Трофей - сердце Королевы

Эмма, даже не удосужившись постучаться, распахнула дверь в кабинет мэра. Реджина набирала что-то на компьютере и совершенно не собиралась отвлекаться на ворвавшуюся блондинку. Свон подошла к столу, чуть помедлила, ожидая, когда на ее персону обратят внимание, но Миллс продолжала заниматься своими делами. Тогда Эмма с размаху швырнула книгу на стол. Брюнетка вздрогнула, кинула холодный взгляд в сторону женщины, затем пробежалась по смявшимся под весом книги документам, устало потерла переносицу. - Пока ты не начала ругаться, возьми ручку и черкани пару ласковых. Знаю, тебе не понадобится для этого много слов – блондинка говорила быстро, с легким нажимом. Казалось, что она нервничает. Реджина удивленно вскинула бровь, изучая книгу. Эмма выглядела слишком серьезной для человека, который пришел с этим. Женщина, скрестив руки на груди, ходила по кабинету. Миллс пролистала пару страниц, удивленно подмечая, что кто-то и впрямь оставлял свои отзывы. Читать их брюнетка не собиралась, хотя глаза невольно выхватывали отдельные фразы. Реджина пыталась понять, что все это значит. Либо Свон хотела похвастаться, доказать брюнетке, что та не права, либо на что-то надеялась. Этот поступок, эта книга, не вписывались ни в какие рамки и нормы жизни. Почему-то, Реджине казалось, что задавать вопросы будет неуместным. Сначала женщине хотелось вышвырнуть Эмму вместе с книжкой из своего кабинета и не разбираться, что за странную игру она затеяла, но потом Миллс решила, что это хороший шанс продолжить выстраивание стены между ними. Женщина взяла ручку и красивым почерком вывела: «Шериф Грэм справлялся лучше» Реджина закрыла книгу и протянула ее Свон. Блондинка быстро подошла, схватилась за книгу, намереваясь ее вырвать, но остановилась. Ее взгляд зацепился за глаза Миллс. Она не увидела извечной маски строгой и во всем идеальной леди. Эмма подалась чуть вперед, Реждина отзеркалила ее движение. Серые глаза Свон будто гипнотизировали женщину. Сузившиеся зрачки, казалось, заглядывали в самую душу. Где-то в глубине бушевало море, покрытое льдами. Книга медленно опустилась на стол, когда губы женщин столкнулись в поцелуе. Эмма требовательно напирала, Реджина не собиралась сдавать позиции. Женщины, увлеченные друг другом не заметили, как Свон лишилась кожанки, а на блузке Миллс не осталось застегнутых пуговиц. В дверь постучали. Эмма нехотя отстранилась. Во взгляде женщины читалась досада вперемешку со злостью. Реджина быстро поправляла одежду. Свон накинула куртку и подошла к двери. Убедившись, что внешний вид мэра достаточно презентабельный, женщина рванула дверную ручку. На пороге стояла Руби. Свон тяжело вздохнула и, матерясь себе под нос, отошла в сторону. Волчица не была идиоткой. Волчица должна была все понять без слов. Она умная девочка и не станет устраивать концерты. Не здесь, не сейчас. Руби прошла в кабинет с папкой в руках. Бабуля послала ее выторговать у мэрии дополнительное финансирование к летнему сезону. Бабуля хотела перестроить террасу. Эмма вышла за дверь и пулей бросилась вон из мэрии. Свон понимала, что это Руби может и не простить. И будет чертовски права на ее счет. В их отношениях было всякое. Они развлекались, как и с кем хотели. С задором обсуждали связи на одну ночь. Не сдерживали друг друга правилами. Они знали, что, не смотря на всю шелуху, любят друг друга и всегда вернутся в общую постель. Безоговорочно доверяли. Эмма чувствовала, как сердце трещит по швам, а по лицу текут слезы. Это было предательство. И предателем была она сама. Реджина была под запретом. Руби еще не одобрила желание Свон отомстить, да и не месть это была вовсе. Руби не готова была даже затрагивать этот вопрос, пока Эмма не закончит с наказанием, пока воспоминания о том вечере не улягутся. Руби чувствовала, знала, что просто так такие срывы не случаются. Руби видела, что Свон может унести волнами, и Эмма подтверждала ее опасения.

***

Блондинка сидела в машине, припаркованной возле полицейского участка, когда в окно постучали. Женщина поморщилась, отложила холодную банку пива, которую держала у лба, и приоткрыла дверь. - Я уже приехала на работу, можешь валить домой – вышло грубее, чем Свон рассчитывала, но женщине было плевать. Голова раскалывалась. - В лесу нашли труп. Так что двигайся на пассажирское, я поведу – Дэвид старался выдерживать строгий тон. Эмма лениво перебралась на указанное место, прислонилась лицом к холодному стеклу. Работать совершенно не хотелось. - Не знаю в чем причина твоего состояния, но, пожалуйста, постарайся не запачкать место преступления – мужчина повел машину. Свон молчала всю дорогу, лишь, когда Дэвид припарковался, пробормотала: - Спасибо – по вопросительному взгляду Нолана было понятно, что он удивлен и, возможно, смущен – За все – подытожила Эмма, покидая машину. Женщина потянулась и с мнимой бодростью зашагала по тропинке в лес. Дэвид, выбравшийся из машины следом, окликнул женщину, показывая, что место преступления в другой стороне. Чуть поодаль от дороги между деревьями лежала девушка. В ее груди, там, где должно было быть сердце, зияла дыра размером с кулак. Свон оперлась о дерево, чтобы не потерять равновесие, руки дрожали. Дэвид обошел место преступления, попутно делая фотографии, осмотрел девушку. Обычная, непримечательная, без приводов в полицию или достижений общегородского масштаба. По крайней мере, он ее не узнавал. Было видно, что она сопротивлялась, хоть и не долго. Собравшись с мыслями, Эмма склонилась над трупом, чуть ли не носом залезая в дыру. Натянув перчатки, женщина осторожно ощупывала ткани, проверяя не оставил ли преступник следов. Все было чисто. Никаких инородных частиц. - Саманта, работала танцовщицей в баре, семьи нет, детей тоже. Ну, или она так говорила клиентам, чтобы они задавали поменьше вопросов – проговорила Свон, позволив медикам забрать тело. - Были знакомы? – Дэвид делал пометки в блокноте. - Я приходила к ней, когда мне было грустно – нехотя ответила Эмма – Пара танцев, разговор по душам… - блондинка запнулась, не желая озвучивать еще один вид занятий – В общем, настроение она поднимать умела. Остро нуждалась в деньгах, любила работать в зале, не любила, когда каждый час ее снимает кто-то новый. Иногда случалось, что мы проводили вечер вместе, потом я продлевала ее на всю ночь и отправляла домой, чтобы ей не приходилось возвращаться на работу. Она была хорошая – Свон печально вздохнула и поплелась к машине.