Panic at the Shower

      Чимин захлопывает за собой дверь и с раздражением прислоняется к ней спиной. Он осматривает квартиру и замечает отсутствие своего веселого соседа по комнате, который обычно был погружен в сопливую дораму, набивая рот чипсами и пивом, в это пятничное время.       Он скидывает ботинки и идёт дальше в знакомое тепло, небрежно бросая пальто и сумку на диван, совсем не обращая внимания на то, как плохо он целится и как обе вещи оказываются на полу. Проведя руками по лицу, чтобы избавиться от усталости, он идёт в свою темную спальню, не потрудившись включить свет. Честно говоря, он не нуждается в этом, живя в этой квартире так долго, что, зная каждый поворот, угол и вмятины на стенах, он мог бы практически успешно пройти по квартире с повязкой на глазах. Но опять же, он неуклюж, так что знание каждого угла в его квартире не даёт преимущества, того, что его тело не решит удариться о любую поверхность в ней.       Парень с тоской смотрит на свою кровать, желая упасть лицом в пушистое покрывало и погрузиться в необходимый сон. Но затем он чувствует запах напряженной дневной деятельности на своей коже, и неохотно решает отказаться от этого, решив пойти к своим ящикам, чтобы достать чистую одежду, которую он может носить после душа.       Он выбирает первое, что попадается ему под руку, что является старой парой тренировочных штанов и майкой, которая слишком велика для него, что совсем его не беспокоит, ведь он у себя дома. В конце концов, никто не увидит его сомнительный выбор в одежде, кроме Тэхёна, у которого уже есть странное и удивительно лестное для него чувство стиля.       Он снимает полотенце, висящее на стуле, и тяжелыми шагами идёт по коридору в ванную комнату. Чимин не тратит много времени на то, чтобы раздеться, морщась, когда запах сухих листьев и цветов наполняет его ноздри. Работа в чайном магазине столь утомительна и скучна, потому что приходится ходить и принимать заказы от небольшого количества клиентов, которые приезжают, то есть старушек, которые притворяются, что пьют теплый чай, но на самом деле смеются над красивыми официантами. Сколько раз Чимину приходилось отвергать непристойные предложения от женщин, которые могли бы быть его бабушками. Их было гораздо больше, чем он хотел бы признать. Сидеть часами, когда дела идут медленно, пить чай, пока он занят, потому что ни для кого не секрет, что, во-первых, он был на мели, а работа в чайной лавке означает бесплатные напитки, даже если он не любит чай с самого начала.       Он заходит в душевую кабинку, вздыхая, когда теплая вода касается его напряженных мышц. Несколько секунд он стоит неподвижно, позволяя звуку воды, стучащей о кожу, расслабить его, пока пар вокруг затуманивает зеркало и окно. Через несколько минут он слышит, как открывается и закрывается входная дверь, и сразу же понимает, что его лучший друг вернулся оттуда, где был раньше. Он улыбается при мысли о том, что будет сидеть рядом с Тэхёном после душа, смотреть вместе с ним дораму и смеяться над выражением лица младшего, когда что-то романтичное происходит в одном из его дерьмовых шоу.       Втирание шампуня в кожу его головы ощущается как рай. Мягкий запах заставляет его удовлетворенно вздохнуть. Чимин бессознательно закрывает глаза, массируя волосы гораздо больше времени, чем когда-либо, прежде чем, наконец, открыть глаза, и замереть. Его сердце делает тоже самое.       Там, на кафельной стене, в нескольких сантиметрах от него, сидит долбаный паук. Да ещё и гигантский. Двигая своими длинными отвратительными ногами, он передвигается дальше по стене, ближе к Чимину. Нет ничего, что Пак ненавидит или боится, но пауки, конечно, не входят в этот список. Он презирает их так сильно, так как они вызывают у него сердечные приступы каждый раз, когда он видит их издалека. Парень просто не может терпеть находиться в одной комнате с таким маленьким, но таким смертоносным существом. То количество раз, когда случались панические атаки из-за встречи с пауками, серьезно беспокоит его.       