Меж двух огней

      Джухён, честно говоря, подозревала, что поедет с ними, пусть и не была уверена до конца, чтобы потом вдруг не разочароваться, если что-то пойдёт не так. Кан не знала, что ей брать с собой: особо вещей не было, поэтому она всё запихнула в сумку Дахён, которая недовольно пыхтела, но в итоге, под натиском Джухён, сдалась.       Кан в последнее время казалось, что это место — то есть дом — стало действительно каким-то родным. И даже уже не было так страшно. Нет, Джин перегибал палку, всё ещё злился на неё за всё, но Джухён отчего-то было всё равно. Девушка стала вроде спокойнее, чем обычно. По крайней мере, ей больше не хотелось убивать Джина (если, опять-таки, он не делал что-то из вон выходящего).       Он, правда, почти каждый раз умудрялся ей напоминать про отработку тех денег, которые Джухён по глупости потратила, задевал её, но это как-то отошло на второй план.       Ким Сокджин моментами казался невыносимо красивым, настолько, что Джухён иногда серьёзно зависала, смотря на мужчину, а потом мысленно приводила себя в чувства, фыркая на это совершенно недовольно и называя себя дурной башкой, потому что не стоило думать о нём.       — Ты собираешься его ночью поздравлять? — поинтересовалась Джухён, сидя на постели и наблюдая за тем, как Дахён искала доставку торта.       — Конечно! Этому оболтусу, прости меня, исполняется двадцать шесть лет. Не круглая дата, конечно, но в любом случае, — Ким радостно взвизгнула, когда всё же нашла нужную доставку, сразу выбрала торт и, что-то пробормотав, вышла, чтобы ответить на звонок.       Кан откинулась на подушки, думая о том, что можно было подарить ему, вот только в голову не лезло совершенно ничего. Она, несмотря на запреты Джина, уговорила бы Дахён пойти с ней в торговый центр, но мыслей, что там можно выбрать, не было, поэтому девушка решила дождаться его сестру и посоветоваться с ней. Наверняка младшая Ким знала, что нравилось брату и что можно было подарить.       Ким вошла в комнату уже весёлой, с широкой улыбкой на лице.       — Что подарить Джину? — тут же спросила Джухён, надув губы и тяжело вздохнув.       — Себя.       Кан резко замерла, пытаясь понять, не послышалось ли ей это, а потом кинула в Ким подушку.       — Дахён! — возмущённо воскликнула девушка, поджав губы.       Эта идея казалась действительно тупой и глупой, а намёки Ким Дахён по поводу Джина бесили просто нещадно, поэтому Джухён старалась сразу же затыкать её или пропускать мимо ушей, но в этот раз девушка покраснела.       — А что? — изумлённо выгнула бровь девушка, а потом пожала плечами, будто бы ничего не произошло. — Ты спросила — я ответила, так что не переживай так. Будто бы я тебя заставляю, — пробурчала показужно обиженная Дахён. — Мы можем пойти в торговый центр, только Джину ни слова, а то попадёт и тебе, и мне заодно, а, знаешь ли, брат в гневе безу-у-умно страшен.       Младшая Ким говорила так, будто Джухён не понимала, хотя девушка знала это даже отлично, если не больше.       — Мы быстро. Пока он будет по своим делам, смотаемся.       — А чего тебе так хочется ему подарок сделать? — вдруг заинтересовалась Дахён, тут же прищурив глаза и усмехнувшись. — Всё-таки мой брат та ещё зараза, а ты всё рвёшься.       Казалось, девушку действительно это интересовало, и Джухён вдруг поджала губы, совершенно не зная, что она могла ответить.       — На это много причин, и одна из них в том, что твой брат меня не убил, хотя мог. Относится ко мне не так уж и отвратительно.       — Не так уж и отвратительно? — хмыкнула вдруг Ким, а потом не смогла скрыть довольную улыбку.       — И что ты так разулыбалась?       — Да просто.       Джухён отвечать не стала, лишь встала со своего места и размяла отчего-то затёкшую шею. Выдохнула прерывисто, поправила волосы и под пристальным взглядом Дахён взяла вещи, чтобы переодеться и купить этот грёбаный подарок.       — На прошлом вечере я тебя спасла, — припомнила вдруг Ким, и Кан замерла с вещами в руках, даже не думая пошевелиться. — Ты же знаешь, что так вечно продолжаться не будет? — последовал риторический вопрос, и Джухён как-то отстранённо кивнула, закусила при этом нижнюю губу, задумавшись. — И всё-таки я поняла, что Джин не врал: ложиться не придётся ни под кого, а вот информация важна.       — Да, я знаю и понимаю. Признаюсь, злилась, истерила, но Джин и так много мне позволил, поэтому… Если я могу помочь, то вот, — выдохнула девушка, и Дахён кивнула.       — А я буду обрабатывать Хэно, — кивнула сама про себя младшая сестра Сокджина, улыбнувшись.       — Это звучит кошмарно, — призналась вдруг Джухён, и Дахён пожала плечами, состроив гримасу, а затем ухмыльнулась.       — Зато, если что-то узнаю, смогу его уничтожить, — игриво подмигнула младшая Ким. — Собирайся уже, иначе нам точно достанется от Сокджина.

