I'm a bitch I'm a boss

Он вошёл в школу словно Джеймс Бонд какой-то. Весь расфуфыренный, взгляд исподлобья и шёл он такой уверенной походкой, словно школьный коридор для него — подиум на мировом показе мод. Строгий черный костюм и красные лакированные ботинки. Весь этот секси-мен прикид разбавляли странно взъерошенные волосы. Чёрные-чёрные, словно выкрашенные специально до такого блеска, который даже отдавал некой синевой. Сначала Антон вообще подумал, что это один из новеньких учеников, потому что выглядел он уж слишком молодо и как-то… Ну, не так, как обычные учителя обычной школы. В общем выглядел он как мокрая мечта любой девушки, а возможно даже и парня. Даже Князева как-то странно покосилась на него, а Шастун… Что Шастун. Он лишь хотел сделать «два пальца в рот и все пройдёт» Антон знал, что это не просто «хороший вкус» и случайность выбора. Преподаватель явно знал, что обратит на себя внимание, знал как выглядит, знал, что приковывает взгляд. Знал. И парень в этом не сомневался, потому что являлся таким сам. Не понаслышке знал, что такое вести себя как сучка, знал как сделать так, чтобы внимание было приковано лишь к тебе. А теперь, кажется… — Хеей, этот новенький учитель, кажется, составит тебе конкуренцию. Ирка Кузнецова наверное уже готова менять свою Шастуновскую религию на религию препода обществознания, — Ксюша развела руками и громко засмеялась, но на её смех на этот раз никто и не смел повернуться. И как же можно было оторваться от ебучей модели, которая вышагивает по обшарпанному школьному полу. Антон последний раз осмотрел его с ног до головы и закатил глаза. — Ты думаешь репутация красавчика, поставленная не за один год вот так легко разобьётся из-за этого хмыря? Черт тебя дери, Князева, он не встанет у меня на пути, — юноша поправил волосы, оглядывая коридор. — Репутация красавчика? Ой, не смеши меня. Репутация чсвшного одиннадцатиклассника. — И именно поэтому меня любят все, — он только двинулся вперёд, как остановился и не переводя взгляда произнёс, — долго смотреть запрещено, — сразу после этих слов рядом стоявшая девятиклассница поступила взгляд и закусила щеку изнутри, теребя лямку портфеля. Князева закатила глаза, тяжело вздохнув. Антон не меняется. И меняться, кажется, не собирается. Ему нравилось вести себя как бэд бич, нравилось, когда в его сторону бросали взгляды. Нравилось, когда говорили за спиной, потому что он был точно уверен, что это от зависти. Нравилось влюблять в себя девчонок (а может и не только) и не отвечать взаимностью. Знал ли Антон, что такое любовь? Нет, вряд ли. Но можете быть уверенны, что он знал что такое девушка на ночь, знал что такое воспользоваться «опьяненным разумом». Каждая надеялась на продолжение после ночи, но каждая знала, что это невозможно. Потому что… Потому что это Антон Шастун.

***

— У нас общество поставили вторым, — Ксюша приземлилась рядом с Антоном, доставая из портфеля необходимое. — Ну, заебись, чё я могу сказать, — Антон пожал плечами, надевая наушники. — Даже не поговоришь со мной? Ответом послужило молчание и тихий звук, доносившийся из наушников. Князева вновь закатила глаза и мысленно спросила себя почему она все ещё общается с этим эгоистом. Но каким бы эгоистом он не был, каким бы похуистом не казался, учился Антон хорошо. Даже очень. И шёл на серебряную медаль, а это много чего стоит. Он мог часами выписывать нужные определения, решать сложные задачи по математике и решать химические цепочки. Но больше ему нравилось заучивать красивые стихотворения и наедине, лишь наедине, разглагольствовать с учителем обществознания. Знаете, ведь даже у самого высокомерного человека есть тот рычаг, на который стоит нажать, как человек раскрывается с лучшей стороны, снимает ненужную и непонятно зачем надетую маску. Только вот не всем удаётся найти этот рычаг, не всем удаётся на него нажать. А эта женщина смогла. Именно поэтому Антон мог быть с ней не как обычно. Он мог действительно радостно смеяться, удивляться и рассказывать интересные истории, не прибегая к высокомерной манере. Потому что… Потому что с ней хотелось быть другим. Но счастье длилось недолго. Новость о том, что его любимый преподаватель уходит на пенсию заставила Антона неприятно поморщиться и пообещать себе, что людям кроме неё он открываться больше не будет. После чего виделись они в последний раз, когда Антон занёс коробку конфет на прощание и в последний раз поговорил по душам с милой женщиной. И после такого преподавателя вы хотите сказать, что принять нового, неизведанного, да ещё и судя по всему такого же как сам Антон, легко? Нет!

