Жизнь после смерти

«Наша встреча, та встреча, которую я никогда не смогу забыть… Как обычно, я выполнял свою работу, вернее дожидался, когда она появится, ведь тогда, в очередной раз я выполнял желания смертных. На улице был ясный и тёплый день без осадков, лучи солнца преломлялись через окна, достигая учебных классов, коридоров и всех помещений школы. Цучигомори вёл урок, а ведь никто даже и не догадывался о его поддельной личности, Яко заправляла в своих владениях, а Аканэ… этот мальчишка, что частично являлся Первой школьной тайной, вроде бы, сидел на уроках с моей будущей возлюбленной… Да, точно, как раз Цучигомори и был их школьным учителем. Впрочем, эти подробности не так важны для меня, всё же я пытаюсь вспомнить момент наш с ней встречи, а не детали каждой школьной тайны. Казалось бы, прошло так много времени, за которое мы успели сблизиться, но ты всё же умерла. Умерла и оставила меня одного, исполнять эти желания, чтобы я искуплял свою вину за то, что я убил своего брата…» — пронеслось в мыслях парня, что также сидел на подоконнике женского туалета, смотря в окно и обдумывая свои мысли, представляя образы в голове и вспоминая те моменты, которые уже нельзя было вернуть. На его лице как всегда была фальшивая улыбка, а в глазах отражалось голубое небо, на которое он так любил смотреть, ведь облака плыли по небу, как по реке, убегая куда-то вдаль, словно скоротечная жизнь, время, которое так хотел ускорить Ханако-сан, нет, Аманэ Юги, что ждал окончания своей «миссии» для встречи с возлюбленной вновь. Поглядев в окно еще примерно полчаса, сменяя свой взгляд с неба на птиц в школьном саду, парень убрал свою ладонь с подбородка, положив её на колени, пытаясь нащупать второй рукой что-то в кармане, достав лишь старую фотографию, похожую на обычный клочок бумаги, потёртый, да и ещё с выцветшей краской. На самой фотографии красовались же два едва различимых силуэта девушки и парня, которых нельзя было отличить, если бы вы их не знали лично, однако для Ханако эта фотография стало единственным, что осталось в память о его друзьях, не считая воспоминаний. Его самого на фотографии не было, ведь каждый раз, когда их давняя компания пыталась сфотографироваться, призрак на фото, увы, не попадал. Посмотрев на фото грустным взглядом, парень лишь шире улыбнулся, зажмурив глаза, произнеся пару слов про себя: «Да, то время и правда было для меня одним из лучших, вы смогли скрасить моё одиночество, Коу, Ясиро, а я и правда во вам скучаю.» Убрав фотографию обратно в карман, Ханако вновь взглянул в окно, наблюдая уже новую картину, где школьники не веселились во дворе и не ухаживали за садом, а уже расходились по домам, прощаясь с друг другом у калитки. Мальчик как всегда улыбался им в след, хотя скорее притворялся, что провожает школьников улыбкой, ведь что для него она была фальшивой, что сами учащиеся не могли видеть, как глупый призрак сидел на окне женского туалета третьего этажа. Неожиданно для самого Ханако, появились его хаккудзёдаи, призраки помощники, которые часто следовали за ним, начав летать вокруг мальчика. Удивлённо уставившись на одного из них, призрак не понимал в чём дело, пытаясь выяснить, что они хотят ему поведать, но со стороны выхода из туалета послышался женский голос и появился тёмный силуэт невысокого роста, сложив руки в замок. — Твоя работа закончена, ты молодец, теперь я наконец могу разрешить тебе переступить через грань, — сказал незнакомец, чьё лицо не выражало никаких эмоций. Призраки помощники, что летали около Ханако, полетели в сторону силуэта, стоило ему протянуть вперёд руку, на лице же мальчика появилось непонимание того, что происходит, он не мог сказать не слова. — Что же ты всё сидишь? Я даю тебе свободу, которую ты желал, вернее, освобождаю тебя от «её» обязанностей, так что дай мне свою руку я сниму эти оковы — сказал силуэт, но уже в приказном тоне. Ни капли колеблясь, мальчик слез с подоконника и подошёл к этому человеку, если можно было так назвать, положив свою ладонь на её руку. Испытав необычные ощущения, словно силы его начали покидать, Ханако увидел тусклое свечение, которое мигом исчезло, а рука мальчика опустилась из-за того, что этот самый незнакомец исчез. Переместившись в новое место, словно проснувшись ото сна, мальчик лежал на поляне необычных и очень красивых цветов, которые источали приятный аромат. Одежда Аманэ тоже изменилась, вместо его униформы призрака, он был одет в голубую рубашку с галстуком и коричневые штаны, а на голове не было привычной кепки, которую он так любил носить, будучи седьмой тайной. Немного полежав на траве, посмотрев на небо, которое отличалось от неба людей, мальчик поднялся на ноги, осмотрев местность вокруг. Пройдя немного вдаль, были видны большие красные тории, обвешенные разными верёвками и оберегами, а если пройти дальше, небо сменялось с дневного на ночное, усыпанное всеми видами звёзд и созвездий. — Да, видимо теперь я и правда свободен — сказал мальчик, искренне улыбнувшись, убрав руки за спину, смотря на звёзды, пытаясь вспомнить их названия, ведь когда-то он мечтал стать астронавтом. — Ханако-кун? — послышался знакомый и неуверенный женский голос за спиной мальчика, заставив его тут же обернуться и увидеть старую знакомую, на лице которой уже появлялись слёзы. — Ясиро? — спросил мальчик, оглядывая её с ног до головы несколько раз, ведь не мог поверить в то, что это и правда был не сон. — Я так долго тебя ждала, думала когда ты придёшь, Ханако-кун, я так долго… — не успела договорить девочка, как тут же подбежала к нему и схватилась за плечи, обняв мальчика и прижав крепко к себе. На лице Аманэ появилось удивление, быстро сменившееся улыбкой. Чтобы успокоить Ясиро, он начал гладить её по голове. — Я знаю, знаю, прости меня, теперь я никогда тебя не покину — сказал мальчик, продолжая обнимать девушку…