***

      Джухён бродила по магазинам как-то омрачённо, потому что всё казалось совершенно не тем, что ей нужно было, поэтому девушка немного приуныла, а Дахён всё фыркала и недовольно жаловалась на то, что Джин их прибьёт, если он вдруг их не застанет дома, когда придёт.       В итоге, под натиском младшей Ким и её наставлению, девушка купила духи, хотя довольной в итоге не осталась. Это казалось до жути банальным, но, в конце концов, Кан решила, что лучше что-то, чем ничего.       — Просто забей, — в очередной раз повторила Ким, оплачивая напитки и протягивая один из них Джухён, которая сразу же подхватила и кивнула в знак благодарности.       — И всё-таки… Не то это, — поджала недовольно губы Кан, задумавшись, а сестра Сокджина хохотнула и покачала головой.       — Мне правда смешно с того, как ты пытаешься выбрать что-то, но духи — это хороший подарок, поэтому хватит уже бубнить, идём домой, пока Джин не обнаружил пропажу, иначе потом тебе уж точно не захочется ему что-то дарить, — хмыкнула девушка, и Джухён кивнула отстранённо, а потом замерла, прищурившись. — На что смотришь? — заметив замешканность Кан, спросила Дахён, тут же устремив взгляд туда же, куда и девушка. — Кто это?       — Брат, — прочистив горло, пробормотала Джухён, тут же покрепче схватившись за пакет в руках.       Это действительно был Джумин, а рядом с ним миниатюрная шатенка, которая смотрела на него так, будто он единственный в этом центре. Он выглядел совершенно беззаботно: с улыбкой до ушей и, как видела Джухён, с хорошим настроением, а сердце вдруг сжалось совсем болезненно; Кан не понимала, как на её глазах появились слёзы, а младшая Ким, ещё раз глянув на Джухён, схватила ту за руку и увела прочь. Она сразу же достала пачку салфеток и передала Джухён, которая тихо поблагодарила.       — Мне жаль, — произнесла Ким, почувствовав, насколько тяжело бы на душе у Джухён. Дахён тоже было бы больно.       — Самое отвратное, что я думала: вау, он переживает, действует, но сложилось впечатление, что ему плевать, — тихо сказала Джухён, почувствовав себя совершенно фигово. — Даже желания нет ни на что, — она всхлипнула. — Ужасно ещё то, что я продолжаю его любить и думать о нём.       — Послушай, — начала издалека Дахён, накрыв своей рукой руку Джухён, которая тут же подняла взгляд; Ким поддерживающе улыбнулась. — С другой стороны, не может же он вечно страдать. Возможно, он что-то делает, но ведь развеяться тоже нужно, да?       — Прости, я просто слегка на эмоциях. Это первое, о чём я подумала, — виновато опустила голову Кан, а Дахён улыбнулась совсем тепло и мягко обняла её. — Тем более, он звонил Джину и просил меня не трогать.       — Вот видишь. А теперь побежали, а то нам конец.

