Я буду здесь для тебя

«Что, если я не понравлюсь твоему другу?», спросил Юнги, явно неуверен касательно встречи. Чонгук издал смешок, непривыкший видеть своего парня таким встревоженным. «Он не будет ненавидеть тебя… Успокойся, милый, всё будет нормально». Чонгук поправил воротник рубашки Юнги, перед тем как они покинули апартаменты. Они наконец-то определились с датой, и Чонгук был рад, что его парень и лучший друг смогут встретиться. Они выбрали небольшое кафе, которые было расположено на маленькой, узкой уличке. Немногие знали о нём, и оно было идеальным место для первой встречи. Чонгук и Юнги использовали метро, зная, что они не смогут припарковаться возле кафе. Юнги нервничал все время. Чонгук знал, что он начал бы грызть свои ногти, если бы они не взялись за руки, выходя из апартаментов. Они прибыли первыми. Они нашли небольшой столик в конце заведения и сели друг возле друга, повернувшись спинами к входу. «Я хочу понравиться твоему другу», Юнги прошептал. Чонгук посмотрел на него с нежностью. Ему было приятно знать, что Юнги хотел найти общий язык с его другом ради него. «Ты ему понравишься, не волнуйся слишком сильно, милый», Чонгук наклонился, чтобы поцеловать нос Юнги. Они не слышали звук колокольчика на входной двери или приближающиеся шаги до тех пор, пока тень Чимина не нависла над ними. Чонгук обернулся, чтобы посмотреть на своего лучшего друга, желая представить его Юнги, но был удивлён, когда он заметил шок на лице Чимина. Ничего не понимая, Чонгук вновь посмотрел на Юнги, глаза которого были широко раскрытыми, а рука опустилась с бедра Чонгука. «Пап?», Чимин сказал, полностью растерян. Сердце Чонгука начало биться быстрее, и он нахмурился. «Чимин?» Оба долго смотрели друг на друга, Чонгук между ними, не совсем понимая, что происходит, и начиная переживать всё больше с каждой секундой молчания. «Что?», он спросил. Чимин опустился на стул перед ними. «Вы встречаетесь?», он спросил с широко раскрытыми глазами. Чонгук цокнул языком: «Я сказал тебе, что познакомлю тебя со своим парнем, кто ещё это может быть?», Чонгук спросил, чувствуя себя все больше раздражённо. «Ну, мой отец». Чонгук чувствовал, как Юнги напрягся возле него. Он еле смог понять, что происходит. «Твой… отец?», Чонгук обернулся посмотреть на Юнги, который выглядел абсолютно подавленным. «Подожди… подожди… подожди!», Чонгук практически закричал. Он посмотрел между двумя, своим лучшим другом, своим парнем, замечая сходство в чертах лица. «Он – сын, о котором ты мне рассказывал?», Чонгук спросил. Юнги позволил себе опереться на спинку своего стула. «Этого не может быть», он пробормотал. «Я думал… когда ты сказал мне о своем сыне, я думал, что это кто-то младше…» Юнги наконец посмотрел на него спустя несколько секунд: «Чимин появился, когда я был молод», Юнги признался. «Боже, это так странно», Чимин прошептал никому конкретно. Чонгук хотел согласиться, но он был ещё слишком ошарашен, чтобы сказать что-нибудь. «Пап… я не знал, что тебе… нравятся парни…», Юнги выглядел так, будто он не хотел ничего больше, кроме как исчезнуть в этот же момент. «Я… ну, мне нравятся…» «С каких пор?», Чимин выглядел смущённым. «Всегда», Юнги вздохнул. Чонгук все еще наблюдал посередине. «Но… я был у тебя, ты был с мамой…» Юнги провёл рукой по своим волосам, растрёпывая тёмные пряди. Чонгук знал, что он делал так, когда очень сильно нервничал. «Ты не был… запланированным… я и Джиху, нам было по восемнадцать, и я пытался доказать себе, что я мог быть традиционной ориентации… потребовалось всего один раз… », Юнги выдохнул нервно. «Так ты просто использовал маму», он выдал сквозь зубы. «Я… это не так просто… ». «Нет, ты просто чёртов трус!», Чимин выпалил. Он встал, из-за чего его стул почти упал. Чонгук также поднялся. «Чимин…», он сказал. Его лучший друг посмотрел на него со злостью: «Я не хочу, чтобы ты встречался с ним». Чонгук нахмурился: «Не говори мне, что делать». Чимин фыркнул: «Ты заслуживаешь лучше, чем этот идиот». Чонгуку не удалось убедить своего лучшего друга остаться. Студент ахнул, когда он обернулся к своему парню и увидел, что тот тихо всхлипывал, прячась за своими руками, и заставляя свои плечи дрожать. Чонгук сразу же опустился на колени возле Юнги, обхватывая руками его шею, пытаясь успокоить его теплом и чувством близости. «Всё в порядке», Чонгук прошептал в волосы Юнги, «ты в порядке». Юнги пытался унять всхлипы. Чонгук знал, что люди за стойкой смотрели на них. «Давай вернёмся домой». Юнги был слишком слаб, чтобы пытаться