Памяти моей исток

На 26 этаже стеклянной башни находилась всего одна дверь. Она привела меня в просторное помещение. Там я увидела огромный овальный стол с нескольким десятком деревянных стульев, шкафы, заставленные книгами. На стене висел огромный телевизор, по которому транслировались какие-то пейзажи. Пол был украшен роскошным бархатистым ковром. Впереди, ближе к панорамному окну, за которым виднелось сумеречное небо, я увидела фигуру Дэниела Уокера. Он стоял ко мне спиной и смотрел куда-то вниз, где вдалеке, у подножия башни кипела жизнь. — Здравствуйте. — Осторожно сказала я, делая неуверенный шаг вперед. Дверь за моей спиной плавно закрылась. — Мисс Марш…Вы уже пришли. — Мягкий голос прозвучал так близко. Теперь он казался мне более глубоким, чем по телефону. Фигура у окна не шевельнулась. — Пожалуйста, подойдите ко мне. — Попросил мистер Уокер. Я, тихо ступая по мягкому ковру, подошла ближе и остановилась рядом со своим собеседником, осторожно изучая его взглядом. Дэниел Уокер не был ни молод, ни стар. На первый взгляд ему было около 35 лет, но взгляд его был живым, как у подростка, и темные зрачки слегка блестели в полумраке. Черные, как вороново крыло, волосы были аккуратно зачесаны назад. Его внешность была слишком идеальной, а возраст выдавали, разве что, пара морщин рядом со слегка прищуренными глазами. Он был одет в черный костюм, и единственным маячком выделялась в образе его белая рубашка, которая, в слабом неестественном свете, исходившем из небольших лампочек в потолке, казалась светящейся изнутри. Его вид вызвал во мне странное тянущее чувство беспокойства. Такое бывает, когда заранее знаешь, что случится что-то плохое, когда стоишь на краю пропасти или на перилах высокого моста. — Прошу простить мне эту задержку. Я никак не мог приехать сюда раньше. — Заговорил мистер Уокер. Его черные глаза, казалось, видели меня насквозь. — Эм…все в порядке. — Я немного растерялась от странного ощущения внутри, и атмосфера вокруг определенно давила на меня. Мне захотелось как можно быстрее спуститься вниз и попросить Марка отвезти меня в отель. Мысли о блестящей карьере тут же показались пустыми и ненужными. — Я вижу. — Мистер Уокер слегка улыбнулся. — Вы хотели поговорить о статье? — Напомнила я, в надежде, что получится сократить наше общение до минимума. — Статье… — Задумчиво повторил мой собеседник. — Ах, да. Я бы хотел, чтобы Вы, мисс Марш, описали мне кое-что. — И что же? — Поинтересовалась я, чувствуя, что наш разговор все меньше и меньше доставляет мне удовольствия, а беспокойство внутри усиливается. — Дело в том, что я занимаюсь исследованиями. Я изучаю людей. Мне интересно, что они чувствуют, видят, как переживают определенные моменты… Вы писатель, мисс Марш, Вы хорошо описываете эмоции и чувства. Сможете рассказать о Ваших? — Он повернулся ко мне, и я на мгновение почувствовала такой жуткий страх внутри, что едва сдержалась и не отпрянула. В голове просто не было мыслей. Вы попытки заставить себя общаться с ним будничном режиме погибали на корню. — О моих…я не понимаю… — Я отступила на полшага. — О Ваших чувствах, мисс Марш. Что Вами овладевает сейчас? — Он говорил, улыбаясь, а я смотрела на него широко распахнутыми глазами и не понимала, что со мной происходит. — Простите…— Выдавила я из себя. — Вы знаете…мне немного нездоровится. Я думаю, что мне лучше сейчас уйти. — Я сделала еще шаг назад, но мой собеседник так же плавно последовал за мной. — Что же Вы, мисс Марш… — Почти шепотом произнес он. — Испугались? Как Вы там писали: «Она увидела кровь на его блестящих доспехах… О, любовь моя, что же ты наделал?»