***

      Джин не скрывал своего недовольства — он ворчливо фырчал, злился и хмурился совершенно страшно, а Джухён только вцепилась в руку Дахён, которая тут же закатила глаза и уставилась на брата как-то… Безразлично, что ли. Эта девочка точно без тормозов, — в очередной раз тогда подумала Кан, отмечая про себя, что младшую Ким исправить было невозможно. Ей бы сейчас молчать в тряпочку, стыдиться, только она смотрела чересчур холодно, с прищуренными глазами и губами, сжатыми в одну полоску.       — Успокоился? — выдала девушка, когда Джин закончил свою гневную тираду, а Дахён наконец-то выдохнула.       — Ты совсем с ума сошла? — рыкнул мужчина, будучи раздраженным тем, что его сестра без разрешения вывела Джухён на улицу. Это казалось очень опрометчивым решением. — Я тебе ещё раз объ…       — Моя очередь говорить, — сразу же прервала его Ким и улыбнулась, казалось бы, слишком наигранно. — Да, вывела. Потому что, дубина, эта дура решила купить тебе подарок. Понимаешь, ничего не случилось. Ни-че-го, — по слогам произнесла девушка и сделала шаг вперёд, жестикулируя руками, объясняя Сокджину, будто он маленький непонимающий ребёнок. — Я за ней, блин, следила, так что перестань тут желчью плеваться, а то уже задолбал, честное слово.       Кан всё ещё стояла позади, ошарашенно смотря то на мужчину, то на его сестру, которая выглядела рядом с ним ничтожно маленькой и хрупкой. Ким усмехнулся и покачал головой.       — Не читай мне нотации, — отрезал Сокджин. — У меня есть причины злиться, так что не надо мне тут строить из себя непонятно кого, — процедил Джин. — И перестань разговаривать со мной в таком тоне.       — Это… Ничего же не случилось. Я обещала помочь, соответственно, никуда не собираюсь сбегать. Джин, честное слово, мы просто прошлись по магазинам, — проговорила Кан, наконец придя в себя, потому что Дахён полыхала злостью, а Джухён не хотела скандала, поэтому лучше было девушку остановить.       Он выдохнул сквозь сжатые зубы, а потом, чтобы не наговорить лишнего, вышел. Дахён фыркнула обиженно, а затем опустила взгляд.       — Фиг ему, а не торт, — прошипела она как-то разозлённо, а Джухён лишь хихикнула на это и покачала головой.       Думалось, хорошо, что всё обошлось. Кан точно бы не хотела стать причиной ссоры между братом и сестрой, поэтому сейчас как-то облегчённо улыбалась, наблюдая за младшей Ким, которая злилась. Иногда было ощущение, что Дахён в гневе страшна (впрочем, не только ощущение), но сейчас она выглядела очень даже мило: бурчала себе под нос что-то, хмурила брови и, кажется, проклинала Джина в уме столько раз, сколько только могла.       — Так сильно злишься? — спросила девушка, хотя сама прекрасно знала ответ.       — Злюсь? — фыркнула раздражённо младшая Ким, тут же нахмурившись. — Я в бешенстве! — воскликнула озлобленно она.       — Полегче, — осадила Джухён младшую сестру Кима.       — Зачем ты вообще это придурку что-то покупала?! Вот хрен ему, а не подарок. Придушить бы, — Дахён закатила глаза, а потом надула губы. — Грёбаная истеричка…

