phone sex.

      Чонгук смотрел зашуганным котенком прямо в глаза хитро улыбающегося Тэхена. Он просто не понимал, что и как ему делать, быстро вспоминая все сцены из взрослых фильмов, вот только вместе с непристойными картинками всплывали и звуки, которые только пугали: сможет ли он приглушить их? А если он сделает что-то не так? Вдруг Ким останется недовольным? Разозлится?       Залезая под стол и устраиваясь там максимально удобно, парень выглянул на мужчину, который вдруг сосредоточился на двери: видимо, кто-то уже пришел. Послышался голос Джексона, который предупредил о приходе кимовых сотрудников. Чон перевел взгляд на пах Тэхена и его руку, лежащую на бедре. Мягко взявшись за нее, Чонгук послужил причиной улыбки старшего.       Тэхен сделал вид занятого, когда в кабинет пожаловало с десяток человек, а сам подтянул скрепленные руки к бугорку, многозначительно возникшему за последние несколько минут. Он чувствовал напряжение школьника и понимал его полностью, потому и не подгонял, даря возможность решиться самому. Чонгук старался. Правда. Дрожащей рукой он справился с ширинкой и прикусил губу, залезая под брюки и доставая член.       Сверху тихое покашливание, а руку сжали чуть сильнее: Тэхен стойко ждал и терпел, пусть по каменным ногам было понятно, что это дается ему сложно. — Вчера мне доложили, что поставщик стройматериалов не может дать нам достаточное количество камня на постройку в районе Кванджу. Требуется найти еще одного поставщика, — сказал Ким, опуская кресло, расставляя ноги шире и позволяя младшему сесть ближе. — Железных балок также не хватает, господин Ким. Слишком большое здание, необычные для нас размеры. — Это лежит на Шин, — отрезал директор, наконец чувствуя робкое движение языка Чона. Тэхен прикрыл глаза и опустил голову, отдаваясь ощущению.       Чонгук внизу дрожал от страха и смущения, но продолжал раз за разом вести языком от основания к головке, чтобы после обхватить ее губами. Ким отпустил его руку, укладывая свою ладонь на макушку школьника и путая пальцами волосы. Юноша попробовал взять глубже, позабыв почти про присутствующих в кабинете чужих людей. Вырвался тихий хлюпающий звук, когда член врезался в обратную сторону щеки, и Гук готов был поклясться: он буквально почувствовал смешок Тэхена, вовлеченного в беседу с каким-то Тэмином.       Легонько сжав рукой чужое бедро, он мысленно послал Кима на все стороны.       Ей богу, Чон Чонгук, все бы правда подумали, что ты сам себе хозяин, негодяй и вообще весь такой вызывающий и дерзкий, но окстись, ты делаешь ему минет под столом во время совещания. — Я думаю, нам пора уже отказаться от услуг этой компании, они крайне… кх-х… — Тэхен сбился, улыбнувшись и махнув головой, — Не образованны. — У нас контракт с ними до следующего года, — это, видимо, был Джексон. — Они пользуются этим. Деньги так и так поступать будут, им попросту нет смысла стараться, — незнакомый голос.       Слегка оттянув пряди Чона, Тэхен промычал, задумавшись. Мысли, если честно, в клубок не собирались, он откинулся на спинку стула, расслабляя галстук и расстегивая верхнюю пуговку рубашки. Чонгук, поднявший на него взгляд, был польщен такой реакцией. Губы постепенно каменели от усердной «работы», он расслабил их, стараясь максимально тихо попробовать горловой. — Значит мне придется в экстренном порядке расторгнуть контракт. Так и передайте им. Или они ра… работают, либо катятся ко всем чертям.       Ким Тэхен и заикания глубоко личного характера.       Задержавшись в одном положении, Чонгук вобрал побольше воздуха в легкие и победил рвотный рефлекс. Рука Тэхена, конечно, не могла не посодействовать еще одному, и уже более заметному звуку. Гук подавился, отстраняясь и не ударяясь об стол лишь благодаря той же руке. — Что насчет сотрудничества с Чхве Лином? Поговаривают, что он выходит на корейский рынок одним из лучших. — Свяжитесь с ним, — сказал директор опуская влюбленный взгляд. Чонгук осторожничал теперь с глубоким горлом, пусть и позволял себе иногда рискнуть.       