Леди просит

      Чёртова администрация школы не на шутку всполошилась из-за ситуации между Серафимом и адмироном Сатаны, и трус Кроули временно запретил ученикам школы использовать летное пространство. Никаких тебе полетов, сиди в своей комнате и жди, пока у ангелочков успокоятся нервы и все вернётся на круги своя.       Люцифер ждать не собирался.       Его крылья ныли без полетов, терпение истощалось быстрее обычного, когда он находился в закрытом помещении. Да и к тому же мало было для него чего-то более сладкого, чем поступить вопреки указаниям директора Кроули.       Именно поэтому сейчас, пока все остальные ученики без дела томились в своих комнатах, Люцифер рассекал вечереющее небо своими мощными крыльями и нырял в облака, как пловец ныряет в воду. Небесное пространство было безлюдным и оттого непривычным. Он был наедине с собой.       Однако вскоре и это ему наскучило. Люцифер решил вернуться обратно. Подлетая к школе, он вовремя заметил ангелов в сверкающих на свету доспехах — людей Кроули — и притормозил, скрывшись за облаком.       Он выругался вслух — незамеченным обратно было не вернуться.       Люцифер ещё какое-то время повисел в воздухе, лениво взмахивая крыльями, после чего вдруг ухмыльнулся и полетел в другую от ангелов сторону.       — Это может сработать, — Пробормотал он и стал снижаться.       Окна, ведущие в комнаты учеников, показались за облаками. Демон вновь сбавил скорость оглядываясь, но никого не заметил. Двор и небо над ним были пусты.       Тогда Люцифер сложил крылья и спикировал к уже знакомому открытому окну, сквозь которое наружу рвались белые, лёгкие занавеси.       Его ноги нежно коснулись каменного парапета, и Люций переступил через массивную раму, оказываясь в комнате.       Очаровательный запах женский духов, пудры и цветочного мыла окутал его, подобно шторам, в которых едва не запутались его ноги. Люцифер позволил себе короткий смешок, вызванный осознанием того, как атмосфера этой комнаты отличалась от его собственной.       Он огляделся. Разбросанная одежда, прозрачное нижнее белье, туфли на высоких каблуках и косметика валялись в одной части комнаты. Вторая же часть, будто по линейке отделенная от первой, находилась в неукоснительном порядке. Кровать Мими была пуста, как и кровать Вики.       «Какое разочарование,» — Подумал Люцифер и улыбнулся. — «Я так хотел поболтать с малышкой Уокер.»       Он сделал несколько шагов в сторону двери, по пути с любопытством разглядывая презабавные женские штучки, разбросанные по полу, когда заметил какое-то шевеление на одной из кроватей.       Демон остановился.       — Вики?       Шевеление прекратилось. Затем, спустя мгновение, из-под одеяла наполовину выглянула голова Уокер.       Острое зрение Люцифера сразу приметило ее опухшие глаза, которыми она лениво разглядывала визитера: повела по его лицу, опустилась ниже, прикрыла веки и, позволив себе тихий полустон-полувздох, обратно накрыла голову одеялом.       Если бы она не зашевелилась, Люцифер, пожалуй, вряд ли ее заметил. Ее маленькая фигурка, укрытая с головой, была почти незаметна на пузатой кровати, занавешенной балдахином.       «Ну, прям мышка в норке,» — Подумал он и подошёл ближе.       — Не рада меня видеть, голубка? — Вопрос прозвучал насмешливо. Ответа не последовало.       Вики подумала, что, возможно, если она притворится мертвой, Люцифер уйдет. Она лежала не двигаясь, закрыв глаза, и старалась дышать размеренно. Как если бы все было в порядке. Как если бы ей не было до остервенения больно.       Она сжала края одеяла, стиснула зубы.       «Пусть только он уйдет, пусть он уйдет…» — Вики подавила всхлип и сильнее прижала колени к груди.       — Эй, Непризнанная! — Требовательный голос Люцифера донесся где-то над ее ухом. Этот дьявол еще здесь. — Я должен повторять свои вопросы дважды?       Вики обреченно высунула голову из-под одеяла так, что даже ее носа не было видно.       — Что тебе надо, Люций?       Ее охрипший голос на мгновение привел демона в растерянность. Всегда столь дикая, подвижная Уокер сейчас еле шевелила губами. Люцифер нахмурился.       — Я спросил: что, не рада меня видеть? — Теперь его вопрос прозвучал уже без прежней издевки. Люцифер наблюдал, выжидая.       Девушка прикрыла воспаленные глаза и подтянула одеяло выше к подбородку. Она помолчала секунду- другую, и Люци даже показалось, что она внезапно заснула. Однако Вики наконец заговорила, и голос ее был уставший и измученный:       — Очень рада. Только ты уходи, пожалуйста, быстрее.       Складка меж бровей Люцифера стала еще глубже.       Если бы Уокер кинула в него подушкой или вскочила, чтобы расцарапать глаза, он удивился бы куда меньше, чем этому жалобному «пожалуйста».       — Что с тобой?       С ней определенно было что-то не так: испарина на лбу, красные щеки и такие же красные, опухшие глаза, слипшиеся от пота волосы на висках и эти странные бордовые разводы на пододеяльнике.       Люцифер сделал шаг ближе. Это что, кровь?       Он схватил одеяло и рывком отбросил его в сторону.       — Что ты себе позволяешь? — Вопрос, заданный ослабевшим голосом и без всякой инициативы, остался без ответа и потонул в воцарившемся молчании.       Лишившись своего укрытия, Вики уткнулась лицом в подушку и спрятала его за раскинувшимися копной волосами.       Люцифер нахмурился и сжал руки в кулаки, разглядывая представшее перед ним зрелище.       — Это что еще такое?       Он оглядел Уокер: вся ее спина, начиная с лопаток и заканчивая лодыжками, была покрыта мелкими, слабо кровоточащими ранами. Девушка была буквально усыпана многочисленными неглубокими царапинами, кровь из которых тонкими струйками пачкала простынь. Люцифер мог созерцать их практически без препятствий — из одежды на Вики были надеты лишь шорты и бюстгальтер. Худая, изможденная, невыносимо привлекательная в своей беззащитности она лежала, обняв подушку и не сомневаясь, что Люцифер уже не оставит ее в покое. Она чувствовала, как его глаза жадно рыскали по ее телу, но, отнюдь не любуясь представшими перед ними женскими формами, а зло разглядывая каждый израненный сантиметр нежной белой кожи.       Молча преодолев оставшееся расстояние, Люцифер грубо схватил Вики за запястье и рывком усадил на кровати. Ее заплаканные глаза немедленно встретились с его суровым взглядом, и, сам того не ожидая, Люцифер на мгновение растерялся и замер, сжимая ее руки в абсолютно не нежной звериной хватке. Уокер смотрела на него жалобно, умоляюще. Взгляд Люцифера, задержавшись на ее ярких от слез глазах, переместился к потрескавшимся губам и затем ниже — к груди и животу, также исполосованными кровоточащими царапинами.       — Я спрашиваю: как это случилось?       Его вопрос, заданный мрачным, угрожающим тоном ей прямо в губы, остался без ответа. Вики зажмурилась и замотала головой. Краткий вздох, и Люцифер несильно встряхнул ее, все еще яростно сжимая тонкие девичьи запястья.       Он склонился над ее лицом и, заглянув в голубизну ее глаз, повторил с пугающей расстановкой:       — Либо ты расскажешь мне все сама, либо я вытяну из тебя ответ собственными методами. И имей в виду, что они тебе не понравятся.       Ресницы Вики захлопали, она внимательно вглядывалась в лицо Люцифера и поняла одно: он точно не шутил. Он был зол, раздражен и… взволнован? Почему? Неужели из-за нее?       Она вздохнула и чуть обмякла в его хватке. Боль по всему телу не проходила, Вики чувствовала, как температура тела стремительно повышалась. Сопротивляться Люциферу просто не осталось сил, да и здравого смысла в этом тоже не было.       Она устало прикрыла глаза и коротко ответила:       — Птицы.       Хватка на ее запястьях чуть разжалась. Люцифер нахмурился и потянул Вики чуть на себя, чтобы она не упала на спину. Кажется, она даже сидеть не могла самостоятельно.       — Какие еще птицы?       Глаза Вики внезапно раскрылись, и Люций заметил в них знакомый проблеск огня, который, однако, потух так же быстро, как и появился.       — Откуда я знаю какие? — Раздраженно бросила она, вновь прикрывая веки. — С синими крыльями, большие. Появились, не пойми откуда и атаковали нас стаей.       — Нас?       — Меня и Фыра.       Люцифер вздохнул и еще раз оглядел девушку. Большая, должно быть, была стая, раз на Уокер не осталось живого места. И какая же она все-таки дура!       