***

      Уже было почти без двадцати двенадцать, когда Дахён, вся взволнованная и взбудораженная, влетела в комнату Джухён, которая читала книгу: она нашла её случайно в библиотеке Джина, а раз делать было нечего, то начала читать. И, на удивление, затянуло.       Кан, до этого сосредоточенная, озадаченно подняла взгляд на младшую Ким.       — Скоро приедет торт, — объяснила девушка. — Ты сильно занята? Поможешь украсить гостиную?       — Думаешь, Джин оценит? — засмеялась Кан. — Он же взрослый уже.       — Ну и что, — возмутилась в ответ Дахён. — Это же праздник! Если будет недоволен, то получит от меня. Давай, вставай, — улыбнулась в очередной раз Дахён, подойдя к Кан.       Она взяла за руку Джухён, потянула на себя, чтобы та встала и довольно захлопала в ладоши. Быстро вынула из кармана пачку шариков и всучила Кан, тут же приказав:       — Надувай.       Джухён спорить не стала: быстро приняла упаковку и тут же раскрыла её, достав один шарик.       После того как шарики были надуты, Дахён ниткой соединила их и повесила, завязав о стул. Джин находился в своей комнате, наверняка недовольный и злой, а младшая Ким уже, по всей видимости, отошла: она слишком радостно надевала, украшала, вешала надпись «happy birthday» и заливисто смеялась, а потом, когда ей позвонили, вышла за тортом.       Вернулась Ким быстро, положила торт на стол, всунула наспех вынутые из пакета свечи и сразу же воткнула их.       — Позовёшь Джина? — с улыбкой спросила девушка, и Кан кивнула.       На самом деле, учитывая, что Джин злой, идти к нему совсем не хотелось, но вместо того чтобы отказаться, Кан стояла напротив его двери и мялась у входа. Оставалось каких-то три минуты, и Джухён, вобрав как можно больше воздуха, постучалась, тут же услышав хриплое:       — Войдите.       Она сразу же дёрнула ручку и вошла внутрь, тут же замерев.       — Прикройся, — пробурчала Джухён и отвернула голову, сразу же подметив, что, вроде, не покраснела: уже хорошо. — Времени мало, поэтому накинь что-то и пойдём вниз.       На удивление, Джин послушался: быстро накинул майку.       — Только не говори мне, что Дахён снова придумала что-то, — чуть ли не завыл Джин, а потом, увидев лицо Кан, всё понял.       — Она старалась, — сказала Джухён, улыбнувшись, а потом глянула на часы: оставалась минута. — Давай, идём, главное: сделай вид, что очень удивлён.       — Обязательно, — пообещал Джин, усмехнувшись.       Дахён стояла внизу с тортом в руках и слишком довольно улыбкой.       — С днём рождения! — радостно воскликнула девушка.       Джин подошёл к ней с широкой улыбкой, задул свечи, а потом, отложив торт на стол, крепко обнял.       — Ты же знаешь, что даже если я ругаюсь, то всё равно люблю? — задал риторический вопрос, и Ким кивнула. — Спасибо большое, — поблагодарил Джин.       Джухён стояла недалеко, смотрела на них с теплотой в глазах, а внутри что-то разрывалось, металось. На душе было тяжело. На глазах стояли слёзы, которые она тут же вытерла.       — С днём рождения, — прошептала Джухён, всучив ему подарок в руки; Джин удивлённо поднял на неё глаза, а потом снова расплылся в радостной улыбке.       — Спасибо, — и ласково улыбнулся в ответ.