Сидевший вдали Джексон единственный, должно быть, знал, что происходит с его начальником. Его все еще переполняла обида, хоть он и понимал, что в общем-то ему ничего не обещали. Им просто вос-поль-зо-ва-лись. И он сам позволил этому произойти. — Еще вопросы есть по счетам за прошлый месяц.       Тэхен посмотрел на секретаря, который взгляд быстро отвел, поджимая губы. Его вновь насмешило это. Джексон, вероятно, очень мечтательный молодой человек. Красивый, достаточно умный, серьезный, но все же не Чонгук. — К Джексону вопросы. Он должен был их уже изучить вдоль и поперек за полторы недели-то, — Ким поерзал, разминая шею. — Да, я отошлю на почту, — кивнул секретарь и стрельнул глазами по Тэхену. Тому, к слову, плевать. На данный момент ему не плевать только на то, что происходит внизу.       Школьник же стал ускоряться, помогать себе рукой, забив на слышимость. Он, кажется, расслабился, и это не могло не радовать Кима. — Хорошо, если вопросы закончились, то можете быть свободны. Заканчивайте работу и езжайте по домам, — кабинет постепенно пустел, и когда дверь в последний раз хлопнула, Тэхен распластался на своем кресле, громко выдыхая. Чонгук делал максимально хорошо для первого раза, старший был готов назвать его сокровищем, — Чон Чонгук, а вы мелкий проказник. — Еще одно слово и я укушу тебя, — хихикнул Чон, продолжая надрачивать Киму, — В моих руках сейчас очень значимая для вас вещь. — Бэд бой, не спорю.       Аккуратно задевая чувствительную кожу зубками, Чонгук все-таки заставил Кима молчать. Если так можно сказать…       Простонав, Тэхен дернул пахом вслед за движением губ младшего. Последний втянул щеки, добавляя ощущений и слыша сверху «глубже, Гу». Сейчас можно не бояться, подумал Чон и, держась за бедра Кима, он заглотил всю длину, утыкаясь носом в ткань брюк и утробно мыча.       Вибрация, пробежавшая по члену, не осталась незамеченной, заставляя мужчину сжать зубы и излиться в чонов рот, схватившись за его шевелюру. — Предупреждать не учили, — проворчал младший, отстраняясь и проглатывая семя. Он вытер губы, смотря на Тэхена, который из-за оргазма потерял связь с этим миром. — Это твоя вина. — Как же.       Ухмыльнувшись, Ким запрокинул голову назад и принялся заправлять член обратно, почти шипя из-за сохранившейся чувствительности. Чонгук силой откатил кресло назад, открывая себе выход из своего укрытия. — Куда собрался? — Телевизор смотреть, — Чон указал на диван большим пальцем с покерфейсом.       Но Ким Тэхен же у нас не пальцем деланный. — Йа-а, ну вы посмотрите, кое-кто смутился. — Ничего подобного, Ким Тэхен, — все бы ничего, но красные щеки выдают тебя с потрохами. — Чонгукки, ты мне нравишься, — сладко сказал старший, ослепительно улыбаясь. Гук хмыкнул, все ещё не поворачиваясь к мужчине. Ему приятно осознавать, и об этом не надо было говорить, — Рядом с зеркалом в ящике расчёска. Ты похож на лохматого щенка. — Интересно. Как же так вышло? — школьник посмеялся, отыскивая предмет в указанном ящике. Он и в правду до нелепости сильно влип. Губы красные, и их все ещё тянет, но это чувство почему-то доставляет лишь лёгкое смущение.       Тэхен не кажется тем, кто его использует. Чон почему то уверен в этом, поэтому и отдаётся без остатка, не жалея ни капли. Ему тоже нравится Ким.       Он не станет жалеть о том, что между ними происходит, в любом случае. Это было бы слишком жалко. — Ты мне тоже. — Мм? — Нравишься. Ты мне тоже нравишься, Ким Тэхен. Не помню, говорил ли я об этом.       Мужчина счастливо улыбнулся на выдохе и слегка кивнул. — Я скоро закончу, подожди ещё немного.