Демон помог ей прислониться спиной к изголовью кровати и поднялся. Он отошел к окну, прошелся по комнате, скрестив на груди руки и осмысливая только что услышанное.       — Большие синие птицы с коричневыми клювами — это веластры, — Сказал он, прислонившись плечом к одному из столбиков ее кровати. — Они дикие, атакуют стаей, и даже рожденные ангелы и демоны не суются на их территорию.       — Я не знала, — Одними губами прошептала девушка. Она сидела, свесив голову на грудь и прикрыв глаза. Люцифер бросил долгий взгляд на ее ноги — тонкие, белые длинные ноги, согнутые в коленях и покрытые полосками алой крови. Соблазнительные ноги, уязвимые бедра, которые он мог бы взять прямо сейчас и провести по ним языком, слизывая ее соленую кровь.       Люцифер задержал на них тяжелый взгляд еще на мгновение, после чего заставил себя отвернуться.       — Конечно, ты не знала, Уокер, — Нарочито грубо бросил он, посылая ей раздраженный взгляд, который, однако, остался незамеченным. — Ты всегда сперва делаешь и только потом думаешь. К твоему сведению, когти веластров выпускают яд. Тот самый, которым ты сейчас напичкана.       К его удивлению, губы Вики тронула легкая улыбка, и девушка приоткрыла глаза.       — Это значит, что я умру?       Надежда, прозвучавшая в ее голосе, застала Люцифера врасплох, и он бросил на нее встревоженный взгляд. Голубка либо тронулась головой, либо совсем отчаялась.       — Нет. Бессмертного может убить только бессмертный, недотепа. Однако яд имеет свои последствия: температура, галлюцинации, боль в костях, потеря памяти. Зависит от количества.       Она ничего не ответила, и Люцифер вдруг подумал, что ей были безразличны ожидающие ее муки, потому что она, вероятно, уже мало, что соображала.       Демон громко вздохнул и прошел в ванную комнату. Он порылся на полках Мими в поисках средства, которое должно было быть у каждого демона. Найдя среди всякого женского хлама необходимую банку из темного стекла, Люцифер включил горячую воду и стал наполнять ванну, бросив перед этим в нее горсть трав из банки.       Он вернулся в комнату и подошел к кровати. Вики сидела все в той же позе — уязвимая, хрупкая, смертельно белая. Просунув одну руку под ее лопатки, а другую под колени, Люцифер приподнял ее с кровати и прижал к себе.       Вики встрепенулась от неожиданности и боли и вскинула на него удивленные глаза.       — Наслаждайся моментом, — Ухмыльнувшись, ответил Люци на ее немой вопрос и понес в ванную.       Такая болезненно легкая на его руках, источающая запах ветра и цветочных духов, Вики положила голову ему на грудь и держала глаза открытыми, несмотря на острую боль во всем теле. Ей казалось, что закрой она их, она потеряет сознание.       Ее бедра под его ладонями ощущались невыносимо мягкими и теплыми. Люцифер сжал пальцы сильнее, но не для того, чтобы удержать девушку от падения. Просто он тоже наслаждался моментом.       В ванной остро пахло травами, зеркала запотели от пара. Демон хотел поставить Вики на коврик у большой ванны, вырезанной из серого камня, но, как только ее ноги коснулись пола, колени подкосились и девушка не упала только потому, что Люцифер вовремя придержал ее за талию.       — Ох, Шепфа, — Выдохнул он без раздражения и, подтолкнув ногой табуретку, усадил на нее Вики.       Он быстро оглядел себя: его руки и рубашка были в следах от ее крови. Потрясающе, великолепно! Люцифер закатил глаза и посмотрел на Уокер.       — Так и будешь сидеть? Раздевайся!       Вики выглядела неважно, и Люцифер не мог отвести от нее тяжелого взгляда. По сути он мог бы воспользоваться ею прямо здесь и сейчас. Повалить на пол, избавиться от последних препятствий в одежде и взять ее, полусонную и слабую. Она бы не сопротивлялась, а даже если и попыталась бы, то у нее бы просто не хватило сил его одолеть или позвать на помощь. Он бы насладился ее беспомощностью, горячим и разомлевшим телом. Он бы слизал пот и кровь с ее ключиц и подмял бы ее всю под себя. Люцифер мог бы поступить так, но он не собирался.       — Я не могу… — Пробормотала Вики, прижимая ко лбу дрожащую руку.       — Хочешь, чтобы тебя раздел я? — Она поймала хищную улыбку и нехороший огонек во взгляде, обращенные прямо на нее.       Уокер сжала губы и замотала головой:       — Еще чего. Отвернись.       — Чего я там не видел, — Смеясь, бросил Люций, но повиновался, повернулся к стене, и стал нетерпеливо ждать. Позади него раздалось тихое шуршание, потом его острый слух уловил сорвавшийся с губ тихий стон. Вики, заломив руки за спину, боролась с застежкой бюстгальтера и до боли прикусывала губу, находясь в одном шаге от того, чтобы не сдаться и не попросить Люцифера о помощи.       Наконец замок поддался, и Вики, стараясь не прикасаться к чувствительной коже, избавилась от лифчика. Она привстала и, придерживаясь одной рукой о край ванны, уже стянула шорты с одной ноги, как Люцифер вдруг поступил неожиданно.       — Ну что так долго? — Спросил он и развернулся.       Впалый живот, аппетитные, словно два налитых яблока, груди, вызывающе отставленное бедро, широко раскрытые испуганные глаза.       Люцифер сжал челюсти. Прошелся по телу Вики заинтересованным взглядом. Медленно, будто неохотно, оторвался от представшего зрелища и посмотрел на ее лицо. Неоднозначно хмыкнул.       Вики еле заметно дернулась, когда он в два шага преодолел разделяющее их расстояние.       — Так мы весь вечер промаемся… — Горячий шепот обжег ее шею, тяжелая рука по-хозяйски легла на талию. Люцифер прикоснулся к ее бедру, сжал край шорт и потянул вниз.       Вики стояла в нескольких ничтожных сантиметрах от него — обескураженная и абсолютно обнаженная.       — Ты… ты… — Ее щеки еще больше покраснели, широко раскрытые глаза не веря бегали по лицу демона.       — Да-да, — Снисходительно улыбнувшись, кивнул он. — Я только что раздел тебя. И не говори, что ты не мечтала об этом.       Он не дал ей возможности ответить, рывком подхватив ее под коленями. Вики успела лишь ахнуть прежде, чем Люцифер поднял и тут же опустил ее тело в ванну.       Вода, будто огненная, мгновенно обожгла кожу. Девушка дернулась от боли и хотела вскочить обратно, но Люцифер надавил на ее плечи, принудительно вынуждая остаться.       — Кипяток… — Всхлипнула она и заерзала по дну сопротивляясь.       — Сиди.       Он стоял позади, держа тяжелые ладони на ее плечах. Вики сжала зубы и выпучила глаза, привыкая к температуре. Было душно, жарко, больно, навязчивый запах трав душил горло и нос. Вода проникала в раны, от чего они будто огнем горели, и Вики зажмурилась до звездочек в глазах.       Люцифер, склонившийся над ней, наблюдал, как ее нагота пропадала под позеленевшей от трав водой, вынуждая девушку опускаться все ниже и ниже, пока над поверхностью не осталась лишь ее голова, запрокинутая на край ванны.       Боль постепенно утихала, и демон чувствовал, как плечи под его руками расслаблялись. Он отпустил их и медленно повел ладонями вверх, по шее, к лицу, задержался на ее горящих от жара щеках.       Глаза Вики были закрыты, но она явственно чувствовала лицо Люцифера в нескольких сантиметрах от своего лица. С совершенно несвойственной ему нежностью он, смачивая сухую кожу, провел мокрыми ладонями по ее лбу, вискам, щекам, глазам и губам, на мгновение задержавшись на последних. Затем с неожиданной для него самого неохотой, Люцифер отнял свои ладони и чуть приподнял голову Вики, убирая ее волосы так, чтобы они свешивались с края ванны.       Он отошёл в сторону и бросил на нее короткий взгляд: в этот миг она не была человеком, не была Непризнанной. Совершенная в собственной уязвимости она походила на сокрушительную в своей сексуальности нимфу, сошедшую с небес, чтобы бросить ему в лицо вызов, превосходящий все предыдущие своей вопиющей наглостью и желанием.       Люцифер заставил себя отвернуться и тяжело опустился на табурет. Казалось, Вики заснула — настолько она была безмятежна. Но она не спала. Она наслаждалась постепенно наступающим спокойствием и чувством уходящей, словно волны, боли, которая до этого мучила ее несколько часов. Размеренное блаженство окутывало ее, и вода больше не казалась горячей.       — Тебе легче? — Спросил Люцифер.       