Он клянется, что вся его жизнь проносится перед глазами, когда паук решает спрыгнуть со стены на пол, волоча свое жирное тело прямо к ногам Чимина. Сказать, что он проиграл — это преуменьшение, крик, который он испускает, оглушителен и определенно не мужественен, но парню на это наплевать, ведь на кону его жизнь. Он подпрыгивает на несколько сантиметров в воздух, чуть ли не падая задницей на скользкий пол. Однако на это у него совершенно нет времени. Нахуй всю эту неуклюжесть! Не сегодня!       Он выбегает из душевой кабинки и направляется к двери ванной комнаты, что оказывается гораздо более сложной задачей, ведь его глаза всё ещё следят за пауком, а с тела капает вода. Мысль о том, что он голый, даже не приходит ему в голову, когда он распахивает дверь с такой силой, что боится сломать себе руку, и выбегает в коридор.       Чимин не успевает далеко убежать, так как врезается во что-то или кого-то, падая на пол. Падение получается резким, а его нос встречается с твёрдой поверхностью, которую он вскоре замечает, как чью-то грудь, и человек, в которого он только что врезался, блядь, ударил его коленом по яйцам.       Отлично.       Некоторое время он остаётся неподвижным, в основном из-за сильной боли и шока, а также потому, что он чертовски ГОЛЫЙ. Чимин на мгновенье думает, что он не должен смущаться, ведь Тэхён видел его голым и раньше, так что он, непременно поймет состояние Чимина, как только взглянет на демоническое существо в ванной. Аромат, который цепляется за человека под ним, подобен удару в лицо, и он клянется, что его живот почти вываливается из его задницы. Это ваниль. Тэхён ненавидит ваниль.       Он просто врезался в незнакомца, когда был голым. Хуже уже быть не может.       Комок под ним стонет от очевидного веса, который ему приходится терпеть, и Чимин почти жалеет о том, что парень принял на себя весь удар. Он хочет посмотреть вверх, но боится того, что может увидеть. Что если этот чувак был грабителем, который ворвался в его квартиру, думая, что никого нет дома, и теперь он увидит Чимина голым?       «Видимо, это был не его день» — разум Чимина шутливо поддерживает его, но Пак не приветствует эту мысль, потому что сейчас не время для гребаных шуток.       Они остаются в одном положении в течение нескольких секунд, которые Чимину кажутся часами, прежде чем парень заговорит. — Я уверен, что вам очень удобно, но я был бы признателен, если бы вы слезли с меня.       Чимин крепко зажмуривается и съеживается ещё сильнее на груди парня, потому что, черт возьми, его голос горяч, но Пак все ещё очень голый, и он не планирует смущать парня еще больше. — Хм, может вы уже заметили, но… я голый.       Парень фыркает под ним, и Чимин почти готов дать ему пощечину, прежде чем он продолжит. — Слушай, только, пожалуйста, не пялься на меня. — Я и не планировал, — Чимин хочет посмеяться, потому что этот парень — наглый врун. Пак не хочет быть самовлюбленным или что-то ещё, но он знает, что он горяч, и он знает, что парни и девушки одинаково смотрят на него слева и справа. Даже бабульки охотятся за его симпатичной задницей.       Несмотря на это, он двигается, чтобы встать, коварно прижимая свое колено к промежности парня, злобно ухмыляясь, когда он слышит резкое шипение, слетевшее с губ другого. Как только он встает и скромно прикрывает свои интимные места, он, наконец, смотрит на парня и блять, у Бога все-таки есть фавориты.       Он высокий и хорошо сложенный. Белая футболка прилипает к его бицепсам и прессу влажным пятном, благодаря Чимину. Его длинные ноги обтянуты джинсами, а темные волосы разделены пробором посередине, падая на уши свободными волнами и открывая лоб. Глаза парня яркие и почти застенчивые, когда он пытается смотреть на все, что не является Чимином. Его губы восхитительно естественного розового цвета.       