...
5 июля 2020 г., 15:41
Вы что-нибудь знаете о невезении? Спросите Сару О’Нил, она вам все расскажет про это явление, ставшее ее верным спутником сегодня.
Все началось с того, что она забыла завести будильник с вечера. Нет, ей, конечно, казалось, что она выставила ровно шесть утра, но, увы, в тот момент она явно уже была в полусонном состоянии после просмотра очередного сезона слезливого сериала на Нетфликсе. Поэтому, благополучно проспав, девушка ошпаренной курицей металась по своей маленькой квартирке и строила из себя Гая Юлия Цезаря, пытаясь одновременно запихнуть обе ноги в одну штанину и собирая объективы в сумку, на ходу прикусывая бутерброд. Вот говорили ей, что к важной встрече нужно собираться заранее. Погладить вещи, собрать сумку, проверить зарядку у фотоаппарата, сложить все карты памяти и зарядное устройство в одном месте. Кто говорил? Да, все говорили: родители, учителя, друзья и даже ангел, сидевший на правом плече, которого Сара упорно игнорировала, заедая сериальную драму сочным бургером. А теперь только и остается, что ругать себя последними словами и носиться по комнате, словно ураган, устраивая в и без того загроможденной квартирке самый настоящий погром.
Наконец, скрупулезно проверив поясную сумку и рюкзак, девушка ловко нырнула в удобные кеды. Мимолетно поправив макияж и улыбнувшись самой себе в зеркале, выполняя таким образом одной ей известный ритуал, Сара выскользнула за дверь и захлопнула ее. Осознание непоправимого пробежало холодком по позвоночнику. Чертовы ключи остались одиноко висеть на гвоздике у двери. Увы, времени проверять, действительно ли она в очередной раз совершила эту оплошность, у нее не было, поэтому, воздавая молитвы всем известным ей богам, девушка помчалась ко входу в метро.
Если вы живете в Нью-Йорке, то, конечно же, знаете о его коварстве. Это неспящий город вечных пробок и хамоватых таксистов, поэтому, опаздывая куда-либо, не стоит уповать на общественный транспорт. И забудьте о спешке, ведь Нью-Йорк, как тот самый компьютер, который медленно загружается, будет подбрасывать новые неприятности всякий раз, стоит тебе хоть немного засуетиться и выдать свою торопливость. Скорее всего, вы обязательно застрянете в жутком заторе или наткнетесь на ремонт путей сообщения. Сара, конечно же, обо всем этом знала, поэтому не спешила. Вернее, усиленно делала вид. Но даже метро, как самый безобидный вид общественного транспорта, похоже, чувствовало нервозность девушки. Поезда непременно останавливались на перегонах, старательно выжидая, пока и без того закипающая от жары в час пик девушка, окончательно выйдет из себя.
Решив, что этот день уже не может быть хуже, она спокойным шагом добрела до студии, игнорируя разрывающийся от звонков телефон. Когда она доползла наконец до последнего этажа, где и располагалась престижная фотостудия, то рухнула прямиком в объятия разъяренного менеджера.
— Сара! Где тебя носит, мать твою?! — прошипел Вишня, помогая ей снять с плеч огромный рюкзак с фотоэкипировкой.
Да-да, вам не показалось. Дело в том, что Сара — преуспевающий фотограф в городе, где подобного добра навалом, но почему-то для съемок какого-то особенного проекта, о котором ее менеджер не стал распространяться по телефону, срочно потребовалась именно она. Вчера вечером Вишня позвонил ей и срывающимся от стресса голосом наплел с три короба, что основной фотограф не то заболел сам, не то навещал заболевшего родственника, кто их там разберет. В общем, проект горел синим пламенем, а мастер вспышки и затвора отвалился по семейным обстоятельствам. Таким образом мисс О’Нил в мгновение ока стала «безумно талантливым профессионалом своего дела» и вообще «принцесса, проси что хочешь, но только приезжай с камерой в руках».
