Иллюзия

Парни пытаются остановить друга. Упрашивают выпить с ними ещё и немного потусоваться. Недоумевают, какие вдруг у него могли образоваться планы, когда на дворе два часа ночи, а все питерские знакомые либо спят, либо в разъезде. Глеб упрямо отнекивается и разводит руками, мол «Нет, мне правда нужно уехать сейчас». Забирает связку своих ключей от номера у Макса и взамен отдаёт права, которые зачем-то притащил с собой в город. Мало ли что ему взбредёт в голову позже. Димарс увязывается за ним на улицу. Блондин курит в ожидании такси, устало привалившись к шершавой стене здания, покрытой выцветшими граффити и криво наклеенными афишами со старой рекламой. Приятель наматывает круги рядом. — Ну и куда ты? — он пытливо заглядывает в мутные глаза Фары. — Я теперь отчитываться должен что ли? С каких пор? — тот иронично осаживает, внутренне подбираясь. — Не должен. Просто элемент заботы и всё такое. Вдруг придётся в розыск тебя объявить через пару дней, а то проебёшься опять где-то. Голубин скалится и мотает головой, едва не выпуская сигарету из тонких пальцев после того, как теряет концентрацию на миг. Вряд ли друзья забудут когда-то эту историю. Год назад он уехал после тусовки от них домой, а в итоге оказался в аэропорту. Послал всё нахуй и укатил во Владимир. Хотел проветрить мозги, и на нетрезвую голову всё выглядело, как самый идеальный план на свете. Но, проснувшись на утро в отеле посреди нашей необъятной с одним только телефоном и паспортом на руках, рэпер знатно ахуел. Однако цель свою выполнил. Провёл там около недели, катаясь по городу по ночам и шатаясь по магазинам и клубам. Это помогло расслабиться, и позже в Москву он вернулся заново вдохновлённый. Парни, которые всё это время не могли до него дозвониться, вылили целый ушат претензий в эгоизме, но после отстали, мол «да, ты творческий чел, у тебя такое бывает». Теперь они всячески любили припоминать ему этот случай, пряча где-то мимоходом своё беспокойство. — Она здесь, — выпаливает Глеб, сам же удивляясь своей внезапной искренности. — Кто? — Та девушка, ну, помнишь я тебе сегодня рассказывал? — нетерпеливо объясняет блондин, заприметив своё такси. — Так ты к ней что ли едешь? — губы Димы разъезжаются в пьяной ухмылке. — Вроде как да. Чувакам только не растрепи, — сурово предупреждает Фара. — Я сам ещё не ебу, что там и как, и мне точно не нужны их дурацкие подколы на утро. — Да, блять, о чём речь вообще, — друг обнадёживающе хлопает по плечу. — Не натвори глупостей только. Случайный первый секс не всегда приводит к «долго и счастливо». Блондин заливисто хохочет и вскидывает средний палец в ответ. Машет рукой на прощание и прыгает в тачку, уточняя адрес конечного пункта. Ему нужно забрать Настю в соседнем районе. Он оказывается там через семь минут, чувствуя себя так, будто протрезвел уже напрочь. Словно пальцами кто-то щёлкнул, и весь алкоголь, старательно вливаемый в организм на протяжении последних пяти часов, мигом растворился в крови. У юноши настолько кристалльно чистое сознание, что самому страшно. Тело немного потряхивает. Блять, он как мальчишка на первом свидании! Хотя в сущности так и есть. Слишком давно Голубин не был на настоящем свидании. Когда судорожно проверяешь телефон в поисках нового сообщения. Пялишься на часы снова и снова, кидаешь придирчивые взгляды на себя в зеркало и поправляешь футболку. Читаешь переписку, в сотый раз откладывая в памяти назначенные место и время. Считаешь мысленно секунды и гадаешь, как же всё пройдёт. Подыскиваешь заранее темы для разговора, вспоминаешь свой лучший сборник тупых историй, на случай если придётся заполнять неловкие паузы. Репетируешь комплименты, которые не будут казаться излишне вычурными или навязчивыми. — Привет, — слышится неуверенный девичий голос слева. Сердце вдруг совершает кульбит. Глеб вздрагивает, а потом оборачивается, сразу же расплываясь в солнечной полупьяной улыбке. Настя отвечает ему такой же, щуря глаза от слепящих фар проезжающих мимо