о лжи и всех ее последствиях

соулмейт Олежи – настоящий патологический лгун. с самого раннего детства (как только, видимо, родственная душа научилась говорить) на левом предплечье мальчика стала появляться разного рода детская, несерьезная и глупая, но тем не менее ложь: «у меня больше нет конфет», «это моя игрушка», «Антон побил меня». когда Олежина мама частенько брала руку сына и разглядывала надписи на ней, читая и переводя все для маленького ничего непонимающего Олежи, она то и дело смеялась и говорила, что «девочка у тебя не сахар». а тем временем родственная душа и Олежа быстро росли, и ложь той самой непокорной девицы становилась все интереснее и интереснее: «нам ничего не задавали», «дневник дома», «этого больше не повторится». школьная жизнь Олежи казалась намного скучнее жизни его соулмейта даже самому пареньку. он лишь учился на отлично, иногда подвергался насмешкам и напыщенным угрозам со стороны грубых сверстников и некоторых совсем уж агрессивных старшеклассников, а также старался как можно тщательнее прятать свою левую руку, уже почти наполовину исписанную гадкими лживыми фразочками. и не потому, что его за это стыдили (это же не его вина!), а из-за того, что за всю свою жизнь Олежа пока что ни разу не соврал – ну просто даже случая не представлялось! «я не курю», «я не пью», «мне правда с тобой интересно». лицемерная избранница Олежи, кажется, пошла по неверному пути. подобные высказывания часто заставляли парня задумываться о том, насколько же коварна должна быть судьба, чтобы связать его, почти святого Олежу, с некой постоянно врущей бунтаркой. но она ли это вовсе?

***

мысли, логичные и не очень, переполняют голову Олежи. он сидит над задачей уже битый час, упорно пытается решить ее хоть как-то, но ничего не выходит. прохладный майский ветер попадает в душную комнату, освещенную одной лишь горящей желтым светом лампой, и парень, отвлекшись на движение тюля из-за потока воздуха, наконец разочарованно выдыхает и откидывается на спинку компьютерного стула, тем самым позволяя себе передохнуть. взгляд невольно падает на худощавую руку с белоснежной кожей. пробегая глазами по знакомым высказываниям, Олежа почти сразу же обращает внимание на то, как медленно, но аккуратно и чисто печатными буквами вырисовывается еще одна маленькая ложь: «у меня есть девушка». Олежа с минуту смотрит на новое изречение, потом потирает его, словно думая, что это какая-то шутка и фраза нарисованная, а потом одним рывком вскакивает из-за стола, чуть не уронив стул и пару книг с полки. меряя крупными и громкими шагами свою маленькую комнату, Олежа чуть ли не кричит от удивления и небольшой, но нарастающей паники. теперь-то это все объясняет – и плохое поведение его соулмейта, и многочисленные проказы и следующие за ними привирания, свойственные чаще мальчишкам. но вдруг это девушка? но вдруг она лесбиянка? а если это все же парень, то Олежа, получается, гей? и кого же тогда ждет его соулмейт? полностью поглощенный внезапным открытием, Олежа не сразу замечает, как на него, облокотившись о дверной проем, стоит и смотрит его мать. в ее сонных глазах – капелька злости и раздражения. видимо, Олежа все же нашумел. сначала тупо остановившись посреди комнаты, а затем взирая на мать с немым оцепенением, он не успевает придумать и сказать ничего лучше, кроме как: - я тут над задачей думаю. что такое? взгляд матери тут же немного теплеет, но в остальном – ни один мускул на ее лице не дрогнул, и она с явной усталостью и насмешкой произносит: - разбудил ты меня, вот что. будь тише, да и вообще – время уже позднее, давай ложись спать, - и, еще раз окидывая комнату и сына взглядом, в котором отчетливее всего говорила материнская забота, женщина все же приподнимает уголки губ и не спеша выходит из комнаты, закрывая за собой дверь. Олежа рвано выдыхает и чувствует, как сердце внутри отчаянно грохочет, а потом просто-напросто ухает вниз, когда парень осознает, что он только что соврал. собственной матери. первый раз в жизни. и эта нелепая ложь отпечатается на руке у его соулмейта. - слишком много потрясений за ночь, - шепчет одними губами Олежа и возвращается за стол. ни решение, ни сон к Олеже в ту ночь, конечно же, не пришли.