Он — приятное зрелище, и Чимин бесстыдно рассматривает его. Не каждый день в квартире Пака останавливаются горячие парни. Да, Чимин даже не знает, кто этот чертов парень, может быть, он все-таки грабитель. «Очень горячая штучка» — заявляет его разум, хотя сейчас не время для шуток. — Да кто ты вообще такой? — спрашивает Чимин, гораздо более обвиняющее, чем намеревался. Парень кидает быстрый взгляд в его направлении, прежде чем отвлечься на пол. Чимин думает, что его избегание мило. — Я друг Тэхёна, Чонгук.       Ах да, Тэхён действительно упоминал о том, что приведет друга с работы, чтобы они могли попробовать эту новую видеоигру. Как Чимин мог забыть? — Может быть, Тэхён дал тебе ключ или что-то в этом роде?       Мысль о том, что он мог оставить дверь незапертой, когда вернулся домой, пугает его, главным образом потому, что это уже случалось раньше. — Да, он дал мне свой ключ и велел подождать здесь, пока он сходит за едой, — Чимин кивает на его объяснение, переминаясь с ноги на ногу. Чонгук все ещё не осмеливается поднять глаза, когда продолжает. — Но он не сказал, что ты будешь здесь. — Ну, это ведь мой дом, — Пак шутит, кусая губы, чтобы не рассмеяться над румянцем, который расползается по лицу Чонгука. — Я уверен, что он просто забыл тебе сказать. Ты же знаешь, как коротка его память.       Чонгук просто гудит на это, и вскоре они окутаны неловкой тишиной. В голове Чимина крутятся мысли о том, как бы ему прикрыться. О том, чтобы снова войти в ванную, не может быть и речи! Единственный выход — это пойти в свою комнату и переодеться, но если он это сделает, то наверняка не узнает, переместился ли паук в другое место. — Паук!       У него перехватывает дыхание, а глаза расширяются. Как он мог быть таким беспечным? Он оставил гигантского паука вне поля зрения только для того, чтобы пялиться на этого симпатичного парня, который все ещё не осмеливается смотреть на него. «Ну что за шлюшка?» — выпаливает его разум, и он не может не согласиться.       Чонгук, кажется, всё понимает, потому что довольно скоро его голос достигает ушей Чимина. — Что случилось?       Чимин определенно паникует, и тянет руки к своим волосам только для того, чтобы вспомнить, что он использовал их, чтобы прикрыть свой член. Пак быстро перемещает их вниз и осторожно смотрит на Чонгука, который теперь сосредоточился на ванной комнате в поисках того, что вызывает у Чимина такое отчаяние. — Так вот, я принимал душ, а потом с потолка спустился этот гигантский паук. Я чертовски ненавижу пауков... — Это объясняет твой крик, — голос Чонгука прерывается, и Чимин вопросительно смотрит на него. — Я думал, что был один, пока не услышал этот громкий визг и почти выпрыгнул из трусов. Вот почему я побежал на источник звука, но вместо этого был сбит тобой с ног, — объясняет Чонгук, и Чимин имеет приличие покраснеть, потому что бля, его крик был смущающим. — Что ж, да, надеюсь, паук все ещё там. — Я уверен, что он даже не был таким большим, и ты просто преувеличиваешь.       Изумленный вздох Чимина заставил Чонгука пересмотреть выбор своих слов. — Не такой уж большой?! Клянусь Богом, эта сука больше моей руки. — Прости, что прерываю тебя, но твоя рука чертовски маленькая. — Ага! Значит, ты все это время смотрел на меня! — Чимин косится на высокого парня, который только закатывает глаза в ответ на обвинение. — Слушай, я пойду туда, убью паука, и мы забудем обо всем, что произошло. Договорились? — Удачи в убийстве демона. — Так мы договорились или нет? — повторяет Чонгук раздраженно. Это было определенно не то, как он представлял свою пятницу. Краем глаза он замечает, как Чимин раздраженно кивает, и входит в ванную, делая глубокий вдох клубничного аромата.       Он оглядывает маленькое помещение, помня об углах и потолке на случай, если паук решит приземлиться на его гребаную голову. Чонгук не считает себя трусливым котом; он прошел через изрядную долю фильмов ужасов и убил много насекомых, которых другие боятся убивать на протяжении всей своей жизни, но ничто не могло подготовить его к ЭТОМУ.       