secrets of heaven

            Кем мне был этот мальчишка? Всего-то отпрыском владыки ада, не более. Или более? Почему так кровит и рвется сердце при виде очередных побоев, почему хочется броситься, заслышав его крики, и драться, драться с самим Сатаной до последней капли крови?       Я слышал, что у людей это называется крёстный отец. Как я мог быть крёстным? Нуждается ли в крещении сын Сатаны? Улыбаюсь. Это смешная шутка.       Вон он, мой мальчик. Побитый, заплаканный, но храбрится. — Больно? — спрашиваю, прекрасно зная ответ.       Шмыгает носом, вытирая кулаком кровь. — Нет.       Отвечает уверенно и злобно, хотя голос дрожит и глаза на мокром месте. Бедный, бедный мой дьявольский детеныш. Как хотел бы я забрать всю твою боль, пережить каждый твой перелом самостоятельно, и чтобы ты никогда этого не чувствовал. Молча раскрываю объятия, и он ныряет в них, утыкаясь мне в живот. Слёзы тут же начинают душить его, а спина вздрагивает от рыданий. Поплачь, поплачь, мой драгоценный демон, выплесни свою боль, и я заберу её себе.       Ты всегда можешь прийти ко мне, пусть ты уже взрослый, а я превращаюсь в немощного старика, я всегда жду тебя, мой дорогой мальчик. Жду тебя даже в Цитадели, почитывая книгу, не улавливая, впрочем, смысла, жду тебя с прекрасной непризнанной, жду твои руки на моей шее, жду смерти. Но почему же ты не можешь, мой мальчик? Разве этому тебя учил отец? — Живи, старик, — бросаешь ты, и я понимаю. Я всё понимаю, мой драгоценный демон.        Моя смерть встречает меня совсем скоро, и ты не поверишь, но я счастлив, что она наступит от твоей руки, я счастлив, что ты со мной в эту страшную минуту. И, уносясь к создателю, я понимаю, что именно этому тебя научил твой отец. Твой крёстный отец.       Будь достоин своего звания, мой драгоценный мальчик.