Он целует медленно

Лукас целует медленно. Едва касаясь, зубами оттягивая нижнюю губу, дразня языком, замирая в уголке рта и щекоча горячим дыханием. Невесомо скользит вверх по скуле и зарывается носом в волосы, спускается ниже, прикусывает мочку уха и дорожкой обжигающих поцелуев по подбородку возвращается обратно к губам. Снова проходится языком и останавливается, вдыхая чужие выдохи, запечатывая каждый мягким прикосновением. Еще раз. Еще раз. Пока дыхание не начинает срываться на чуть слышные стоны. И Тэн просыпается. Очередной сон, после которого – либо в холодный душ, либо сразу в окно. Тэн накрывается подушкой и тихо шипит. Рука под одеялом непроизвольно тянется вниз, чтобы получить так отчаянно необходимую сейчас разрядку, но Тэн останавливается. Позволив себе эту маленькую слабость, он перейдет грань. Он не должен всего этого чувствовать. Чувствовать всего этого к Лукасу. Тэн переворачивается на спину и устало трет глаза. Небо за окном бледно-розовое, рассветное. Надо попытаться уснуть. Тэн не особо надеется, что сейчас у него это получится. . Лукас Тэну нравится. Растрепанный после сна, уставший после тренировки. Хаотичный не в меру, громкий больше чем следовало бы, смеющийся так заразительно, что губы Тэна тоже расползаются в улыбке, хотя внутри разворачивается огромное чудовище, которое капризно хнычет и отдается тяжестью внизу живота. Тэн избалован с детства. Он получал любые игрушки, какие только хотел, и думал, что так будет всегда. Но сейчас, глядя на Лукаса, Тэн понимает, что некоторые развлечения совершенно не доступны. Чудовище от этого зло скрипит зубами и заставляет просыпаться по ночам. . Лукас проводит рукой по спине – и Тэна пробирает дрожь. Колючая, будто тысяча высоковольтных иголок под кожей. Горячая, как утренний кофе, нечаянно пролитый на голую грудь. От случайных прикосновений Лукаса становится нечем дышать, но Тэн скорее предпочтет задохнуться, чем отстраниться. Он сам ластится, как кот, укладываясь Лукасу на плечо, зная, что тот ничего не имеет против. Что тому на самом деле абсолютно все равно. Тэн часто так и засыпает. В гостиной, перед экраном телевизора. Просыпаясь среди ночи от тепла чужого тела рядом, Тэн замечает, что Лукас крепко спит и все еще его обнимает. Тэн тянется за пультом, выключает мельтешащие мультики и, чуть помедлив, прижимается теснее, устраиваясь головой у Лукаса на груди, утыкаясь носом в мягкую футболку и вдыхая едва ощутимый запах сладких духов. В такие ночи Тэну ничего не снится. . Лукас пьянеет быстро, а Тэн не пьянеет совсем. Лукас то и дело срывается на смех, пытаясь как можно дольше, не моргая, смотреть в глаза Тэна, и тот с трудом сдерживается, чтобы выдерживать эту игру в гляделки, не переводя взгляд ниже, на губы, к которым так и хочется прикоснуться, чтобы узнать, такие ли они мягкие, какими кажутся. Какими снятся. Тэн укрывается одеялом, потому что некоторые части тела реагируют на близость Лукаса вполне предсказуемо, а Тэну меньше всего сейчас надо, чтобы тот это заметил. В конце концов Лукас признает поражение и откидывается на подушки, закрывая глаза и прикусывая губу. Тэн нервно сглатывает, потому что картинки, рисующиеся в голове от подобного зрелища, слишком яркие. Слишком неправильные. Слишком знакомые, потому что у Тэна богатое воображение и он представлял это все десятки раз. Сотни. Тысячи. Лукас поворачивается к нему и пристально смотрит, чуть улыбаясь. Тэн скользит взглядом по его лицу и останавливается на губах. Он сдался. Он окончательно сдался. Лукас вдруг протягивает руку и зарывается пальцами в его волосы. Тэн замирает и чувствует, как резко становится нестерпимо жарко. Лукас придвигается ближе и оказывается совсем рядом, настолько, что Тэну кажется, будто он слышит, как сердце в чужой груди отбивает бешеный ритм. Ему кажется. Ему только кажется. Тэн понимает, что если прямо сейчас не отодвинется, то не сможет сдержаться. Произойдет катастрофа. Которая происходит. Потому что Лукас наклоняется и целует. Медленно, едва касаясь. Тэн только и успевает почувствовать, что губы у того еще мягче, еще нежнее, чем он представлял. Тэн забывает, как дышать, потому что Лукас обнимает и прижимает крепче, поцелуями спускаясь на шею, скользя по ключицам, поднимаясь вверх и прикусывая нежную кожу за ухом, языком играя с сережками. Тэн совершенно не уверен, что это ему не снится, но руки Лукаса проводят по спине, поддевая футболку, снимают ее и отбрасывают в сторону, и тот прижимается к груди и вырывает из горла Тэна тихий стон, который тут же тонет в следующем, когда Лукас впивается в шею, прихватывая зубами, поднимается выше, грубым поцелуем сминая губы, и дышит тяжело и рвано. Тэн стягивает с него майку и проводит ладонями по напряженному животу, опускаясь ниже, расстегивая джинсы. Лукас наваливается с хриплым рыком, стаскивая остатки одежды и вжимаясь обнаженным телом. И Тэн чувствует, как сильные руки изучают каждый миллиметр его кожи, как Лукас дрожит, целуя губы, шею, плечи, как медленно, мучительно медленно проводит языком по груди. Тэн судорожно вздыхает и напряженно замирает, когда чувствует пальцы внутри себя, но в следующее же мгновение Лукас затягивает его в жадный поцелуй, продолжая неторопливые движения. И дыхание Тэна превращается в непрерывные громкие стоны, он запрокидывает голову и выгибается, вскрикивая, когда Лукас начинает размеренно двигаться, нависая над ним, глядя в глаза и склоняясь, захватывая губы. Лукас вдавливает Тэна в кровать, и тот впивается ногтями в его спину, от чего Лукас тихо шипит и резко выдыхает. Тэн зарывается рукой в его волосы, привлекая ближе, подаваясь навстречу, чувствуя, что вот-вот сорвется, понимая, что Лукас уже тоже на грани, ощущая, что они оба сейчас провалятся в бездну. И тело Тэна сотрясает крупная дрожь, перед глазами все темнеет – и он кричит, слыша низкий протяжный стон Лукаса, когда тот на секунду замирает, а потом падает сверху, тяжело дыша и прижимаясь губами к шее Тэна. . Лукас целует медленно. Едва касаясь, зубами оттягивая нижнюю губу, дразня языком, замирая в уголке рта и щекоча горячим дыханием. Невесомо скользит вверх по скуле и зарывается носом в волосы, спускается ниже, прикусывает мочку уха и дорожкой обжигающих поцелуев по подбородку возвращается обратно к губам. Снова проходится языком и останавливается, вдыхая чужие выдохи, запечатывая каждый мягким прикосновением. Еще раз. Еще раз. Пока дыхание не начинает срываться на чуть слышные стоны. Тэн просыпается. Лукас лежит рядом и трет заспанные глаза. Поворачивается и сонно улыбается. И целует. Медленно.