Она не обижалась на Вишню. На этого подлеца невозможно было обижаться, потому что за плохим настроением и скабрезными шуточками скрывался добрый друг и верный товарищ, всегда готовый прийти на помощь. И разве она могла отказать этому хитрому проныре, чьи речи, подобно меду, заползают в уши, а потом медленно, но верно топят ваше сердце?
Посмеиваясь над нервозностью менеджера, она прошла в основной зал и застыла с открытым ртом. Вишня! Вот же гад! Не мог предупредить заранее, что она снимает Пожарный календарь. А иначе и подумать было нельзя, потому что по студии ходили 12 парней в форменных штанах с красными подтяжками.
Сука! Вы можете себе это представить? 12 полуобнаженных накачанных парней в одном помещении. Кажется, в один момент температура в зале поднялась на пару десятков градусов, а уровень тестостерона превысил все допустимые нормы. И присутствие пожарных никак не спасало ситуацию, а совсем наоборот. Или это жара в метро на неё так подействовала? Тяжело сглотнув, девушка мысленно досчитала до десяти, затем до пятидесяти. Нет, духота в метро играла не такую важную роль. Продолжительное отсутствие секса — вот что явно сказывалось отрицательно на ее состоянии. Сара чувствовала себя толстяком на диете, попавшим в магазин сладостей. Растрепанным, потным и пыльным толстяком среди вкусных манящих идеальных мужских торсов конфет.
Мимо продефилировал высокий шатен, чьи волосы слегка отливали в рыжину, а нахальное выражение лица только добавляло шарма и без того рельефному прессу и отменному заду.
— Где этот ваш фотограф? — недовольно бросил он стоящему у двери Вишне, а затем со смешком продолжил. — Если бы мы так относились к своей работе, то от этого города давно бы ничего не осталось.
Вскипев в мгновение ока, девушка посмотрела на улыбающегося болтуна суровым взглядом и бросила:
— Вы что, куда-то спешите?
На что тот, оглядев ее с ног до головы, растянулся в еще более широкой улыбке и громко произнес:
— А что? У тебя подгорает?
Да у нее тут все сгорает начисто от одного только взгляда на тебя!
Накаляющуюся ситуацию спас Вишня, подхвативший Сару под локоть.
— Так, фотограф на месте, можем начинать, — объявил он, а затем наклонился к ней и зашептал. — О’Нил, не устраивай сцен. Ребята и так тебя ждут уже полчаса. Давай посерьезнее.
— Хорошо, — буркнула в ответ девушка, нервно поправляя ремешок камеры на шее, — если меня не будут выводить из себя.
А ведь они будут, правда? Особенно вот этот рыжеватый…
На удивление, процесс съемок проходил довольно легко. Если бы еще тот сексуальный шатен, стоящий чуть позади нее и что-то нашептывающий хихикающему Вишне, так не возбуждал раздражал, то Сара вообще могла бы назвать эту съемку одной из лучших.
Отсняв 11 человек, она перевела дух, оборачиваясь на часы.
— Куда-то спешишь? — раздалось над ухом, отчего девушка едва не подпрыгнула. — Надеюсь, не на пожар?
Мерзкий смешок заставил ее покрыться мурашками, но она показательно скривилась.
— Нет, — недовольно пробурчала Сара. — При виде тебя уже все потухло.
Да, да, конечно, Сара! Себе хоть не ври!
— На то я и пожарный! — парень обошел ее сбоку и, поймав суровый взгляд, подмигнул.
Почувствовав, как увлажняется белье розовеют щеки от этого невинного жеста, О’Нил отвела глаза и бросила с вызовом:
— Правда, что ли? А по-моему, не похож.
— Это я-то не похож? — нахмурился шатен, но девушка резко прервала его:
— Так, кончай мять свои большие сиськи и шуруй к фону. Мне еще фотки обрабатывать.
От этих слов один из уже сфотографированных парней, пихнул локтем шатена в бок и со смешком, кивнув в сторону Сары, сказал:
— А девчонка-то с огоньком, Тёрнер!
Но тот только отмахнулся и, пристально вглядываясь в якобы увлеченную разглядыванием фотографий на камере О’Нил, ехидно сказал:
— А я смотрю, мои большие сиськи тебе покоя не дают. Уже дыру прожгла, аж жжется.
