Меж двух огней

      Выстрел получился оглушительно громким, настолько, что Джухён вздрогнула, сжалась и затаила дыхание, а потом поняла, что пуля пролетела, к счастью, мимо.       — Юнги! — Джин одёрнул друга, а потом, нахмурившись, посмотрела на Кан, которая до сих пор глаза не открывала: голова гудела от звука, а тело мелко подрагивало от испуга, который охватывал всё. — Это Кан Джухён, наша гостья. Открой глазки.       Кан послушно открыла глаза и встала с места. Напротив стоял Джин, ухоженный, как и всегда, а также, по всей видимости, тот, который пытался застрелить её. «Хорошая» перспектива, конечно.       В последнее время Джухён то и дело хотели застрелить, а она ничего не могла поделать, потому что права слова не имела. И это безумно огорчало. Кан осознавала свою беспомощность, оттого и злилась сильнее, хотела проклинать всех вокруг. В особенности Ким Сокджина, которого слишком много в её жизни. Бесило. Безумно. Да так, что хотелось растерзать его, вот только Ким — сильнее и, кажется, умнее (по крайней мере, пока что ей казалось так).       Мин Юнги вдруг хмыкнул как-то насмешливо, после чего вернул пистолет на прежнее место и осмотрел её с ног до головы. Она сжалась так, будто ощутила этот взгляд. Кан казалось, что точно ощутила, потому что он был цепок и остр. А ещё от него не веяло ничем хорошим. Холод, страх.       — Рад познакомиться, — кивнул мужчина, и Кан кивнула, не сдвинувшись с места.       А она не была рада. От слова «совсем».       — Взаимно, — хрипло пробормотала Джухён, сглатывая вязкую слюну, которая сейчас ей до невозможности мешала.       На самом деле, Джухён почему-то на подсознательном уровне знала, что Юнги ей ничего не сделал бы, хотя бы потому, что рядом был Джин, а ему она нужна была, но всё равно ёжилась, боялась, сердце быстрее билось. Ноги в секунду показались ватными, поэтому она вцепилась в стеллаж.       — Что ты успела услышать? — спросил Джин, подойдя к Кан, навис над девушкой и вжал её в стеллаж.       Она взглядом судорожно бегала по его лицу и старалась дышать спокойно, что, в общем-то, получалось ужасно. Джин выглядел серьёзным и недовольным: нахмуренные брови выдавали его. Джухён дрожала, словно осиновый листик, Киму показалось, что он мог легко её раздавить.       — Насколько я поняла, услышала про чью-то смерть, — тихо прошептала Джухён. Джин закатил глаза, после чего отошёл от девушки, которая выдохнула и слегка улыбнулась.       — Хорошо, можешь идти, — он кивнул в сторону двери.       Она почувствовала, как зачесалось под рёбрами, кивнула и, стараясь унять дрожь, пошла к выходу.       Кан обязательно что-нибудь придумает, чтобы освободиться. Обязательно.       Дверь закрылась с хлопком, а Джин провёл языком по губам и усмехнулся в ответ, потому что Джухён уже в который раз показывала свой характер, что ой как не выгодно девушке.       — Хороша, — кивнул Юнги и плюхнулся на диван. — Даже не сказал бы, что она его дочь.       Ким в ответ лишь хмыкнул, сел рядом и нахмурил брови.       — В любом случае, кровь — не вода.

