Безвременье, или демон в законе.

      Телефон Лафея звонит виброзвонком — Лафей спит в объятиях мужа, сейчас утро, они только недавно заснули. Он смотрит на высветившееся имя, и не может поверить в то, что видит… Ему звонит Азирафаэль! Почему-то на его телефон, а не на номер Кроули! Лафф встает, идет на кухню, отвечает ангелу — чтобы не разбудить Змея.        — Лафей слушает!        — О, хорошо что ты взял… Я не рано? Ох, какой я забывчивый! Для вас, наверное, правильнее ночью звонить! Прошу меня простить, я перезвоню…        — Нет, не клади трубку, скажи то, что ты хотел! Сейчас!        — Ну хорошо! Милый, я думаю нам надо поговорить! О Кроули… Ну, ты понимаешь… Он странно себя ведет, и кажется, ты знаешь, почему именно! Мне надо поговорить именно с тобой, а не с ним. Не говори ему, что я тебе звонил. Нам над встретиться! — взволнованный голос ангела разбередил старую рану инкубу.        — Не проблема, приходи в мой бар. Или ты хочешь на своей территории?        — Нет, ко мне не надо, у меня могут быть… Ну, Сверху… Да и вдруг Кроули решит прийти. А в твой бар он может прибыть внезапно?        — Вообще-то, он и сейчас здесь. Но я точно знаю, что он днем уйдет по делам. Я позвоню, когда Кроули уйдет. Днем в баре не будет посторонних.        — Ну.... Хорошо! — по голосу можно было понять, что ангел настроен решительно, но нервничает.       Лафей удивлен. Что означает этот звонок? Неужели Зира решил наконец-то разрубить гордиев узел сложных взаимоотношений? Интересно, что именно он скажет? «Отдавай мне Кроули?» Или «хватит меня изображать, ты, мерзкий извращенец, я тебе сейчас голову отрублю?!»       Лаффи был не робкого десятка, но драться с ангелами ему еще не приходилось. Да, от душа из святой воды не поможет ничего, кроме скафандра! Лаффи на всякий случай решил с собой на встречу взять защитные амулеты от светлых сил, которые ему недавно выдали по случаю повышения — «служебные», и пару защитных амулетов, сделанные человеческими темными колдунами. Судя по тону разговора и голосу, Ангел не задумывал ничего агрессивного, но Лафей никогда не оставлял ситуацию на самотек.       Лаффи обязательно возьмет свою трость, где прячется его личное оружие. Трость может превращаться в двустороннее копье, одинаково опасное и для ангелов, и для демонов, и обжигающее руки любому, кроме хозяина. Лаффи взял в руки сигилл вызова Вельзевул — и подумал, что не плохо было бы положит в карман пару печатей, по которым к нему могут на помощь прийти более сильные демоны, с которыми у него договор.       Кроули и так придет — их брачный договор предполагает двустороннюю связь, благодаря которым можно как позвать партнера, так и прийти на его зов, где бы он ни был. Благодаря прошлой истории с нападением на Кроули у его бара, Лафей усилил контроль за входом в бар. Они поставили видеокамеры в переулке, вдобавок там теперь круглосуточно дежурили охранники — как люди-колдуны, так и не-люди.       Лафей больше не работал в своем баре «Безвременье». Он поставил туда толкового управляющего — своего бывшего бармена Дали, нанял новых барменов, а сам лишь изредка появлялся. Однако, квартира у него по-прежнему была над баром. Свой же бар в Дите Лаффи продал одному демону, сохранив часть акций. Но больше там не работал, и старался реже появляться среди бывших подчиненных.       Лафей подумывал приобрести выгодно одно заведение в Дите — что-то типа клуба, в котором высокопоставленные демоны могли в спокойной обстановке обсудить дела, тихий и респектабельный. Где можно обменяться фамилиарами, купить-продать души, подыскать себе нужные артефакты, и заключить контракт. А также взять платную консультацию по сложным вопросам. В таких заведениях подают еду и напитки, конечно самые дорогие, но кроме простых азартных игр, никаких развлечений не предполагается. Опять же, там можно нанять инкубов и суккубов, но идти с ними придется в другое место.       