Планета падшего Генезиса

      Беспечную лесную тишину бестактно нарушил громкий резкий чих, донёсшийся из пещеры. Оттуда неспешно и с опаской вышел крупный мужчина средних лет. Весьма бородатый и с двумя рыже-каштановыми косами, выглядывающими из-под небрежных растрёпанных волос, он весь был покрыт пылью, словно проспал в пещере много дней. Поспешно оглядываясь, незнакомец старался вытереть нос от пыли и земли, чтобы перестать чихать. Одет он был так, будто собирался на охоту: лёгкая кольчуга, кожаный подклад, тяжёлые сапоги… Испуганный мальчик, подглядывая из-за дерева, всё старался дотянуться до выпавших из корзинки грибов, но он боялся, что странный мужчина его заметит. Постояв ещё с минуту и оглядев сосновый бор, человек решительно направился в его глубь, хотя по глазам его было видно, что он понятия не имеет, где он и куда идёт. Как только всё утихло, и птицы запели вновь, парень быстро соскочил со своего места и побежал куда-то в сторону по не заросшему подзолу.       В своей лесной хижине в тёплый солнечный день Эрагон, как всегда, занимался своими летописями и баночками с различными жидкостями, более всех из которых было бирюзовой, отдающей слабым сиянием. Громко распахнувший дверь мальчик напугал и отвлёк его от работы, но также и заинтересовал. В своё время волшебник, или, как его называли дети, чудотворец, много путешествовал и пережил массу приключений, так что он всегда был рад, когда какая-то заварушка прерывала его томную научную работу. - Что случилось, Джаспер? - Эрагон, прости, но там... там... мужчина... я собирал грибы... - Тише, тише, успокойся! Что за мужчина? Он тебя обижал? - Нет, я спрятался за деревом, и он меня не заметил. Он вышел из пещеры и... - Пещера? Где ты был? - Прости, Эрагон, я хотел собрать побольше сегодня... Только прошу, не рассказывай родителям! - Ладно, не скажу, но возле какой пещеры ты был? - Это... - Ну? - Пещера Смрада. - Что? Джаспер!!! Это ужасно! А ну быстро беги домой, и чтобы больше ни ногой сегодня в лес! - Хорошо!.. - И ещё кое-что... Куда пошёл этот человек?       Прорываясь через высокие кусты только что пробудившийся от неизвестного сна человек шёл на звук ручья. Чувства всё больше возвращались к нему, и сейчас ему страшно хотелось пить. И вот, пройдя последние тернистые заросли, он наконец вышел на источник звука. Как оказалось это был не ручеёк а небольшая лесная речка, через которую перекидывался широкий деревянный мост, сплочавший дорогу, уходящую куда-то в просвечивающую глубь леса. Сделав несколько глотков из реки, мужчина направился по дороге. Тишину леса и пение птиц постепенно начал заглушать топот копыт, и через несколько секунд мимо незнакомца вперёд промчалась большая торговая повозка, гружёная брёвнами и инструментами. Шаг, ещё шаг, и вдруг перед взором открылась огромная крепостная стена, с башнями, украшенными флагами. Ни справа, ни слева конца стены не было видно, она скрывалась за деревьями уже через несколько сотен метров. У огромных стальных ворот вооружённые стражники осматривали ту самую повозку и расспрашивали о чём-то торговца. Пространство перед стеной занимали огромные пшеничные поля, на которых кипела работа, и с которого доносились разговоры, крики и звук серпа, рассекающего пшеничный ствол… Немного постояв на месте, потрясённый направился прямиком к воротам. Стоило только ему подойти к стражникам, как кто-то крикнул: «Держи!», и мужчину тут же схватили, приставив к горлу мечи. - Это он, ведите его в цитадель! – скомандовал кто-то из-за спин, и арестованного тут же провели через ворота, предоставив его глазам ещё более потрясающий вид. Слева стояли высокие и широкие конюшни, из которых доносилось ржание и топот сотен копыт, справа стояла группа солдат, обсуждавших что-то и косо озираясь на пленного. За ними виднелся арочный вход на огромный базар, а напротив него рядом с конюшнями – таверна, внутри и вокруг которой гулко шло веселье. - Что за пьянь?! – с отвращением сказал один из стражников, сопровождавших человека. - Да вроде свадьба у кого-то, - ответил другой – только вот невесты не видно! Отвлёкшись от этих разговоров незнакомец поднял голову выше и узрел возвышавшуюся над всем городом цитадель, поражавшую своей красотой и грозностью. Огромный центральный атриум словно луч переходил в главную башню, от которой отходили две части купола, соединявших её с ещё