***

      Знакомый уже дом, знакомая дверь, теплая квартира и Тэхен, помогающий стянуть куртку со скукоженного школьника — на улице был мороз. Сейчас он потратил чуть больше времени на то, чтобы осмотреться. Ким прошел в гостиную и кинул свою сумку на стол. Пока он разбирался с документами в ней, Чонгук заглянул на кухню, где царил поражающий порядок (реально поражающий: слишком идеально все вокруг). Вещей мало, полки в основном пустые — у мужчины так везде. — Я не готовлю, поэтому ты вряд ли что-то тут найдешь, — послышалось сзади, — Мы можем что-нибудь заказать. — Ты перфекционист или минималист, понять не могу? — Все вместе, — усмехнулся Тэхен и обнял парня со спины, укладывая голову на его плечо. Он расслаблен, как и Чонгук, но вместе с тем объятья почти удушающие, крепкие. Положив руку на предплечье старшего, Чон прильнул зверьком, чувствуя дыхание Кима на шее и мягкое прикосновение губ в том же месте, — Правда вот тут, — Тэхен повернул парню к пустому столу (кроме какой-то баночки там ничего не было), — Кое-чего не хватает, — он провел носом за ушком у Чонгука и выдохнул достаточно шумно. У младшего мурашки, — Кое-кого, — исправляет мужчина. Поворачиваясь к нему, юноша быстро нашел губы, тут же накрывая их поцелуем. Он уже сполна натерпелся.       Тэхен нежно берет лицо Гука в руки, углубляя поцелуй. До недавнего времени он не был настолько заинтересован в прелюдиях, но сейчас хочется послужить тем, с кем будет в первую очередь комфортно. Чонгук уже заикался о том, что у него нет такого человека.       Будет.       Ощутив на своем бедре чужую ладонь, подхватывающую его, Чонгук вскарабкался на мужчину, держась за его плечи. Он безнадежно потерян в этом человеке, и от сжимающих его ягодицы пальцев вздохнул чересчур судорожно, усиливая собственную хватку.       Чонгук до этого понятия не имел, каково это, открываться людям так сильно, как он открывается сейчас перед Кимом: запуганный, доверчивый, немного нетерпеливый… Податливый — это если одним словом. — Я хочу, чтобы ты даже не думал о том, что я тебя использую, — тихо проговорил Тэхен, усаживая младшего на чертов стол, — Я многое за жизнь свою делал, поступал, как скотина. Очень часто. Но не в этот раз, Чонгук. Я больше не хочу так. Я хочу покоя и уюта. Если ты согласишься подарить мне это, я буду счастлив, — признался он, поглаживая щеку внимательно слушающего школьника, — Мы, возможно, не соответствуем нормам и все такое… но ты первый человек, который заставил меня почувствовать больше, чем просто заинтересованность в близости. Клянусь, первый…       Ким прижался к виску Чонгука своим, вставая между его расставленными ногами. Парень не дышал, переваривая все, что было сказано. Звучало все слишком волшебно, сердце моментально среагировало, безусловно веря каждому слову.       Он почему-то не мог не верить. — Странно слышать про покой и уют, зная о том, что произойдет этой ночью, — хихикнул юноша, сталкиваясь с серьезным взглядом Тэхена. Гук застыл, виня себя из-за глупости, что сейчас сказал. Ему в чувствах признались, но он свел все к сексу, и это не есть хорошо, — В смысле… прости, я не… то хотел… — хмурость на лице старшего сменилась на откровенное веселье. Ким мотнул головой, опуская взгляд и посмеиваясь. — Гу, за что же ты так со мной… Разрушил такую атмосферу, — Тэхен заглянул в глаза и потянулся за коротким поцелуем, — Именно по этой причине ты другой. Любой, услышав это, засопливил и расклеился, говоря это долбанное «взаимно». Любой, но не ты. — Я думал, ты… разозлился… — И снова ты несешь чушь, — мужчина уложил руки на талию подростка, притягивая ближе к себе, на самый край, — Но мне это так нравится, — он впервые порадовался за то, что выключатель так близко. Лишив их света, Тэхен нашел шею Чона наощупь, пока глаза привыкали к темноте, ставя несколько засосов, потому что и хочется, и можется. Никто ему ничего не скажет, взрослый мальчик. — Никогда такого не слышал. Всех раздражает это обычно, — усмехается Чонгук и расслабляется во властных руках, подставляя бледную кожу «под расстрел». Тэхен аккуратен, точечно атакуя самые чувствительные места, и это бесит-бесит-бесит. Когда он успел узнать про эту слабость? — Ты-слабость, — парень не успевает за своими мыслями, заставляя вопросительный взгляд Кима подняться, впечатываясь в затуманенные глаза. — Прости? — на грани самообладания (еще немного и он упадет от приступа смеха) спросил мужчина, пробираясь руками под кофту школьника. — Забудь, — просит Гук, отворачиваясь, — Пожалуйста, забудь.       Отрицательно мотая головой, Тэхен усмехнулся, осторожно поднимая чужие руки и снимая одежду. Зрение обострилось, привыкнув к обстановке вокруг, и он всмотрелся в красивые очертания напротив. Он все еще думает, что Чону не помешало бы набрать вес, но его, как самого типичного актива не может не радовать тонкая талия и выглядывающие ребра, по которым он тут же почти невесомо проводит ладонью, вызывая мурашки у школьника.       Чонгук смущается от внимательного взгляда, втягивая и без того плоский живот. Он не подозревает о фейерверках в голове Тэхена, медленно сходящего с ума. — Что ты там говорил? Слабость — это ты. Моя личная, — выговаривает Ким, целуя собственную метку, успевшую побагроветь, потом ключицу, острую и уже давно интересующую его из-за больших вырезов в футболках, затем грудь, прямо по середине и долго: только бы сердцебиение ощутить, — Чонгу-у-ук… — опускаясь на колени, Тэхен утыкается в его живот носом, держа руки на чужих (не таких уж и чужих, на самом деле) бедрах. Легонько сжимая пальцы, он ведет выше, к месту, где тазобедренные косточки обтянуты тканью джинс, и задерживает их там.

