Меж двух огней

      Джин обернулся первым, сжал пальцами её запястье и нахмурился, оглядывая парня, стоящего напротив. Он злился непонятно на что. А осознание того, что он не знал, кто вообще это такой, внутри вызывало пожар и бурю.       Джухён повернулась следом, застыла, а после на её лице расползлась счастливая улыбка. От этого Ким, кажется, спятил сильнее. Прижал её к себе ближе, обвил талию и улыбнулся — однако совсем неестественно, и Кан захотелось истерично засмеяться, потому что увидела это нечто в его глазах.       Будто бы он… Ревновал.       Да чёрт, нет. Он просто был осторожным, чтобы ни у кого не возникло вопросов, ведь так?       Да, на все сто процентов.       — Джебом, — поражённо выдохнула девушка, которая и вправду очень обрадовалась, увидев его.       Они на протяжении всех дней лишь списывались. По сути, переписывались мало, потому что у каждого были дела. Хотели договориться о встрече (Джухён убедила бы Джина, обязательно), а сейчас он стоял напротив, тоже радостно смотрел на неё и не мог поверить глазам.       — Рад тебя видеть, — кивнул парень, не решившись подойти и обнять её, потому что рядом стоящий Сокджин напрягал. — А это твой жених?       Джин рядом сделал шаг вперёд и протянул руку, тут же проговорив:       — Да, а ты?..       Джухён, кажется, покраснела: кожу редко обдало жаром, а воздух будто из лёгких выкачали. Ким Сокджин выглядел невозмутимым, спокойно говорил о том, что он ей жених, будь он проклят триста раз! Стыдно. Как же, мать его, стыдно.       — Я Джебом, — представился тут же парень и улыбнулся, — однокурсник Джухён. А это моя девушка — Ынха, — указал он на рядом стоящую девушку, которая приветливо кивнула.       Кан чувствовала себя не в своей тарелке — Ким откровенно сверлил взглядом её друга и смотрел не слишком приветливо. Что уж мелочиться — враждебно. Она стояла совсем рядом, вцепившись в его руку. Наблюдала за двумя мужчинами.       Джебом с радостью пожал протянутую руку и неловко переминулся с ноги на ногу — Джин так действовал на всех. Он был крайне пугающим, особенно в те моменты, когда пристально смотрел и сжигал все внутренности.       — Рад был тебя увидеть, — спустя время неловкого молчания кивнул однокурсник, и Кан смогла спокойно выдохнуть, потому что сейчас они разойдутся как в море корабли.       — Раз уж мы тут вместе, может, погуляем? — предложила Ынха, взглянув на своего парня, который сразу же кинул взгляд на Кима.       — Давайте, — на удивление легко согласился Джин.       Что он, чёрт возьми, задумал? Зачем ему это? Чтобы Джухён ощущала себя словно на минном поле? Она, вообще-то, расслабиться хотела, а не находиться весь вечер в напряжении.       — Вы идите, — предложила Кан, резко подав голос, после чего продолжила, — мы вас догоним.       Джебом коротко кивнул, взял за руку свою девушку и пошёл вперёд, а Джухён повернулась к Джину с серьёзным лицом, которое отражало полное неудовольствие происходящим — нахмуренные брови и поджатые губы.       — И что ты так смотришь? — скептично выгнул бровь Ким, и Кан едва ли не зарычала от накатившей злобы и раздражения.       Бесит.       — Почему ты это сделал?       Джин усмехнулся, языком протолкнулся в щёку и спросил:       — Сделал что?       — Ты издеваешься? — чуть не взорвалась девушка, и мужчина пожал плечами, явно тешась над ней. — Я хотела отдохнуть, а не чувствовать себя загнанной в угол, — прохныкала Кан.       — Я обещаю, что буду вести себя очень хорошо, — улыбка. Вот же скотина! — Пошли, дорогая, а то нас уже заждались.       — Не понимаю, зачем тебе вообще это всё, — пробурчала Джухён, которая действительно была замешкана.       Что за муха укусила Ким Сокджина?       Они догнали их почти сразу, после чего снова наступила тишина. Джебом придерживал свою девушку за талию, что-то шептал ей на ухо, а Джухён отводила взгляд и косилась на Джина.       — Куда хотели бы сесть? — спросила Ынха, обратив внимание на Джина и Джухён.       Оба нахмурились почти одновременно, задумавшись, а девушка едва сдержала смех, потому что это оказалось слишком синхронно и похоже.       — О, на конкистадор, — ответила Кан, и Ким кивнул на её слова.       — Пойдём.       Очередь, на самом деле, была довольна большая, поэтому они сумели попасть на заветный корабль лишь спустя пятнадцать минут, за которые Джин и Джебомом разговорились, и Джухён даже показалось, что Ким расслабился и спокойно проводил время с её однокурсником. Ощущение, будто от сердца отлегло.       Они заняли места в самом конце, и Джухён уже пожалела о своём решении. Она, словно маленький ребёнок, прижалась ближе к Джину и зажмурилась, стараясь унять волнение. Джин на это лишь хмыкнул и, положив руку ей на плечо, прижал ближе к себе. Кан опрометчиво села на краю, поэтому повернула голову в сторону, лишь бы не смотреть вниз.       — Мы ещё даже не начали, а ты уже дрожишь, — весело заметил Сокджин, — всё хорошо, перестань волноваться, я же тут.       «Я же тут» — эхом пронесло по голове. Эти слова были сказаны слишком ласково, поэтому Джухён не могла понять — билось её сердце так быстро от страха предстоящего или от слов Кима.       Она орала действительно громко, льнула к Джину, словно он — последнее спасение, и утыкалась куда-то в плечо, чувствуя ужасный страх.       Она вышла почти бледная, после чего глубоко вздохнула, ликуя, поскольку грёбаная пытка закончилась.       — Ну ты и трусишка, — хмыкнул Ким, аккуратно проведя рукой по её волосам.       Джухён надулась крайне прелестно, а Джебом захохотал, поддержав Джина. Ынха тоже смеялась, выглядела совершенно спокойной и радостной, в отличие от Кан, которая, кажется, пережила все ужасы, которые только можно было.       — Я не трусиха, — пробормотала она, приняв бутылку с водой от Ынхи, — просто было страшно, ясно? Ещё одна шутка — и я тебя побью, Ким Сокджин, ты меня слышишь?       — Это ты так флиртуешь? — дёрнул бровью Ким, явно над ней насмехаясь; Джухён подавилась водой, тут же начав ударять себя по груди. — Я, конечно, не против, малая, но не при людях же.       — Ким Сокджин!       — Да ладно, — перебил их Джебом, засунув руки в карман, — не стесняйтесь.       — Как давно вы встречаетесь? — поинтересовалась Ынха в тот момент, когда они наконец-то двинулись вперёд, к другим аттракционам.       Джухён насторожилась и покосилась на Джина. Не хотелось неловкости, поэтому лучше пусть отвечает на вопрос он. Иначе будет как в дорамах — скажут разные даты.       — Полтора года, — прочистив горло, ответил Ким, и Ынха кивнула.       — Чуть дольше, чем мы.       Офигеть, блин. Но почему-то они с Джином на пару не тянут — особенно на такую, которая встречается довольно-таки долго.       — Никогда бы не подумал, что у Джухён есть парень, — подал голос Джебом, и Кан усмехнулась.       Даже она бы не подумала — что уж говорить о других.       Джухён отчётливо помнила ту боль, которая принесла ей первая любовь — больше старалась в пекло не лезть, плыла по течению и отдалась учебе, увлечениям, работе.       Жить стало легче.       Словно ошейник, который стягивали, вдруг расслабили настолько, что она задышала глубоко, освободилась.       