***

бессонная ночь из-за внезапно появившейся первой лжи соулмейта и дешевый алкоголь дают о себе знать – Дима приходит на пару в совершенно разбитом состоянии. почти ни с кем не здороваясь и стараясь спрятать свои синяки под глазами, низко опустив голову, студент все же дотягивается до последних рядов и со стоном, полным истинной муки, усаживается на сиденье. но стоило только Диме поудобнее устроить голову на столе и принять удобную позу для сна, как в аудиторию вваливается профессор и, рявкая на всех подряд, добирается до незадачливого студента: - Дмитрий Побрацкий! – на этих словах Дима лишь обратился в слух, но головы даже не поднял, - вы такой уставший и сонный! надеюсь, это потому что вы учили сегодняшнюю тему для теста. ну а перед его началом, Дмитрий, ответьте мне на пару вопросов, - и Диме пришлось послушать надоедливого профессора, подняв все-таки голову и пытаясь связать хоть несколько слов - самое сложное задавал наверняка, гад! но спустя несколько минут докучающих заданий и немых ответов, профессор подвел итог: - ничего вы не учили, Побрацкий, как и всегда. пакуйте вещи, вас уже скоро отчислят, - и старик посмотрел на Диму с крайней холодной строгостью. почувствовав от негодования прилив сил, Дима решает во что бы то ни стало вставить свое прощальное словечко и говорит: - я учил! спросите что-нибудь еще, я отвечу. - Дмитрий, знаем мы все вашу песню. садитесь и отоспитесь хорошенько, вам же это сейчас нужнее, - сильный укор в голосе профессора заставляет Диму на секунду почувствовать стыд, но такой порыв проходит также быстро, как и внезапный прилив энергии, а потому студент вновь раскладывается поудобнее и начинает в сотый раз перечитывать маленькое высказывание на своем левом запястье, что появилось совсем недавно. кто же знал, что это будет первая и последняя ложь Диминого соулмейта, и что больше на руке у Олежи никогда не появится другой неправды?

***

не заметить то, как аккуратно, ровно, но очень тесно и близко стоят все лживые высказывания на Олежиной руке было очень сложно. это выглядело словно большая, старомодная татуировка на всю руку, но она несла в себе очень интересный посыл – видимо, соулмейт Олежи - тот еще кретин, который не может не врать. а вот Димина совсем маленькая, крошечная ложь была почти неприметна, поэтому Олег не пытался ее прочитать, да и с вопросами совсем не приставал. но все же смутное сомнение и чувство того, что соулмейт его не забыл и находится где-то рядом не покидало Олежу уже давно. случай для проверки представился сам собой – в вечер после одного из легких учебных дней холодной осенью Диме развязало язык его хорошее настроение и светлое пиво, а потому он совершенно не к месту, прерывая середину истории, которую рассказывал Олежа, спросил: - досталось тебе от соулмейта, да? я просто руку твою вижу часто, - Дима усмехается, понимая, что сморозил, но ничего не исправляет и лишь ожидает ответа. - да нет, хорошо, что ложь хоть появляется безболезненно. а так, он наверняка либо просто идиот, либо патологический лгун, - Олежа не смущается, как обычно, а говорит прямо и открыто, всецело доверяя своему собеседнику, - а твой соулмейт наоборот тебя очень пощадила, - Олежа улыбается, заглядывая Диме в глаза. - да, да вот только никак все не найдется. первой и последней ее ложью было «я учу задачу» или что-то такое. да при каких обстоятельствах вообще можно так соврать?! смысл сказанных слов доходит до призрака постепенно, а потому его улыбка плавно исчезает и выражение лица сменяется на глубокое изумление. у Олежи, прямо как тогда, что-то обрывается глубоко внутри. не от разочарования или гневного удивления, а от простого шока. всегда помня о том, что и у его соулмейта есть одна маленькая ложь на руке, Олежа бы никогда не подумал, что именно Дима будет носителем той самой глупой фразы, брошенной невпопад и в замешательстве. Олежа мягко прикасается к запястью Димы и проходит сквозь него – кажется, парень совсем не против, только смотрит на призрака с неким удивлением и весельем. проведя глазами по маленькой строчке на запястье у парня, Олежа невольно улыбается – то ли от того, что так напряжен, то ли от того, насколько смешным ему теперь казалась вся их вместе взятая ложь и эта ситуация. - знаешь, последняя ложь, которая появилась на моей руке, это «я учил». не подскажешь ли, что тогда была за тема? – Олежа смотрит на Диму с прищуром, ожидая его реакции, внимательно выискивая все эмоции на лице рядом. Дима сначала усмехается, а потом вдруг резко поворачивает голову на Олежу – смотрит так пристально, удивленно, но ничуть не испуганно. шокирован, но обошелся без отвращения. Олежа готов ко всему на свете – к тому, что Дима его отчитает, покроет, просто встанет и уйдет, но никак не к тому, что он засмеется – так громко, заливисто, искренне. призрак улыбается широко и ясно – ему неизвестно, что вызвало такую бурную реакцию Димы на эту ситуацию, но он рад, что парень все-таки не ушел и не нагрубил. когда смех все же утих, Дима, не сводя глаз с лица своего соулмейта, улыбается и произносит: - никогда не буду больше врать. мне больше нравятся твои чистые бледные руки, - на лице у обоих усмешка, ведь оба понимают, что это не имеет значения, и Дима по-свойски накрывает почти прозрачную ладонь Олежи своей рукой. касания не происходит, но Олеже приятно, что таким жестом Дима словно пытается подтвердить свои слова. Олежа ничего не отвечает, лишь улыбается и заглядывает Диме в глаза – конечно, он ему верит. а как же может по-другому, когда вместо лжи наконец появляется долгожданная правда?