Я по уши в тебя влюблен.

      Я жалею, что не сказала о предстоящем свидании Еве, хотя возможно, так будет лучше. Не хочу отвлекать ее от семейного отдыха, да и она наверняка нежится на средиземноморском побережье, попивая холодный коктейль и слушая шум прибоя. Главное, чтобы Том не пришел на свидание со своим другом и помощником. Вероятность того, что наше первое и возможно, последнее свидание будет проходить в присутствии Харрисона, пугала меня. Я итак ужасно волновалась перед предстоящей встречей, так как у меня уже довольно давно никогда не было свиданий. До университета я была занята учебой, чтобы поступить в хорошее учебное заведения, а потом я начала еще больше писать и времени не было толком на то, чтобы сдавать зачеты и во время кушать и спать. Иногда мои родители заикались о том, что я скорее по части девочек, ну хотя такие слухи были оправданы я увижу того, что я постоянно была с Евой. Я лишь смеялась над этим.       Когда я вышла из дома, то с облегчением выдохнула. Том был один. Он стоял около дорогого черного внедорожника «Audi». И я угадала со внешним видом, так как Холланд приехал в куртке, надетой поверх серой футболки-поло и джинсах. На ногах — кроссовки, а солнцезащитные очки он держит в руках. Я же решила ехать в легкой толстовке, без капюшона мятного цвета и джинсах с высокой посадкой и кедах. С собой рюкзак, в котором я всегда ношу с собой ежедневник и планшет, если неожиданно нужно будет что-то записать. Особенно такое было со мной, когда я работала над очередной книгой.       — Привет, ты прекрасно выглядишь, — улыбается Томас. Он милый, нет, не так. Он чертовски милый и сексуальный одновременно. Его карие глаза сияют от счастья, уголки губ приподняты, а волосы — небрежно растрепанны.       — Привет, спасибо, — я смущаюсь и отпускаю взгляд на свои кеды. Они почти новые и белые носы идеально чистые. Я старалась, чтобы все было максимально идеально. Том галантно подает мне руку и открыв за своей спиной дверь со стороны пассажира, и помогает мне сесть и когда я опустилась на кожаное сидение, Холланд осторожно подносит мое запястье к своим губам, — ты очень галантен, — отмечаю я. Господи, Дали, научись делать комплименты! Ты говоришь, как в 18 веке, а все это твои книги про Джейн Эйр и так далее.       — Спасибо, — подмигивает мне Том и захлопнув дверцу, вскоре садится за руль, — итак, я честно думал о том, как нам провести свидание так, чтобы это не стало достоянием всех социальных сетей и тонны фанатских групп, — смеется Том и я вижу, как на его щеках проступают ямочки. Господи, он само очарование. Невероятно красивый. И я искренне рада тому, что он понимает то, что я не хочу предавать наши отношения огласки.       — И что ты придумал? — не терпится узнать мне. В голове крутится пара мест, среди которых прогулка по какому-нибудь живописному месту вдали от Лондона или что-то в этом роде.       — Обещаю, тебе понравится и это будет сюрприз. Ты же их любишь? — Том смотрит на меня и широко улыбается. Я ненавижу все эти сюрпризы, так как они часто бывают слишком ужасными.       — Мне уже страшно, — и почему этот шатен заставляет меня смеяться в полный голос? Он очаровывает меня и наверное, в первые в жизни, я испытываю одно из тех чувств, что так старательно пыталась передать в своих книгах — влюбленность. Я смеюсь и закрываю лицо ладонями, ощущая, как Том сам пристегивает мой ремень безопасности.       — Если мой сюрприз тебе не понравится, то у тебя не будет шанса сбежать, — рассмеялся Холланд, пристегнув свой ремень и заводя мотор. Он очарователен, и я не в праве это отрицать. К сожалению, у меня совершенно не было времени на то, чтобы оценить его актерский талант, но судя по тому количеству фильмов, что было указано в его фильмографии, он явно не плохо играет.       — Что ж, уже не терпится его увидеть, — отвечаю я, так как мне становится интересно, что же он мог придумать.       Мы едем по Беверли-Уэй и Том рассказывает о своей работе и это действительно интересно. Так я узнаю о последней на сегодняшний день роли Тома — военного врача Нико Уокера, который получил ПТСР в ходе военных действий и потом подсел на опиум, что привело его к ограблению банка. Кажется, эта история основана на реальном случае, который произошел с человеком. Я же говорю о «Последних героях Земли», тк как эта книга больше всего заинтересовала Тома.       — Ты так детально описываешь все эти штуки связанные с наукой и с ракетами, где ты набралась такого опыта? — интересуется Том. Я усмехаюсь, так как отлично знаю, что такое написать хорошую книгу о космосе, не имея определенного опыта.       — Мои родители… они имеют степени астрофизиков, но у них не сложилось с наукой и они занялись ресторанным бизнесом, — поясняю я, — в детстве мне много читали книг по физике, о космосе, о ракетах и все такое… ну и как-то видимо сказалось на моем творчестве. А сейчас я много консультируюсь в разных космических организациях, так как родители чаще всего сильно заняты бизнесом или путешествуют.       — Ого, ты проделываешь огромную работу, — кажется, что он немного удивлен. Ладно, на самом деле это действительно тяжело. Когда я писала первую книгу, то потратила шесть месяцев только для того, чтобы собрать материал, но это того стоило.       Том выворачивает на Кумб-Хилл-Роуд и я догадываюсь о том, куда мы поехали и пока не знаю, как реагировать на такой выбор места для первого свидания. Хотя погода стоит сухая и в целом, на улице довольно тепло и солнечно, что почти редкость для Туманного Альбиона в середине весны. В машине очень тихо играет музыка, так, чтобы не мешать нашему разговору.       — Прошу, только не говори, что мы едем играть в гольф, — нервно сглотнув, прошу я. Не то, чтобы я совсем не умела в него играть, но это точно было не моим. То ли дело мой папа. Он отличный игрок и часто собирается со своими друзьями, чтобы поиграть.       — Не буду, потому что ты это уже сказала, — усмехается Холланд и паркуется рядом с гольф-клубом «Кумб Хилл», обычно мы тут не играли и папа выбирал другое поле.       — Я ужасный игрок, — честно признаюсь я, — мой папа пытался научить меня играть, но он сказал, что проще научить макак решать задачи по термодинамике.       — Что ж, сегодня я буду вашим учителем, мисс Дали, — Том обворожительно улыбается и его большие глаза блестят от счастья. Он безумно рад тому, что мы сейчас проводим время вместе и даже не пытается этого скрывать. Что ж, мне тоже приятно находится с ним рядом. Том помогает мне выйти из салона авто и взял мой рюкзак, накинув одну из лямок на плечо. Он протянул мне черную бейсболку, так как светит солнце. Сам он тоже натягивает бейсболку только серую с лого нашей с ним школы.       — Ого, это будет что-то, мистер Холланд, — наигранным тоном отвечаю я и он смеется. У Тома просто невероятный эмоциональный фон. Он как паутина, в которой ты хочешь запутаться с головой. Бесподобная метафора: я окутана паутиной Человека-Паука.       Мы идем к огромному дому, что стоит у самого входа на территорию клуба. Рядом с ним припарковано около пяти гольфкаров белого цвета. Том заводит меня в просторный холл с диванчиками и длинной стойкой администрации. За ней работает мужчина средних лет в белой кофте. Я огладываюсь. Стены в холле обшиты темным деревом, таким же, что и на полу. Другую часть помещения занимает зона с диванами и камином, где сейчас никого нет.       Том арендует машину и инвентарь, после чего мы идем на улицу. Поле огромное и засажено ровно подстриженным зеленым газоном. Мы садимся в одну из машинок и едем к первой лунке. Еще по дороге сюда я поняла, что Том не плохой водитель. Он отлично справляется с вождением. Мне нравится в этом клубе, так как тут почти нет народа, а если и мы встречаем кого-то, то им фиолетово на то, кто мы и что тут делаем. Все увлечены игрой или просто разговорами.       — Ладно, давай я пока что просто покажу тебе как это делается, — он вытаскивает из сумки одну из клюшек, устанавливает мяч и принимает нужную для удара стойку. Его узкие штаны облегают задницу и когда Том стоит в такой позе, мне открывается прекрасный вид на нее. Я быстро сглатываю слюну, так как это слишком захватывающий вид. Холланд прицеливается, замахивается и в следующий миг мяч летит к лунке.       — Это было круто, — говорю я, наблюдая за полетом.       После этого Том помогает мне встать, поправляет руки, сомкнутые на ручке клюшки. Он слишком плотно стоит ко мне, чтобы помочь приготовится к удару, но от того, что он так близко, мне становится жарко и не по себе. От Тома приятно пахнет мятой и чем-то сладким. Пленящий и завораживающий запах мгновенно окутывает меня и я стараюсь сосредоточится на мяче, так как в этом цель нашего столь тесного контакта. Так вот почему он выбрал гольф. А он продуманный.       Я замахиваюсь и бью по мячу. Скорее всего, мой отец назвал бы этот удар не таким уж плохим, но мне кажется, что он ужасен.       — Ого, а у тебя явно есть задки для игры, — Том приобнял меня за плечи, но кажется, понял, что наделал лишнего, и быстро отстранился в сторону, хотя я не была против того, что он делал. У него мягкие и теплые руки, а еще очень нежные, — ладно, идем, посмотрим, куда они улетели…