Звенья

      — С ним всё будет хорошо, — крепко держа Марту за руку, повторила Джена. — Его жизни больше ничего не угрожает. Гор и доктор Адам быстро поставят его на ноги. Дня два или три и он снова будет таскать тебя на руках и защищать от всего на свете.       Криво улыбнувшись, Марта едва заметно кивнула, но слёзы, бесперебойно текущие по щекам, не остановились. Дампир пережила страшное потрясение. Всё у неё внутри превратилось в кашу и разорвалось.       — Ты такая храбрая... — сипло выдавила из себя дампир. Из-за припадка истерики она потеряла голос.       — А кто бросился меня прикрывать? — изогнула бровь Джена. — Все мы сегодня отличились.       — Не то слово, — невольно вспоминая жестокое выражение лица Вивера, согласилась Марта. — Знаешь, если бы всё сложилось по-другому, ты стала бы первоклассным охотником на вампиров...       — Кажется, бабуля очень старательно из меня его делала, — фыркнула Джена. — Но что-то пошло не так. Ты, например. Вечно меня компостировала.       — Эти времена не канули во мрак, — Марта хрипло рассмеялась, а потом закашлялась. — Спасибо, что не даёшь мне повесить нос. Я не знаю, чтобы делала без тебя.       Крепко обняв подругу, Джена прикусила нижнюю губу и болезненно зажмурилась.       «Была бы жива. Осталась бы человеком... Если бы не я, ты бы никогда...» — оборвав свои мысли, Джена незаметно сморгнула навернувшиеся на глаза слёзы. — Ладно. У нас много дел. Справишься с уборкой на кухне? Я помогу Сарде с осколками, а то он ходит, как ёж, и, видимо, не знает об этом.       Робко улыбнувшись, Марта достала из шкафчика под раковиной совок и веник. Работа обещала быть долгой и выматывающей.       «Как раз то, что мне нужно, чтобы свалиться без чувств и без снов. Не переживу, если и во сне увижу, как он умирает...»

***

      — Клыкастый! — выйдя на улицу, окликнула Джена.       Сарда отвлёкся от заколачивания гвоздей и обернулся, изумлённо приподнял брови. Никто из людей его ещё так не называл.       — Ты всех вампиров так травишь? — смешливо прищурился он.       — Хочешь быть исключением? Заслужи, — скрестила руки под грудью заключенная.       Не выдержав и засмеявшись, вампир отложил молоток и подошёл.       — Что-то случилось с Мартой?       — Ничего такого. Просто теперь она не дампир, а ведьма. И летает по дому на венике, творя магию и уничтожая бардак, — рассказала Джена, разводя руками.       «А у неё отличное чувство юмора», — прыснул в кулак вампир. — Тогда, зачем я тебе?       — Бесчувственное полено, — добродушно заулыбалась Джена. — Ты хоть знаешь, что стал домом для фарфора и керамики, — она кивком указала на изрешечённые рубашку и торс.       — Я... — Сарда смутился и потупил взгляд, — как-то не до этого было.       — Ты вампир, тебе не бывает холодно, так что снимай своё дырявое тряпьё.       — Это дискриминация! — вдохновенно возмутился Сарда. — Я чувствую холод не меньше твоего.       — Правда? — прищурилась Джена. — А чего без куртки на улицу вышел?       — Слушай, ты... Ай! — изумлённо уставившись на большой осколок блюдца, который Джена вытащила, вампир замолчал.       — Не будешь дёргаться, и всё закончится быстро, — бросив кусок фарфора в снег, сказала заключённая.       Потрясённо кивнув, вампир снял рубашку. Серая, замаранная кровью ткань плавно опустилась вниз.       «Она... совсем не похожа на Марту, но...» — припомнив храбрость, с которой Джена приставила нож к горлу Вивера, Сарда про себя усмехнулся. — «Гор прав. Если её обратить, она станет настоящим Демоном».