… Это были строки из моего рассказа. Я нервно сглотнула, не зная, что и сказать. Этот тип определенно маньяк. И мне нужно срочно уходить. — Вы в самом деле думали, что все было именно так? — Спросил Уокер. Я не могла пошевелиться. — С чего Вы взяли, что Ваш герой совершил убийство из-за любви? Не был ли Вам известен факт, что тот, кого в этих краях называли Дракулой, был правителем и мог себе позволить убивать хоть каждый день? Ах, это все массовая культура. — Он усмехнулся и, наблюдая, как я в панике пытаюсь сделать хоть одно движение, продолжил: — Когда я читаю подобные вещи, меня всегда клонит в сон. Вы, люди, так подвластны чувствам и эмоциям, что пытаетесь наделить ими всех вокруг. Кстати говоря, рассказ Ваш — дешевая фальшь. Да и рыцарем я никогда не был. Я почувствовала, что ко мне вернулось сознание, и резко отпрянула, держа руки перед собой. Я заметила, что по лицу моему текут слезы от страха. — Боже мой… — Прошептала я, чувствуя, как сердце ледяными цепями сковывает ужас. Тот, кто говорил со мной, не был человеком. Этот факт не вызывал сомнений. — Прошу, мисс Марш, не нужно меня так называть. — Улыбаясь ответил мой собеседник. — Последние лет 10 я Дэниел Уокер, а перед этим…хм…похоже, я забыл, как меня звали раньше, что ж, это не большая утрата. Как видите, мне пришлось подстраиваться под эту реальность. Люди стали наблюдательны, умны. Они научились анализировать, замечать и сопоставлять факты. Они не падают на колени, увидев нечто необычное, а пытаются исследовать, изучить. Так же, как и Вы, дорогая. О нет, не бойтесь меня так, мисс Марш. Я понимала, что не имею никаких сил чтобы убежать. Внутри все колотилось от ужаса, в горле пересохло. Я едва стояла на ногах, глотая воздух приоткрытым ртом, как рыба. Он подошел ко мне и положил правую руку на мое плечо. В тот же миг я погрузилась в вязкое облако невидимого тумана, как будто провалилась под воду. Мысли и чувства стали размытыми, и панический ужас стал отступать. Мои внутренний голос, появившись, наконец-то кричал «Что происходит?», в голове творился полный бардак, но страх проходил, будто мне вкололи сильнейший транквилизатор, который подействовал за долю секунды. Поддаваясь его рукам, я опустилась на один из стульев, и он сел рядом со мной, так что наши колени чуть соприкасались. — Вы кто? — Произнесла я хрипло, обретая дар речи. — О, у Вас до сих пор есть сомнения в том, кто я? — На его лице играла улыбка, обнажающая белоснежные зубы, часть из которых были неестественно заостренными. — Я не верю в вампиров. — Сказала я, но мой голос звучал предательски неуверенно. — Так я могу тебе доказать… — Он положил руку мне на колено и перед глазами замелькали цветные пятна. Все слилось в единый пестрый вихрь, и я почувствовала, как вокруг становится ярче. Пятна растворялись, открывая передо мной странную картину. Я видела помещение с высокими каменными сводами, в настенных канделябрах, потрескивая, горели свечи. Исчез стол и стулья, я полулежала на мягкой постели, руками чувствуя холод шелкового покрывала. Надо мной склонилось его лицо, на этот раз я смотрела в глаза ему без тени страха. Он наклонился ближе, касаясь губами моих губ и я, поддаваясь возникшему где-то внутри непреодолимому желанию, слегка приоткрыла рот и подалась к нему. Его поцелуй обжег мои губы, растворяясь где-то внутри сладким теплом. Я слышала свое частое дыхание несколько секунд, пока цветное марево снова не заволокло все вокруг. Резко вдохнув, я пришла в себя, обнаружив, что нахожусь все в том же кабинете. Мистер Уокер, или, может, граф Дракула, сидит на полу, а я лежу у него на коленях, поддерживаемая сильными руками. — Ты все еще мне не веришь? — Спросил он тихим голосом, звучащим у меня в голове. Я