И ей нравилась эта беззаботность, которая, казалось бы, защищала, словно панцирь.       — Колючка, да? — Джин расплылся в довольной улыбке и нагло закинул свою руку ей на плечо, притянув ближе к себе и уткнувшись куда-то в волосы.       Тук.       Дыхание спёрло в ту же секунду.       Тук.       Задушенный вздох.       Тук.       Красные щёки.       Он её до невозможности смущал, и Джухён не знала, куда себя деть, чтобы скрыться от всего этого, потому что такой Джин нравился, заставлял думать о себе слишком много и словно бы под кожу залез, а ещё хуже — в сердце.       Нет.       Чёрт, нет!       — Офигеть, — присвистнул Джебом, когда заметил, что Кан правда покраснела, — я впервые вижу, как ты смущаешься! — он засмеялся громко, и Джухён больно уж захотелось провалиться под землю, а ещё лучше — врезать Ким Сокджину за его странные действия.       — Перестань, — шикнула она мужчине, который засмеялся.       — Ладно, всё, — Джин всё-таки отодвинулся от девушки.       — Ну что, идём дальше? — спросила Ынха, и Джин кивнул, сразу же схватив Джухён за руку.       — Как романтичные люди, пойдём на колесо обозрения? Поцелую тебя на самой вершине.       Ему нравилось дразнить и играться. Поддевать. Наблюдать.       Но смущение Джухён было другим: нереально милым и привлекательным. Он заметил то, как она незаметно скривилась и кинула на него взгляд: если-ты-не-перестанешь-то-тебе-конец, и он хмыкнул, потому что Кан ни капли не пугала — наоборот, смешила.       — Если вы хотите, то можно, — Джебом приобнял свою девушку, и она кивнула на его слова.       — Нет, не хочу, — покачала головой Джухён, а когда увидела непонятность в глазах напротив, исправилась, — мне просто неловко. Мы же не одни, — пробормотала Кан, потупив взгляд вниз.       — Хорошо-хорошо, тогда пойдём уже куда-то, я уже устал стоять, — сказал Джебом и, подхватив за ручку свою девушку, пошёл вперёд, а Джухён расслабилась.

***

      Ынха всё щебетала о том, каким хорошим выдался вечер — и каждый из них с ней согласился.       Они и вправду провели отличное время, повеселились и подурачились, как маленькие детишки.       Джебом и Джин в конце обменялись номерами, и Кан даже показалось, что сдружились, хотя это и казалось до невозможности странным.       Они уселись в машину, и Джухён сразу же включила печку, откинувшись на сиденье и устало прикрыв глаза.       Джин сел за руль и улыбнулся, глянув на неё.       — У тебя хороший друг, — признался Ким и завёл машину.       Джухён голову повернула в его сторону и кивнула на его слова — она была согласна на сто процентов с этим утверждением. Даже жалела, что не начала дружить с ним раньше — Джебом был приятным и располагающим к себе.       — Знаю, — выдохнула девушка. — Спасибо тебе за этот день, я отлично провела время.       — Всегда пожалуйста.       Ким сосредоточенно смотрел на дорогу, лишь изредка кидая взгляд в сторону Кан, которая о чём-то задумалась, глядя в окно.       Джухён говорила искренне — совершенно по-детски улыбалась и радовалась каждой мелочи.       Хотелось, чтобы она всегда так светилась.       Озаряла вокруг всё.       Не грубила, не хамила, а просто улыбалась — ему этого оказалось достаточно, чтобы поплыть.       Он едва сдерживал себя, чтобы не поцеловать ее куда-то — за ушко, в шею, в лоб…       — Скоро доедем? — спросила Кан и зевнула.       …в губы.       — Да, недолго осталось. Если хочешь, то спи, я тебя подниму.       — Не стоит, — покачала головой девушка и расслабилась ещё сильнее — почти что распласталась на сиденье. Джин на это весело хмыкнул. — Я не пушинка, так что до дома могу и потерпеть.       — Хорошо. Как скажешь.       — Завтра вечер у твоих родителей, верно? В качестве кого ты меня собираешься приводить? — задала она ещё один вопрос.       — В качестве кого тебе хотелось бы прийти? — задал он встречный, и Джухён как-то растерялась даже.       — Н-не знаю, — растерялась девушка. — Лучше ты мне скажи.       Джин снова глянул на неё и хмыкнул, сильнее сжав руль, из-за чего вены выступили на руках, Джухён тяжело сглотнула.       — Представлю тебя как подругу, устраивает? — Кан выдохнула с какими-то облегчением. — Мои родители знают, кто ты, — серьёзно проговорил Джин, и девушка поджала губы, — но ты не переживай, с ними поговорю я.       — Как считаешь нужным, — безразлично пожала плечами девушка.       Ей правда было всё равно. Просто не хотелось чувствовать себя не в своей тарелке и стоять истуканом, не зная, что отвечать на тот или иной вопрос. Да и стоит ли вообще открывать рот.       — Тогда просто доверься мне, я буду говорить, что делать.       Она, кивнув на его слова, снова прикрыла глаза.

***

      У Джухён началась самая настоящая паника: она пальцами сильно сжимала платье, дышала учащённо и постоянно кусала губы, из-за чего помада полностью стёрлась. Кан разочарованно выдохнула и достала ту самую, которую отдала ей Дахён по милости, после чего намазала. Девушка уговаривала себя перестать паниковать, хотя, честно говоря, выходила отвратно — дрожь в теле не утихала, а во рту пересохло.       Она нервничала.       Действительно сильно.       Не могла справиться с этим чувством.       Оно обволакивало с ног до головы и причиняло жуткий дискомфорт.       Это ведь не впервые, верно?       Всё пройдёт хорошо.       Пе-ре-жить.       Нужно лишь пережить этот грёбаный вечер — а дальше будет легче.       Ведь будет, не так ли?       Джин, сидевший на сиденье рядом, повернул голову в её сторону и дёрнул уголком губ — чувство, будто насмехался.       Ким замечал её тиски и какое-то задумчивое, раздражённое выражение лица. Однако сделать ничего не мог. Не понимал причину. А узнать, хоть и хотелось, но он не стал — тогда она зациклится ещё сильнее. Привяжется. Она ведь только об этом и будет думать, чёрт её дери.       Джин, тяжело вздохнув, резко — слишком неожиданно — накрыл своей рукой её. Джухён вздрогнула и повернулась в его сторону, непонимающе посмотрев на мужчину. Сердце в груди сделало кульбит.       Тук.       Аккуратно и мягко повёл пальцем по её костяшкам, выбив весь воздух из лёгких.       Тук.       Сжал ладошку несильно — почти нежно — и улыбнулся. Ободряюще. Совсем тепло. Джухён показалось, что от этой улыбки она согрелась изнутри. А что самое главное — смогла расслабиться. Потому что сейчас думала о руке, поглаживающей её собственную.       Тук.       Ким переплёл из пальцы, и Кан даже дыхание затаила, потому что это казалось невозможным.       В его жестах было столько щемящей ласки, что ей плакать хотелось, потому что слишком приятно. Слишком хорошо. Просто «слишком».       — Перестань так откровенно нервничать и паниковать, — он прошептал это, придвинувшись ближе и прошептав на ухо.       Он сжал её в своих объятиях, носом уткнулся в распущенные волосы и прикрыл глаза, явно наслаждаясь моментом. Так уютно.       От Джина пахло вкусно — всегда по-разному. Но тот неуловимый запах, словно бы всецело принадлежавший ему, был всегда рядом. Приятно щекотал носовые пазухи и вызывал привыкание. Такое же, как и сигареты. Слезть сложно. А Джухён даже не пыталась. Хотя стоило бы.       