Андрей Палыч меняет профессию

— Куда так торопишься, Андрей Палыч? — раздался за спиной скрипучий голос. Андрей застыл на месте, охваченный паническим страхом. Он слышал шаркающие шаги и тяжёлое дыхание рядом, но не мог заставить себя обернуться. Кто-то внутри твердил ему «— Не смотри!». Он закрыл глаза и попытался взять себя в руки. В конце концов, это могла быть просто старушка-соседка, ведь после аварии он не узнавал никого из жильцов. « — Главное, вести себя естественно» — уговаривал себя Жданов. В последнее время его странности стали замечать все. Родители и Ромка относились с пониманием, Малиновский даже подшучивал над ним. Он называл Андрея лунатиком и изображал из себя психиатра, проводя с другом лечебные сеансы. Синицкий с Полянским сначала относились настороженно, но потом привыкли, зато Наташка Ларина так и не смогла принять такого слегка «поехавшего» Андрея и быстро нашла ему замену, сделав бывшему возлюбленному на прощание классическую мужскую стрижку, тем самым навсегда уничтожив в нем образ кумира всех девчонок Димы Билана, за что Андрей был ей безмерно благодарен. А после того, как он устроился в «Zimaletto», он и вовсе отдалился от своей уличной компании, с утра до вечера пропадая на производстве. Но все равно он замечал, что соседи посматривают на него подозрительно, и не желая закреплять за собой звание душевнобольного человека, Андрей собрал волю в кулак и спокойным голосом произнёс, всё так же глядя на дверь своей квартиры, не оборачиваясь: — Добрый вечер! Вот домой спешу, с работы, — он старался сделать голос непренужденным, даже беззаботным, но тот предательски дрожал. — Домой? К невесте стало быть? — продолжала диалог невидимая собеседница. — У меня пока нет невесты, — ответил Андрей, судорожно нащупывая в карманах ключи, которые, как назло, куда-то испарились. — А как же Кира? Эх, быстро же ты ее забыл. Значит и не любил ты её! Жданова словно ледяной водой окатили. «— Откуда эта старуха знает про Киру? И вообще, я никому об этом не рассказывал кроме Ромки и то не всё. Бред какой-то», — хаотичные мысли в голове мешали сосредоточиться на поиске ключей, а старуха всё продолжала, — Успокойся, ну что ты весь напрягся, как-будто я убить тебя хочу. Я тебя просто воспитываю, — скрипучий голос превратился в такой же смех, повеяло земляной сыростью, у Андрея закружилась голова, а ноги стали ватными. Он прислонился к мягкой обивке квартирной двери, не переставая искать в карманах ключи. — Я схожу с ума, — прошептал Жданов сам себе и тихо нервно рассмеялся. — Ничего ты не сходишь, прекрати! Ты нормальный и совершенно здоров! Просто ты попал сюда, чтобы извлечь для себя полезные уроки. Не переживай, ты вернёшься обязательно обратно и проживёшь долгую, счастливую жизнь. Ты будешь бессменным президентом «Zimaletto» и выведешь компанию к процветанию. Только вот есть за тобой грешок, Андрей Палыч, его надо тебе осознать и искупить. А поэтому пока здесь останешься, — пробормотала старуха. Казалось, она стояла совсем рядом, он даже слышал скрежет ее зубов и тяжёлое дыхание. — Какой, черт возьми, урок? Что я должен усвоить? — Выходя из себя закричал Андрей, наконец, обернувшись. Он никого не увидел перед собой, страх сменился яростью и мужчина начал водить в темноте руками, пытаясь нащупать незванную гостью, сводящую его с ума. — Успокойся, не буянь! Это не в моих правилах делать намёки, но тебе я подскажу. Ты обидел человека, несправедливо с ним обошёлся. Принимал все, как должное, даже не задумываясь, на что люди идут только потому, что любят тебя. Любить в ответ — это уже, как сердце прикажет, но быть благодарным и честным ты обязан. Андрей открыл было рот, чтобы что-то возразить старухе, но вдруг на площадке зажегся свет, а за его спиной распахнулась дверь родительской квартиры. — Андрюша, ты пришел! А я думаю, что там за шум, — раздался голос Маргариты Рудольфовны, выглянувшей из-за двери. — А я ключи не могу найти просто, — неуверенно оправдался Андрей. Мать обеспокоенно посмотрела на него и указала на ключи, которые он держал в правой руке. — Так вот же они! — Да, уже нашел, — Жданов вымученно улыбнулся и шагнул в квартиру. Весь вечер он не мог найти себе места. Неужели он сходит с ума? А вдруг нет? Вдруг он действительно застрял здесь из-за дьявольских происков? Что же за урок это был, и кого же он так несправедливо обидел? Эти мысли не давали ему покоя. Андрей бродил из угла в угол своей маленькой комнатки, периодически садясь на диван и тяжело