протестовать. Он позволил себе принять заботу, и Чонгук держал свою руку вокруг его талии, помогая ему устоять, когда он пошатывался. Чонгук не знал, что сказать, он всё ещё пытался понять, что только что произошло. Лицо Чимина, когда он увидел Юнги рядом с ним, отвращение, с которым они обвинил своего отца в использовании своей мамы. Сейчас, Чонгук пытался оставить накапливающиеся мысли на потом и, вместо этого, сфокусироваться на своём парне в данный момент. В апартаментах Юнги позволил себе упасть на диван в гостиной, поворачиваясь окнам, обхватывая голову своими руками, но больше не плача. Чонгук сел возле него, не трогая его, не зная, что Юнги хочет – чтобы он обнял его или держал дистанцию. Через некоторое время Юнги наконец-то заговорил: «Мне жаль, что всё так получилось…». Чонгук прикусил нижнюю губу: «Я… ты не виноват в этом, ты не мог знать». Нерешительно он потянулся к руке своего парня и, когда тот не отстранился, переплёл их пальцы. Юнги слабо выдохнул. «Ты знаешь, что ты можешь поговорить со мной, верно?», Чонгук заговорил. «Я знаю, зайчёнок... я просто чувствую себя полным уродом сейчас», он запнулся в конце. «Почему?», Чонгук спросил. «Я просто… мои отношения с Чимином не были простыми. Я женился на его матери, потому что её родители не хотели, чтобы у неё был ребёнок вне брака, даже если мы оба были так молоды… я развёлся с ней, когда Чимину было 3, потому что она узнала, что я – гей, и у нас с ней не было ничего после того, как Чимин родился», Чонгук сжал руку Юнги. «Джиху… она не хотела, чтобы я поддерживал контакт с Чимином, но ей всё ещё нужно было, чтобы я поддерживал его в финансовом плане – так что это то, что я делал. Это и причина того, почему я в Сеуле, потому что я переехал из Пусана, как только я смог. Просто продолжил отправлять им деньги каждый месяц… Это просто большое совпадение, что Чимин хотел изучать хореографию, и Сеул оказался лучшим местом для этого», Юнги издал иронический смешок. «Но я не понимаю…», Чонгук прошептал, «если твоя прошлая жена не хотела, чтобы ты присутствовал в жизни Чимина, тогда как он узнал тебя в кафе?» «Ах… это… технически, Джиху не могла просто запретить мне видеться с Чимином, поэтому вместо того, чтобы довести всё до суда и усложнить всё для нас двоих, она решила позволить мне встречаться с Чимином несколько раз в году». Чонгук нахмурился: «Ты хотел быть частью жизни Чимина?». Юнги закрыл свои глаза: «Больше, чем что либо. Он мой тоже, даже если я не чувствовал ничего к его матери». «Но… не было это решение несправедливым?» Взгляд в глазах Юнги, когда он открыл их, разбил сердце Чонгука: «Да, но… я чувствовал себя так, будто я предал её с браком и всем прочим, поэтому я просто позволил этому произойти…» «Ох, милый», Чонгук прошептал, наконец осмеливаясь обнять Юнги должным образом. Юнги всегда заботился о нем, успокаивал Чонгука, когда всё было плохо, знал, что делать в сложных ситуациях. Чонгук не был уверен в том, что делать со всем этим, но хотел, чтобы Юнги стало легче. «Я… после того, как Чимин решил переехать в Сеул, Джиху связалась со мной, она сказала, что хочет, чтобы я приглянул за ним, потому что она не могла уехать вместе с ним, так что… я начал встречаться с Чимином чаще, и, даже если он сначала относился к этому немного скептически, всё стало лучше… не идеально, но всё же лучше». «Ей», Чонгук сказал. Он отстранился немного, достаточно лишь для того, чтобы взять лицо Юнги, наклоняя его немного, чтобы его парень смотрел ему в глаза. Взгляд Юнги был затуманенным. «Это не твоя вина, ничего из этого, от конца и до этого момента. Некоторым людям сложно осознать то, что они гомосексуальны. У некоторых на это уходит года, десятилетия, и это нормально. Никто не может ожидать, что принятие этого будет лёгким, особенно потому что многих потом унижают и подвергают несправедливому отношению… ты смелый, Юнги». Его парень смотрел на него со слезами на глазах. Чонгук улыбнулся ему немного, гладя его щеку своим большим пальцем. «Чимин изменит свое мнение, я знаю его, он, вероятно, был просто удивлён увидеть тебя со мной… я поговорю с ним, если хочешь». Юнги наклонился, прижал свой лоб к плечу Чонгука и обхватил своими руками талию студента: «Я люблю тебя, зайчёнок, так сильно. Может, это не лучшее время говорить это, но я правда люблю тебя». Юнги отстранился и поцеловал лоб Чонгука. Студент был немного ошарашен признанием старшего, но спустя несколько секунд, он ярко улыбнулся, поцеловал Юнги, затаив дыхание, и прошептал в его губы: «Я тоже люблю тебя».