Вспыхнув до кончиков ушей, девушка прорычала:
— Ну, хватит! Этого нахала я снимать не буду.
На недовольные восклицания остальных парней, обращенные к шатену и призывающие его не лезть на рожон, как черт из табакерки, появился Вишня и, отведя Сару в сторонку, затараторил о том, как важна эта съемка для пожарного департамента и что деньги за работу вполне неплохие, так что можно потерпеть еще немного. В ответ та возмущенно зашипела, что не намерена выслушивать в свой адрес пошлые высказывания от недалёкого амбала. Менеджер укоризненно посмотрел на нее, призывая не кипятиться, ведь осталось всего ничего. Пара-тройка кадров одного самовлюбленного засранца и пяток общих снимков. Скрепя сердце девушка согласилась, тем более, что во время их с Вишней разговора пожарные успели пожурить своего товарища за излишне острый язык. Один из них даже подошел к девушке:
— Не сердитесь на Майкла и не принимайте его слова близко к сердцу. У этого балабола язык без костей.
— Хорошо, — со вздохом махнула рукой Сара, представляя тот самый язык в своем интересном месте. — Давайте покончим с этим.
***
Оставшиеся полдня Сара обрабатывала фотографии с сегодняшней съемки. Все сотрудники студии уже разошлись. Вишня смылся раньше всех, рассыпаясь в комплиментах ее профессионализму и выдержке. За окном потихоньку начинало темнеть, а файлы для обработки все никак не заканчивались. Хотя у девушки не было причин особо спешить. Дома ее ждал все тот же Нетфликс, пустой холодильник и холодная постель. И да, она все же забыла дома ключи и уже перепроверила сумку, раз за разом вытряхивая и вороша все ее содержимое. Перспектива ночевать в подъезде ее не радовала, а в студии был хотя бы более менее сносный диван. Мысли постоянно возвращались к нахальному шатену, которого она снимала последним перед групповыми снимками. Этот чертяка был слишком хорош и, видимо, сам знал это. Конечно же, он все понял по ее голодному взгляду, поэтому явно издевался над девушкой, рассыпая пошлые комментарии и выводя ее на эмоции. Даже уговоры его коллег мало помогли. Во время персональной съемки этот Майкл Тёрнер постоянно бросал на нее слишком красноречивые взгляды, заставляя девушку краснеть и кусать губы в кровь. В очередной раз поймав себя на разглядывании его идеальной фигуры, она протерла уставшие глаза и перевела взгляд на окно. Вместе с красивым закатом на никогда не спящий город опускались прохладные сумерки, принося с собой отдаленный шум ночной жизни. Прислушиваясь к гулу машин на улице, она не сразу поняла, что в основном зале фотостудии раздаются какие-то посторонние шорохи. По спине пробежал холодок от осознания, что она осталась одна и источник этих звуков ей неизвестен. Скользнув глазами по каморке, в которой она сидела, девушка заметила бейсбольную биту в углу. Вооружившись ею для храбрости, Сара встала у двери, приготовившись отбиваться, когда раздался знакомый голос: — Эй, есть тут кто? Не веря своим ушам, девушка рванула дверную ручку на себя, нос к носу столкнувшись с возмутителем ее спокойствия на съемках. Нет, это определенно сон. — Привет, — Майкл явно не ожидал ее увидеть, поэтому был удивлен не меньше, однако быстро нашелся. — Что ты здесь делаешь? — подозрительно сощурившись, Сара не спешила выпускать биту из рук, хотя страх понемногу отступал. Усмехнувшись, парень протянул ей бумажный пакет с логотипом кондитерской: — Вообще-то тебя искал, извиниться хотел, — затем он кивнул на биту в ее руках, — но к тебе, я смотрю, просто так и не подкатить. — А почему ты думал, что я здесь? — она скосила глаза на пакет, не спеша принимать его. — А я и не надеялся тебя здесь застать, шел мимо после работы, хотел узнать, как тебя можно найти, — кажется, он умеет смущаться. Сара ни за что