Дресс-код

      — Чонин, могу я тебя попросить?       — Конечно, Феликс-хён. Это первый раз, когда ты обращаешься ко мне с просьбой.       — Можешь ли ты попросить Чанбин-хёна встретиться со мной? Просто… мы действительно давно не виделись. Вчера на суде мы особо не говорили, а потом я снова ехал в другой машине. И, знаешь, секс у нас был только один раз и по моей инициативе. Это меня бесит, потому что я сам уже хочу этого. Почему он не хочет это делать?       — Я просто скажу ему, что ты хочешь встретиться.       — Хорошо.       Они были в кабинете Чонина в ратуше. Чонин сидел за столом, а Феликс стоял облокотившись о него. После этого небольшого диалога каждый из них стал залипать в телефоне. Напротив устанавливали камеру. Здесь было много людей, которые занимались этим. Сейчас будет настроена прямая трансляция, и Чонин сделает заявление, как новый Босс Сеула.       — Волнуешься? — спросил Феликс, не подняв на Чонина взгляд, заметив, что камера была уже установлена, а люди вокруг стали ждать время.       — Конечно, — ответил Чонин, подняв свой взгляд на Феликса. — Что если что-то пойдёт не так?       — Поэтому я здесь. В основном, моя задача состоит в том, чтобы предотвращать то, что пойдёт не так. Мне так сказал Уджин-хён. Не беспокойся и просто говори. Если что-то пойдёт не так, я помогу.       — Ты серьёзно? Не понял: куда ты дел Феликс-хёна?       — Я могу и уйти.       — Ладно-ладно, извини, просто не привычно слышать от тебя что-то подобное. Ты обычно мне грубишь.       — До начала осталась минута, — предупредила девушка, после чего оператор подошёл к камере.       — Хорошо, — кивнул девушке Феликс.       — А… вы будете сидеть на столе?       — Я не сижу на столе, — раздражённо произнёс Феликс. — А что-то не нравится? Может ты моё место займёшь?       — Феликс-хён! — сказал Чонин. — Она же просто спросила. Не обязательно было отвечать в грубой форме.       — Полминуты, — сказала девушка, перебив Феликса, что хотел что-то ответить Чонину.       Чонин стал смотреть на стол, где у него лежал листок с его речью.       — Блин, мне обязательно говорить то, что здесь написано? — спросил Чонин.       — Выучить не мог?       — Блять, за один вечер?       — Матом не крой, мелкий. Читать можешь.       — Мне в камеру смотреть нужно.       — Просто скажи, что ты волнуешься, поэтому будешь читать.       — 10 секунд, — предупредила девушка, сев за стол.       Чонин снова посмотрел на текст. Поднял свой взгляд, где оператор стал показывать пальцами отсчёт от трёх. Сначала он показал ладонь, что пока говорить не стоит, а потом её опустил. Чонин случайно что-то уронил со стола.       — Не поднимай, — сразу проговорил себе под нос Феликс, чтобы Чонин услышал, а он услышал.       — Здравствуйте, — начал Чонин, теребя в руках край рубашки. — Э~… я немного волнуюсь…       — Слишком сильно волнуешься, — сказал Феликс.       — Да, — Чонин опустил свой взгляд и хотел продолжить.       — Все уже в курсе, что предыдущий босс Сеула был убит сразу после того, как ему дали пожизненное заключение, — начал Феликс, скрестив руки на груди. — Так как выборы нового влетят бюджету в копеечку и это займёт много времени, они проходить не будут. К тому же у нас есть только один кандидат. Он же наследник предыдущего — Ян Чонин. Я его верный помощник, — Чонин кашлянул в кулак, чтобы сдержать свой смех. — Просто советник, так что я могу говорить от его лица.       — Классно ты сказал про «верного» помощника, — пробурчал себе под нос Чонин.       — Молчи, — ответил Феликс. — Кхм… Чонину только 18…       — 19.       — Извини, 19 лет.       — Пфф… — послышалось от Чонина, так что Феликс чуть не поднял на него руку, но сдержался и просто пригладил свои волосы. — Мне всего 19, но это не значит, что город уйдёт в упадок и я ничего не могу нормального сделать. Так как вся власть в городе в основном такая же, как и мой отец, я собираюсь её полностью заменить. Да и многим уже пора на пенсию. Кого-то придётся понизить, кого-то уволить, а кого-то отправить на пенсию. Так же начнутся политические, экономические изменения сначала просто в городе, а потом они перейдут и по всему району. Будут вступать в силу постепенно. Я обещаю, что жизнь для каждого человека в нашем районе станет лучше. Ты, кажется, не представился.       — Ли Феликс.       — В некоторых документах его подпись может иметь силу моей. Конечно, не во всех. Я доверяю Феликсу во многих делах, так что множество решений я буду принимать с ним. Так как мне нет 20, все переговоры будут проходить с его присутствием. Прежде чем встретиться со мной, вам нужно сначала встретиться с ним.       — Не все решения мы принимаем вдвоём, — добавил Феликс. — У нас есть ещё доверенные лица, которых Чонин назначит на высокие должности, с которыми мы часто советуемся. Думаю, на этом всё.       — Да, — сказал Чонин, после чего встал. — До свидания.       Оператор показал, что прямой эфир был закончен, после чего Чонин тут же поднял то, что уронил. Это была обычная ручка. Феликс тоже сразу обернулся на него.       — Я должен пометить этот день в календаре, — сказал Чонин, подняв ручку.       — Не обольщайся.       — Ты должен называть меня мистер Ян. Хотя бы на таких прямых эфирах.       — Не много хочешь, мелкий? Я не в восторге от того, что мне приходится работать именно с тобой.       — Ты злишься, потому что я сдержал своё слово? Я здесь, и ты здесь, а ты не верил. Почему?       — Потому что ты сын этого гада!       — Думаешь, я в восторге от этого?! Я, что, выбирал себе отца?! Если бы я мог выбрать себе отца и мать, я бы ни за что не выбрал бы тех, что имею. Ни мать, ни отец не проявляли ко мне никакой заботы. Знаешь, сколько мне было, когда я остался один в собственной квартире? 4! Какие родители оставляют ребёнка одного в 4 года?! И знаешь, кто был рядом со мной с того дня? Хёнджин-хён, который старше меня на один год, и его мать. Мы были соседями. Ты прекрасно знаешь, кто его мать. Прекрасной женщиной была, пока не убили. И знаешь, что убийце сделали? Ничего. А всё почему? А всё из-за этой самой несправедливой системы. Ты ведь тоже веришь в то, что она несправедливая. Я знаю это. Просто прекращай презирать меня, — Чонин протянул Феликсу руку.       — Я не знал, — ответил Феликс, пожав руку мелкому. — Извини.       — Я точно помечу этот день в календаре. Ты уже дважды извинился.       — Я подложу тебе в еду очень острого перца.       — А разве эта лампочка не должна была погаснуть? — обратил внимание Чонин на камеру, которая всё ещё вела прямой эфир.       — Ой, — сказал оператор, после чего куда-то нажал и лампочка погасла. — Извините.       — Получается… тебя поддержат многие, — отметил Феликс.       — Ты знал, — Чонин немного прищурил глаза.       — Нет.       — Ты знал.       — Да. Это придумал Хёнджин.       — Отделался тем, что это придумал Хёнджин-хён.       — Я реально подсыплю тебе перец в еду. Я серьёзно.       На это Чонин лишь закатил глаза. На следующий день Чонин отправился к матери вместе с Минхо и Феликсом. Репортёры как-то прознали про это, поэтому были рядом со зданием Совета Комиссаров. Они просили Чонина снять происходящее, но на это отвечал Феликс.       — Разве Чонин не говорил о том, что прежде чем говорить с ним, нужно сначала поговорить со мной, — сказал Феликс, пытаясь прогнать репортёров. — Сначала нужно было назначит встречу, обговорить всё, а потом обговорить это ещё раз с Чонином. Идите отсюда.       — Идея, — неожиданно сказал Чонин, остановившись. — Микрофон. Я могу записать наш диалог, но без видео. Просто аудиозапись.       — Ты совсем не придерживаешься системы, которую сам и установил, — обратил внимание Феликс.       — Давайте закончим побыстрее? — поторопил Минхо парней.       — Не терпится вернуться к Джисону? — съязвил Феликс.       — Я буду называть тебя «язва», — сказал Чонин. — Тебе подходит.       Чонин получил аппаратуру, которую было легко спрятать. Главное, чтобы звук записался. Они вошли в кабинет главного комиссара втроём. За столом сидела женщина.       — Ты действительно уволишь меня? — даже не подняв глаз на сына, сказала женщина.       — Нет, — ответил Чонин. — Понижу.       — Ты действительно собираешься сделать это со своей матерью.       — Я не вижу здесь матери.       — Да брось. Я же родила тебя, — она подняла свой взгляд.       — Мать не та, кто родила, а кто растил. Напомни, сколько лет ты провела со мной? Кажется, и года не соберётся. В этом плане отец был лучше, как родитель.       — Да хоть знаешь, сколько я работала, чтобы получить это место?!       — Так работала, что аж я родился. Ох, бедняжка, устала, наверное. Ты должна уступить место ему, — Чонин указал на Минхо.       — Тот самый комиссар, что выступал за твою сторону на суде? Почему я не удивлена? Но я уверена, что он хорош, — женщина встала из-за стола и подошла немного к Минхо, взяла того за галстук. — Надеюсь, не только в работе…       — Уберите руки, — ответил Минхо. — Я занятой человек.       — Миссис, Вы должны оставить это место в течении двух дней, — сказал Феликс.       — Кем я, хоть, теперь работать буду? — спросила женщина, отводя от Минхо.       — Замом главного комиссара 9-го района, — ответил Чонин.       — В 9-м районе будет работать девушка, — добавил Минхо. — Так что… ваши методы работать не будут.       — Кстати, кто? Ты уже решил, кого будешь назначать?       — Помнишь тех красивых девушек комиссаров из моего отделения? Мы часто работали вместе. Я думаю, они хорошо подойдут.       — Я верю тебе, Минхо-хён.