Заявочки по BSD

Вампирская!Au Рейтинг: NC 17+ Пейринг: Аку/Ацу Автор заявки: AkuAtsu

Свеча горела на столе, Луны блестящий диск, Сияние глаз твоих во тьме, Мышей подпольных писк. Балет два мира здесь собрал, Мазурка всех пленила. Ты там, чуть подоле стоял, Где свет звезда пролила.

Раз в сто, а то и более, лет, когда все: жители темных лесов, что рыщут в высокой траве и кустах, с несколькими хвостами, острыми когтями и притворной улыбкой; обитатели высоких гор, взмывающие в самые небеса, словно чёрные грозовые тучи следят за бренным миром; создания Лунной ночи, что поют ей свои серенады, коим не страшны холода из-за густого меха; существа, обладающие немеренной силой, способной горы перевернуть (буквально); и ещё многие, многие другие гости бала собираются в этом замке. Под высокими потолками, украшенными множеством свеч, что стоят в вычурных люстрах, они танцуют, пьют, влюбляются, веселятся, но, главное, забывают абсолютно все разногласия, чествуя нового графа рода владельцев этой земли - вампиров. В тронном зале шумно, и это ещё не начались танцы. Бурый кицунэ с пятью хвостами, ярко-зелёными глазами, что скрыты за очками, и стеснительный тануки в высоких сапогах сейчас общаются на всевозможные темы; мать нового предводителя кровопийц в роскошном платье цвета распустившейся Азалии и ее давняя подруга детства - чернобурая лисичка пробуют изысканные напитки, мило улыбаясь друг другу; совсем юный ведьмак со светлыми волосами носится от одного причудливого растения к другому, рассматривая каждый и удивляясь, как они могут расти в темноте. В общем, всем весело ещё до начала празднества. Или не всем? - Ацушиии-кууун!!! - Кричат на все помещение, но никто не оборачивается. Все привыкли к подобного рода шуму от этого голоса. Осаму Дазай - чистокровный вурдалак с грязнейшей репутацией. При своём изысканном воспитании прослыл лентяем, сумасбродом и очень таинственной личностью. Все записи о его прошлом стёрты/утеряны/испорчены. Ходят разные слухи о том, что раньше он убивал тысячами, кто-то приписывает ему прозвище «Коньячной смерти», неизвестный владелец которого испарился уже около сорока лет назад. Тогда происходило много случаев ужасных преступлений и на месте каждого из них находили разбитую бутылку коньяка с каплями на самом дне. Но это забинтованное чудо, что сейчас на всех парах бежит к своему маленькому другу, подобранному всего полгода до этого, вряд ли бы кто теперь назвал так. В самом дальнем углу, в полном одиночестве на небольшой лавочке сидел мальчик лет около семнадцати-восемнадцати. Единственный представитель своего вида на этом празднике, а именно, человек. Да, людей здесь не любили и не ждали. Человек слаб, нечестен и лишь испортил бы все веселье. По крайней мере, так думал он. На самом деле, это люди просто боялись всего и вся, поэтому не совались сюда, хоть в принципе и были приглашены. - Дазай-сан? - человек склоняет голову чуть вбок. - Что ты тут сидишь? Пойдём, скоро все начнётся! - Это же ваш возлюбленный восходит на трон? Думаю, он будет рад, если вы встретите его в первых рядах с улыбкой. - все также тихо отвечает Накаджима. - Я посижу здесь, тут тихо. Я не люблю шумных танцев. - Уж не знаю, будет ли он рад! - наигранно печально вздохнул тот. - Но тебе бы тоже стоило повеселиться, Ацуши-кун. На хоть, - Дазай протянул ему бокал с чем-то, по виду напоминающим шампанское, - Это вкусно. Самое слабое из всего, что здесь есть. - Спасибо. Накаджима улыбается, а Осаму почему-то только вздыхает вновь. Вокруг становится слишком тихо, что означает уже без минутное начало церемонии. Дазай несколько раз обернулся за себя, переспросил на всякий случай Ацуши и побежал в сторону ожидающей толпы, расталкивая всех подряд. Пепельноволосый парень в красивом белом одеянии, что распорядился сшить вурдалак, продолжал сидеть в тени, издали наблюдая за всем. Он сделал робкий глоток игристого напитка в хрустале. На удивление, вкус оказался сладким и действительно легким. Ацуши однажды попробовал «алкоголь» нежити - ничем хорошим это не закончилось. Тогда Дазай целую неделю выхаживал ребёнка (а именно в таком ракурсе воспринимает его шатен), прежде чем Накаджима смог прийти в себя. Все-таки люди - слабые создания. Это же шампанское было идентично людскому, но непонятно зачем оно здесь есть, если присутствует всего один не пьющий человек. Осознание пришло уже слишком поздно. Прошло около часа: прекрасный граф вампиров получил приветственную встречу, принял благословение отца и объявил, что пора играть музыку. Теперь Накахара танцует королевский вальс, ведомый своим вурдалаком - Ацуши ещё ни разу не видел таких плавных и изящных движений. Он засмотрелся на них, но вскоре почувствовал тошноту и легкое головокружение, правда, сослал это на мелькающие пары перед собой. Дождавшись перерыва, парень поспешил выйти на свежий воздух, а именно на огромный балкон, о котором ему рассказал Осаму и даже показал краткий путь до него. Проблема в том, что для этого нужно было пройти через всю залу в противоположный от лавочки угол, а затем через бардовые портьеры вглубь небольшого коридора, покинув который, все выходили на террасу. Как только Ацуши встал, головокружение усилилось. Видимо, этот сладкий напиток был с замедленным действием. Парень с трудом дошёл до середины помещения, переодически сталкиваясь с гостями. Осаму не мог ему помочь, будучи занятым лишь своим возлюбленным и не замечавшим ничего вокруг, да и стояли шатен с графом далеко - у дальней двери, за которой они мгновением позже скрылись. А Накаджима медленно, неуверенными шагами продолжал двигаться к цели один. - Ой! - человек в очередной раз врезается в кого-то, но сильнее, чем раньше, и за одно опрокидывает напиток на не вовремя встретившегося на пути. - П..простите. - Я не могу грубить гостям, поэтому просто скажу, чтобы впредь были осторожны. - неслышно бурчат себе под нос. - Эм? Перед глазами у Ацуши все окончательно расплывается, и он ничего не может сделать, кроме как упасть на пол. Его спасло лишь, что мокрый, слегка опешивший от такого состояния парня вампир-дворецкий успел подхватить, иначе бы не миновал поцелуй Накаджимы с полом. Присутствующие вокруг почему-то совершенно не обратили внимания на эту сцену. «Мне же лучше», - подумал дворецкий и, подняв человека на руки, оставил банкетный зал.