***

      Дахён, после выпитого алкоголя, спала в своей комнате, а Джухён и Джин всё ещё сидели на диване, кушая, разговаривая и лишь изредка попивая, чтобы утром быть бодрыми.       Джухён выглядела расслабленной: она спокойно облокотилась о диван, взяла в руки бокал с вином и поджала ноги под себя, тут же отхлебнув чуть-чуть. Терпкий вкус напитка приятно осязался на языке, и Кан прикрыла глаза, совершенно разморившись непонятно от чего.       Джин наблюдал за ней с нескрываемым любопытством и лёгкой усмешкой на пухлых губах: она, казалось, впервые рядом с ним чувствовала себя полностью спокойной, и ему это правда нравилось.       Безумно.       Сильно.       И то, как прятала ладони в большом худи, будто бы по привычке; то, как смеялась и каждый раз чуть ли не разливала вино. А ещё была искренней.       Живой.       Настоящей.       — Какой ты уже старый, — засмеялась Джухён, все ещё держа бокал, а Джин улыбнулся.       — Старый? — удивился мужчина. — Вот уж не думал услышать такого, — признался Ким. — Я же не выгляжу на свой возраст? — подмигнул он, и девушка рассмеялась.       — Совершенно нет, — помотала головой Кан. — Кажется, я перепила, — недовольно пробурчала девушка и отложила вино.       Щёки её были красными, наверняка горели, а волосы были неряшливо распущены.       Голова закружилась резко, и Джухён с силой зажмурилась, пытаясь привести себя в чувство и про себя делая вывод, что с алкоголем всё.       Джин выглядел по-домашнему мило, со спутанными волосами, усталым видом и полуоткрытыми губами, и Кан прятала улыбку, рвущуюся наружу, как только могла. Отводила взгляд, кусала губы и думала о том, что Ким Сокджин чересчур хорошенький. Особенно в этот момент.       — Эй, — возмутился Ким. — Ты почему не пьёшь? — нахмурился мужчина и собирался всучить ей в руки бокал, но Джухён вежливо отказалась, покачав головой.       — Нет, спасибо, — засмеялась девушка. — Голова закружилась, думаю, с меня определённо хватит.       — А как же выпить за моё здоровье? — приподнял бровь мужчина, и Джухён поджала губы.       — Нет-нет, я правда боюсь, что может стать ещё хуже.       — Ну хорошо, — пожал плечами он и поставил фужер обратно на стол, только вместе с её — свой тоже, поскольку пить одному ему совершенно не хотелось. — О, Тэхён звонит, — Джин улыбнулся, показав пальцем, чтобы она подождала одну секунду, и встал со своего места, отлучившись, а Джухён поступила взгляд, ожидая Джина.       — Я понял, — услышала она в ту секунду и навострила уши. — Перестань, чёрт возьми, паниковать. Где ты? — Джухён уловила нотки грусти и какого-то разочарования, вызванного непонятно чем. — Скоро буду, успокойся, — рыкнул Джин и сразу же отключил телефон, вернувшись к Джухён.       Она даже не стала спрашивать ничего: лишь встала, думая, что пора идти спать, но Джин схватил её за руку, мягко погладил кожу, вызывая мурашки по коже, и улыбнулся — слегка натяжно — но этого хватило, чтобы сердце затрепетало.       — Я пойду спать, — пробормотала она, опустив голову вниз.       — Хочешь… Со мной? — он посмотрел на неё.       — Что? — буквально одними губами, едва слышно, на грани шёпота.       Джухён почему-то была уверена, что произошло что-то действительно серьёзное, что Джин скажет ей молчать и не лезть, а тут…       — Ты девушка, могла бы оказать поддержку Тэхёну, потому ему сейчас очень плохо. Если ты против, то не надо.       — Нет… Я, — Кан хаотично глазами забегала по его лицу, а потом кивнула. — Поехали. А что случилось?       Джухён вдруг поняла, как царапнуло что-то внутри, потому что…       — Это связано с Лим, — немного замявшись, ответил Джин, и голос его был беспокойным.       Джухён не понимала: то ли из-за страха за девушку, то ли из-за брата. Горло саднило нещадно. Она быстро подхватила свою куртку и по дороге к машине нацепила её, а голове думая: всё потом.