хотела испугаться, но что-то внутри не давало мне этого сделать. — Я Вам верю. — Произнесла я. — Но это невозможно. — Триста лет назад я считал невозможным что люди научатся делать автомобили. А пару дней назад я ездил на электрокаре. — Граф снова улыбнулся, и я увидела, что его губы слегка окрашены кровью. Слабеющей рукой я прикоснулась к своим губам и почувствовала во рту соленый металлический вкус. Следом появилась несильная, но тянущая боль и я провела языком по неглубокой царапине на нижней губе. — Зачем Вы это делаете? — Спросила я. — Меня привлекают молодость и дерзость. Я наблюдал за тобой долгое время, еще до того, как ты приехала сюда. Мои глаза и уши повсюду, мои ищейки заполонили весь мир. Карен, ты такая смелая и романтичная. Ты сочиняешь истории, живешь в своем маленьком мире, не пуская никого не порог. Тебя не привлекают люди твоего возраста, твой первый парень был старше почти на 10 лет, а потом ты что-то увидела в Марке, будто разгадала его тайну. — Марк… — Я вспомнила о нем и ужаснулась мысли о том, что несколько секунд назад забыла о его существовании. — Да, Марк. Твой водитель. — Продолжил граф. — Это я приказал ему встретить тебя на трасе, это я помог исправить его прокол с твоим отелем. Он привез тебя сюда, потому что я ему так сказал. — Он вампир? — Спросила я, вспоминая тот мимолетный поцелуй в парке. — Нет. — Дракула отпустил меня, оставляя лежать на ковре и поднялся, уходя к окну. Я села, инстинктивно продолжая трогать рукой рану на губе. Граф что-то взял со стола и вернулся ко мне. Он опустился рядом, протягивая мне планшет. Я взяла его в руки и увидела на экране несколько фото. — Он не вампир. — Продолжил Граф. — Я нашел его 7 лет назад, это было здесь, недалеко от города. Я прикоснулась пальцем до одного из фото, увеличивая его, и увидела мятый автомобиль с заломанным капотом и разбитым лобовым стеклом. На асфальте виднелись черные пятна от вытекшего масла. Я смахнула пальцем по экрану. Следующее фото было сделано со стороны водительской двери. Она была смята почти полностью. На сиденье я увидела Марка, он лежал головой на руле, лицо его было окровавлено. — Марк разбился на машине летом 2012 года. Это произошло на безлюдном участке трасы, помощь приехала слишком поздно. Он оказался в реанимации и был на грани жизни и смерти. Шансов выжить было крайне мало. Я предложил ему сотрудничество. Жизнь в обмен на работу на меня. — Но он мертв? — Спросила я, сама не понимая зачем. — Относительно тебя, да. Он мертв. Если это то, что ты хотела услышать. Его жизнь закончилась в тот день в больнице, и началась другая, та, что дал ему я. — Ответил граф. — Я догадывалась… — Прошептала я отрешенно. — Его одежда… — Многие люди после жизни теряют свою личность. Они становятся воспоминаниями о самих себе. Это истоки памяти. Такие, как Марк могут ходить, разговаривать, есть и спать, но у них уже нет личности. Они как призраки во плоти: ни чувств, ни эмоций, ни мыслей. — Но Марк… он хотел мне сказать… — О чем? — Граф взглянул мне в глаза заинтересованно. — Я не знаю. Перед тем, как я приехала сюда. Он пытался что-то сказать мне. О себе или, может, о Вас. — Повторила я. — Этого быть не может. — Отрезал Дракула. — Марк нежить. Он не человек и не мог ничего решить сам. Теперь я понимаю… Я ждал заката и почувствовал, что с ним что-то происходит. Я попросил его привезти тебя как можно быстрее. — В тот момент Вы позвонили. — Вспомнила я. — Этот случай открывает новые возможности для моих экспериментов. — Улыбнулся граф. — Я должен тебя благодарить. — Вы ставите эксперименты над людьми? — Спросила я слабым голосом. — Это что-то вроде альтернативного способа найма персонала. Люди