Памяти моей исток

Я проснулась от боли. Некоторое время, пока я лежала в полудреме, резкие приступы рождались где-то в глубине моего тела и заставляли с каждой минутой все отчетливее осознавать, что я возвращаюсь к реальности. Едва разлепив глаза, я увидела перед собой темноту. В слабом свете, льющемся из служившего в этом доме окном экрана виднелись очертания мебели. Я с трудом сглотнула сухой ком, застрявший в горле и попыталась подняться. В комнате никого не было, звенела тишина. Мое сердце билось часто, гулким стуком отдаваясь где-то в области висков. В мыслях пронеслись события, предшествующие моему сну, и я, окончательно осознав происходящее, медленно поднялась, чувствуя босыми ногами холодный паркет пола. Нащупав в темноте свои вещи, я оделась и, поискав в кармане телефон, убедилась, что его там нет. Нужно было действовать, как бы сильно этому желанию не мешали боль, слабость и навязчивая идея забиться в угол и зарыдать. Приоткрыв дверь, я вышла из комнаты в небольшой коридор, слабо освещенный очередным экраном, транслирующим космические просторы, и увидела сбоку лестницу на первый этаж. Внизу была такая же полутьма и пустота. Я была в доме одна, и этот факт меня немного успокоил. Нужно было выбираться отсюда. Добравшись до входной двери, я убедилась, что она заперта. Слева мигал датчик электронной сигнализации с маленьким табло для ввода цифрового кода. Ориентируясь в темноте, я зашла в комнату, дверь в которую находилась позади меня. Там стоял массивный дубовый стол, на стене висела ЖК-панель больших размеров. В углах стояли деревянные стулья с резными спинками, тяжелый шкаф со стеклянными дверцами. На столе лежал пульт. Я нажала на кнопку и панель засветилась, отобразив рабочий стол со стандартными ярлыками iMac. Сомневаюсь, что смогу найти здесь код от сигнализации. Я попробовала из любопытства подключиться к программе Smart Home, но она запросила пароль, и попытка оказалась безуспешной. В одном из ящиков стола мне попалась черная папка с документами. Я поднесла ее ближе к экрану, чтобы рассмотреть бумаги. Это были паспорта, водительские права разных стран. Вот, английский паспорт на имя Лиама Макларена, права, стянутые тонкой резинкой банковские карты. Еще паспорт: Филип О’Флаэрти, водительское удостоверение действительное до 2010 года… Еще и еще — десятки паспортов разных стран. Фотографии владельцев на всех документах были подозрительно похожи на моего похитителя. В ящике нашлись также документы о создании трастовых фондов, какие-то счета, свидетельства собственности. На многих из них, относящихся к последним годам, стояли инициалы и подпись Дэниела Уокера, на других, более ранних значилось имя Антонио Энцо и некоторые из тех, что встречались мне в папке с документами. Не оставалось сомнений в том, что похитившее меня существо отлично приспособилось к современной жизни. Оставался только один вопрос: как мне сбежать от него? Я подошла к окну и попробовала отодвинуть загораживающий его экран: ничего не вышло, он был надежно закреплен и у меня не хватило бы сил его снять. Это тюрьма. Мой внутренний страх по-прежнему не беспокоил, я все еще находилась под действием странного чувства, не дающего панике охватить мой разум. С одной стороны, это было даже хорошо, так как позволяло мне рассуждать относительно трезво, не поддаваясь истерике. Я вернулась к двери, обнаружив, что она открывается изнутри при помощи карточки. Вероятно, я была далеко не первой заложницей здесь, и мой похититель не беспокоился о том, что его жертва выберется на свободу. Казалось бы, от побега меня отделяла такая мелочь: всего лишь открыть окно или дверь и со всех ног нестись к дороге, ловить первое попавшееся авто, потом в отель, забрать вещи и первым рейсом навсегда покинуть эту страну и этот кошмар. Но кажущаяся простота была своеобразной издевкой, намеком на то, что в современном мире не нужны подвалы и клетки с железными засовами. Лишить свободы можно и красиво, в фешенебельной камере в два этажа, с роскошной мебелью, обставленной по последнему слову техники. Я опустилась на пол прямо там, в коридоре, закрыв руками лицо. Сбежать не удастся. Скоро вернется граф, чтобы убить меня, убить… Я вспоминала то, что произошло между нами, и руки начинали холодеть и дрожать. Боже! Он знал все мои мысли, все желания, он казался дьяволом, прекрасным дьяволом, забирающим мою жизнь по крупицам. И что бы я не чувствовала…да, это было прекрасно, от мыслей о пережитых эмоциях до сих пор сбивалось дыхание, но что бы это ни было, оно не из этого мира. Я не могу в нем существовать. Наша невозможная близость для меня смертельна. Я заставляла себя понять это, но что-то внутри как будто противилось. Какая-то