…впервые осознавать важность человека, чертовски хотеть его и не быть способным продвинуться и на шаг из-за страха причинить боль — самый страшный коктейль, и Ким напился им вдоволь…

      Чон принялся расстегивать ремень, бороться с ширинкой и пуговкой, ни на секунду не отводя взгляда от мужчины. Тэхен помог стянуть штаны, когда парень приподнялся. Он отложил их в сторону, прогуливаясь по стройным ногам взглядом. Целуя внутреннюю сторону бедра, он втягивает кожу в рот, и тут окрашивая ее в темный. Наверно, будь он в состоянии, он бы поднял глаза, посмотрел вверх, но боясь окончательно потерять рассудок, Тэхен продолжает дорожку влажных поцелуев, стягивает носки юноши и слышит громкий выдох, когда касается выступающей кости лодыжки. — Посмотри на меня, — тихая просьба выполняется старшим в ту же секунду, Чонгук улыбается, тянет за воротник, поднимая его с колен, — Ты такой красивый, — полушепотом. Ким повторяет это лишь движениями губ, не произнося и звука, но смотря в глаза. Он целует нетерпеливо, продолжительно, и снимает с залезшего на него школьника последнюю ткань, вновь кладя на стол. — Не надо было, — смеется Ким, путая в темных волосах пальцы. — Что? — Бриться. У тебя кожа раздражена. — Я просто… — Спешил к папочке, я понимаю, — мужчина закусывает губу, спуская руки к ягодицам Чона, — Но таких жертв это не стоит, — усмехнулся, — Ранки — это неприятно. — Я вовсе не… Йа, это не для тебя, и просто!.. ой… имею в виду… — Чонгук решает заткнуться, чтобы больше не сказать ничего подобного. — Не для меня, мм? — с улыбкой вторит Тэхен и целует линию напряженной челюсти, тем самым спеша расслабить парня. Получается весьма хорошо, — В следующий раз лучше меня попроси. — Уже представляю эту картину. — И как? — Йа, Ким Тэхен! — Я понял, — мужчина хрипло посмеялся, прежде чем поцеловать сладкие губки и сжать упругие места, — Буду признателен, если ты немного поменяешь свое положение, — прошептал в ухо, опаляя горячим выдохом. Снимая Чона со стола, Ким ставит его спиной к себе и немного наклоняет вперед, раздвигая ноги, — Боже, и тут… — Просто заткнись, — стонет Чонгук, опуская голову на прохладную поверхность. Он вздрагивает, проученный шлепком и прогибается в спине сильнее, когда тэхенова рука давит на позвоночник. — Я тут папочка, — смеется Ким, поглаживая место, которое недавно пострадало от удара, но спустя несколько секунд повторяет подвиг и остается довольным скулежом. Снова встав на колени, Тэхен слегка кусает правую ягодицу и ведет ладонью вверх по ноге, затем проскальзывая ею между ног.       Чон хмурится, отдаваясь чувствам и расставляя ноги шире. Ощущать все это было чертовски странно, школьник уткнулся лбом в свою руку и прикусил губу. Ким раздвинул половинки и, не медля, лизнул дырочку, заставляя младшего прокряхтеть от неожиданности. — Боже, ты серьезно… — Не нравится? — хмыкнул мужчина, повторяя движение: нравится — реакция за него говорит. Школьник практически задрожал, тая от происходящего, но в то же время борясь с собой: хочется то ли отстраниться, то ли смириться с судьбой (не так уж и сложно, если подумать), поддаваясь под весьма необычные для него ласки. Тэхен лижет, целует, проникает в него и ни на секунду, кажется, не сомневается в своих действиях — не это ли знак о том, что пора бы расслабиться?       Чонгук поднял взгляд на ту единственную баночку на столе и читает название, сразу понимая, что это и зачем оно здесь. Ким и задумывал делать это именно тут?!       Что же, проницательно.       Окольцевавших его член пальцев Гук испугался, вздрагивая: ему казалось, что больше он чувствовать в один момент не может, но откровенно опытные (читай, как: безобразно опытные) движения мужчины доказывают обратное. — Мне впервые… захотелось покурить… — робко признался Чонгук, и Тэхен посмеялся, поднимаясь и протягивая руку к смазке. — Обычно все курят после секса. — Видимо я не обычно… — Да. Ты определенно не обычно.       