у меня долго не задерживаются. — Улыбнулся граф. — Это тоже самое что нанять секретарем бокал вина. — И со мной будет тоже самое… — Произнесла я печально. — О нет, девочка, тебе я приготовил несколько другую участь. В конце концов, я еле заставил тебя поверить в собственное существование. Было бы глупо просто так тебя убить. — И все же… — Я попыталась подняться на ноги и нерешительно встала, держась рукой за спинку стула. — Я же сказал, что ты нужна мне для исследований. Я хочу, чтобы ты рассказывала мне все, что видишь и чувствуешь. Ты писатель, у тебя не должно быть проблем с тем, как выразить эмоции словами. Я хочу знать, что ты будешь чувствовать, когда я пью твою кровь. Последняя фраза прозвучала так страшно, но вместо ужаса, я почувствовала, как по щекам снова катятся слезы. — Конечно, у нас не будет много времени. Думаю, меня хватит на пару, может, тройку раз… — Пожалуйста…нет…— Я отступила, по-прежнему держась за стул. Граф поднялся и поравнялся со мной. — Ну же, Карен, не бойся, я еще ничего тебе не сделал. — Прошептал он, наклоняясь ко мне ближе. — Я не хочу умирать. — Глотая слезы, прошептала я. — Все умирают. Рано или поздно. — Тихо сказал он. — Разве что, кроме меня. У нас в распоряжении еще целая ночь, идем. Он поднял меня на руки и направился в сторону двери, как вдруг она резко распахнулась. Я увидела Марка. Он направлял на графа пистолет. — Оставьте ее немедленно! — Прокричал он. В ответ Дракула засмеялся. — Как интересно. Мне еще никогда не угрожали результаты моих же экспериментов. — Заметил он, опуская меня на стол. — Карен! Карен, беги! — Марк хотел подойти ко мне, но граф преградил ему путь. Я не могла подняться и сил закричать тоже не было. — Не мешай мне, ребенок. — Сказал граф. — Или ту жизнь, что я тебе щедро дал, я отниму. — Отпустите Карен! — Повторил Марк. — Зачем? Зачем она тебе, ведь она уже все знает. Я рассказал ей о том, что с тобой случилось. Ты не человек, и никогда им не будешь. Хотя меня удивляет тот факт, что ты можешь чувствовать что-то. — Говорил Дракула. — Отпустите ее или я выстрелю! — Крикнул Марк. — Стреляй. — Тихо парировал граф. — И я убью ее быстрее. Назойливое воспоминание. Я даю тебе три секунды, чтобы убраться на свое место и ждать меня в машине. — Вы демон! Это Вы ничего не чувствуете! Поэтому цепляетесь за тех, кто может это делать! Да, Вы спасли меня, но я не мертв. Идите в ад! — Я услышала оглушающий хлопок выстрела. Собрав остатки сил, я повернулась на столе и увидела, как граф отступил на несколько шагов, держась рукой за плечо. Марк нажал на спусковой крючок снова, но вместо выстрела я услышала только щелчок. — Карен, прости! — Сказал он, обращаясь ко мне. — Я не мог тебе сказать. Пожалуйста, прости меня… — Довольно. — Резко перебил его Дракула. — Будем считать тебя незначительной ошибкой. Он достал из кармана пиджака блестящий стилет и, подойдя к Марку, схватил его одной рукой за воротник, втыкая кинжал ему в грудь. Белая рубашка в мгновение окрасилась кровавыми пятном. — Карен… — Прошептал Марк, теряя равновесие и падая на пол. Я молча смотрела за тем, как Дракула достает из его тела лезвие, брезгливо вытирая кровавые пятна о рубашку Марка. — Его кровь так же отвратительна, как и характер. — Говорит он, обращаясь ко мне. — Другое дело, твоя. Ты как глоток свежего воздуха в знойный день. Ах нет, не печалься о нем. Он, наконец, обрел финальную смерть. Его жизнь была пустой и бессмысленной, а конец весьма бесславным. В последние десятилетия люди измельчали. Даже слуги из них получаются плохие. Я беззвучно плакала, понимая, что мои дни сочтены. — Мы отвлеклись. — Граф снова вернулся ко мне и, взяв на руки, куда-то понес.