двумя башнями, и всё это обрамляли многочисленные маленькие башенки, выходившие из стен главного атриумного зала. Позади и выше цитадели мужчина увидел ещё что-то, но так и не смог разобрать, то ли это была серая радуга, то ли колоссальных размеров арка, настолько высокая огромная и далёкая, что даже тускнеющая в небе. Ещё дальше цитадели располагались и другие крупные объекты, но их разглядеть времени не было – стражники с арестантом вошли в жилой район с домами, закрывавшими обзор на весь город. Вновь опустив глаза человек заметил, что в одном из окон вырвалась яркая фиолетовая вспышка. От изумления его отвлёк мальчик, игравший с друзьями и случайно врезавшийся в него. - Осторожнее! Не видишь, кто идёт?! – побранил сорванца один из солдат. Мужчина лишь добро ухмыльнулся… Наконец они дошли до цитадели и взошли на её грандиозные ступени. На верхней площади перед сводчатым тройным входом их встретил старик, облачённый в одеяния адепта, но явно им не являвшимся. Внимательно осмотрев незнакомца, он, приподняв брови, велел ввести его в основной зал. - Эрагон, его привели? – донеслось эхо, отразившееся от высоких стен помещения. Весь атриум был хорошо освещён, и прекрасно издалека был виден огромный витраж в дальней стене, изображавший… дерево… белое широкое дерево, с ветвей которого падали яркие листья, словно символизировавшие чистые души, нисходящие на землю. - Да, Готье, он здесь! – ответил старик. Охрана расступилась, и высокий статный воин, экипированный в мощные стальные доспехи, покладя свой шлем на мраморный столик, подошёл вплотную к незнакомцу. Грудь колесом, надменный взгляд прямо в глаза и руки, заведённые за спину – всё говорило о его уверенности, и также уверенно он начал: - Охотник, значит? В списках тебя нет, а когда выяснилось, откуда ты явился, информацию донесли до меня. Что ты делал в пещере Смрада? Неужто там, откуда ты родом, колдуют не только волшебники?! Или я не заметил печать? – он посмотрел в глаза пленному ещё внимательнее – А может ты мертвец? – задумчиво и грозно произнёс Готье - Так и будешь молчать или хотя бы скажешь своё имя? – многозначительно развернувшись после недолгой паузы, спросил он и, сделав пару медленных шагов, вернулся к мраморному столику, взял кувшин и не спеша, поднимая сосуд всё выше, налил себе в бронзовый бокал вино. Сделав глоток, он продолжил – Ты явно не из местных, у нас так уже десятки лет не одеваются. А может ты и вовсе меня не понимаешь?.. – Воин замер, видимо его слова заставили его же задуматься. Старик, стоявший всё это время справа от стражей, нахмурился, и, глядя в пол, направился было к немому мужчине, как вдруг произошло неожиданное. - Хель Иггдразиль! – произнёс человек и ноги его подкосились, стражники держали его, но тот был уже без сознания.       Птицы не умолкали за окном, изредка ударяя клювом фигуристые металлические решётки маленьких витражных окон, принимая их за удобные для постройки гнезда ветки сухого винограда, от чего те негромко дребезжали. С резким вдохом, вскочив с койки, арестованный проснулся, оглядывая комнату, куда его отнесли и оставили. Ничего не понимая он попытался встать, но не смог – каждая его мышца на любое движение отвечала дикой болью. - Так вот значит как? – заговорил знакомый голос за спиной мужчины, но тот не стал тщетно пытаться обернуться – Ты пришёл к нам из неведомых земель, дабы нести нам слово всевышнее? Или ты предвестник апокалипсиса? – справа появился тот самый старик, что встречал стражу с арестантом у цитадели, но теперь он уже был одет не как адепт, а как обычный лесник или алхимик, и сейчас он казался гораздо моложе, и его трудно уже было назвать стариком – Мне даже не пришлось идти в библиотеку, чтобы понять, что ты сказал. Смерть Древа Жизни! Что это значит? Это угроза, или предупреждение? А может просто бред? Ты вообще помнишь, что произошло вчера? – человек опустил голову, и пред его глазами пронеслись события прошедшего дня – Ладно, тебе ещё нужно прийти в себя, вот - выпей это! – Эрагон бросил на койку небольшую флягу, обитую кожей – Сразу полегчает… А как же тебя всё-таки называть? – после недолгой паузы, не дождавшись ответа, он развернулся, дошёл до двери и вновь остановился – Раз ты пришёл из глубины леса, то и звать тебя пусть будут Вальд! Ты не против? – произнёс тот, не оборачиваясь, и, не дожидаясь уже ответа, вышел из комнаты.