***

      — Готово, — вытащив последний нож из спины Гора, сказал Адам. Протерев руки чистым полотенцем, он пощупал у Рамны пульс. — Какой крепкий. Через часа два или три очнётся. Его регенеративные способности очень высоки. Мне бы такие.       — Это можно организовать, — отозвался Гор, одевая чистую футболку и педантично закатывая рукава.       — Это была шутка, Господин вампир, — хмыкнул Адам, — но я, может, и подумаю над вашим предложением. Но сейчас о другом. Меня волнует Вивер. Его регенерация не сдвигается с мёртвой точки. Это может быть связано с тем, что он стал... Демоном?       — И да. И нет. Он до сих пор не перестроился окончательно. Думаю, именно это он пытался сказать, — помолчав, Гор решил рассказать доктору Адаму всё. — В тюрьме, когда он только узнал про Мортэма, ему пришлось ломать себя и использовать новые способности. Я не могу быть уверен в том, что сейчас скажу, но Тенебрис или Тьма — очень древняя материя. Я не помню ни одного вампира, способного, хотя бы, призывать её. А Вивер управляет ей. И, не сказать, что лезет вон из кожи. Но... вмешательство в метаморфозы никогда не обходится без последствий. Могли бы вы, доктор Адам, взять образец Тенебриса и попробовать изучить его? Возможно, это даст нам подсказку. Вивер никому из нас не желал зла. Я думаю, что уверен в этом. Но Тенебрис, похоже, реагирует на его эмоциональные настроения.       — Это даёт нам нестабильность и непредсказуемость, — кивнул Адам. — Я готов попробовать, но мне будет нужна консультация.       — По поводу этого не переживайте. Я поделюсь любой информацией, которая поможет делу.

***

      Промокнув влажным полотенцем лоб Демона, Рита покосилась на тугую багровую перевязку.       «Сколько же в нём крови...» — нервно подумала она, вставая и беря с полки две мази и пачку свежих бинтов. — «А, может, зря я лечу его, как человека? Он вампир. А что нужно вампирам? Кровь», — тоскливо посмотрев на запястье с голубыми дорожками вен, главная тюремная медсестра распаковала стерильный скальпель и сделала небольшой разрез. Рубиновый ручеёк быстро побежал вниз. Подставив поток под губы Вивера, Рита замерла, ожидая чуда.       Пару минут ничего не происходило. Медсестра тяжело вздохнула и хотела уже наложить себе повязку, как Демон рвано вдохнул. Конвульсивно задёргался, слепо шаря чёрными, без разделения на радужку или склеру, глазами по комнате. Не придумав ничего лучше, как прислонить кровоточащую рану к губам вампира, Рита осторожно присела на край кровати. С остервенением вцепившись в протянутую руку, Вивер принялся жадно и быстро пить. Бинты на торсе жалобно затрещали и разошлись. Рита завороженно наблюдала за восстановлением лёгкого, рёбер и мягких тканей. Здоровая кожа выступила поверх мышц и сухожилий. Пришедший в себя Демон, испуганно и ошарашенно сфокусировал взгляд на Рите. Белой, как мел, с тенями под глазами, искра жизни в которых стремительно гасла.       — Зачем ты это сделала! — разъярённо и испугано закричал он, подскакивая и ловя кренящееся на бок тело. — Я же... тебя почти всю... выпил...       — Ты жив, — ледяные пальцы неловко мазнули по его щеке. Вампиру почудилось, что они оставили ожог. Вымученно улыбнувшись, медсестра устало закрыла глаза.       — Нет! — Демон определил местоположение доктора Адама и, едва контролируя себя от ужаса, телепортировался к нему. — Помогите ей. Пожалуйста. Она... она... — его трясло.       Оторопев, Гор открыл рот и, не найдя слов, закрыл. Потрясений для одного дня и так было достаточно.       — Переливание, — придя в себя первым, выпалил Адам. — Думаю, в больничном крыле осталась кровь. Она заморожена, но мы решим эту проблему. Вивер, оставь Риту здесь и телепортируйся в тюрьму, — распорядился он, видя, что Демон ничего не соображает от шока.       — Сделаю, — горячо пообещал Вивер, осторожно передавая на руки Гору холодеющее тело медсестры. Исчез, оставляя после себя подрагивающие нити Тенебриса и удушающее ощущение силы, которой нечего было противопоставить.       — Доктор Адам, мне же не показалось? — тихо спросил Гор, осторожно вливая в Риту энергию. Он не собирался проигрывать сражение за её жизнь. — Его глаза...       — Я видел, — рвано кивнул главный тюремный врач. — Следующая ступень метаморфозы?       — У Мортэма были такие глаза, когда он явился защитить Джену. Только они были не чёрными, а голубыми. Под цвет его силы. Вечного холода. Но Мортэм ни жив, ни мёртв. Я... не знаю, что думать...       — Не думайте, — выдохнув, сказал Адам. — Сейчас у нас есть более срочные проблемы. Кладите Риту на мою кровать.