В этом клубе сам он работать не собирался. У него были на примете несколько демонов, которым можно было бы предложить принять на себя роль хозяина и управляющего клуба. Достаточно сильных, со связями, умных и осторожных, и не имеющих склонностей к авантюрам. Один из них — по прозвищу Ал — особенно импонировал Лаффу, но был у него пунктик — слишком агрессивный, и любил распускать руки. Хотя, с этим можно было бы что-то сделать при желании!       Вариант взять демоницу Лафей даже не рассматривал. Демоницы не признавали над собой власть мужчин, да и не слишком управляемы были, а Лафф не потерпел бы споров. Несмотря на мягкий характер, у Лафея был авторитарный стиль управления. Спорить с собой он позволял лишь тем, кто сильнее его, или выше по положению.       Итак, Кроули ушел, и Лафф сразу позвал Азирафаэля, отправив за ним такси, под видом водителя там сидел один из агентов Лаффа, человек-колдун. Выйдя во двор ожидать их возвращения, Лафф велел охранникам незаметно наблюдать за тем, чтобы не возникло никаких неприятных накладок. Недалеко от входа в бар Лафей поместил «глушилку» для астрального просмотра, которой его снабдил один гаитянский колдун, а у входа в переулок — сигнализатор, который бы сразу предупредил о присутствии невидимых «гостей». Ловушки на демонов и ангелов Лафей не стал помещать около бара, взяв на всякий случай одну переносную на встречу.       Вот — желтая машинка подъехала и выпустила своего пленника наружу. Ангела сразу можно было узнать издалека — по светлым старомодным одеждам, и наполнившей переулок благодати.        — «Силен!» — с уважением подумал Лафей. Видать, эфирный тоже подготовился к их разговору…       Лафей сегодня одет официально. Черный плащ с алым подбоем и высоким стоячим воротником. Черный костюм из кожи, прилегающий по фигуре. Алая рубашка. Длинные волосы распущены. На шее — рубиновый сигилл личной печати. Черные узкие сапоги до колен с ремешками. Трость в руках — с навершием в виде портрета Змея в животной форме, с яблоком в зубах. На пальцах — двойное кольцо с бриллиантами и рубинами, в виде того же Змея, с яблоком. В ушах у Лаффа небольшие бриллиантовые серьги.       За широким поясом в виде алого, намотанного вокруг тонкой талии кушака, прячутся артефакты. Также, в голенищах сапогов у Змея — метательные ножи, а в рукавах — тоже пара «сюрпризов». Ходить без оружия без страха по Аду могли лишь немногие. Лафея всегда удивляло — как Кроули всегда смел ходить по Земле без какого-либо оружия. Впрочем, инкубу было уже ясно — что Змей — сам по себе оружие.       Надев на лицо легкую дружелюбную улыбку, Лафф поздоровался с опасливо озирающимся ангелом.        — Приветствую тебя, Азирафаэль, в моем королевстве! — шутливо слегка поклонился он, показывая на вход в бар. — Прошу, проходи! Ты, кстати, не первый ангел, который сюда приходит! — удивил ангела инкуб.       К удивлению инкуба, ангел согласился войти. В баре пока было пусто, лишь один охранник и пара официантов готовились к ночной смене. Лафей проводил Азирафаэля в свой кабинет, велев подать им чаю с угощениями.        — Нет-нет, я не буду ничего есть! — замялся ангел. Он с удивлением рассматривает одежду Лафея, и особенно — украшения, где Змей держит во рту яблоко. — Удивительные вещи! Похожи на Кроули. Ааа… Так это его портрет? В некотором роде? — спрашивает ангел.        — Именно! — ангел с удивлением вздергивает бровки, хлопает глазами.        Азирафаэль пытается начать вежливый английский разговор - как положено, о погоде. Лафей вежливо отвечает на положенные по этикету фразы, пытливо смотрит на ангела. Азирафаэль, кажется, понимает, что несколько затягивает, и переходит к сути вопроса.        — Нам надо объясниться! — Говорит он, как будто прыгая в ледяной омут. Чтобы не теребить край жилетки, Зира кладет на стол обе руки в напряженном жесте. Лафей сидит совершенно спокойно, и кажется, будто он довольно расслаблен. Но внутри инкуб немного нервничает.        — Какие отношения связывают Вас с Кроули, и как долго? — спрашивает ангел у Лаффа с довольно напряженным выражением лица.        — Мы вроде как женаты. Заключили контракт, если вы о таком слышали. Не так давно, еще медовый месяц не прошел. Живем вместе. — спокойно отвечает Лафей.       На это Азирафаэль отреагировал удивительно спокойно. Наоборот, он как будто успокоился и выдохнул, улыбнувшись.        — А знакомы вы давно? — спрашивает ангел инкуба.        — Да нет, где-то месяц и знакомы… Вернее, я-то его знал, а вот он меня — нет. — отвечает откровенно Лафей.       Казалось, ангел что-то для себя понял. Он улыбнулся, окатив демона волной благодати — Лафф аж поморщился. — «И как Кроули это выдерживает? Привык, должно быть…» — думает инкуб.        — Дорогой, как это замечательно! Могу я Вас поздравить? — сказал ангел хозяину бара.        — Охотно приму поздравления! Однако, перейдем к делу. Вы ведь это могли и по телефону узнать? Да и зачем такие вещи скрывать от Змея? — Лафф решил огорошить ангела прямолинейностью.        Ангел погрустнел. Он опустил глаза, вздохнул, и начал рассказ:        — Я давно знаю, что Кроули ко мне в некотором роде… привязан. Мы с ним знакомы уже шесть тысяч лет, и можно сказать дружим, ну, насколько это возможно между ангелом и демоном! И я дорожу этими отношениями! Но я давно уже понял, что ему было таких отношений мало. Он хотел большего! А я… Мало того, что не способен на что-то, о чем нам и думать запрещено, так моя природа просто не примет таких отношений! У меня никогда язык не повернется поговорить об этом с ним, да и боюсь, после такого разговора нашей с ним дружбе придет конец. Я подозревал, что он как-то… сублимирует свои желания, но должен признаться — то, что в его жизни возникли Вы — это просто подарок судьбы! Я… Хотел попросить Вас не ревновать ко мне! Я хотел бы оставить наши отношения с Кроули на том же уровне дружбы и сотрудничества. Надеюсь, Вы не будете настаивать, чтобы Кроули прервал общение со мной?        — И Вы не оскорблены тем, что Кроули нашел себе Вашу копию для сексуальных утех? — спросил Лафей ангела откровенно, искоса взглянув ему в лицо.        — На сексуальных утехах не женятся сразу же после знакомства! Должно быть, Вы совершенно исключительны! — Заметил Азирафаэль, отпивая чай, и глядя проницательно Лаффу в глаза.        — Думаю, Вы самый опытный среди ангелов, раз столько жили на Земле среди людей. Вы так разбираетесь в любовных отношениях? — удивился Лафф.        — Лучше других ангелов, однозначно! — пошутил Ази. — Отличный чай!        Лафей улыбнулся. — И явно лучше других ангелов разбираетесь в еде! — Да, не так Лаффи представлял себе разговор с «бывшим» мужа.        — Да, я ревновал Змея к Вам. И сейчас немного ревную. Я совсем не против вашего общения и дружбы, но Вы ведь не понимаете, что Кроули теперь несет для Вас опасность? — спрашивает Лафф ангела, начиная есть пирожное, которые им подали. — Вы недостаточно опытны в некоторых вопросах сексуального поведения, и не понимаете, что Змей раньше сдерживал свои желания, а теперь не сдерживает? И стоит нам прекратить отношения или расстаться, как эта воистину демоническая волна похоти древнего искусителя, благодаря которой я, инкуб, совершенно потерял голову, обрушится на Вас!       Азирафаэль улыбается, и мелкие морщинки лучиками бегут от ярких глаз. — Я не боюсь искушений, они на меня не действуют, дорогой. А физически он со мной не справится, даже если потеряет самообладание. Не переживай - ни за меня, ни за него. Но я буду предупрежден, а значит, вооружен! Я бы хотел, чтобы Вы с ним не расставались и не ссорились, все же. Так что, если Вам нужна будет помощь, чтобы Вас помирить — я с радостью окажу ее!        Внезапно свет в баре мигнул и пропал. Лафей тут же наколдовал свет и крикнул охранникам, чтобы разворачивали охранную сеть. Пока Азирафаэль хлопал глазами, Лафф превратил свою трость в копье, проверил систему защитных артефактов бара, и активировал ловушку на улице. По стенам бара прошла дрожь.       