***

В прохладе, тишине, одни Сидим. С тобою пьём вино. Ты на ухо мое шепни, Что будет хорошо. Холод на шее, алый цвет Стечёт по коже вниз. Я не скажу тебе, что нет, Позволю вновь каприз.

Ацуши очнулся на мягкой кровати, укрытый пледом и с мокрым полотенцем на лбу. Вокруг было темно, лишь пламя свечей позволяло увидеть скромное убранство комнаты. Голова болела, но уже не так сильно. Мысли продолжали быть в тумане, и парень совсем не понимал где он и как вообще мог сюда попасть. - Проснулся? - Накаджима обернулся на звук и от резкого поворота в голове больно стрельнуло. - Не паникуй, плохо гостям я не сделаю. Все же следить за вами - моя работа. Юноша, на вид (но только на вид) ровесник Ацуши, одетый во все чёрное, сидел на подоконнике, свесив ноги вниз и взглядом вишнёво-красных глаз наблюдал за собеседником. - Простите за беспокойство, мне уже лучше. Я пойду. - засуетился Накаджима, но вампир его остановил. - Сейчас уже утро. Дазай-сан и все остальные спят. Тебе некуда торопиться, только если не хочешь быть съединым дикими зверями по пути домой. Солнечный свет им не помеха. - тембр его голоса показался Ацуши весьма приятным, хоть в нем и чувствовался некий холод. - Как вас зовут? - Рюноске Акутагава. Я - первый дворецкий Накахары-сана и с детства служу в этом поместье. - он спрыгнул с окна и присел рядом на кровать. - Представляться нет смысла, я знаю твоё имя. Также можешь не благодарить за помощь, это одна из моих обязанностей - помогать вам. Хотя, иногда это досаждает. - Досаждает? - Да. Есть такие индивиды, что могут разрушить ценные вещи, мебель, устроить драку или ещё чего похуже. - Рюноске недовольно хмыкнул. - Особенно ненавижу, когда портят мою одежду. - Прости. - туманно, но воспоминание о столкновении всплыло в памяти Ацуши, отчего стало дико неловко. - Забудь. Ты как? Что такого вообще пил, что тебя настолько взяло? - Акутагава снял полотенце с человеческой головы, зачем-то проведя подушечками вдоль чужой скулы. От легкой прохлады касаний Накаджима вздрогнул. - Не знаю. Это было похоже на шампанское, но... Что ты делаешь? Рюноске, скинув с себя кардиган, облокотился на поставленные перед собой руки и слегка наклонился к собеседнику. Вишневый взгляд внимательно следил за малейшими изменениями на лице парня, будто пытаясь разузнать все самое сокровенное, скрытое. Сам же Акутагава был закрытой книгой, лишь легкий интерес в глазах заставлял верить, что он не кукла. - Ничего. - вздохнул он. - Ты выпил коктейль «Сакура в цвету». Он слабенький и его обычно пьют девушки, чтобы сладким ароматом приманить кавалеров. - Вампир усмехнулся. - Ты действительно вкусно пахнешь, да и могу сказать точно, что внешне тоже не уступаешь им. - Это... комплимент? - неуверенно проговорил Ацуши. Для него все ещё все было в каком-то сумбуре. Его спаситель... Он и немного пугал, и чем-то особенно привлекал внимание. Вот только чем? - А..