New Teacher

Гости просидели не много не мало — полтора часа, прежде чем уйти. Все это время, Комаэда вел себя максимально странно. Помимо его дрожащих рук и голоса, добавилось заикание и к концу встречи уже все поняли, что с ним что-то не так. Первой (не считая Кокичи) это заметила Чиаки, так что по ее настоянию, встречу пришлось завершить. К тому же, было уже довольно поздно. Когда входная дверь за их спиной закрылась, Кокичи решил действовать. — И что это было? — Кокичи немного переборщил с интонацией, так что это прозвучало с наездом. Нагито, казалось, напрягся еще больше. «Кажется, я переборщил». — подумал Кокичи и уже более мягко сказал: — Ты всю встречу трясся как осиновый листок, что с тобой случилось? — Я… Редко гостей встречаю, вот… Немного занервничал. — Взгляд Комаэды усердно не хотел фокусироваться на стоящим перед ним Кокичи. Парень все время смотрел то вверх, то в бок. — Да конечно. — усмехнулся Кокичи. «Уж я то не знаю, как ведут себя люди при лжи». — подумал парень. — Нагито, из тебя не очень актер. — Я знаю. — Комаэда отчаянно вздохнул и опустил голову. Парень выглядел подавленным, настолько, что Кокичи даже расхотелось прессовать его дальше. — Может расскажешь? — Хорошо, только, — он посмотрел на него, — ничего не говори, ладно? — Окей. Они вернулись на кухню. Часы показывали десятый час ночи. Кокичи утомился, так что хотел просто все выяснить и отправиться домой спать. Но после того, что ему рассказал Комаэда, спать как-то резко расхотелось. — В общем, начну сначала. — начал Комаэда. — Я с Хаджиме и Чиаки были одноклассниками начиная с перехода в старшую школу. Они подружились почти сразу, но вот я присоединился к их компании немного позже. — Почему? — У меня плохо было с социализацией… Ну, а ближе познакомиться я хотел потому что влюбился. — В Чиаки? — В Хаджиме. Кокичи подавился водой. «Так он гей?» — подумал Ома. Но он больше удивился не тому, что его учитель тут каминг-аут сделал, а тому, что его обрадовала эта мысль. Как минимум, он перестал рассматривать абстрактных девушек в плане своих соперников. А Комаэда, кажется, внимательно наблюдал за реакцией Кокичи. Он сверлил его пристальным взглядом серо-зеленых глаз. — Неожиданно, честно говоря. — на это Комаэда лишь слегка улыбнулся. Он опустил глаза в стол. Судя по всему, он был удовлетворен тем, как Кокичи все воспринял. — Мх… В общем так и получилась наша компания. Хаджиме не знал, но вот Чиаки, кажется, догадывалась. Она в принципе была достаточно внимательной, хотя всегда казалось, что она спит на ходу. — продолжил Нагито. — Так мы прообщались довольно долго. В один из дней, Чиаки не пришла в школу из-за того, что простудилась. Ну, я подумал: «Пора признаться». Но как ты можешь заметить, это кончилось для меня провалом. Пока Комаэда это все рассказывал, на его лице была глуповатая улыбка, которая больше выглядела как оправдание. По крайней мере, Кокичи именно так и казалось. По глазам же Нагито было видно, что ему не хочется заново обмусоливать болезненную ситуацию из прошлого и Ома поражался таким решением. «Мы достаточно недолго знакомы, но он уже готов мне рассказать о своей ориентации и о несчастной любви. А ведь обо мне он ничего толком и не знает». — подумал Кокичи. Осознание того, что он буквально каждый раз устраивал допрос Нагито, чтобы узнать его поближе, стало давить тяжелым грузом. Сам парень старался уходить от ответов, либо же отвечать очень кратко. — Хаджиме как минимум мне не поверил, а как максимум, наше общение сошло на нет. Мы все меньше собирались вместе, к тому же я видел, что они с Чиаки уже начали встречаться. Поэтому к окончанию школы я совсем от них отдалился. — Но, раз ты пригласил тогда Чиаки в музей, значит, что вы помирились? — спросил Кокичи. — Не совсем, к Чиаки у меня не было негативных чувств, все же я понимаю, что это не ее вина в том, что я другой ориентации. К тому же, я не пытался «отбить» у нее Хинату. Это было и не нужно. Она была чуткой, так что тогда в музее, старалась не касаться темы Хаджиме и в принципе отношений. — А она хороший друг. — Кокичи сказал это с еле заметными нотками зависти. Он сопоставлял дружбу Нагито с Чиаки и дружбу с ним. «Я точно не самый хороший друг». — подумал парень. — Это да. Но чисто физически мне было сложно общаться с ней. Осадочек остался. Но к моему счастью, они переехали вместе, так что на какое-то время я мог о них забыть. — Слушай… Как так вышло, что мы сейчас сидим и обсуждаем твою ориентацию и неудачи в личной жизни? Помнится когда-то ты был учителем старших классов, а я — твоим учеником. — Кокичи надеялся, что он Комаэда поймет, о чем он его на самом деле пытается спросить. И кажется, Нагито понял. — Мне приятно с тобой общаться, к тому же, мы чем-то похожи. — Комаэда зевнул и облокотился на спинку стула. Он посмотрел на Кокичи. — Ты выглядишь разочарованным, что-то случилось? — Нет, что ты. — «Я ожидал услышать немного другой ответ, но, видимо, я сам себе все надумал». — У Кокичи скреблось на душе то, что Нагито все-таки не понял. Тяжело вздохнув, он ответил: — Просто немного устал. Комаэда открыл рот, чтобы что-то ответить, как лампочка на кухне несколько раз моргнула и погасла. За окнами тоже резко стало темно. Вся видимая округа погрузилась во мрак. — Что случилось? — Похоже, отключили электричество. — Комаэда повернулся и посмотрел в окно. — Во всем микрорайоне. — Черт, а у меня телефон почти разряжен. — посетовал Кокичи. Перспектива идти домой в абсолютном мраке его не устраивала и похоже, не только его. — Так, вот что, переночуешь сегодня у меня. — Что? — «Нагито нравится шокировать меня каждый раз?» — подумал парень. — Ты уверен? — Да. На улице сейчас небезопасно. Я понимаю, что ты почти совершеннолетний, но из-за твоего роста могут возникнуть проблемы. — Это была такая шутка? — Кокичи немного обиделся. Если сравнивать с Комаэдой, он был чертовски низким. Хотя, для японца, может, и нормальным. Нагито явно выше среднего населения, вероятно, у него были смешанные корни. — Кокичи, я бы не стал так шутить над тобой. — Комаэда потрепал его по волосам и слегка улыбнулся. — Но и правда, твой рост в случае нападения кого-нибудь не сыграет тебе на руку. — Ладно, ты меня уговорил. — На самом то деле, Ома и не был против переночевать с ним. Только вот ему было интересно, где он ляжет, кровать-то ведь, одна. — Но где мне лечь? — Там диван стоит, не против там лечь? Или хочешь на моей кровати? — На диване пойдет. — ответил Кокичи. Комаэда кивнул и поднялся со стула. Он вышел из кухни, а его темный силуэт скрылся во мраке одной из комнат. Сидеть в одиночестве в полной темноте оказалось немного дискомфортно, так что Ома быстро вооружился фонариком на телефоне и пошел следом за Нагито.