Лафею было предчувствие этим утром, и оно не обмануло, тем более, что тот маг, кто подвозил Зиру - сказал, что за ними следили. Из стен бара вышли спрятанные там големы-охранники, а дверь заблокировалась. Лафф порадовался, что нападение случилось тогда, когда минимальное количество персонала было в баре.        — Что там, на улице? - спросил Лафф у наблюдающего за периметром охранника.        — Пока ничего, — ответил тот.        — Что происходит? Нападение? Кто напал? — спрашивает Азирафаэль наконец.        — Ты мне скажи! Это ведь за тобой следили! Ты ничего не чувствуешь? — Лафф знает, что охрана бара предполагает защиту самого высшего уровня. Только вопрос — не устроили ли нападение те силы, с которыми справиться невозможно в принципе.       Одно не нравится Лафею — он не чувствует враждебную демоническую ауру. И еще назревает вопрос — если эвакуировать всех присутствующих — то куда? Прямой проход в ад не предназначен ни для людей, ни для ангелов. Лаффи созывает весь персонал, активирует нарисованный на полу огромный рунический круг. Велит всем встать туда.        — У нас мало времени. Пусть люди отправляются порталом. Я уверен - те, кто пришел, не будут им препятствовать. А мы уйдем другим путем. - Активированный портал вспыхивает, забирая с собой персонал. Стены бара уже дрожат, рушится мебель, бьется посуда, багровое свечение ползет из двери, ведущей в подсобное помещение — где находится вход на первый круг Ада. Портал туда закрывается, вспыхивая. Входная дверь светится, раскаляясь. Пахнет паленым и дымом. Лафей хватает мешочек с порошком, зажигает камин одним щелчком, кидает мешочек в камин — пламя вспыхивает зеленым столбом.        — Прыгаем в пламя! — кричит Лафф ангелу. — Ноктюрн аллея! — толкая в пламя ангела, прыгает следом. Сзади активируется атерфакт, лопающий бутыль с Египетской Тьмой — упокаивающей любые разумные создания и нечисть живой тьмой. Что бы ни рвалось в бар, в ближайшие сутки оно найдет там свой конец. Трость Лафф захватил с собой.       Вывалились они, что радует, вместе. Ангел вылетел пулей из камина в темном маленьком магазинчике, откашливаясь от сажи. Следом за ним более элегантно вышел Лафф. Лафей сразу бросил на камин заклинание, закрывающее его.        — Немедленно уходим! — Бросил он. Из подсобки в магазин вышел немолодой скрюченный волшебник, и увидев, какие у него сегодня гости, склонился до земли.        — Закрывай магазин и быстро прячься, Горбин! — того не надо было долго упрашивать, он тут же аппарировал. Лафф схватил Зиру за руку и вытащил на улицу, спеша к Диагон-аллее, благо одеты они были как раз так, как полагается волшебникам. На себя и ангела он кинул защитку на ауры, чтоб встречные волшебники не смогли увидеть, каких гостей им принесло.        — Ты понял, кто напал на бар? Это были ангелы! Причем, скорее всего, из высших. Кому ты так на хвост наступил? — спросил Лафф Азирафаэля. — Не возвращайся к себе пока. Тебя наверняка будут ждать там.       Лафф ведет ангела к одному из огромных общественных каминов.        — Где мы? — спрашивает его Азирафаэль. — И как мы вообще сюда попали?        — Как, ты живешь в Лондоне и вообще ничего не знаешь? Это волшебники. Их пространственный анклав, в который можно попасть с помощью летучего пороха и каминной сети. На самом деле, это демонический вид связи, просто мы уже давно им не пользуемся. Самое главное — ангелы его отследить не смогут.        — Это все в Лондоне находится? — ангел осматривается с удивлением.        — И да, и нет. - Беря горсть порошка, Лафф кидает его в ставшее зеленым пламя.        — «Снейк-хаус» — говорит он, и пламя уносит их обоих в квартиру Кроули.       Когда Лафф стал жить со Змеем, он упросил его подключить его огромный камин к каминной сети. Теперь им это пригодилось. Оказавшись в стильной зале, Лафф сразу же звонит Змею по наконец-то заработавшему телефону.       