машин. — Можно? — робко тянет Голубин с бархатной хрипотцой. Она кивает, с ходу понимая намёк, и первой делает шаг к нему. Привстаёт на цыпочки и обвивает чужие плечи руками, носом втягивая одурманивающий запах мужских духов. Блондин притягивает её к себе, ласково водя ладонями по спине. На душе сразу всё устаканивается, и наступает полная тишина. Все его мысли, проблемы, загоны и правила тают в белёсом тумане, и в фокусе остаётся только мягкость рыжих прядей под пальцами и ощущение теплоты. — У меня такое чувство, будто мы в фильме, — глухо бормочет он, не в состоянии проглотить шутку. — Знаешь, все эти сцены в финале, когда герои преодолели всевозможное дерьмо на пути друг к другу, и вот они встречаются где-то, бросаются с объятиями, и всё вокруг тонет в этой романтической музыке и атмосфере слащавого счастья. А дальше только титры, и ты уже сам додумываешь их первую ссору в шесть утра, потому что кто-то накануне забыл коту воды налить. Девушка не сдерживает звонкий смех, так и рвущийся наружу, и утыкается лицом в чужую грудную клетку, мелко подрагивая плечами. Рэпер вторит ей с рваным: «Нет, ну правда, просто представь!», чуть не задыхаясь от хохота. — Но мы не в финале этого фильма, — она поднимает на него свои омуты насыщенного цвета пасмурного неба, на секунду вновь становясь серьёзной. — Нет, мы ещё в самом начале. — К тому же, у меня аллергия на кошек. — Ну, естественно, — язвительно выдаёт юноша, закатывая глаза. Мир вокруг замирает. Кто-то наверху нажимает кнопку паузы, давая им эту редкую возможность просто помолчать и посмотреть друг на друга. В глазах таится намного больше. Все невысказанные мысли и эмоции плавают на поверхности, разом становясь доступными. Глеб теряет самообладание первым и чувствует себя голым. Будто лежит на операционном столе со вскрытой грудиной, позволяя кому-то деловито копаться внутри без всяких перчаток и антисептиков. Ему хочется довериться этой девушке, и интуитивно он знает — это к лучшему, она его не обманет. Спектр чувств, которые в это же время испытывает Настя, сложно передать словами. Если парень утопает в спокойствии, то её наоборот захлёстывает волнами. Нутро пережимает от беспричинной тревоги. Открываться кому-то всегда страшно и от того боязно. А если это ошибка? А если они используют это против тебя? Что-то происходит — между ней и этим блондином, который вдруг свалился на её голову через другое случайное знакомство — и она никак не может избавиться от ощущения судьбоности момента. Неизвестность страшит больше, чем факт самой жуткой правды. Ещё не протрезвевшее сознание начинает заниматься привычным делом — додумывать и искать знаки там, где их и в помине нет. Девушка явственно понимает, что накручивает себя, но уже никак не может это остановить. «Сейчас ночь, и он явно пьян — как думаешь, для чего он сюда приехал? Чтобы побродить с тобой по мокрым улицам, перепрыгивая через лужи, и романтично встретить рассвет, делясь историями из детства? Ему просто захотелось секса и, может, новых ощущений. Не каждый день он встречает таких чокнутых, как ты», — распаляется колкий внутренний голос. Наверное, именно поэтому она резко выдыхает и тянет его к себе за толстовку, соединяя их губы в спонтанном порыве. Чтобы успокоиться, чтобы заткнуть разом все мысли в дурной голове. Потому что это работает — вокруг тут же образовывается белый шум, и всё исчезает. — Прости, я не подумала… — лепечет она пару секунд спустя, отчаянно краснея. — Вот же глупышка. Я и сам хотел, — Глеб самодовольно подмигивает. Цепляет её подбородок озябшими пальцами и стремительно сокращает расстояние между ними, втягивая в новый поцелуй. Этот — уже другой. Настоящий, глубокий, чувственный. Его язык деликатно пробирается внутрь, проходясь по кончикам зубов, соединяясь с её. Ладонь парня перемещается на хрупкую девичью шею, зарывается в волосы. Он жмётся ближе в инстинктивном порыве обуревающей страсти. Странно, не думал, что у Насти хватит смелости осуществить этот шаг первой. Но