Однажды потеряв

***

      Майя преисполнена смешанных чувств. Девушка, что сидит напротив неё невероятно умна, нежна, изящна и Бишоп с недавних пор стала понимать и принимать то, что в ней зародилось романтическое чувство к Карине. Де-Люка полностью взяла разум и душу блондинки под свой контроль. Она была тем самым лекарем её души, который возвращал её к нормальной жизни. Майя с каждым сеансом чуствовала себя лучше. Но случались "срывы" и блондинка впадала в уныние и апатию. Карина нашла обьяснение и этому. По ее мнению случалось это из-за того, что у Майи осталось много неразрешенных ситуаций, которые на уровне подсознания разрушали и подрывали психическое здоровье пожарной.       — Гештальт — это целостный образ, который мы «выхватываем» из всего окружающего пространства, — беседы с Кариной лучшее, что происходило в жизни Майи за последние полтора года. Девушка увлеченно слушала и впитывала каждое слово. Итальянка пользовалась руками во время разговора, активно жестикулируя длинными тонкими пальцами. Изыск в каждом движении. Майя и не думала, что настолько увлечётся Кариной, что будет запоминать каждый её жест и насыщенную мимику.       — Наша психика — она саморегулируется и стремится к целостности, — продолжала итальянка, — в каждый отдельный момент какая-то наша потребность выходит на передний план и становится фигурой на фоне. И когда эта потребность удовлетворена, когда ситуация доведена до логического завершения, гештальт закрывается. Дальше ее сменяет другая потребность, и так на протяжении всей жизни.       Закончив говорить, Де-Люка какое-то время наблюдала за Майей. Карина пыталась выяснить для себя, понимает ли ее Майя. Бишоп не только понимала, но уже наперёд догадывалась о чём Карина будет говорить дальше. Брюнетка одарила Бишоп самой милой тёплой улыбкой и продолжила.       — С недочитанной книгой, недосмотренным сериалом или недоделанным делом процесс может затянуться. Но всё это в конце концов разрешимые ситуации. А вот, например, ситуация с неразделенной любовью или конфликтом с родителями и вовсе может никогда не закончиться.       — Бывают незавершенные ситуации, которые длятся слишком долго, годами и десятилетиями. Иногда ситуацию нельзя завершить в реальности, как например, твоя ситуация с Энди, это конфликт с умершим человеком. Такой незакрытый гештальт разрушительно влияет на психику и может привести к серьезным проблемам. В твоём случае — появилась бессонница, тревожность, раздражительность, потеря связи с реальностью, уныние, апатия, депрессия. Мы должны попробовать закрыть гештальт с Энди, — Карина поднялась и подошла к одному из шкафов и вытащила оттуда свечу и спички. Итальянка зажгла свечу и поставила перед пожарной, остальные источники света она отключила. Девушка положила на край стола лист бумаги и ручку. Затем Де-Люка оказалась за спиной Майи. Она положила ладони на плечи девушки. От прикосновений итальянки по телу блондинки разошлась тёплая волна. Майя чувствовала защиту, спокойствие и уют в присутствии Карины.       — Закрой глаза, Майя. Думай об Энди, вспомни ваши разговоры, как вы проводили вместе время..., — Де-Люка выждала какое-то время, после добавила, — а теперь, Майя, смотри на пламя, смотри не отрываясь, — тембр Карины был одним из тех, что сразу проникал в сознание. Перед глазами Майи мелькала вереница сюжетов с Энди.       — Писать письма это способ продолжить отношения с умершим человеком и сказать ему то, что мы не успели сказать при жизни, — Карина говорила очень тихо и неторопливо, смакуя каждое слово, погружая своим голосом в транс, — с помощью писем, можно выстроить по-настоящему близкие отношения с тем, кто ушел навсегда. Письма — это большое откровение. И на это нужно решиться. Начать очень сложно. И нужно время чтобы набраться смелости. Если ты готова, то мы можем начать прямо сейчас?       Карина чуть крепче сжала плечи Майи и ждала ответ. Она верила, что Майя готова, что у неё всё получится, иначе просто быть не могло.       Блондинка утвердительно кивнула. И придвинула лист с ручкой к себе.       — Сделай глубокий вдох-выдох. Загляни в себя. Что сейчас ты чувствуешь? О чем твои мысли? Какие слова вертятся на языке? Что хочется сказать Энди? О чем рассказать? Чем поделиться? Возможно, тебе захочется рассказать ей как тебе не хватает её; как жаль; как тяжело сейчас без неё... Может быть ты хочешь сказать ей, как ты её любишь и скучаешь по ней.       Голубые глаза застыли на пламени. Огонь. Она каждый день сталкивается с ним. Борется с ним, спасает людей от него. Но сейчас этот огонь был для неё спасением, воротами на пути к откровению с Энди. Майя взяла ручку, процесс пошёл, она начала писать. Карина в душе ликовала. Брюнетка, стараясь не шуметь, придвинула один из стульев к стулу Майи и села рядом, одной рукой она слегка поглаживала спину пожарной. Майя нуждалась в прикосновениях, Карине это нужно было не меньше.       — Пиши пока слова не закончатся, пока внутри не станет пусто. Если поднимутся чувства и проступят слезы, не сдерживай их. Дай себе выплакаться..., — шепотом Карина ненавязчиво наставляла Майю. Итальянка видела застывшие в глазах Майи хрусталики слёз.       — Расставание — маленькая смерть, — осипшим голосом произнесла блондинка, не переставая писать. Внутри Карины всё болезненно сжалось. Тяжело было безучастно сидеть в то время как по щекам Майи скатывались одинокие слезинки. Но она не имела права кардинально вмешиваться сейчас. Майя должна выплеснуть все свои чувства и Карина должна способствовать этому.       — Почему же нам так больно расставаться? — Бишоп смотрела отрешенным взглядом на написанные ею строки, — больно, несмотря на то, что давно известно всем, что всегда быть рядом люди не могут, что рано или поздно все мы расстанемся, и если не жизнь, то смерть уж точно разлучит нас, — горько заключила Майя и отодвинула лист от себя. Но несмотря на горечь сказанных слов, на лице Майи Карина разглядела просветление. Майя наконец высказала все то, что она копила в себе после смерти Энди.       — Что ты бы хотела сделать с этим письмом? — Де-Люка ждала решения Бишоп. Блондинка приподняла лист и в последний раз прошлась по написанному ей. Майя встала, прихватив с собой письмо и свечу и направилась к окну. Она аккуратно поставила свечу на подоконник. Майя смотрела в окно. На улице были сумерки, город гудел и трещал, на узких улочках кипела жизнь, кто-то встречался, кто-то расставался, а кто-то шёл в гордом одиночестве, не замечая толпы вокруг. Майя как раз смотрела в окно на одного такого человека. Это была девушка с незабываемыми грустными большими голубыми глазами и широкой душой. Она улыбнулась своему отражению и обратилась к себе вслух:       — Майя, а что если после всего, что ты пережила и достигла, ты вдруг сможешь научиться отдыхать, спать и любить эту жизнь, а не ждать смерти, как освобождения.       Карина в немом восхищении наблюдала за Майей и ждала что же блондинка будет делать после. Бишоп распахнула окно. Поднесла лист к горевшему пламени и сожгла своё письмо, пустив пепел по ветру, в последнее путешествие...