Ангел оглядывается — Это квартира Кроули? Никогда здесь не был.        — Да, дорогой. Волновался? Живы. Оба. Как кто? Это не на меня напали, а на Азирафаэля. Мы там, где самые запуганные в мире растения. Да, жду. Сообщи, не помешает. Я тебя тоже. Нуу… ладно!        — Змей сейчас будет. — ответил он на вопрос в глазах ангела. — И да, он уже сообщил Вельзевул. Наше начальство посылают ноту протеста твоему начальству.        — А по нашему следу они не выйдут… ну, в этот волшебный мир? Я боюсь, что те кто нас преследовал сейчас устроят там среди волшебников что-то… Там ведь столько людей, дети! — У Азирафаэля дрожит голос.        — Не бойся, они на это не пойдут. Вдобавок, на мне артефакты, которые преследователей будут путать.       Под окном раздается визг тормозов, затем в квартиру практически врывается Кроули. Весь взъерошенный, белки глаз исчезли, на лице проступили чешуйки. Он шипит, почти перейдя на змеиную речь…        - Ч-ш-ш-ш-ерт, э-т-т-ти перна-ш-ш-тые т-ш-ш-вари о-т-т-шветят мне… - Хватает в охапку Лаффа, говорит ему — Я знаечшььь, сшшшто подумал, когда-сшшь увидел Тьшшму Египетсссскую над нассшей квартссирой? — Обнимает его, в глазах стоят слезы. Видит Азирафаля, немного приходит в себя.        — Ангел, ссс.. это твое начальсссство до сссих пор не может уссспокоитьссся?        — Что говорит Князь? — спрашивает Лафф.        — Вельзевул пообещал спустить пару особо буйных с цепи, отпустив их в мир людей, если такое повторится. Это надо же, один из входов в Ад умудрились вскрыть!!!        — Имя нападавшего удалось установить?        — Из Верхнего Офиса обещали расследовать это дело. Но мы сами расследуем.        — Они действовали с помощью огня. Не так много ангелов, которым подвластен огонь такой силы… Они расплавили стальную дверь.        Азирафаэль всхлипнул. Оба демона к нему повернулись.        — Азирафаэль! — начал Лафей — ты узнал нападавшего?        — К сожалению! Я такое уже видел. Огненный дождь, море из селитры… Содом и Гоморра… Сандальфон!!!        — Он не смог бы перекрыть выход в ад один. Ему помогал кто-то из начальства!        — Сандальфон никогда бы не стал действовать без санкции. Ему приказали… Это операция наверняка санкционирована на свой страх и риск кем то из архангелов. Но вряд ли о ней знает Метатрон.        Азирафаэль лишь молчит в ответ на такие рассуждения демонов. Он уже не в силах бороться против своих собратьев и начальства. Мысль о том, что его опять хотели сжечь, ранит его хуже меча.        — Сейчас тебе не стоит беспокоиться за свою безопасность — говорит ему Лафей, понимая его состояние. — Ближайшее время им будет не до попыток с тобой расквитаться. Отдохни! Эта квартира хорошо защищена. Кроули — официальный представитель Ада на земле, а этот дом оформлен как его резиденция. Попытка на нее напасть повлечет разрыв договора между Адом и Раем. Кстати, а не этого ли они добиваются? Таак, мне надо срочно поговорить с Князем! — убегает разговаривать по телефону.       Кроули делает ангелу чай, а себе — кофе. Достает из холодильника кусок торта. Благодаря Лафею — сладкоежке в его холодильнике поселилась наконец-то еда, а кухня перестала пустовать. Вошедший на кухню Лафф улыбается победно.        — Первое — мои все целы. Им удалось уйти порталом. Второе — мне будут компенсированы расходы и выплачена моральная компенсация. И-и-и-и третье — они обещали отстать от Азирафаля! Но, дорогой, тут два варианта — либо у тебя должен появиться покровитель из Наших. Кроули, кстати, вполне на эту роль подходит. Либо ты займешь положение, которое получают человеческие маги и не-человеческие магические расы. Они подчиняются не Аду или Верхним, у них свое начальство. Об этом могу договориться я. И ты, кстати, будешь не первый ангел, свободно живущий на Земле и не подчиняющийся Верхнему офису.       Попивая кофе и наслаждаясь тортиком, Лафф уговаривает Азирафаэля остаться пока в квартире в Мейфэре.        — Утро вечера мудреннее! — говорит он. — Завтра все станет более ясно. Кстати, в твой магазин послали охрану. С ним ничего не случится!       Кроули задает вопрос, который давно его интересует:        — Азирафаэль, а что ты делал в баре Лафея? Вы разве знакомы? — подозрительно щурится. Зира хлопает глазами, старательно делая вид, но уже ясно, что врать он не умеет:        — Ну, вот. как раз давно хотел познакомиться… Мы… случайно столкнулись.        — Я забирал твое пьяное змеиное тело у него из магазина — тогда, когда мы поссорились, перед линькой. — Прекратил комедию Лафф.        — А о чем вы сегодня разговаривали? — Спросил Кроули, которого так просто не собъёшь с толку.        — О тебе! — хором сказали двое блондинов, хлопая одинаковыми глазами.        — Я хотел узнать о твоей жизни, ведь Азирафаэль знает о тебе больше всех! Он очень мил, что пошел навстречу.        — А я много слышал о Лафее, и узнав о вашем браке, решил что нам обязательно нужно познакомиться! — ничтоже сумняшися, соврал Зира, не двинув бровью. Кроули сделал вид, что поверил.        — «Раньше мне пудрил мозги один блондин, теперь они делают это вдвоем!» — смирившись, думает Кроули. Страх потерять любимого так в нем был еще силен, что он простил обоих хитрецов.       На следующий день они, отправив Азирафаэля в его книжный бар, в котором лично Лафф выставил охранные системы, наведались в остатки бара. Квартира почти не пострадала — только "накрылись" все охранные системы и тайники, да засохли цветы. А вот бар не сгорел только потому, что Египетская Тьма не дает разрастаться огню. Но его придется полностью восстанавливать. Лафей даже в лице переменился, когда понял, что дело его жизни разорено. Они вернулись в квартиру Кроули, и тут Змею пришла в голову блестящая идея. Глядя на погрустневшее лицо мужа, он решает, как спасти вечер.        — Дорогой! — спрашивает он мрачного Лаффа — Ты хочешь почувствовать ветер в волосах и ощущение полета? — Лаффи оторвался от собственных ногтей и посмотрел на Змея.        — Дорогой, я не уверен, что хочу сейчас летать.        — Нет, милый, ты не понял! Я предлагаю тебе прогулку на стальном коне. Ты любишь ездить на байке? Машина — это не совсем то. Давай, одевайся — я отвезу тебя в удивительное место.       Сам Змей нарядился в байкерский костюм. Кожаная куртка-косуха с нашивкой на спине «Хелл снейк» с изображением змеи, кожаные штаны со шнуровкой, сапоги-казаки из змеиной кожи. Глухие очки — «консервы» и пилотский шлем с изображением атакующей кобры довершали образ адского гонщика. На лицо Змей собрался надеть маску со светящимся змеиным оскалом — защиту лица байкера. Лафей ушел переодеваться и вышел к нему переодетый в байкерскую гоночную «сбрую» из пластика (откуда достал?) и сапоги-чопперы. Змей вручил ему глухой современный шлем черного цвета.       Лаффи спросил: Что это на тебе за раритет? — Так, подарок старых друзей, — отвечает Змей. Они выходят из своего дома — во дворе уже стоит гигантский мотоцикл Харлей-Дэвидсон, во всей красоте хромированного железа. Его сюда доставили по звонку Кроули. Бампер украшен затейливой аэрографией с змеиным сюжетом. Змей прыгает в седло:        — Давай-ка сюда, мой нажопничек! — Лаффи надевает шлем, садится на сидение сзади, обнимает Кроули. Тот убирает подножку, ударяет по газам, и только ветер пытается играть с поднятой ими пылью.       Змей был рад, что Лафей согласился прокатиться с ним. Раньше он гонял в одиночестве, а после появления в его жизни инкуба он и вовсе забросил это занятие. Демон любил скорость и адреналин, который играл в его крови во время скоростных поездок по дорогам Лондона и за ним. Ничто и никогда — так — не помогало искусителю очистить свои мысли и успокоиться, как поездки на байке. Он очень надеялся, что и мужу эта поездка пойдет на пользу и хоть как-то поможет.       