***

      Было скучно. Джухён никогда не жаловалась на скукоту, но быть запертой в четырёх стенах — та ещё мука. Без мобильного, без книг, потому что Джин занял библиотеку. Кан действительно не знала, чем себя занять. Бродила по дому, осматривалась, а потом легла на диван, смотря в потолок. Почему? За что? Кошмар какой-то. Хотелось злиться, топать ногами и истерить, чтобы её, чёрт возьми, отпустили! Фига с два! И от этого кровь закипала ещё сильнее. Её бросало из крайности в крайность: сначала хотелось плакать и жалеть себя, а потом громить всё и надавать тумаков.       — Скучно? — насмешливо спросил Джин, оперевшись о дверной косяк и наблюдая за Джухён.       Та нахмурилась вдруг, а потом присела и закатила глаза. Будто не видно, что скучно. Безумно.       — А то не видишь, — иронично протянула девушка, опустив взгляд на свои ногти.       Ким пожал плечами легко, а потом подошёл ближе.       — Собирайся, может, чем-то да поможешь, — пробормотал мужчина.       Глаза Джухён загорелись ярким огоньком. Она вскочила с дивана, сказала подождать минутку и понеслась в комнату. Быстро надела на себя первые попавшиеся вещи, натянула кеды и вздохнула. Свежего воздуха правда не хватало. Казалось, вся краска отошла от лица.       — Чего ты так радуешься? — пробурчал Джин.       — Ты просто не сидел в заточении, — ответила она; Сокджин закатил глаза, раздражённо хмыкнув. — Ты бы мог мне дать мою куртку и шарф? Холодно на улице.       Джин кивнул, после чего достал из шкафа, стоящего у двери, нужные вещи и всучил девушке. Она кивнула и быстро надела на себя вещи.       Словно ребёнок, ей-Богу. Она закатила глаза, после чего вышла из дома и жадно вздохнула воздух, который казался ей сейчас совершенно другим. Нет, Кан поняла, что столько сидеть дома — невозможно. Это же на иммунитет тоже влияет!       Он разблокировал машину, сел за руль, а Джухён уселась рядом довольно и посмотрела в окно. Джухён чувствовала себя взбудораженной, поэтому дёргала ногой туда-сюда, напевая песни, а Джин водил машину, не обращая на неё внимания, потому что раздражала. Можно было ей заклеить скотчем рот? Перспектива не такая уж и плохая. А ещё нога. Джин чувствовал себя нервным.       Он, выпустив воздух через нос, провёл рукой по волосам.       Они припарковались у большого здания. Джухён подняла глаза, улыбнулась и вышла из машины.       Лицо обдал холодок, но сейчас, чёрт возьми, это было довольно-таки приятно. Она подождала Джина, который заблокировал машину и направился в здание, а она, засмотревшись, увидела, что он уже далеко и побежала за ним.       — Это твой офис? — заинтересованно спросила девушка, слегка приоткрыв рот.       Джин кивнул, осмотрел её с ног до головы и впустил первой внутрь.       Она действительно вела себя странно. В заточении сидела всего ничего, но рассматривала офис так, будто впервые. И от этого становилось смешно.       — Не веди себя так, будто такого никогда не видела, — недовольно закатил глаза Джин, а на деле слегка приподнял уголки губ, потому что Джухён наморщилась и кивнула на его слова.       В общем-то, Ким удивлялся, как она так быстро меняла образ. Сейчас Джухён выглядела серьёзно. Как-то холодно. Хотелось согреться и сказать ей, чтобы перестала. Ей, однозначно, к лицу, но теплота приятней.       Открыв дверь в кабинет, он впустил Кан внутрь. Просторный, с компьютером и видом на ночной Сеул. Кто бы, чёрт возьми, сомневался! Конечно, у Джина всё самое лучшее. И, как бы это не звучало, но Джухён понимала, что эта роскошь — не то, о чём стоило мечтать. За то время, что она провела рядом с семьёй, Джухён поняла, какой ценой им это досталось. Их руки полностью в крови. И слишком много требований. Возможно, кому-то это нравилось, но, чёрт, это действительно не то. Совершенно. Джухён всегда казалось, что тихая и размеренная жизнь лучше, нежели такая. Тут нет ничего хорошего: грязь, боль, холод. Кровь. Много крови. И этого она боялась больше всего. Особенно, когда дело касалось невинных. Это почему-то ранило сердце, хотя не должно было. Джухён ставила себя на их место поэтому… Это казалось устрашающим. Не хотела связываться. Но в жизни всё происходит так, как мы не хотим.       Джин сел за компьютер и постучал рукой по стулу, стоящему рядом. Джухён будто пришла в себя и поспешила сесть рядом.       — Что конкретно ты пытаешься найти? — она приблизилась слегка к экрану, потому что плохое зрение давало знать о себе.       — Пока что ничего. А ещё, дорогая, — он выделил слово «дорогая», а по телу мурашки пробежались. — Не суй свой красивый носик в мои дела.       Одного раза ей хватило по горло, поэтому Джухён лишь послушно кивнула и стала рассматривать свои ногти, будто видела их впервые. Иногда поднимала взгляд на экран, но не видела хорошо, а приблизиться не решалась. Не дай Бог застрелил бы, тогда точно «финита ля комедия».       Дверь открылась громко, и Кан сразу перевела взгляд туда. Чимин выглядел обворожительно. Впрочем, как и всегда. Он поклонился слегка, а потом подошёл к Джину.       — Они готовы к разговору, — сказал Чимин, и лицо Кима изменилось.       Он встал с места, кивнул Джухён и, сказав, чтобы она тихо, молча сидела в кабинете с Чимином, ушёл. Пак попытался пререкаться, потому что хотел присутствовать при «разговоре», но лишь закатил глаза и сел рядом с Джухён.       — Неужели ты нас так боишься? — спросил Чимин, заметив чрезмерную покладистость девушки.       — Знаешь ли, — протянула Кан, а потом продолжила: — я дорожу своей жизнью. Девушка умная — два раза повторять не надо. Меня чуть не застрелили несколько раз, поэтому, — она неоднозначно пожала плечами.       — Расскажешь, почему из дома ушла? — поинтересовался Пак.       — Ты мне не близкий человек, не лезь в душу, пожалуйста, — вежливо, но холодно.       Не позволила бы копаться в себе. Она ненавидела, когда кто-то пытался ей помочь или выведать что-то. А уж тем более такой, как Чимин. Она с ним, по сути, не общалась нормально. Они не друзья. И ничего другое. Именно поэтому девушка не хотела раскрывать частичку себя. Она не готова. Хватало истерики перед Джином, после которой она пообещала себе, что больше такого не допустит. Оно и понятно. Раскрывать слабости перед врагом — глупо, тупо. Это же рычаг давления.       — Хах, — он хмыкнул. — Думаешь, против тебя использую? — он приподнял одну бровь и усмехнулся.       — Не думаю, — нахмурилась Джухён, — я почему-то уверена.       А что ей было думать? Она не доверяла ни одному из них. Какой человек в такой ситуации раскроется? Верно: ни один. И Кан — не исключение.       — Если бы Джин хотел тебя убить — давно прикончил бы, — сказал Пак, задумчиво глянув в окно, а Джухён голову подняла вдруг и посмотрела туда же, потому что стало вдруг как-то неуютно.       — Я ему нужна для дела, — хмыкнула в ответ Джухён.       Она не считала так, в отличие от Чимина. Кан нужна была ему, иначе точно всё было бы плохо. Тогда прикончил бы сразу, без раздумий. У него точно не дрогнул бы палец.       — Однако ты пока что ничем не помогаешь, — Чимин легкомысленно пожал плечами, потому что действительно считал её беспомощной в этом.       Кан Минджун не ответил ни одному из них. Зато брат девушки связывался, спрашивал, жива ли она. Он не сказал, что освободит её, не сказал, что придумает что-то: лишь поинтересовался о том, что всё ли хорошо. Это насторожило безумно. Стало почему-то жалко её, потому что Пак считал Джухён жертвой обстоятельств. Красивой жертвой обстоятельств.       Но сейчас сворачивать и вправду было некуда: Кан — у них, оружие всё ещё у Минджуна, а в клане творилась ужасная неразбериха, которую пока что никто не мог разгрести. И это давило сильно на мозг. Казалось, что от всего, что происходило, он мог просто взорваться.       — Единственное, что я могу — это действовать Джину на нервы. Ну и не только ему.       — Разбираешься в делах клана?       Джухён покосилась на него, а потом облизнула губы. Что-то она всё-таки знала. Например, где именно хранится оружие. А ещё знала, что это точно не отец всё провернул. Кто-то точно связан с ним. И раз уж всё обстоит хуже некуда — кто-то сильный. Тот, кто не боится наказания. Она понятия не имела, кто. Хотя нет. Она думала на нескольких людей, но не была слишком посвящена в это, поэтому с точностью ничего утверждать не могла.       — Не сильно, — буркнула в ответ девушка. — Я знаю, где отец прячет оружие, но… Туда и вправду невозможно попасть. Даже я не бывала. Знаешь ли, меня не очень чаяли там, поэтому сильно ни во что не просвещали, — она фыркнула недовольно и откинулась слегка.       — Оно и понятно, — в ответ кивнул он, и Кан пожала плечами. — У вас в клане никакого уважения к слабому полу, — покачал головой Пак.       Был прав. Их правда ни во что не ставят. Просто красивые куклы, которые должны быть всегда рядом.       — А у вас как будто не так, — слегка закатила глаза Джухён.       — Хочешь верь, хочешь нет, но мы считаемся со вторым половинками. Они — неприкосновенны. И всегда будут таковыми. Каждый из нас умереть готов за любимую, главное — найти её.       Она кивнула, переваривая слова, а потом тяжело вздохнула.       — И каким образом они неприкосновенны? — спросила она, сложив руки на груди и покачивая ногами.       — Никто не имеет права даже притронуться к ней — что уж говорить о большем. Это сильно карается.       От Чимина она узнавала куда больше, чем от того же Джина, который был хоть и не замкнутым, но особо с ней не разговаривал, а особенно избегал темы о том, что связано с кланом. Оно и было понятно. Давать ей информацию — значит быть глупцом, коим Джин не являлся ни в коем случае.       Чимин казался дружелюбным, хоть и держался стойко и… Джухён сказала бы, величественно. Он пленил. Легко и просто.       — И как они понимают, что девушка принадлежит вам? — задала ещё один вопрос.       Как бы Кан не пыталась отрицать, что ей это неинтересно — любопытство брало верх над всем остальным.       — А это уже другая история. Как-нибудь потом расскажу, — Пак подмигнул ей игриво, а Джухён закатила глаза, отвернувшись.       — Ты такой вредный, — цокнула языком она недовольно. — Подогрел интерес, а сейчас молчишь!       Он улыбнулся, из-за чего появилась милая ямочка на щеке, а потом протолкнул язык в щеку.       — Ещё какой, — подтвердил он слова девушки, а она возмущённо нахмурилась и поджала губы.       Чимин ей казался до невозможности милым и красивым, а ещё располагал к себе.