***

      Запах медикаментов, слишком привычный и настолько противный, что блевать хотелось. Белые стены лишь напрягали, а Джухён сидела рядом с Тэхёном, который выглядел слишком разбитым.       Кан ненавидела больницы. Всегда вспоминала маму, которая часто лежала в них до своей смерти.       Глаза начало щипать, потому что воспоминания нагрянули слишком быстро, а Тэхён, сидящий рядом, лишь дышал и чуть ли не всхлипывал. Джухён никогда бы не подумала, что Тэхён мог плакать. И не то чтобы дело в каких-то предрассудках, но он выглядел именно таким, а сейчас чуть ли не волосы рвал на себе.       Джин разговаривал с врачом — кивал, хмуро глядел на мужчину, а потом подошёл к ним и аккуратно положил ладонь на спину брата.       — Всё с ней хорошо, — мягко проговорил мужчина, и Кан сама подняла глаза — его голос сквозил теплотой, которая мужчине присуща обычно не была. — Иди, подыши хотя бы воздухом.       Тэхён послушался: молча встал, пробормотал «спасибо, хён» и вышел, оставив Джина и Джухён наедине.       Её веки, если честно, слипались безумно, а ещё она испытывала настоящий стресс: перед глазами были ужасающие картинки, ей приходилось часто жмуриться, чтобы отгонять назойливые воспоминания, что, словно киноплёнка, проходили в голове.       Джин сел на место Тэхёна и тихо шепнул ей на ухо:       — Можешь положить голову мне на плечо, скоро поедем домой. Спасибо, что приехала со мной.       — Не благодари, — ответила Кан, тут же положив голову на его плечо и тяжело вздохнув; Джин едва заметно улыбнулся и расслабился, мягко проведя пальцами по её волосам. — Зачем она это сделала? — нахмурилась Джухён, и Ким хмыкнул.       — Причину на этот раз не знаю. Как только придёт в себя — узнаем.       — Она ведь не в первый раз резала вены? — задала вопрос девушка, и он кивнул. — Я просто видела порезы, когда мы были у Чонгука, — объяснила Джухён.       Оставаться бодрой никак не получалось, поэтому Кан поудобнее устроилась на его плече и прикрыла глаза.       — Она… Да, такое происходит иногда. В последнее время всё реже и реже, не понимаю, что случилось, — тяжело вздохнул мужчина. — Тэхён успокоился, а это главное.       — Видимо, он её сильно любит, — заметила девушка, и Джин грустно усмехнулся.       Тэхён любил, Лим — нет. И ему бы бросить её, но когда девушки не было рядом, тот становился сам не свой, поэтому смириться с девушкой брата пришлось всем.       — Любит, — выдохнул Джин, смотря в одну точку и о чём-то думая. — Она — нет, и ему бы послать Лим, но… Не получается.       — А что тебя связывает с ней? — спросила девушка, приподняв голову, и посмотрела прямо в его глаза.       Джин слегка стушевался, отвёл взгляд и закусил губу; Джухён сразу поняла, что эта тема не совсем простая, хотела узнать больше, но, видя, что Ким говорить об этом не хотел, снова замолчала и вернула тело на прежнее место — столь удобное и теплое. В объятиях Джина уютно, приятно. Кан чувствовала себя совсем спокойно — она почти засыпала, но тут же открывала глаза, слишком отчётливо понимая, что сейчас не время.       Тэхён вернулся быстро — уже более спокойный.       — Вам стоит пойти и поспать. Ещё раз спасибо, хён, прости, что испортил день рождения.       — Помолчи, пожалуйста, — попросил Сокджин, нахмурившись.       Джухён подняла свою голову, потёрла глаза и вздохнула, думая о том, что была несказанно рада вернуться домой и лечь спать.       — Но…       — Хватит, Тэ, — перебил его старший. — Ты не испортил мне день рождения — не говори глупостей. Главное, что всё обошлось, так что не вешай нос.       — Я знаю, что тебе она, мягко говоря, не нравится, но это действительно было важно, — искренне сказал Тэхён, и Кан улыбнулась, ощутив, как заслезились её глаза непонятно от чего.       То, с каким трепетом он говорил, наверняка думая о девушке, которая сейчас лежала без сознания. Тэхён не заслужил такого отношения — он достоин лучшего, нежели эта девушка. Джухён в этом была уверена.       — Удачи, — Джин мягко хлопнул брата по плечу и подошёл к Кан. — До завтра, — помахал он рукой младшему и, взяв за руку Джухён, повёл её в сторону выхода.       Кан чувствовала, что Ким устал не меньше — он часто зевал, прикрывал изредка глаза и казался каким-то растрёпанным. Отдых, определённо, нужен был обоим.       В машине Джухён уснула, измотанная, а Джин ласково провёл пальцем по её щеке, после чего схватил её на руки, чтобы отнести в комнату.       Она в его руках немного задёргалась, но не проснулась.       Ким Сокджин добрался до комнаты девушки быстро, уложил её на постель, аккуратно укрыл и посмотрел в телефон:       «Поиграем?»       «Сможешь узнать, кто я?»

Мужчина заскрежетал зубами.