Не открывая глаз, она ответила, лениво шевеля губами:       — Намного…       Он вновь обратил взгляд на ее губы — припухшие, искусанные, приоткрытые красные губы, которые оставались неподвижными, но как будто шептали в его голове: «Возьми меня, возьми меня…»       Люцифер встрепенулся, будто очнувшись от грез, и нахмурился.       — Что ты забыла в небе, Уокер? Не дошло, что Кроули запретил полеты? — Спросил он уже более грубым тоном, как будто таким образом пытаясь вернуть секунду назад утерянное преимущество.       Вики приоткрыла глаза и впервые за долгое время улыбнулась. И эта улыбка была прелестна до безумия.       — Мне не сиделось взаперти, — Кротко пояснила она и вновь запрокинула голову на край ванны.       Люцифер хмыкнул и покачал головой, впрочем, не сдерживая легкой усмешки. Он поднялся и вернулся в спальню. Сорвал с кровати окровавленное постельное белье, кинул его под стол и нашел в шкафу новое. Он не особо умел обращаться с тряпками — в Аду такому не учили, — но кое-как справился и застелил кровать свежей простыней.       Когда он вернулся в ванную комнату, Вики уже почти заснула. Люцифер провел костяшками пальцев по ее скуле, от чего она лениво разлепила веки и растерянно уставилась на него.       — Пора заканчивать, — Объявил демон, оглядываясь в поисках полотенца.       — Почему мне так хочется спать?       Он улыбнулся: Вики ворочала языком столь медленно и лениво, что можно было принять ее за пьяную.       — Потому что, глупая, эти травы не только заживляют раны и выводят яд, но и действуют, как снотворное.       Люцифер знал, что в таком состоянии от Вики не было смысла ждать помощи — она и рукой то могла пошевелить лишь с большим трудом. Тогда он склонился над ней и, наплевав на уже по локоть мокрую рубашку и брюки, вытащил Вики из воды и понес в комнату. Он старался не улыбаться и выглядеть суровым, не обращая внимание на ее забавное лепетание и тихие бессвязные протесты.       Он уложил ее на кровать и, позволив себе очередной акт любования ее адски манящей наготой, прошелся полотенцем по изгибам и впадинкам ее мокрого тела. Он замер на мгновение у нее под ребрами: ему было душно. Капли воды блестели на белой коже и темных сосках, вся она под его руками ощущалась тонкой и хрупкой.       Люцифер рвано выдохнул и хотел уже было отстраниться, когда пальчики Вики вдруг несильно обвили его запястье. Он посмотрел сначала на них — белые и длинные, — потом на ее лицо.       Безмятежная принцесса, внешность которой изваяли в Раю, а характер сварили в самом черном котле Ада.       Она что-то пробормотала. Люцифер подумал, что ослышался.       — Что ты сказала?       Вики лениво пошевелила губами. Помолчала. Затем еле слышно повторила:       — Останься…       Он так и замер, склонившись над ней. Отпустил полотенце, положил ладонь ей на ребра. Провел ею вверх, до груди.       — Хочешь, чтобы я остался с тобой? — С усмешкой спросил Люцифер, впрочем, разглядывая не ее лицо, а собственные пальцы.       Вики под ним зашевелилась и перевернулась на бок. Люцифер машинально прикрыл ее оголившиеся бедра пледом. Так, просто. Чтобы не замерзла.       Она не отвечала. Возможно, уже уснула, однако, он не спешил уходить. Хотел, чтобы она повторила это еще раз, хотел, чтобы она попросила его остаться, чтобы у него не осталось сомнений, что она и вправду этого хочет.       Ее пальчики все еще обвивали его запястье. Люцифер вновь посмотрел на них, затем на ее размеренно вздымающуюся грудь. Когда он уже хотел было подняться, решив, что Уокер все же заснула, хватка на запястье заставила его замереть.       — Такой нерешительный… — Тихо пробормотала Вики, утыкаясь носом в подушку. Ее густые волосы каскадом рассыпались вокруг головы, бедро соприкоснулось с его бедром. — Ты дважды услышал меня, глупенький.       Люцифер плотоядно ухмыльнулся. Поддался ближе, просунул ладонь ей под живот, притянул к своей груди, отчего Вики под ним тихо застонала. Соприкосновение их тел, ее теперь дозволенная близость и звуки, что она издавала, понемногу отключали в его мозгу последние кнопочки.       Он подумал, что у них, пожалуй, есть еще немного времени, чтобы насладиться моментом. В любом случае, Люцифер считал себя джентльменом и не в его правилах было отказывать леди, раз она просит.