук задумался, а нахуя он поедет узнавать кто деньги с карты отца перевёл в казино и проиграл их там? Зачем? Отец его выгнал, не хотя слушать, а он будет как наивный паинька мальчик узнавать кто это сделал? Ну уж нет. Возвращаться к Ёсону он пока не хотел, ехать просить прощения у отца вообще желание отбилось, вспоминая их ссору, но вот есть идея... Посмотреть куда едет Пак, ибо между ними сейчас не сильно большое расстояние. Чонгук нажимает на педаль газа, догоняя обладателя чёрного порше панамера. Парень отставать от альфы не собирался, ибо был дичайший интерес узнать куда он едет. Возможно он просто едет забрать товар, а может он едет убивать, кто знает? Они едут на протяжении часа, но вскоре машина останавливается у 3-х этажного особняка. Ёсон выходит из машины и достаёт из кармана чёрный, выглаженных под стрелку, брюк железную упаковку сигарет Treasurer Luxury Gold и достаёт одну. Сама по себе упаковка довольно большая, туда вместится две обычных, но они отличаются ценой и качеством соответственно. В дорогостоящих сигаретах Treasurer Luxury Gold  табака гораздо больше и забит он плотнее, а в обычных – табак чуть ли не высыпается, хотя, это уже смотря какие, ведь есть дешёвые, но тоже хорошие. Ёсон поджигает кончик и делает затяжку, этот жук довольно богат и Гук не удивиться, если у него этих сигарет около 200 пачек. Одна пачка таких сигарет стоит 59.496 вон. Они не дешёвые, так что редко можно увидеть простого человека с пачкой таких сигарет. Докурив Пак достаёт из машины букет алых роз, их наверное, больше, чем 101, и подходит к двери, нажимая на железную кнопочку. На лице альфы можно заметить улыбку, с которой он ждёт пока ему откроют. Дверь открывается довольно быстро и на пороге стоит бета, что счастливо улыбается и на какую-то короткую фразу, отвечает кивком, пропуская Ёсона в дом. Гук уже подумал, что делать ему тут нечего, ясно, приехал к своей второй половинке, так что ждать его нет смысла. Парень уже переставил ручник и хотел нажать на газ, как заметил, что дверь вновь открывается. Первым выходит бета, а за ним и альфа. Они подходят к машине Пака, который достаёт из соло на большого плюшевого медведя, отдавая бете. Видно, что старший очень рад и уже топает в особняк, как дверь вновь открывается и выходит парень. С тройное тело, длинные стройные ножки, красивые руки с длинными пальцами, что усыпаны перстнями, хрустальные личико с чёрными волосами. На личике лёгкий макияж, а одет, как Гук понял, омега в черную свободную прозрачную блузку, чёрные обтягивающие джинсы, что подчёркивают его формы, и ласковые туфли. На личике слабая ухмылка и парнишка, помогая бете занести медведя, идёт к альфа, здороваясь с ним. У них идёт не очень длинный разговор, благодаря которому Чон успел разглядеть черты лица омежки. Кого-то он ему напоминает, но кого – понять не может. Альфа открыл омеге дверь, и тот сразу нырнул в салон, а после сел альфа. Несколько движений и машина Ёсона сорвалась с места. Подождав несколько минут, Чон выехал из-за деревьев и поехал за ними. Путь Гуку был не знаком, они выезжали за город и двигались все дальше, пока не свернули куда-то. Чонгук вздохнул, ставя машину на аварийку, оставив на обочине, а сам идёт за этот поворот, просто чтобы его было не так сильно заметно. Альфа видит, как эта «сладкая парочка» сидит на пледе. То-ли у них свидание, то-ли дружеская встреча. Хрен знает. Гук проходит за машину старшего и слушает их разговор... —Спасибо, ты и правда мне помог, —Говорит Пак, смотря на своего собеседника.—Возможно, без тебя мы бы так с ним и не встретились. Интересно, это правда ты так повлиял на него? Омега пожал плечами, вздохнув. —Я никогда не думал над этим, возможно это моя способность, а возможно это просто судьба и тебе повезло, —Говорит паренёк, крутя на пальчик колечко. —А давай проверим ещё раз? —Альфа Усмехается, обводя взглядом младшего, что кивает и снимает с пальца кольцо, начиная что-то тихо нашептывать, пока кольцо принимает фиолетовые разводы, а потом фиолетовый цвет. «Этот шёпот...» разносится эхо в голове Гука, что сразу сгибается, чувствуя жжение. Он терпит, хоть и боится вновь потерять сознание, он чувствует как к голове приливает кровь, такое чувство, что кровь вновь пойдёт из глаз, польется струями и не прекратит, пока не закончится шёпот. Чонгук держится заместо, где у него роза есть, а когда чувствует режущую боль, то выдавливает из себя довольно громкое  «Хватит!» из-за чего шёпот обрывается и повисает тишина...