бы не поверила, если бы не наблюдала своими глазами, как он отводит взгляд. Ее рука осторожно потянулась к пакету. — Спасибо, — улыбнувшись, сказала девушка, удивленно осматривая содержимое. — Я не очень люблю кремовые пирожные, но мне приятно. Извинения приняты. Она положила пакет рядом со своим рюкзаком и обернулась к шатену, который с интересом осматривал помещение и, кажется, вовсе не собирался уходить. — Что ты тут делаешь так поздно? — спросил он вместо ответа на немой вопрос в ее глазах. — Обрабатываю фотографии, — пожала плечами Сара. «Истекаю слюной на твои фотки, » — пронеслось у нее в голове, и она прикусила язык, чувствуя, как повышаются температура и влажность в небольшой подсобке. — А разве ты не можешь делать этого дома? — удивился Тёрнер. — Я не могу попасть домой, — тихо сказала она, наблюдая как от удивления вытягивается лицо у ее собеседника. — Я проспала утром, торопилась к вам на съемку и из-за этого забыла взять ключи, а вспомнила о них уже после того, как захлопнулась дверь. На последних ее словах парень издал смешок, отчего Сара нахмурилась. — Вообще-то не смешно, — строго сказала она. — Почему-то я думал, что ты способна на что-то такое, — продолжая усмехаться и не обращая внимания на ее возмущения, сказал Майкл, вновь окидывая ее таким взглядом, от которого трусы можно было выжимать. В какой-то момент она поняла, что он смотрит не на нее, а ей за спину. Обернувшись, девушка была готова провалиться. На экране монитора была открыта фотография Майкла. Играя со светотенью и вариантами обработки, О’Нил добилась такого эффекта, что рельефность его тела особенно выделялась. И именно на это фото девушка залипала последние полчаса. — Кажется, я пришел вовремя, — усмехнулся Тёрнер, делая шаг ей навстречу. — Да, я уже почти кончила, — пробормотала она, инстинктивно отступая на шаг назад, — в смысле, закончила. Он подошел еще ближе, оттесняя ее к столу и сокращая расстояние между ними до минимума. Ее дыхание сбилось, запах его парфюма щекотал обонятельные рецепторы и кружил голову не хуже пары бокалов вина. По телу пробежала предательская дрожь, и, закусив губу, Сара сильнее прижала колени друг к другу, борясь с нахлынувшим возбуждением. — Вообще-то я мог бы тебе помочь, — его лицо уже критически близко, взгляд заметался от ее глаз к губам. — С дверью. — С какой дверью? — она загипнотизированно смотрела на его приоткрытые губы, искренне не понимая, к чему вообще весь этот разговор, когда между ними считанные сантиметры и так непростительно много одежды. В ту же секунду он поцеловал ее. Жадно, страстно, волнующе. Крепко прижимая к себе ее податливое тело и нагло проникая языком в приоткрытый рот. Сердце Сары на несколько секунд замерло, будто давая ей последний путь к отступлению, но животное желание, которое весь день подогревалось полуобнаженными телами, взяло верх. Она обвила руками его шею, путешествуя пальцами в гущу непослушных каштановых волос, и сильнее прижалась к мускулистому мужскому телу, чувствуя его жар и оттого еще сильнее распаляясь. Их языки продолжали свой какой-то дикий танец, от которого напрочь сносило крышу обоим, и они никак не могли оторваться друг от друга, то прикусывая, то зализывая губы. Ее руки потянулись к краю его футболки, резким движением помогая освободиться от ненужной ткани. На секунду она отстранилась, оглядывая то, что еще недавно видела лишь на экране монитора, и облизнула губы. Пальцы нервно заскользили по коже, слегка задевая ее ноготками, пока она бесстыдно разглядывала идеальное тело, обводя каждый кубик пресса и спускаясь к манящей дорожке, что пряталась под кожаным ремнем. Сдавленный стон вырвался из его груди, вызывая улыбку Сары, и Майкл стремительно наклонился, приникая к ее