Проклятье бессмертия.

Save me, save me My eyes is in your head (Todd Burns — Only human) Pov Святогор       Вернувшись домой с работы, я был очень удивлён увидев на входе чемодан, а в зале спящую на диване Машу, рядом с которой сидели Пифия и Лиза, а также Шарик, видимо сторожив её сон. Увидев, что я пришёл, девочки жестом показали, чтобы я не шумел и шёл на кухню. Я кивнул, снял обувь и пальто, и направился туда куда меня отправили, думая, чтобы приготовить сегодня на ужин, параллельно думая, что же случилось с Машей, раз уж она здесь? Но оказалось, что Пифия уже об этом позаботилась заранее, заказав пару пицц и ещё, кое-что из готовой еды. Тогда я просто поставил на плиту чайник и достал четыре чашки. Как раз в этот момент на кухню вошла наша предсказательница. — Можешь теперь объяснить, что случилось, пожалуйста? — попросил Пифию я, разливая кипяток по чашкам.       Она и рассказала о том, что по словам Маши случилось с Семёном и кем на самом деле оказалась её лучшая подруга. Выслушав её, я сел за стол, обхватив голову руками и устало сказал: — «Весело» живём. Ничего не скажешь. И какой я теперь для вас всех защитник, после того, что произошло с Машей? Верно — никакой.       Пифия положила мне руку на плечо. — В том, что произошло, нет твоей вины, — утешала она меня. — Даже я не поняла при первой встречи с этим существом, кто это на самом деле. Настолько отчётливо видела выдуманные Ритой воспоминания, которые были как настоящие. Видимо это существо умеет подстраиваться под ситуацию, и делает всё возможное, чтобы никто не увидел её истинное обличие. Пока ей это не будет надо. Но что это была за тварь, назвать сложно. Нечто среднее между хамелеоном, гадюкой и осьминогом. Которая при этом также плюётся огнём. — И судя по серьёзности её намерений забрать Машу с собой именно живой, можно предположить, что и действовала она не сама по себе, а по чьей-то указке. Если ей был даже известен способ ликвидации бессмертных, — продолжил я. — Вполне вероятно, что к этому причастен всё тот же Великий Никто, который решил отобрать большую часть нашей планеты под свои нужды, одновременно с этим уничтожив почти всё население. — Вот про это я тоже не в курсе, — признала она, присаживаясь рядом. — Видимо это и есть тот самый конец света, который я видела в своих видениях, тогда в парке. Только я думала, что это произойдёт из-за техногенной катастрофы, например. Или из-за метеорита, или всемирного потепления. Но никак не из-за объединения мира живых с миром мёртвых. Однако сомневаюсь, что этому Великому Никто по силам в одиночку провернуть такое. — Поэтому ему и нужна Маша, — пояснил я, расставляя тарелки с кусочками пиццы на стол, пока Пифия раскладывала приборы. — Каким-то образом получилось так, что она равна по силам с этим Великим Никто. Может даже превосходит его. И если она окажется в руках этого Никто… — То тогда миру будет грозит апокалипсис, — закончила мою мысль Пифия.       Я кивнул. — Именно поэтому, нам нужно сберечь Машу во что бы то ни стало, — твёрдо сказал я. — Как? — спросила она. — Приковать её к батарее и связать, чтобы никуда не убежала? — Нет, конечно. Но что-то нужно придумать. Не сейчас. Позже. Пока что можно и поесть, — предложил я. — Зови всех к столу. Я пока тут закончу.       Пифия позвала Лизу и Машу на кухню, пока я расставлял приборы на столе. И хотя за время ужина все мы старались вести себя непринуждённо и весело, чтобы поднять, Маши настроение, это не помогало. Взгляд у неё был абсолютно отстранённый и пустой. Без того прежнего задорного огонька, как в тот момент, когда она впервые пришла ко мне в гости и последующие наши встречи. Как будто бы кто-то взял и вынул из неё все эмоции, оставив только безразличие к происходящему. Нужно, что-то делать, пока у неё не началась полная апатия.       