Паук выглядел почти как украшение на Хэллоуин со своими страшными размерами. Но то, как он двигал ногами, подтягивая свой живот вверх по стене, доказало, что это не подделка, и Чонгук выскочил из ванной.       Он положил руку себе на грудь, как только оказался в безопасности рядом с Чимином, и дрожь моментально пробежалась по его коже, когда он вспомнил паукообразного. — Ты его убил? — полный надежды голос Чимина нарушил тишину, и он не смог удержаться от смешка. — Я ни за что не убью это дерьмо. Я слишком ценю свою жизнь, чтобы сделать это. — Вот видишь! Я же говорил тебе, что он большой! — голос Пака звучал странно возбужденно, учитывая то, что в его доме был огромный паук, а он все ещё был голым. — У тебя есть контейнер? — спросил Чонгук, когда в его голове образовалась блестящая идея. — Что? — лицо Чимина исказилось в крайнем замешательстве, и Чонгук нашел бы это милым, если бы не пытался придумать идеальную стратегию. — Контейнер. Такой, в который мы сможем поместить паука. — Нет. Я хочу, чтобы эта штука сдохла, — Чимин констатировал очевидное, заставив другого закатить глаза в отчаянии. — Я не собираюсь убивать его, и ты, очевидно, тоже, так что будет лучше, если мы будем держать его запертым, чтобы он не ползал вокруг. — О да, потому что иметь гигантского паука в качестве домашнего питомца — это отличная идея! — саркастический тон Чимина заставил Чонгука стонать, потирая лицо рукой. — Как только мы его поймаем, то нам будет легче избавиться от него. Просто скажи мне, где я могу найти контейнер.       Чимин, казалось, колебался, но решил довериться парню. Чонгук, видимо, был готов помочь, даже если это был не его дом. Пак был благодарен ему за это. — Просто достань что-нибудь из кухонного шкафа, так как мы все равно ими не пользуемся.       Чонгук кивнул, прежде чем вернуться на кухню, и стал рыться в шкафчиках, пока не нашел достаточно большой контейнер, в который поместилось бы отродье сатаны. Он вернулся и обнаружил, что Пак извивается на своем месте. Его трясло, а зубы стучали. Чимину было холодно.       Вода, пропитавшая его тело, высохла, оставив после себя мурашки на коже и редкие капли воды, которые падали с его мокрых волос.       Чонгук вздохнул, направляясь к дивану, где он оставил свою толстовку, когда пришел. Взяв предмет одежды в руки, он подошел к Чимину, который с любопытством уставился на него. — Надень это.       Ткань полетела в сторону Пака, приземлившись ему на голову. Он заметил, как Чонгук повернулся, чтобы дать ему уединение, в котором он, вероятно, даже не нуждался в данный момент, и быстро натянул толстовку. Ткань была мягкой и уютной, окутывая его, словно теплое одеяло. Толстовка была сшита так, чтобы соответствовать слишком большому размеру, но на Чимине она выглядел нелепо, окутывая его тело до середины бедер.       Он задержался на мгновение, чтобы вдохнуть запах, прилипший к ткани, чувствуя себя удивительно успокоенным его сладостью. Ваниль никогда не была его любимым ароматом, он всегда предпочитал больше цитрусовых или свежих запахов, но ему вполне нравилось, как её мягкость прилипла к его носу. —Ты закончил? — парень вздрогнул, когда Чонгук заговорил. Он даже не заметил, что поднес ткань толстовки к носу, глубоко вдыхая, пока голос брюнета не вырвал его из задумчивости.       Подняв глаза, он ожидал, что Чонгук будет смотреть на него, но брюнет всё еще стоял к нему спиной, и Чимин невольно улыбнулся. — Да. — Ладно, мне понадобится твоя помощь.       Чимин молчал, не до конца понимая просьбу собеседника, в то время как Чонгук снял крышку с контейнера и передал её Паку. — Я словлю его контейнером, а ты накроешь крышкой, ладно? — Нет. — Прошу прощения? — Чонгук недоверчиво смотрел, как Чимин скрестил руки на груди и энергично замотал головой. — Я не хочу тебе помогать. — Ты ведь понимаешь, что это твой дом, да? Я делаю тебе одолжение. — И? — И, если ты не хочешь, чтобы эта штука бродила вокруг, ты должен помочь мне словить его в контейнер.       