вдыхая. Затем он снова поднимался и маячил от двери к окну, периодически прислоняясь горячим лбом к холодному стеклу. В какой-то момент голова, казалось, вскипела. Жданов резким движением открыл окно и подставил лицо, ворвавшемуся в спальню холодному осеннему ветру. Стало легче. «— Хоть бы получить какой-нибудь знак», — пронеслась мысль в голове. В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился отец с телефонным аппаратом в руках. — Андрей, тебе звонят. Говорят, что с работы, голос женский, — сказал тихо Павел, прикрывая телефонную трубку рукой. — Кто же это может быть в такое время? — удивился Жданов. — Не знаю, но я сказал, что ты дома. Представилась Катей, — добавил отец. Андрей резко закрыл окно и стремительно бросился к телефону, напрочь забыв о неприятной вечерней встрече в подъезде с чёртовой демоницей и ее уроках. Ему звонила Катя. Сама. — Ало, Андрей. Это Катя… Пушкарёва. Извините меня за поздний звонок, просто я хотела бы с вами кое-что обсудить и лучше будет, если мы сделаем это не в «Zimaletto». *** Этим вечером Катя сидела в своей комнате и листала тетради, в которых любила рисовать цветы и сердечки, когда была школьницей. Она перечитывала свой дневник, который вела с пятого класса. Тогда многие девчонки вели дневник, и почти у всех девочек в классе были анкеты. Она открыла ящик стола и нашла тетрадку в клетку, которая пестрила различными рисунками, конвертиками, надписями «секретик», «не открывать», где из 30 вопросов самым каверзным был — «Кого ты любишь?» Катя открыла конверт с надписью «секрет» и улыбнулась лёгкой снисходительной ухмылкой. Там было написано — люблю Сашу В. Катерине было забавно сейчас вспоминать свою детскую влюблённость в Александра Воропаева. Когда их отцы стали партнёрами по бизнесу Кате было 11. Она помнила, как познакомилась с детьми Юрия. Кристина была уже взрослой, ей было 20 лет и она уже училась в медицинском. С Кирой отношения не сложились сразу. Ей было 15. Она занималась в балетной школе, была очень красивая, стройная, грациозная и ей было попросту неинтересно с маленькой Катей, которая коротала дни напролёт с учебниками. А вот Саша ей сразу понравился. Ему исполнилось 18 и он готовился поступать в Гарвард. Катя вспоминала, как тогда мечтала, как она вырастет, Саша непременно влюбится в нее и они поженятся. Шло время, девочка повзрослела и их родители всерьёз стали подумывать о слиянии капиталов. Саша был не против, ведь Катерина была очень умной девушкой, а еще доброй, порядочной, воспитанной в строгости отцом-военным. Александр был прагматиком и сразу дал согласие на этот союз, а Катя тоже согласилась, ведь ей казалось, что ее детская мечта становится явью и она вот-вот станет женой красавца Воропаева. Катя отложила тетрадь и взяла ноутбук. Открыв файл с бизнес- планом, она в очередной раз прошлась по графикам и формулам. Она была очень рада тому, что Андрей согласился ей помочь, ведь для нее было очень важно, чтобы отец и Саша приняли к сведению, что компании нужно развиваться. Нельзя было оставлять всё, как есть, ибо это грозило фирме разорением. Пробежавшись глазами по тексту, девушка включила музыку и легла на кровать. «Я за ним одним, я к нему одному» — красиво выводила голосом певица, а Катя, прижав к себе плюшевого медведя, мило улыбалась, закрыв глаза. Вдруг, она вскочила и начала копаться в сумочке. Найдя смятую бумажку с номером телефона, девушка взяла мобильный и набрала номер. — Ало, Андрей. Это Катя… Пушкарёва. Я посмотрела ваш номер в личном деле. Извините меня за столь поздний звонок, просто я хотела бы с вами кое-что обсудить и лучше будет, если мы сделаем это не в Zimaletto, — Катерина по голосу поняла, что Андрей нормально воспринял ее звонок и это придало ей смелости. — Если сможете, приезжайте завтра вечером в жилой комплекс Олимп. Там живёт мой лучший друг Коля. Он главный бухгалтер у нас в «Zimaletto». Он в курсе моих идей и тоже мне помогает. Если вы не против, мы могли бы обсудить завтра мой теоретический план развития. Услышав положительный ответ, Катя попрощалась с молодым человеком и пожелала ему спокойной ночи. Надев любимую плюшевую пижаму, она залезла под одеяло, но очень долго не могла уснуть. Ворочаясь с боку на бок, она то и дело прокручивала в голове то, что тревожило ее последние две недели. Наконец, не выдержав атаки целого роя мыслей, она встала с кровати и села за письменный стол. Катя достала из ящика дневник и впервые за долгое время оставила короткую запись — «Я люблю его…».