он рад, чертовски рад. Блондин умело засасывает её нижнюю губу, после с напором сталкивая языки вновь. Дыхание перехватывает. Она едва различимо стонет прямо ему в рот и царапает светлую макушку длинными ногтями. Он сжимает узкую девичью талию сквозь футболку и борется с желанием стянуть её прямо здесь. — Полегче, влюблённые, — свистит рядом какой-то незнакомец. — Оставьте свои игры для спальни. Рыжая на автомате разрывает поцелуй, скрывая лицо за длинными прядями. Рэпер шлёт неудачливого советчика по известному адресу и тянет её к себе, разглядывая багровый румянец. Ему почти смешно. Когда он вообще последний раз вёл себя так развязно посреди оживлённой улицы? — Всё в порядке, малыш, не переживай. Ну, подумаешь, гормоны разыгрались при виде горячего парня. У каждой девушки бывает такой период в жизни, — успокаивает Глеб, отпуская нелепую шутку. Это помогает. Отвлекает её от мыслей, что набатом отбивают: «Какая же ты идиотка, господи. Теперь он точно будет тебя видеть только в качестве игрушки на одну ночь. Ты же сама дала ему зелёный свет по всем фронтам!». Настя криво ухмыляется и победно вскидывает брови, глазами указывая на чужой член, ставший гораздо более заметным в контурах под брюками. У самого стояк от одного только поцелуя за пару минут, а ещё про неё что-то говорит. — Туше, — подытоживает юноша, смущённо взъерошивая волосы. — Ну, так, чем займёмся теперь? Какие планы были? — она водит головой по сторонам, мимолётно облизывая опухшие губы. На языке остаётся слабый привкус сигарет и мятной жвачки, смешанные с горьковатым джином и яблоком. Ассоциация застревает в голове намертво, также как и запах духов блондина, которым она теперь окутана сверху до низу. — Хотел позавтракать вместе, — честно признаётся тот, устремляя на неё прямой взгляд. — Правда, я ещё никогда не делал этого в пол третьего ночи, но всё когда-то бывает впервые, верно? — Я знаю одну круглосуточную кофейню неподалёку. — Тогда веди, — он комично кланяется и сгибает руку в локте, предлагая ей ухватиться. Они неспешно проходят пару кварталов. Неловкость быстро сменяется на ощущение полного доверия. Живая беседа, поддерживаемая остатками алкоголя в крови, строится сама собой, и на неё уже не влияют ни комплексы, ни страхи. Становится до одури легко. Будто долго заёбываешься со сложным уровнем, а потом бросаешь всё и откладываешь в долгий ящик. А потом через год вдруг вспоминаешь, запускаешь игру заново и проходишь всё с первого раза, нигде не запнувшись и не затупив. Чистая магия и удача. Рэпер ловит себя именно на этом. Мысли о прошлых интрижках вызывают лишь отвращение и кажутся теперь ещё более фальшивыми, чем ранее. Как можно было этому верить? Этим ужимкам каменным и томным показушным вздохам с натянутыми стонами. Как можно было считать, что ему этого достаточно? Что это его предел? Каким, блять, образом парень смог убедить себя в том, что секс на одну ночь (ну или пару недель) — это его потолок, лишь бы от работы не отвлекаться? Сейчас словно шоры спадают, и он видит всё в истинном свете. Вот что ему нужно на самом деле — именно такой запал и огонь. Именно такое волнение и неясный трепет в душе с автоматической улыбкой на лице при одном только взгляде на эту рыжую, что сейчас увлечённо рассказывает ему про миф о Медведице и её детях, запрокинув голову в небо, больше похожее на кромешную чёрную дыру. — Ты такая красивая, — роняет Глеб совершенно не в тему, восхищённо наблюдая, как она вновь начинает покрываться румянцем и застенчиво передёргивать плечами. — Нет, правда. — Это говоришь ты или алкоголь в твоей крови? — нарочито кокетливо произносит она, часто хлопая ресницами для большего эффекта. — Это говорим мы и мы полностью единогласны в нашем мнении, — парирует он с издёвкой, оставляя нежный поцелуй на её виске. «Господи, если ты есть, не дай мне снова облажаться и остаться ни с чем в итоге», — с надеждой отправляет блондин мысленный посыл в космос, переступая порог кофейни двадцать минут спустя.