Поэтому после ужина, когда все стали расходиться, я попросил Машу остаться со мной наедине, чтобы хоть как-то её утешить. Она лишь пожала плечами и села напротив меня, с безразличным выражением лица. — Маша, я… — хотел было сказать я, но она меня остановила, продолжая смотреть как бы сквозь меня. — Не нужно утешений, — сухо ответила она. — Сама виновата — не поняла, что меня водят за нос изначально. Конечно — меня все в универе считали зубрилкой и серой мышью. С чего я вдруг решила, что у меня могут быть друзья? Что я вообще, кому-то буду нужна? Одной всё же лучше, как не крути, — грустно закончила Маша.       Я же не придумал ничего лучше, чем её обнять, пока Маша ревела уткнувшись мне в плечо. А вскоре Пифия и Лиза тоже нас всех приобняли. Даже Шарик лёг у Машиных ног и затих. Отчего Маше стало значительно легче, а вскоре она и вовсе успокоилась. Неожиданно солнечная и ясная поначалу погода, стало хмурой и небо заволокло чёрными грозовыми тучами. Как и тогда, когда я отправился в такую погоду проведать Машу. Только на этот раз в небе появился странный светящийся круг из молний, которые били все в одну точку без перерыва в течении минуты. А когда всё затихло, из дыры, что образовалась в земле, начали вылезать ожившие мертвецы. — Круто. Прям как в каком-то фильме, где зомби апокалипсис, — высказалась Лиза смотря вместе со всеми в окно. — Как настоящие. У нас кино, что ли приехали снимать? — На кино не похоже, — констатировал я, осматривая, что происходит. — И мне кажется, что все эти зомби вполне себе настоящие. — Вопрос в том, что они тут забыли? — задумалась Пифия. — Они пришли за мной, я это чувствую это, — констатировала Маша, которую начало слегка потряхивать.       Поэтому я сказал Лизе и Пифии присмотреть за ней, пока я схожу и выясню, что этим трупакам здесь нужно. И несмотря на все их попытки меня остановить, я всё-таки взял свой трофейный монгольский топорик, которым меня убили в первый раз и направился на улицу. Если это очередные трюки Великого Никто, то я должен положить этому всему конец. Выйдя на улицу, я уже был готов быть атакованным этими ходячими мертвецами (все напоминали зомби из современных ужастиков. Просто кто-то больше, кто-то меньше. Также многие из них были одеты вполне современно, хотя на некоторых были и старые поношенные вещи 17-18 века).       Однако, как только они напали на меня и чуть не задавили числом, помощь пришла от той, кого я уже давно вычеркнул из своей памяти. — А ты ещё кто? — прищурившись спросил я, присматриваясь к той, которая подоспела ко мне на помощь. Передо мной предстала эффектная блондинка, с голубыми глазами, как у моей Марфы и прямым носом, как у меня. А также губами по форме сарацинского лука.       Одета эта девушка была довольно современно: в приталенные джинсы, модные кроссовки, а также розовую кофту. Лишь знакомый блеск в её глазах выдавал в ней что-то до боли знакомое. Орудовала она также как и я маленьким монгольским топориком, что показалось мне ещё более странным. — Ну здравствуй, папа, — огорошила она меня этими словами, ловко расправляясь с восставшими мертвецами. — Или как тебя называть? Всё ещё не узнал меня?       Присмотревшись более внимательно, я наконец понял, что в этой особе показалось мне знакомым: это была та самая малышка, которую я спас, когда в порывах ярости убил нового хахаля Марфы, а потом и её саму. — Не может быть, — не поверил я. — Почему же? — удивилась она. — Ты что, думаешь что единственный бессмертный на свете? Я как видишь тоже. — Но как ты… — хотел было спросить я, пропуская хороший укус в плечо от вцепившегося в меня мертвяка.       Отчего за эти долгие триста лет, после первой подобной стычки с падшими, я снова почувствовал настоящую боль, понимая, что останется новый незарастающий шрам. Однако блондинка быстро утихомирила зомби, топориком по голове, отправив того обратно, откуда пришёл. — Давай об этом потом? — предложила она. — А то пока их тут слишком много.       Я кивнул и мы вдвоём продолжили рубить этих зомби в два раза быстрей и эффективней. И странно было то, что никто из соседей не высовывался из окон, чтобы посмотреть, что происходит. Надо бы закончить с этими падшими до прибытия сюда наряда полиции. А то у них к нам появится уйма вопросов, на которые мы вряд ли сможем ответить.