Акутагава? Рюноске подполз ближе, падая на соседнюю подушку. Он скинул брюки, оставаясь в рубашке до середины бёдра, и забрался по пояс в одеяло. - Что? Ты видишь хоть ещё одну кровать в этой комнате? - Нет, но... - Вот и я не вижу. А теперь спи. Твой хозяин заберёт тебя, как проснётся. - Рюноске прикрыл глаза. - Дазай-сан не мой хозяин! Я не зверюшка и никому не принадлежу!!! - лицо парня покраснело от возмущения. «И почему я так быстро завёлся?» - Я свободный человек и делаю, что захочу. - Даже так? - и снова легка усмешка. Ацуши не успел сказать ни слова, не издать ни звука, как его уже уронили головой на кровать и притянули к себе. Длинные пальцы обнимали за талию, слегка поднимая край рубашки и очерчивали контур живота, который Накаджима невольно втянул. Шеи коснулись ледяные губы, медленно ведя вдоль яремной венки вверх и вниз, царапая клыками, но не кусая. Парень дернулся вперёд, пытаясь спастись, только вот хватка нежити оказалась гораздо сильнее. Ещё пару бесполезных попыток и Ацуши сдаётся. - Раз ты ничейный, то позволишь сделать своим? - томно шепчут на ухо. - Интересно, ты так же сладок внутри? - Хочешь моей крови? Что тебя так привлекло во мне? - Не знаю. - честно отвечает Акутагава. - Просто ты интересен мне, человек. Ваш век так короток, вы все пытаетесь успеть, попробовать и понять. Твоё невинное лицо - прекрасно. Ацуши разворачивается на 180 градусов. Ему хочется видеть лицо вампира, когда тот так беспечно говорит все это, но делает это зря. Накаджиму втягивают в поцелуй, долгий, терпкий, только не сказать, что ему не понравилось. Наоборот, легкое смятение как-то чересчур быстро исчезло. Это и называют любовью с первого взгляда? Поцелуй за поцелуем Рюноске спускается по спине парня, лаская руками в области паха. Ацуши невнятно мычит, зажав зубами собственную руку. Акутагава не кусал его, не позволял себе потерять контроль, хоть и стоило это достаточных усилий. А хотелось. Очень хотелось попробовать эту сладкую кровь с металлическим привкусом. Накаджиме не хватает, он желает больше, не специально толкаясь бёдрами чуть назад. Рюноске бесшумно усмехается и решает помочь бедному человеку. - Все будет хорошо. - нежно шепчет на ушко, замечая как испуганно дернулся парень, когда Акутагава закончил с растяжкой. - Ты мне доверяешь? Риторический вопрос. Ацуши не может дать на него четкого ответа: все-таки Рюноске сильнее его, и он просто ничего не может поделать с ситуацией, но... Но разве Накаджима хочет что-то делать? Его спасли на балу, позволили остаться в своих покоях, а теперь пришла очередь оплаты. Вампиру жутко нравится смотреть на эту узкую спину, где красуются несколько белых шрамов, притягивать за талию, чувствовать, как сжимаются стеночки около возбужденной плоти. Он наслаждается, целуя уже красную от этого шею, зарываясь носом в пепельные волосы, слыша сдерживаемые стоны и чуть ли не мурчание настоящего кота, когда он то ускоряет, то замедляет темп и царапает чёрными ногтями внутреннюю часть бедра. Рюноске впивается грубым поцелуем в манящие губы, кончая почти одновременно с Ацуши. Последний тяжело дышит, безвольным, измотанным, но довольным существом падая на подушки. Вампир улыбается, закутывает себя и партнера в одеяло, а после притягивает к себе. Акутагава холодный, как смерть, даже после всего этого. Только эта прохлада как раз сейчас кстати для Накаджимы и наоборот, тепло человека продолжает согревать своего соблазнителя спасителя.