***

Звонок на урок обществознания прозвенел достаточно быстро. И вот вошёл он. Гордой походкой, с поднятой головой, плавно вышагивая в рабочему месту даже не кинув взгляд на класс. Соня, сидевшая на первом ряду, слегка взвизгнула и, кажется, больше взгляда от него не отводила. Антон закатил глаза, тихо стуча ручкой по парте, обращая внимание на себя лишь Князевой. — Ты можешь быть потише, нет? — Какой в этом смысл, если в классе все равно ничего не происходит. — Это кто там такой смелый? — вдруг раздался голос нового учителя. Как там пишут в фанфиках и прочее? Его голос стукнулся о холодные серые стены класса и застыл звоном в ушах. Нет, что-то не то… Но суть вы поняли. Странно ли говорить такие вещи или нет, но голос соответствовал самому его виду. Лёгкий, с интонацией а-ля мне на тебя похуй, но не смей делать так, чтобы вывести меня. — Ну я, — подстать ему ответил Антон и выпрямился, смотря прямо на него. Зрение у Антона было не самым лучшим, но он мог поспорить, что синющие (да, именно синющие) глаза преподавателя в этот момент излучали начинающуюся бурю неприязни. — Как зовут? Антон хмыкнул, все также не сводя нахального взгляда с преподавателя. — А вы не хотите ли представиться первым? А то вошли и даже не представились, — он по сучьи вскинул брови и приподнял подбородок. — Вышел, — преподаватель указал рукой возле себя, но Антон не собирался сдаваться так просто. — Куда? Из класса? Да с удовольствием, — и привстал, чтобы якобы выйти, но терпение учителя на этом закончилось. Он в пару шагов настиг Шастуна и легонько схватил того за воротник и чуть потянул на себя, заглядывая в самые глаза и Антон готов поклясться, что таких синих глаз он не видел никогда. Никогда в своей жизни он не видел такой океан с волнами, готовые накрыть тебя полностью, не оставив и шанса на спасение, на глоток воздуха. — Если бы я хотел тебя выгнать, то не стал бы дискуссии разводить, — он смотрел прямо в душу. В самую ебанную и испорченную душу. И почему-то от этого взгляда хотелось бежать и прятаться. А по какой причине Шастун и сам ещё не понимал. Инстинкт. Он просто знал, что ни к чему хорошему такое не приведёт. Преподаватель резко отпустил парня и тот также резко приземлился на свой стул. Вокруг стояла тишина и каждый взгляд был прикован к третьей парте второго ряда. — Я Арсений Сергеевич, приятно познакомиться, — и так же элегантно, словно пару секунд назад ничего не произошло, сел за свой рабочий стол. — Впервые кто-то урыл тебя, а не ты, — сказала шёпотом Князева и получила в ответ толчок локтем — Отвали, — Антон сгорбился и бросил гневный взгляд на нового преподавателя, который теперь спокойно и интеллигентно вел урок.

***

— Вы слышали, что раньше он моделью работал? — А что же в школу перебрался? Хреновая модель значит, — Шастун вздернул подбородок, слабо ухмыляясь. Внутри всё еще было неприятное чувство после недавнего инцидента. Еще бы. Его, Антона Шастуна, можно сказать унизили перед всем классом, когда тот даже маленькой оплошности не мог себе позволить. Он сморщился и поправил портфель. — Да с чего бы это? Захотел сменить профессию, — Ксюша вздернула брови и недовольно уставилась на друга. — Ты на стороне этого педика? Что ж, удачи, — и развернулся. В силу своего роста и длинных ног, он с легкостью преодолел коридор с лестницей, ведущих на нужный этаж, оставив Князеву в недоумении. Кажется, последние три месяца будут невероятно трудными. Для всех.