Щелчок крышечки и секунда тишины перед очередным вздохом младшего: Ким растер по рукам лубрикант, но тот все же остался прохладным. Одной рукой раздеваясь мужчина старался не доставлять дискомфорта при растяжке, а Чонгук то и делал, что задерживал дыхание при каждом проникновении в него длинных пальцев в скользком веществе, хлюпающем и немного даже приятном. — Испортил такого пай-мальчика, — в шутку укорил себя Ким, — Как же я мог… — Просто продолжай, мне это нравится. — Понимаю, — Тэхен кивнул, ногами как-то стягивая с себя брюки. Он наклонился к шее подростка, легонько прикусывая ее и тут же целуя, — Потерпишь немножко, да, малыш? — выливая клубничную смазку на руку, он размазал ее по члену, — Доверься мне… — Ким вошел аккуратно, максимально растягивая время. Он проник на всю длину и застыл, держа младшего ниже талии и не позволяя ему дергаться, — Чш-ш-ш, — мужчина почти лег на Чонгука, крепко обнимая и слегка толкаясь.       Школьник проскулил, стараясь оттопырить зад сильнее и ноги развести шире, потому что это казалось хорошим выходом из положения. Ему больно, и это почти нестерпимо, но, прикусив губу до металла во рту, Чон отсчитывал до десяти снова и снова, отвлекаясь. Правда и Ким работал на ура, целуя везде, где доставал, шепча все, что в голову приходило, но не останавливаясь в медленных толчках. — Гу, ты такой хорошенький… — выдохнул в ухо, бережливо поглаживая талию парня, — Ты сокровище, Чонни… еще чуть-чуть, солнце… — П.поцелуй…       Притягивая его ближе, Тэхен нежно целует, постепенно ускоряясь: Чонгук постанывал, хватаясь то за стол, то за руки Кима. Метался, выгибался, преданно смотря на мужчину. Боль уходила, он становился развязнее.       Для Тэхена настоящий подарок — тра… любить его на чертовом кухонном столе.

***

— Думаю, тебе хватит, — хрипло посмеялся Ким, выхватывая из рук младшего сигарету — не то чтобы это было трудно, — Это третья, Чон Чонгук, даже я так не дымлю! — Плохой папочка, — простонал школьник, отворачиваясь от него (путаясь в пледе, которым его тщательно укутали после душа). Тэхен, в одних трусах, проник под тот же плед, обнимая подростка. Он несколько раз поцеловал «пятнистую» шею, прижимая его ближе и усаживая между своих ног. Чонгук послушно улегся на теплую грудь, прикрывая глаза. — Ну не такой уж и плохой, — с обидой в голосе протянул старший, затягиваясь. — Отстань, — Чонгук сам не сместился, продолжая льнуть котом. — Тебе хорошо? — спросил Тэхен, осматривая юношу. Тот еле заметно кивнул, сглатывая, — Ничего не болит? — Кх. все, — смеется и тянется за поцелуем, — Но так хорошо мне никогда не было, кажется… — Останешься у меня? — Я и не собирался никуда… — Вообще. Переедь сюда, — уложив подбородок на плечо Чонгука, Ким носом провел по его шее и посмотрел на профиль, подавляя желание сказать «в прочем, я все уже решил, не выпущу». — Я не смогу жить в таком порядке, — Чон с улыбкой на губах повернулся, тихонечко чмокая щеку мужчины. Последний оглянулся, хмурясь, — Все как по линеечке, честное слово, хен, мне глаза режет. — Давай раскидаем все? Сейчас. Гу-у-у-у, делай тут, что хочешь, но живи со мной… пожалуйста, — последнее слово Тэхен прошептал, ухватываясь за школьника сильно-сильно, — Давай купим кучу вещей? Чего захочешь! Собаку! С ней порядком точно и не пахнет. Ну Гуккии-и-и, ты не можешь взять и отказаться-я-а-а-а…       Посмеявшись, Чон кивнул несколько раз, разворачиваясь полностью и поваливая старшего на спину. Из-за все еще ощутимого тумана в голове руки его не слушали (как и все остальное), поэтому он просто лег на Кима, протяжно скуля из-за своей беспомощности. Хмыкнув, Тэхен уложил руку на чонову спину, погладив ее. — Мой малыш…