***

Как я попался в лапы смерти? Легко. Не верите? Я тоже. Там, где пленяют черти, Теперь сижу без дрожи. Твой голос в ночи тихий Расскажет о любви.

Прошло уже... Полгода? Да. С того инцидента на балу минуло шесть месяцев. За это время произошло несколько важных вещей: во-первых, это переезд Осаму в графский замок и установление мира между двумя расами. Вурдалаки и кровопийцы несколько столетий вели кровопролитную войну, но теперь все изменилось. Раз Дазай впредь живет здесь, то соответственно и Ацуши тоже пришлось поменять место жительства. Естественно, многократные встречи с Рюноске стали каждодневным действием. На вид это были всего лишь отношения дворецкого к одному из хозяев, но только на вид. Стоило солнцу взойти на небосклон, первым рассветным лучикам коснуться земли, как холодные руки сгребали юношу в охапку и утаскивали в маленькую комнатку со свечами и одной кроватью. Много, очень много поцелуев приходилось скрывать Накаджиме под воротниками рубашки, а Акутагаве - царапины на плечах до тех пор, пока Граф Накахара и его любимый доставучий служитель Луны, сдерживая в который раз усмешку, не сказали им больше не изображать этот спектакль. Что ж, эта просьба все равно ничего не изменила, кроме теперь нескрываемых коротких поцелуев при встрече - Рюноске целый день в заботах, поэтому не так часто пересекался со своим «тигрёнком» (прозвище пошло от привычки Ацуши царапаться). - Эй, тигр, зайди на балкон через полчаса. - неся поднос с напитками для гостей (в графских угодьях очередной бал. Честно, Чуя был противником все этого, но тут не отвертишься - день рождения матушки, а она любит красивые праздники), Рюноске прошёл мимо Ацуши, не дожидаясь ответа. - А? Зачем? - крикнули ему в след, но пояснений не последовало. - Не рано ли? Через полчаса только двенадцать будет... В конце концов, Накаджима пришел в указанное место. Сейчас только-только начались танцы, поэтому за спиной приглушенно, но все же была слышна мелодия мазурки. Стоило парню отодвинуть темные портьеры, как перед ним предстал любимый с бутылкой вина на небольшом столике и двумя бокалами, от которых отражался серебряный свет полной Луны. - Для чего ты меня позвал? Разве ты не должен сейчас быть на работе? - Меня отпустили. Сказали, что гости все равно каждый раз сами все берут, а добавку пусть повара приносят. - Акутагава налил алкоголь в хрусталь и протянул один человеку. - Не бойся, это обычное вино. От такого даже тебе ничего не будет. - он усмехнулся. - Не смейся! Я ж не виноват, что ваши «изыски» для меня отрава! - Ладно уж, не злись. - вампир поднял голову к небу. - Сегодня красивая Луна. - Ага. - Ацуши водил указательным пальцем по кромке бокала. - Ты наверное много раз видел такую. Ты никогда не говорил, сколько тебе на самом деле лет... - Не так уж и много. Около двухсот. - Хах! Немного. Особенно сравнивая с моими восемнадцатью! - Накаджима облокотился на плечо Акутагавы. - Ты меня любишь? - голос парня слегка погрустнел. - Люблю. А потому хочу, чтобы ты все время был со мной. Рюноске перехватил свободную кисть Ацуши и аккуратно надел золотое колечко на безымянный палец. Накаджима улыбнулся, повернул голову и поцеловал тонкие губы черноволосого. Долгий, сладкий поцелуй с привкусом вина, которое уже успел отпить Акутагава. - Ты даже не пробовал моей крови, знаешь, что я умру намного раньше тебя, но все равно хочешь этого? - Да. - коротко отвечает тот. - Если я попробую твоей крови, то могу и обратить случайно. Ты слишком дурманишь мой разум. - Так обрати! - фиалкового-золотой взор неожиданно прояснился и заблестел. - Сделай меня вампиром! - Но тогда ты умрешь как человек, ты же понимаешь? Ты действительно готов пожертвовать этим? - вампир приобнял любимого за плечи. Лунные блики играли в алой жидкости. - Если это позволит быть рядом вечность, то да. Что меня держит в облике слабого человека? Ничего. Я готов на все! Последние слова эхом разлетелись в воздухе. Акутагава вздохнул, ставя бокал и вновь целуя. Дорожкой распускающихся цветов он спускался вниз по шее, пока не дошёл до яремной венки. Ацуши закрыл глаза, обнимая вампира за шею и шепча: «Ну же, давай». Секундная боль, и красная, словно стоящее рядом вино, струйка потекла по коже вниз, слегка пачкая белоснежную рубашку. На этом началась история их вечности. Долгой и любимой вечности...