Чонгук, казалось, почувствовал его внутренний конфликт, вздохнув, когда Чимин нервно прикусил губу. — Слушай, тебе даже близко не надо подходить к пауку, ладно? Я поймаю его, и ты просто передашь мне крышку. Так лучше?       Чимин все ещё колебался, но все же кивнул. — Лучше. — Хорошо, я войду первым.       Чимин наблюдал, как Чонгук вошел в ванную, оглядываясь вокруг, пока не заметил паука в одном из углов, где стена встречалась с потолком. Он позвал Чимина быстро войти, и Пак, закрыв глаза вбежал внутрь, практически приклеившись к спине Чонгука. — Ладно, давай не будем об этом думать, просто отдай мне крышку, когда я тебе скажу. — Это плохая идея. — Да ладно тебе, просто сосредоточься. — О Боже, мы сейчас умрем. — Чимин, просто делай, что я говорю. — Погоди, откуда ты знаешь мое имя? — Сейчас не самое подходящее время. — Ладно, ладно, — Чимин глубоко вдохнул и выдохнул, отступая назад, чтобы дать более высокому немного пространства. Он крепко держался за крышку, от чего костяшки пальцев побелели, а руки дрожали. Он наблюдал, как Чонгук готовился к бою. Мышцы спины напряглись, когда он понял, как забраться так высоко.       Прежде чем он успел понять, что происходит, паук быстро двинулся вниз по стене, а Чонгук размахивал контейнером, бормоча различные отчаянные ругательства. Он попытался прижать пластиковый контейнер к пауку, но это лишь насторожило отрьдье сатаны.       Чимин был чертовски медленным, и это было то, чем он не гордился. Он уже не мог ничего изменить, прежде чем понял, что паук взлетел в воздух и приземлился прямо на его голову. Его тело тут же напряглось, рот приоткрылся в шоке, когда он почувствовал явное движение на своей голове.       Пак увидел, как комично расширились глаза Чонгука, и почувствовал, (больше, чем увидел) как пластиковый контейнер с силой приземлился ему на голову. Вздох, который он издал, казалось, вывел его из первоначального шока, и слезы быстро потекли по его щекам, прежде чем он смог остановить их.       Мир вокруг него остановился, так как он мог только сконцентрироваться на огромном страхе, который пробежал по его венам, заставляя пот скапливаться на лбу и прерывать дыхание. Он чувствовал, как его трясет, знал, что громко рыдает, но сам ничего не слышал из-за громкого звона в ушах. Его зрение было затуманено, но он знал, что Чонгук стоит перед ним. Его подозрения подтвердились, когда крышка была вырвана из его липких рук. — Чонгук, сукин ты сын! Убери его! — его голос был отчаянным, почти всхлипывающим. Маленькие руки двинулись вперёд, чтобы схватить Чонгука за рубашку и беспрестанно трясти его. — Клянусь Богом, если ты не снимешь его, я ударю тебя по лицу! — Ладно! Извини, я возьму его, только не двигайся, — Он чувствовал движение в своих волосах, но не смел сосредотачиваться на этом, ведь это только заставило бы его запаниковать ещё больше. Через несколько минут, которые показались ему вечностью, его уши уловили щелкающий звук, Он почувствовал, что Чонгук отодвинулся от него на мгновение, прежде чем чьи-то руки легли ему на плечи, крепко удерживая его. — Эй. Т-с-с, все нормально. Не волнуйся, я его поймал, — успокаивающий голос Чонгука донесся до его ушей подобно шепоту. Тёплые руки начали втирать успокаивающие круги поверх толстовки там, где они находились. — Он не причинит тебе вреда, обещаю.       Веки Чимина дрогнули и открылись. Глаза напряглись, чтобы сфокусироваться, когда он посмотрел на озабоченное выражение лица Чонгука. — С тобой все в порядке? Черт, да ты весь дрожишь, — он слышал, как тот бормотал что-то, прежде чем его вывели из ванной теплой рукой, лежащей у него на пояснице.       Он почувствовал, как его мягко подтолкнули сесть на диван, и старая подушка рядом с ним скрипнула под дополнительным весом, когда Чонгук сел рядом. — Дыши, Чимин, все в порядке, — одна рука лежала у него на спине, поглаживая сверху донизу его прикрытую одеждой кожу, а другая — на лице, вытирая слезы нежными движениями.       