Немного погоняв по дорогам уже засыпающего Лондона, демон направился к его черте, а затем и вовсе уехал в сторону полей, направляясь к своему любимому, секретному месту, о котором знал лишь только он один. Он всегда хотел иметь такое место, и спустя достаточно большое количество времени он все же смог его найти.       Лафей прижимается к телу мужа, и чувствует, как мощный мотор вибрирует, отдаваясь во всем теле. Рев двигателя и шелест скатов шин, свист ветра — все это сливается в одну музыку дороги. Редкие пешеходы, одинокие полицейские, собаки да мигающие желтым светофоры — вот и все, что им встречается. Иногда мимо проносятся такие же, как они, властелины дороги — и тогда они мигают друг другу фарами. Иногда получают приветствие в виде вскинутых рук, или даже восторженный свист в спину.       Вот — они набрали скорость и выехали на скоростную трассу. Лафей ощутимо чувствует, как воздух подушкой ударяет в грудь и голову, он пригибается, прижимается к мужу. Без шлема здесь было бы трудно дышать, говорить уже невозможно. Огни сплошной полосой сливаются друг с другом. Тонированное стекло шлема помогает справиться с бликами. Хотя на улице безлунная ночь — но все же трасса освещена, как днем.       Лафей наслаждается ощущением свободы и полета, а также толикой адреналина, который заставляет кровь бежать чуть быстрее. Он чувствует напрягшееся тело Змея — как у кобры перед броском, его горячие, даже под косухой, плечи, его мощное сердцебиение, его усилившийся мускусный запах — и возбуждается. Он сильней обнимает мужа, одной рукой гладя его по обтянутому кожей паху. Змей чувствует это, что-то одобрительно мычит. Лафей понимает, что муж и сам скоро будет готов, так сказать, к труду и обороне..... И вот, они наконец-то покинули асфальтовые дороги, снизив скорость и перейдя на грунтовку. Воздух становится чище, света — меньше. Лафей с удовольствием глубоко вдыхает свежий воздух с запахом цветов, трав и земли.       Змею всё больше и больше нравилась эта идея с поездкой на байке, ему безумно нравилось чувствовать, как к его телу доверчиво прижимается любимый. Почувствовав, как инкуб прижимается к его спине ещё плотнее, искуситель удивлённо отметил, что в него явно что-то упирается, а почувствовав руки на своём паху, демон сделал лёгкий вывод, что именно это было. Довольно и одобрительно замычав, Змей где-то внутри, где возможно должна быть душа, радовался тому, что мужу явно нравилась эта поездка, и он избавился от тех, угнетающих его, мыслей.       Наконец-то доехав до заветного места, демон заглушил мотор и слез с байка, помогая и Лафею. Они остановились у самого последнего поля, которое было уже довольно сильно заброшено. Взяв мужа за руку, искуситель без каких либо объяснений направился вперёд. Пройдя немного, демон остановился перед лежащим на траве одеялом. Отпустив руку, он, развернувшись, плюхнулся на него спиной.        — Когда-то я приехал сюда, а оно уже лежало тут… Это было достаточно странно, но я решил сделать это своим местом. Я люблю здесь смотреть на звезды, они невероятно яркие! — прошептал демон с улыбкой, смотря в небо, на мерцание звёзд. Переведя взгляд на Лаффа, Змий приглашающе похлопал рядом с собой.       Лаффи с удовольствием размял ноги. С некоторым удивлением посмотрев на пледик, он все же привалился к мужниному плечу. Было приятно наконец-то снять шлем и подставить лицо легкому ветерку. Звезды в небе были огромными.       В Лондоне таких прекрасных звёзд, конечно, было не увидеть. Пара лежала в объятиях друг друга, наслаждаясь любовью и звёздами. Разгоряченным после поездки телам, однако, одних звёзд не хватало. Так что, далёкие одинокие светила вряд ли видели, на что падает их свет, и никак не могли покраснеть. А краснеть там было от чего! И только примятые полевые травы могли поведать о том, что здесь происходило, какие признания и слова звучали, какая Музыка стонов раздавалась. Этой ночью возлюбленные до утра не возвращались домой. У старого одеялка был секрет. К нему никогда не подходили посторонние. Тех, кто на нем сидел, как-бы никто не видел.