Она не должна была позволять проникать ему так глубоко — почти до рёбер — а то и глубже. Он поселился где-то внутри, перевернул привычный мир и заставил чувствовать себя нужной.       Кан не понимала его мотивов. Она ведь не могла ему нравиться?.. Кому врёт.       Джин — мужчина. Такой же, как и остальные. И он почти так же — исходя из её мнения — клюёт на красивое личико, что является вполне нормальным явлением.       Машина припарковалась слишком неожиданно, и Джухён очень хотелось бы поехать чуть дольше, потому что с Джином мягко и приятно. Потому что с ним комфортно и удобно.       Он выпустил её из объятий в ту же секунду и вышел из машины, после помог вылезти и Кан, которая долго тушевалась.       Кажется, было самое время сбегать. Желательно срочно и быстро.       Будь проклят этот грёбаный вечер, чёрт возьми.       Вокруг была суматоха, люди, которые выходили из разных машин, довольно-таки громко и открыто разговаривали, и Джухён сморщилась, потому что разговоры долбили по ушам, из-за того, что все говорили почти хором.       Просто сбежать.       Уйти.       Она, насмотревшаяся на многое, не надеялась на то, что Джин её пожалеет. Ему это, в общем-то, незачем делать. А информация всегда к месту, учитывая, что вся суматоха произошла благодаря её отцу…       — Идём, — раздался голос Джина, и Джухён пришла в себя, поспешно кивнув и последовав за мужчиной.       …которого лучше бы у неё и вовсе не было.       — Дахён уже приехала? — спросила Кан, когда они оказались в тёплом помещении и у неё забрали верхнюю накидку.       Она её надела, потому что знала, что будет холодно.       — Думаю, что где-то внутри, — подтвердил её догадки Ким и посмотрел на неё. — Мне нужно отойти к отцу на пару минут, поэтому поищи Дахён — она наверняка рядом с Юнги, а он, вероятно, рядом с алкоголем, — Джин ей улыбнулся, подмигнул и оставил одну.       Джухён не сдержала разочарованного вздоха, поправила платье ещё раз и повернулась, чтобы направиться внутрь, только врезалась в кого-то. На платье женщины разлилось шампанское, и она фыркнула, недовольно зыркнула на Джухён. Кан замерла, в ужасе смотря на масштаб катастрофы.       — Извините пожалуйста, — прошептала она, не зная, куда себя деть.       — Кто ты вообще такая? — недовольно спросила женщина, и Кан вмиг почувствовала себя неуютно. — Научись смотреть по сторонам.       — Но вы виноваты тоже. Зачем грубить? Я извинилась. Вы вообще смотрели в телефон, когда шли, а у меня, увы, глаз позади нет.       — Просто уйди отсюда, — прошипела она сквозь зубы, и Джухён, решив, что лучше промолчать, ушла.       Как и предполагал Ким Сокджин, его сестричка вместе с другом стояли рядом с алкоголем, причём выглядели они совершенно одинаково — даже взгляд, который буквально кричал: не подходи — убью.       Дахён, первая заприметив Кан, помахала рукой и подозвала к ним ближе.       — А где мой брат? — спросила девушка, заглянув за спиной Джухён.       Юнги кивнул ей в знак приветствия — Джухён отзеркалила его движение.       — Он отошёл поговорить с отцом и сказал найти тебя.       — Я тебя знаю недолго, но, судя по твоему выражению лица, что-то произошло, — подал голос Юнги и хмыкнул.       — Ты что, людей насквозь видишь? — иронично спросила Джухён.       Мин иногда пугал, потому что он чётко улавливал все чувства, выворачивал всё наружу и сканировал. Настолько точно — даже страшно становилось.       — Небольшое ДТП с какой-то неприятно женщиной, — махнула рукой Джухён, говоря как бы, что ничего страшного, хотя лицо её, исказившееся от одного воспоминания, выдавало с потрохами.       — Я не удивлена, — пожала плечами младшая Ким, оперевшись об Юнги, а потом продолжила: — тут все неприятные и противные змеюги. Потом покажи, с какой именно.       — Обязательно, — кивнула Джухён и сощурилась, резко вдруг вспомнив про спину Дахён. — Возможно, ты придёшь сегодня к Джину? Посидим, ты мне расскажешь про свою спину.       Джухён прекрасно заметила, как поменялась Ким — улыбка спала с лица, и девушка сглотнула, кивнув. Знала, что рано или поздно придётся рассказать. И уж лучше рано.       Юнги сжал её плечо и аккуратно поцеловал куда-то в макушку с щемящей нежностью.       Он Дахён любил как сестру. Оберегал её всегда. И Мину правда не хотелось бы, чтобы случилось нечто подобное, но, к сожалению, вмешиваться права не имел. Что говорить, если даже братья не могли ничего поделать, хотя у каждого сердце кровью обливалось.       — А вот и компания, — раздался голос Чимина.       Он одет был с иголочки, волосы красиво уложены набок и улыбка с вечно прищуренными глазами.       Джухён почувствовала его руку на талии, а потом поцелуй в щёку.       Такой нежный.       Губы его задержались на дольше, чем нужно было.       Замерла изваянием.       Очнулась только тогда, когда Пак уже отошёл, чтобы поздороваться с Дахён и Юнги.       Её сегодня, кажись, довести решили.       Она пробормотала тихое приветствие — сама себя еле услышала, но на большее способна не была.       Чимин ошарашил.       Облил ледяной водой и заставил проглотить язык.       Она забыла даже про тот случай — смотрела на Пака взглядом, полным неподдельного непонимания.       — Ну что, дамы? — Чимин игриво взял под руку Дахён, на что та закатила глаза. — Идём, а то остальные нас не найдут. Пройдём в главный зал.       Джухён понятия не имела, что за такой главный зал, но, как только оказалась в помещении, ахнула от размеров и оформления.       Обомлела.       Младшая Ким прошла к стойке, потому что заметила там Хэно. Джухён поняла, что она задумала и останавливать не стала. Чимин нахмурился, проследив за девушкой точно так же, как и Юнги, но никто ничего спрашивать не стал. Хорошо. Отлично.       Кан усиленно делала вид, что не знала, что происходило — смотрела по сторонам и нервно сжимала пальцы.       Взглядом наткнулась на Джина с девушкой, явно ниже мужчины. Она стояла спиной, поэтому Джухён не могли рассмотреть её лицо — смотрела в упор, почти прожгла дыру и сильнее вцепилась в ладонь, потому что отчего-то стало злостно и грустно.       Он смеялся. Касался. И не смотрел в её — Джухён — сторону, что рассердило девушку.       Джин обратит на неё внимание тогда, когда понадобится.       — Не хочешь выпить? — голос Чимина раздался словно из ниоткуда, и девушка сразу же перевела взгляд на парня.       — Давай.       Пак протянул ей бокал шампанского, который девушка в тот же миг осушила. Взгляд невольно упал на Джина, и Джухён поморщилась, в ту же секунду отвернувшись.       — Не так сразу, — Чимин усмехнулся и поставил пустой фужер на стол.       Кан показательно фыркнула — то ли из-за затянувшегося разговора Джина, то ли из-за наставлений Пака.       А может, всё вместе — трудно было разобрать, потому что злость овладевала ею с каждой секундой всё больше и больше, потому что разговор с той дамой явно растянулся.       — Идёт твой ночной кошмар, — хмыкнул Чимин, и Джухён будто бы кожей ощутила Ким Сокджина — того самого, из-за которого пару секунд назад сильно бесилась.       Она не шевелилась — девушку будто приковали к полу так, что не выбраться и не шелохнуться.       — Вспомнишь, чёрт, — пробубнила про себя девушка и всё-таки нашла силы повернуться.       — Кто бы говорил, — ответил Джин.       — Ладно, — Чимин кинул взгляд в сторону Хэно с Дахён, — пойду я заберу твою сестру, а то что-то мне это не нравится. До встречи.       Кан очень хотелось дать Чимину по лицу, потому что нельзя вот так резко оставлять её с Кимом.       Потому что дыхание в очередной раз сбилось, а сердце забилось чаще и быстрее — почти невозможно. Только она, словно мазохистка, продолжала смотреть в его глаза. Стойко выдерживала этот взгляд и почти не дрожала. Почти — ключевое слово.       — Ты злилась, — серьёзно сказал Джин, и Кан непонимающе нахмурилась.       — В смысле?       — Когда я стоял с девушкой — ты злилась, — слишком просто сказал он, — неужели ревнуешь? — усмехнулся Ким, и Джухён от одного только поднятия губ затряслась.       Признавать не хотелось. Вроде, не ревновала. Кажется. Девушка уже не была уверена ни в чём.       Она не могла понять себя сама — другие не смогут понять её чувства и подавно. Но отчего-то казалось, что Джин попал в самое яблочко. Достал её всё нутро, встряхнул, посмотрел и засунул обратно. И сказал чертовскую правду.       Ревновала.       Непонятно, по какой причине.       Не надо.       — Разбежался, — недовольно пробурчала Джухён, надеясь, что голос её не подвёл.       — Пусть будет по-твоему, — чересчур легко согласился мужчина.       Не в его характере.       Он отреагировал не так, как привыкла Джухён.       Это удивило безумно.       — Видишь того мужчину? — Ким Сокджин нагнулся к её уху, губами коснулся мочки — совсем ненадолго, видимо, случайно — но этого хватило, чтобы всё в животе перевернулось.       — Вижу, — выдохнула Кан, закусив до боли губу, потому что прекрасно понимала, на что намекал мужчина.       — Просто флирт, слышишь? И попытка добыть информацию.       — Я прекрасно тебя услышала, — ответила Джухён.       — Тогда вперёд.       Вперёд.       Хах.       А на что ты, чёрт возьми, надеялась?       Короткий вдох — Джухён сама не поняла, как смогла передвигаться и как так быстро оказалась около мужчины — ему на вид лет тридцать пять. Хорошо ухоженный и вполне себе симпатичный.       Пара улыбкой, фраз — вот что требовалось от Джухён. Это не составила особого труда, потому что повёлся — почти сразу же.       Он рассказывал что-то, касался пальцами обнажённой кожи, тем самым злил девушку, но она молчала, кивала, строила глаза.       И делала вид, что она ничего не понимала. Они говорили о мелочах — о быте, о погоде, но не о важных делах, потому что Кан строила из себя дуру. И у неё, кажется, получалось, потому что мужчина смотрел на неё с интересом.       Самым настоящим.       Только это, отнюдь, не было приятно.       Ей бы хватило интереса одного человека.       Джухён с мужчиной говорила долго — они пили вместе шампанское, мужчина расспрашивал о жизни, а Кан нещадно врала.       — Джехун! — громкий возглас, и мужчина отвернулся, радостно подскочил и поприветствовал того человека. — Нам есть, что обсудить, пройдём?       Джехун кивнул и взглядом пригласил за собой Джухён, которая, коротко, с улыбкой кивнув, последовала за мужчинами.       Джин, честно говоря, терпел.       По крайней мере, очень сильно старался.       Но он был взбешён, потому что Джехун трогал. И — уверен был Ким — без разрешения. Но Джухён хороша: глазки построила, а теперь её увели.       Сокджин сжал в руках бокал и тяжело вздохнул. Он был раздражён. Больше всего — из-за себя.       Потому что это оказалось сложно.       Потому что ему было непривычно.       