***

      Джин встал напротив мужчины, привязанного и сидевшего на стуле, а потом хмыкнул. Он достал из-под стола, стоявшего посередине, нож и усмехнулся, от чего у кого мужчины дрожь по телу прошлась.       — Говорят, ты работал с Ю, — начал Джин, смотря прямо в глаза, а тот съёжился и кивнул на его слова, подтверждая. — С ним происходило что-то странное в последнее время? Может, связывался с кем-то?       — Нет, господин Ким, — как-то задушенно ответил мужчина, а потом вздрогнул, когда Ким подошёл ближе и закатил глаза.       — Точно? — и тот в ответ кивнул головой. — А недавно вы жаловались, что Ю стал куда-то пропадать. Знаете причину?       — Н-нет, господин Ким, — судорожно покачал головой.       — Чёрт, если ты мне соврал — живым не останешься точно, — предупредил Джин, хотя каждый это знал.       — Им Чжухён, кажется, знает что-то, — сказал мужчина, когда его развязали, а Джин застыл и нахмурился, возвращая взгляд на него. — Он говорил с Ю наедине, и они, по всей видимости, ссорились, хоть причины я и не знаю.       — Свободен.       Джин серьёзно раздумывал над всем, смотрел по сторонам и тяжело вздыхал, проводя ладонью по волосам, потому что от мыслей голова раскалывалась. Всё сложно. Кажется, им понадобится действительно много времени, чтобы разобраться со всем, что навалилось. Это бесило, раздражало. А бездействие просто убивало. Просто, чёрт возьми, не было ниточки. Хотя нет. Была. Одна-единственная под названием «Им Чжухён», но Джину почему-то казалось, что это ничего не даст. Предчувствие разливалось внутри, слишком едко впиваясь и говоря: всё херово. Всё хуже, чёрт побери, некуда!       — Джин! — громкий возглас привлёк внимание.       Джин повернулся в сторону мужчины и поклонился слегка, а потом был заключён в объятия.       — Здравствуйте, господин Хван, какими судьбами? — Ким натянул улыбку и отошёл от старика, осматривая.       Они знакомы чуть ли не с детства. Господин Хван был близким другом дедушки Джина, поэтому неудивительно, что мальчик с детства хорошо знал мужчину, всегда доверял ему.       — К сыну зашёл, — пожал плечами мужчина и сел на стул. — Говорят, у вас проблемы, — вдруг нахмурился мужчина, а потом продолжил: — случилось что-то серьёзное? — поинтересовался господин Хван.       Джин, взяв стул и поставив рядом, присел и улыбнулся.       — Относительно, — кивнул Ким, расправив плечи. — Честно, сил уже нет, — усмехнулся Джин, а господин Хван покачал головой и мягко коснулся его плеча, поглаживая.       — Ты справишься. Не зря кровь дедушки в жилах течёт, — весело подмигнул мужчина, и Ким кивнул. — Как я понял, Кан Минджун замешан? — спросил мужчина.       — Вы правы. Украл оружие, причём очень много, тем самым разозлил тех, кто должен был получить, — Джин избегал темы о том, кто это был. — Но что-то сдаётся мне, что работал этот идиот не один, — хмыкнул Джин.       — Ох, думаю, нам нужно что-то покрепче.       Джин кивнул и достал из шкафа виски. Кажется, разговор будет долгим.