шее и оставляя на ней смазанные поцелуи, срывая с губ девушки сладкие стоны, погружавшие его в пучину первобытной страсти. Пальцы грубо сжимали ее грудь через черный шелк легкого топа, пока его губы терзали шею, зубы впивались в нежные плечи, открывая Саре новые грани удовольствия. Дрожа от нетерпения, они спешно помогли друг другу избавиться от остатков одежды. Тернер подхватил Сару под ягодицами, усаживая на край стола, и опустился на колени. От горячих прикосновений его губ на лодыжках, она вздрогнула, но завораживающее действо Майкла возбуждало еще сильнее. Он повел витиеватую дорожку из влажных поцелуев все выше к бедрам, заставляя ее выгибаться ему навстречу. Его язык вытворял что-то абсолютно невероятное, а ее всхлипы наслаждения, кажется, слышал весь Нью-Йорк. Она сжимала пальцами одной руки пряди его волос, привлекая ближе и не желая потерять ни одной унции тягучего наслаждения. Стоны становились все громче, когда он внезапно отстранился, выпрямился и, ухватившись за бёдра девушки, резко вошёл на всю длину. Сара задохнулась от неожиданности, хватаясь за широкие плечи Майкла, когда он слишком медленно двинулся назад, чтобы с тихим рыком грубо толкнуться обратно. — Ох, Майкл… — Прокричишь мое имя, когда кончишь, детка, — хрипит он, впиваясь в припухшие от поцелуев приоткрытые губы. Стол ходил ходуном, а несчастный монитор трясся, как в конвульсиях, грозясь опрокинуться на пол, но ничто не могло отвлечь их от жаркого наваждения. Температура в помещении стремительно нарастала, отчего датчики пожарной безопасности тревожно перемигивались красными огоньками. Капельки пота на разгоряченных телах, влажные шлепки плоти о плоть, смазанные поцелуи, царапины на его предплечьях и засосы на ее шее и ключицах — все сгорало в диком огне страсти между этими двумя. Внезапно Майкл отстранился, стаскивая Сару со стола и переворачивая спиной к нему. Она прогнулась в пояснице, требовательно похныкивая, но, почувствовав короткий укус на ягодице, вскрикнула и грозно обернулась. Довольно ухмыляясь, парень снова припал к ее губам, сжимая сильными пальцами бёдра девушки. От внезапного резкого толчка она со стоном прикусила его нижнюю губу. Он обхватил ладонью ее грудь, терзая пальцами набухший сосок, пока другая рука рвано путешествовала по ее животу, опускаясь ниже к горячему пульсирующему клитору. Задавая бешеный темп, он с новой силой вдалбливал в неё всего себя. Сара извивалась в его руках, из последних сил цепляясь за стол. Влажное и тяжелое дыхание Майкла, его неровные поцелуи то на ее шее, то на лопатках приближали неминуемую волну наслаждения, что уже собиралась тугим узлом внизу живота. — Не сдерживайся, малышка, — прошептал он, опаляя горячим дыханием нежную кожу на шее. — Да, Майкл, а-а-ах, — волны экстаза прокатывались по всему ее телу, и, наконец, оглушающий взрыв оргазма накрыл девушку, выбивая воздух из легких и рассыпаясь искрами удовольствия в каждой клеточке тела. Парень кончил вслед за ней, сдавленно рыча на последних толчках. Приведя себя в порядок, Сара выудила из сумки пачку сигарет и с наслаждением закурила в открытую форточку, наблюдая за неторопливо одевающимся Майклом. — Я все ещё не верю, что ты пожарный, — игриво хихикнула она. — Вы же должны одеваться за секунды. — Ну, я же не спешу на пожар, — парировал он, поднимая на неё лукавый взгляд. — Хотя… Поправив футболку, Тёрнер в два шага приблизился к девушке и под ее удивлённым взглядом забрал из рук сигарету, затушил ее о подошву ботинка и выкинул окурок в корзину для мусора. — В помещении курить запрещено! — строго сказал он, нависая над О’Нил. — Вы оштрафуете меня, господин пожарный? — прошептала она ему в губы. — Я хотел предложить вскрыть твою дверь, но, похоже, это подождёт.