Он глубоко вздохнул, когда запах ванили наполнил его ноздри. Тепло, которое излучал Чонгук, успокаивало. Прижимаясь к его боку и обволакивая его тело подобно порыву летнего воздуха. Сосредоточившись на мягкости рук Чонгука, прижатых к его телу, он почувствовал, что успокоился, и единственными остатками паники остались мурашки на его голых ногах и опухшие красные глаза. — Ну вот, с тобой все в порядке, — мягкий голос брюнета заставил посмотреть в его темные глаза, чувствуя, как у него перехватило дыхание, когда он увидел, как они светятся беспокойством. —Ты чувствуешь себя лучше? — Чимин лишь слегка кивнул, все ещё завороженный красивыми глазами и резкими чертами лица Чонгука. На какое-то мимолетное мгновение образ паука вернулся в его мозг, заставив бессознательно вздрогнуть. Чонгук, казалось, понял его, потому что довольно скоро Чимин оказался в его объятиях. — А ты...ты от него избавился? — он не мог удержаться, чтобы не спросить, и Чонгук поспешил успокоить его, прижимая ближе к груди. — Я поймал его, и вынесу на улицу, не волнуйся. Но сначала, я хочу убедиться, что ты в порядке, — щеки Чимина порозовели от такого заявления, он даже не знает этого парня, но Чонгук уже имел честь видеть его голым и обнимать.       Ну и дела! — Я в порядке. Но я чертовски тебя ненавижу, — пробормотал он, пытаясь скрыть румянец, когда Чонгук хихикнул ему в волосы и прервал контакт между ними. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, не зная, что будет дальше. — Эм... спасибо, что помог мне с пауком и всем остальным....       «И за то, что довел меня до сердечного приступа»— он хотел добавить, но счел это излишним, так как Чонгук помог ему, даже если он был безрассуден. Если бы Чимин был один, он бы сжёг всю квартиру к чёртовой матери.       Чонгук кивнул в знак согласия, и снова воцарилась тишина, но ненадолго, так как через несколько секунд входная дверь распахнулась, открыв взору взволнованного Тэхёна с целлофановыми пакетами в руках. — Я вернулся, сучки! — объявил он, пнув ногой дверь позади себя и остановившись как вкопанный, как только увидел своих друзей на диване.       Прошло несколько напряженных секунд, в течение которых трое друзей смотрели друг на друга, и ни один из них не хотел признать слона в комнате. Поскольку это была одежда Чимина (точнее, отсутствие), Тэхён, как всегда, заговорил первым. — Я даже не хочу этого знать.       Чимин чувствует, как румянец опускается от ушей до шеи, и находит утешение в том, как Чонгук чешет свою шею, полагая, что это его нервная привычка. — Я принес много еды, Минни. Ну же, давайте поедим, — они слышат, как Тэхён ходит по кухне, наверное, в поисках чистых тарелок. — Я собирался познакомить тебя с Чонгуком, но, похоже, вы уже знакомы, — он высовывает голову из прохода, чтобы пошевелить бровями в сторону Чимина с многозначительной ухмылкой. Пак только закатывает глаза в ответ на его поддразнивание. — В любом случае, ребята, вы можете начинать, а мне нужно в туалет, — объявляет Тэхён, поспешно ставя тарелки на стол и направляясь в коридор.       Чимин весело фыркает и решает встать, Чонгук следует его примеру. Он уже подумывает пойти в свою комнату и как следует переодеться, но решает этого не делать, ведь ему удобно, и он откровенно голоден. В конце концов, Чонгук вовсе не чувствует себя неловко из-за того, что он раздет. Он замечает краем глаза, как Чонгук смущенно смотрит на свои ноги, пока Пак готовит тарелку.       Они молчат, когда ходят по кухне, но это ни в коем случае не неудобно. Они оба немного менее напряжены теперь, когда Тэхён в доме. Им не требуется много времени, чтобы услышать пронзительный крик, разрывающий уши, а затем тяжелые шаги, сотрясающие квартиру, когда Тэхён появляется в поле зрения, натягивая штаны. Безумные глаза перемещаются от Чимина к Чонгуку и обратно в ванную. — Там внутри чертов паук-гигант, — объясняет он, дрожащим голосом и тяжело вздыхая.       Чимин и Чонгук поворачиваются друг к другу с широко раскрытыми глазами, не в силах сдержать ни улыбку, которая достигает их губ, ни громкий смех, который раздается после этого.