часть меня обесценивала эту жизнь, мол, в чем тогда смысл всего, если не в этом? Стоит ли бежать, чего ради? Ведь то, что я видела, чувствовала, было настолько иным, что привычная реальность без этого стала неполной, скомканной и серой. Нет! Я сжала кулаки так сильно, что почувствовала, как ногти впиваются в кожу. Это морок. Чертов морок. Нужно что-то делать… Суматоху в мыслях моих прервали звуки, доносящиеся снаружи. Я слышала какой-то удар, звук автомобиля, столкновение и грохот. Я вздрогнула, прижавшись к стене. Снаружи на мгновение все затихло, и через секунду дверная ручка резко дернулась. — Карен! — Знакомый голос позвал меня с улицы. — Карен, ты там?! — Марк! — Я подбежала к двери. — Пожалуйста, Марк, вытащи меня отсюда! — Да, сейчас. — Отвечал он. — Я попробую взломать замок. Подожди, я подключусь к системе. Я скажу тебе код. — Марк, мне страшно, пожалуйста, помоги!!! — Прокричала я. — Карен, ты видишь там панель? Рядом с дверью? — Да. — Отозвалась я, чувствуя, как задыхаюсь от волнения. — Я пытаюсь подключиться. Еще немного… Так. Я скажу тебе цифры. Это шестизначный код. Введи его на панели. Это выключит сигнализацию. — Ты откроешь дверь?! — Да, но сначала нужно отключить систему. Иначе сработает сигнал тревоги. Мы не успеем убежать… Так…есть код. Два, четыре, шесть, шесть, один, восемь. Дрожащей рукой я набрала цифры на табло и мигающий зеленый огонек потух. На экране высветилось Unlocked. — Готово! — Крикнула я. — Отлично. — Отозвался Марк. — Теперь отойди как можно дальше от двери. Я послушно отбежала к противоположной стене. — Закрой уши руками. — скомандовал Марк. Я села на корточки у стены, закрыв глаза и уши. Секунды тянулись как резиновые. Сердце колотилось в груди, как будто просилось наружу. Через мгновение я услышала взрыв. Меня оттолкнуло к стене, полетели осколки, сломанные доски, поднялась пыль. В ушах зазвенело. Я почувствовала, как Марк прикасается ко мне. — Карен, ты в порядке? Я открыла глаза и увидела его. Марк был одет все так же, как в день нашей встречи, когда он вез меня в Бухарест. Рубашка и черный пиджак были заляпаны кровавыми разводами. В руках он держал ноутбук и какое-то устройство. — Марк! — Я обняла его, и из моих глаз брызнули слезы. — Ты жив! — Идем. — Он помог мне подняться и через искореженную взрывом дверь мы вышли на улицу. Был ранний вечер. Во дворе я увидела БМВ с разбитыми фарами и мятым капотом. Марк сбил на автомобиле железные ворота. Мы забрались в машину и уже через несколько минут мчались по трассе прочь от этого ужасного места. — Как ты выжил? Он…он тебя убил! — Я смотрела на него сквозь слезы. — Как видишь, нет. Он меня ранил. Я потерял сознание и очнулся, услышав голоса. Это были работники здания. Дракула купил там всех. Они должны были отвезти меня и уничтожить тело. Я успел сбежать по пожарной лестнице, потом добрался до машины и поехал сюда. Я ждал, пока он оставит тебя одну. Мне удалось найти оборудование для взлома охранной системы и взрывчатку. Как только он уехал, я подождал четверть часа и остальное ты знаешь. — Голос Марка звучал взволнованно. — Прости меня… — Сказала я. — Я не могла ничего сделать. — Это ты прости. Я должен был предупредить… — Давай уедем. Мне нужно в отель, забрать вещи и потом мы сядем в самолет до Лондона… — Начала я. — От него не уедешь. — Перебил Марк. — Это бесполезно. Он найдет нас. У нас почти нет времени. — Что же делать? В полицию? — Спросила я. — Расскажем им, что я разбился на авто семь лет назад, а тебя хочет убить вампир? — Ответил Марк. — Мы должны встретиться с ним. Только теперь будем играть по нашим правилам. — Его не убить… Ты стрелял в него! — Напомнила я. — Это зависит от обстоятельств. В конце концов, у него, как и у нас, есть тело. И оно не вечно. Я знаю, куда нам ехать. — Куда? — По моим подсчетам, у нас не больше двух-трех часов, пока он не найдет нас. Мы узнаем, как только он вернется домой. — Как узнаем? — Увидишь. — Сказал Марк. — Мы поедем из города на восток. Я смотрел по карте, там есть кладбище. Оно построено на месте, где в XIII веке был монастырь. Та земля…Дракула не сможет вернуться, если он умрет там. —Откуда ты знаешь? — Спросила я. — Он как-то сказал мне сам. Его порок — самоуверенность. Ему скучно, и он развлекается с людьми, рассказывая им то, что они не должны знать. Он говорил о том, что тело бренно, но дух его вечен. Даже, если тело получит смертельную рану, он сможет восстановить ее, только если не находится в освященном месте. Храмы, религия — это мощная энергетика мест, там его способности ограничены. — Рассказал Марк. — Думаешь, у нас получится? — Неуверенно спросила я. — Не знаю. — Вздохнул Марк. — В любом случае, останемся либо мы, либо он.