Моя жизнь равна ста смертям (2 часть)

Темнота. Такая привычная, родная, успокаивающая. Я считаю последние минуты до свободы. Не знаю почему, но не хочу её. Зачем? Мне на цепях так спокойно. Мне не надо делать выбор, думать, беспокоиться. Только выполнять приказы и принимать боль. Я снова стану человеком и меня выпустят в мой родной мир. Но я буду проклят. А ещё, к счастью, ко мне приставят надзирателя. Рэм, мой любимый мучитель, всегда был осторожен со мной и даже в какой-то степени нежен. Слышу, как дверь моей камеры открывается с таким знакомым скрипом, от которого мурашки по телу и я почему-то сразу готовлюсь к боли. Рэм подходит ко мне и молча освобождает от цепей. Так противно от лёгкости. Хочу вернуть цепи обратно. Мы вышли в главный коридор, я держусь с права от него и решаюсь на просьбу. — Рэм, — дотягиваюсь до его руки, осторожно обхватываю пару пальцев и мы продолжаем так идти, — Я бы хотел остаться в аду. — После того, как снимешь проклятье выполню любое твоё желание. Хоть в ад, хоть в рай, вообще любое. — он говорит с лёгкой усмешкой, я слышу это, и не обращает внимания на мои действия. — А что за проклятье? — Тебе надо убить сто человек. В месяц обязан убивать одного человека или последствия тебе не понравятся. Я буду частично помогать, но убивать должен ты. Мы оба замолчали и продолжили свой путь. Мы пришли в то место, куда я прибыл в самом начале. Тут меня первый раз изнасиловали. Никогда не забуду, как тут было хорошо и восхитительно. От воспоминаний я сразу же возбудился и мой наставник это заметил, усмехнувшись, но ничего не говоря. Мы подходим к золотым вратам. Никогда не видел, чтобы они открывались. Это было что-то страшное. Они не скрипели и открывались полностью, легко. Так непривычно и неуютно. Рэм пошёл в самую гущу тумана, что был за вратами, а я, вцепившись в его руку, бормотал, что не хочу и пытался тормозить ногами. Конечно же мне это не помогло. Вспышка яркого света и вот я стою по середине знакомой мне улице. Холодный октябрь, снег с дождём, кривая дорога с трещинами и ямами, грязь, высокие серые дома и много свободного места. Как непривычно. Рядом Рэм, осматривается и что-то говорит мне. — Это тот день, когда на школу напали. Что делать — решать тебе. Меня видно не будет, пока я сам не захочу. Помогать буду редко, давай сам думай. — бормочет тот и растворяется в воздухе. Я прекрасно знаю, что он тут, но всё равно страшновато. Решаю пойти в школу и начинаю думать. Менять что-то или нет? Надо бы, убивать придётся, моя «нянька» никогда не шутит и всегда прав. Последствия мне точно не понравятся. Иногда ловлю себя на мысли, что я так просто стал относиться ко всему. Даже вот сейчас. Надо убить сотню? Да пожалуйста. Это спасёт мне жизнь. А то, что они умрут — не мои проблемы. Каждый карабкается на верх, как может. Редко кто-либо кому-то помогает. Сразу вспоминаю Элину. Интересно, как она там сейчас? За время, которое счастливо провёл в аду я понял все её поступки и действия. И понял, как стоит жить на самом деле. Идти по головам и подставлять каждого, даже невинных. Или пройдутся по твоей голове и сломают тебя. Надо жить только для себя. Да, иногда получаешь за это наказание, но это делает тебя только сильнее. А может я просто сошёл с ума. Я сижу за партой, не обращаю ни на кого внимания, даже на эту безвкусную старую ведьму, и жду. Скоро всё начнётся. Ожидаемо в класс вломились взрослые мужчины, с оружием, сумками, явно злые. Стала раздаваться сирена, оповещающая о нападении террористов. Правда она быстро умолкла, не успев договорить. Я уже всё знал на перёд, тут же встал из-за своей парты и стал подходить к главному. И не просто подходил. На ходу вилял бёдрами, как меня учил Рэм, начиная в темпе расстёгивать свою рубашку и шокируя всех. Насладился бы их лицами подольше, но времени нет. Тянусь рукой к его шее, оглаживаю, на меня тут же направляется всё оружие. Тишина. Пора действовать. — Я иду с вами, — в голове прокручиваю воспоминания о нём и продолжаю, — И становлюсь Вашим, Хозяин. Я хорошая игрушка, а так же не против, если Вы, мой Хозяин, меня продадите или пустите по рукам. Смотрю в его глаза с вызовом и уверенностью. Он усмехнулся и жестом руки приказал опустить оружие. Не такой уж он и красивый, на самом деле. Видали и лучше. — Но в замен я хочу посмотреть, как будут насиловать моих одноклассников по списку и убивать их хочу сам, за непослушание или ещё какие промахи, — в это время вожу кончиками пальцев по его спине, — Пожа-а-алуйста, Хозяин, — последнее я тяну сладким голоском, вставая на мысочки и целуя его в губы. Ну как такому, как я, можно отказать? Правильно, никак. А вот и училка начала возникать. Мне наконец показали, как пользоваться оружием и вот я уже убил своего первого человека. Это было потрясно. А потом ещё двух мальчишек. Кажется, я вошёл во вкус. Потом мы выходили из школы и я заметил своего отца. Отношение к нему стало только хуже и я, конечно, не мог не сделать пакость. Голос у меня громкий, как же хорошо. — Папочка, спасибо, что научил меня разным извращениям и сделал из меня гея! Теперь я полностью смогу обслужить своего Хозяина своей попкой, — Прижался к этому мужику, провёл рукой по груди и мечтательно вдохнул. Полностью насладиться зрелищем не вышло, меня усадили в машину и я тут же перестал притворяться и отсел подальше от «хозяина», — Слушай, мы же оба знаем, что ты меня продашь Господину Элисту. Давай это сделаем сразу? Он и заплатит больше за послушного раба, но девственника, — я подумал с пару секунд и не дал даже что-то ответить, — Меньше знаешь — крепче спишь. Он кивнул и мы ехали молча. Скорее бы увидеть Элину и удивить Господина Элиста. А так же у меня есть гениальный план. Мы с ней сбежим от них и у нас будет счастливая жизнь. И рядом будет Рэм. Что мне ещё нужно? Всего-то раз в месяц убивать. А потом я загадаю своё заветное желание.