Смертельные узы

Ещё одно убийство.. Только самому полному психу могло прийти в голову убить эту тупую журналистку из «New York Post». Катрин устало прикрыла веки. Теперь точно начальство её уволит. Сегодня ей устроили такой разнос, что вспоминать страшно. Компания журналистов с самого утра ввалилась в участок и только чудом их удалось выгнать. Завтра будет пышная похоронная церемония (хотя хоронить там особо нечего, разве что только безмозглую голову). В прямом смысле без мозгов, Карл! Придут много людей, будут лишь фальшивые слёзы. Она была хорошей журналисткой, она была отличным человеком.. Ага, конечно! Она была жуткой стервой и редкостной скотиной (собаке – собачья смерть). Все боялись, что тупая журналюга раскроет их грязные секретики, а после её смерти вздохнули с облегчением. И почему в мире так много фальши?! От грустных мыслей Катрин отвлек скрип двери. В кабинет зашла вечно весёлая и жизнерадостная Хейли. - Катрин, как ты? – с сочуствием спросила она. - На, возьми, почитай, - Катрин подвинула подруге свежий номер газеты. На первой полосе красовалось фото убитой журналистки. Пышный и паффосный заголовок: «Она узнала слишком много». Хейли присела на краешек стола и внимательно стала читать. - Ничего так. Миленько. Неплохие узорчики на личике. Хоть на одной фотке она получилась красиво. - Перестань! Лучше скажи как из тысяч девушек он сумел выбрать именно эту?! - Брось хандрить, Катрин, - Хейли дружески похлопала подругу и предложила кофе. Катрин кивнула. Проклятая журналистка из проклятого журнала. Теперь эти чертовы папарацци ей проходу не дадут. Конечно, ведь убили их соотечественницу. Да и начальство по головке не погладит. Ужасный день! Поскорей бы поймать этого больного маньяка. Дверь снова скрипнула. Вошла Хейли с подносом, на котором красовались две чашечки ароматного кофе.