***

      Чимин и Джухён говорили действительно долго, по делу. Пак увиливал от многих ответов, впрочем, как и сама Кан, но поговорили они, по сути, нормально. По крайней мере, так казалось девушке.       Джина не было и вправду слишком долго. Чимин тоже это заметил, поэтому то и дело хмурил брови и смотрел в сторону двери, надеясь увидеть там Кима, но он не появлялся.       А потом, в один момент, дверь вдруг с громким стуком открылась, и в кабинет ввалился Джин. В прямом смысле слова. Мужчина был, как поняла Джухён, пьяным, потому что передвигался еле-еле, а ещё в руках у него была бутылка со спиртным, из-за чего Кан сморщилась. От него разило за километр.       Чимин, который не ожидал такого, вскочил с места, подлетел к другу и посадил его на стул. Ким тяжело дышал. Красные щёки выдавали его, а ещё глаза, которые блестели.       — Придурок! — прошипел Пак, отобрав бутылку с трудом, а Джин хмыкнул и посмотрел на Джухён, которая тут же сжалась от этого взгляда.       Он языком провёл по губе и игриво подмигнул. Кан была в шоке. Это точно Джин, или его подменили, чёрт побери!       — Чимин-а, — протянул Ким, уткнувшись носом в грудь парня, а Пак недовольно закатил глаза. — Отвезёшь нас домой? — Джухён понимала, кого он имел в виду.       Это что, Чимин оставит её наедине с ним? С пьяным Джином, который наверняка не понимал, что творил? Только этого не хватало, блин.       — Отвезу, — кивнул в ответ мужчина. — С кем ты так напился? — спросил Чимин, аккуратно поднимая Джина с места и кивая Джухён, чтобы она собиралась тоже.       — С господином Хваном, — пробормотал Ким, и Чимин понимающе кивнул.       Чимин накинул на Джина куртку, и Джухён, поняв, что им пора, тоже укуталась, потому что на улице было холодно, да и сам Пак так не вышел бы, поэтому, на секунду оставив Джина, нацепил куртку, снова подхватил Кима.       Они, вернее, Пак, еле вытащил Джина на улицу. Джухён поплелась за ними, перебирая ногами и стараясь не шуметь. Возможно, это был шанс сбежать? Вот только Чимин часто цеплял её глазами, поэтому вариант отпадал. Да и далеко не убежала бы.       Чимин посадил друга на заднее сиденье, туда же села и Кан, а сам он сел за руль.       Джин, как назло, прижался ближе, носом уткнулся в шею и засопел слишком мило, совершенно не свойственно ему (насколько знала Джухён). Она нахмурилась. Недовольные возгласы застряли в горле, так и не были озвучены, потому что Чимин посмотрел на неё с просьбой, и Кан расслабилась. Тёплое дыхание щекотало шею и вообще ощущалось как-то слишком остро, из-за чего ей было как-то не по себе.       Доехав до дома, Чимин остановил машину, а потом снова помог с Джином. Он затащил того домой и, сняв с него куртку, уложил на диван прямо в вещах, а Джухён стояла рядом, смотря в разные стороны и не решаясь ничего сказать, будто язык проглотила.       — Ты с ним справишься одна? — спросил шёпотом Чимин, а Джухён судорожно покачала головой, отходя.       — Нет, — жалобно протянула Кан. — Ты не посмеешь оставить меня с ним! А вдруг Джин убьёт меня? — она действительно драматизировала, но оставаться с Джином ни в коем случае не хотела. Только не с ним, чёрт возьми! Тем более с пьяным!       — С ума сошла? — хмыкнул Чимин. — Он спит, так что не переживай. Просто следи, чтобы этому придурку плохо не стало.       Джухён правда отчаянно пыталась остановить его, что, к сожалению, не увенчалось успехом. Чимин уехал, оставив её одну, а Джухён, пару раз взглянув на Джина, собиралась уйти, но он вдруг зашевелился.       — Куда собралась? — хрипло спросил он, схватив Кан за руку, а сердце девушки упало куда-то в желудок.       Она с трудом сглотнула и попыталась отцепить его руку, что не увенчалось успехом. Он сжал запястье лишь сильнее.       — Спать, — ответила ему девушка.       — Ложись рядом, — лениво пробормотал Джин, из-за чего Джухён нахмурилась, а когда она вдруг зашевелилась пуще прежнего, пытаясь вырваться, закатил глаза. — Да не трону я тебя, дура! Я уже говорил, что ты меня не привлекаешь.       Джухён запыхтела недовольно.       — Не лягу я с тобой, ясно! Отпусти!       И Джин, на её удивление, отпустил. Фыркнул недовольно и отвернулся на другую сторону, снова проваливаясь в сон, а Джухён на ватных ногах пошла в свою комнату. Хорошо, что ничего не случилось.