Кан хотелось вернуть, поставить рядом с собой, чтобы никто не смотрел, не подходил и не касался — иначе руки отломает. Но Джин молчал, стоял, пустым взглядом смотря в ту сторону, куда увели девушку.       Он был уверен что Джехун ничего не сделает ей — знал его достаточно хорошо, поэтому не сорвался за ними.       — Сам себя сжираешь изнутри, — Дахён, эта маленькая паршивка, сладко улыбнулась, встав рядом с братом. — Отправил её, а теперь ревнуешь. Твоя вина.       — С чего ты взяла, что я ревную? — спросил Джин, и младшая Ким посмотрела на него.       — Ты бокал сжал до побеления костяшек — ещё чуть-чуть, и сломаешь, — ответила Дахён. — Глаз не сводил с неё.       — Я просто переживаю.       — Потому что она стала тебе небезразлична.       В яблочко.       Потому что Джухён стало чем-то большим и важным.       — Иногда ты меня раздражаешь, — закатил глаза Ким, желая перевести тему.       — Потому что тонко тебя чувствую, — со знанием сказала Дахён и отняла у брата бокал, пока тот его не сломал. — Ты знаешь Джехуна — он ей не сделает ничего, а тут хорошая возможность — она может подслушать из разговор. Почему ты решил, что он может что-то знать? — спросила младшая Ким, наклонив голову набок.       — Узнал, что он контактировал с одним из наших людей. Лишним проверить их не будет, согласись.       — Согласна на все сто процентов.

***

      Джухён утомлена. Ей скучно. Она впитывала разговор, как губка, хотя делала вид, что вовсе не заинтересована. Смотрела на ногти, осматривала помещение — если кратко, демонстрировала своё безучастие.       А потом, когда все закончилось, сладко попрощалась и вернулась в зал.       Её поймали за руку резко, развернули к себе и с неверием уставились, а Кан сжалась вся.       — Вы, — выдохнула Джухён и вырвала свою руку, сглотнув.       — Джухён, твой папочка знает, что ты тут? — он усмехнулся почти противно. — Так ещё и с Ким Сокджином. Следил за тобой, до сих пор не мог поверить, что это ты.       — Мне надо идти.       Совон снова поймал её за руку.       Джухён сжала кулак до побеления костяшек, но лицо её оставалось до ужаса спокойным, и мужчина, стоящий напротив, удивился её терпению, а потом гадко хмыкнул.       — Так что? Твой папочка знает, что ты с Джином? — усмехнулся мужчина, хватая её за руку.       Она была зла.       Безумно.       — Вас это не касается, — процедила девушка и вырвала руку, потирая запястье, на котором остались красные следы       Он хотел было уже что-то сказать, но Джин оказался рядом и посмотрел на него таким взглядом, что страшно стало даже Джухён, хотя к нему она уже привыкла.       — Если не уберётесь — пожалеете, — буквально прошипел парень.       — А вот и защитничек, — хмыкнул мужчина. — Вот Минджун удивится, когда узнает, с кем его доча завела роман.       — Я снова повторять не буду — убирайтесь отсюда.       — Передавай привет отцу, Ким Сокджин-ши, а то я его найти не могу. До встречи, Джухён.       Господи.       Кан тяжело вздохнула и закусила губу.       — Всё хорошо? — спросил Джин, обеспокоенно вглядываясь в лицо девушки, и та бегло кивнула.       — Я много чего узнала, — тихо сказала она, и Ким кивнул на её слова — сейчас Сокджина волновало не это.       — Хочешь домой?       Домой…       Как хорошо это звучало.       И Кан неуверенно кивнула.       Да, домой.       Джин прощался с друзьями в холле, пока Джухён отрешённо смотрела куда-то в пол.       Юнги с Чимином, попрощавшись, вошли внутрь; с остальными они уже простились, находясь в зале.       Кан не поняла, что случилось.       Она лишь услышала выстрел, содрогнулась всем телом, а потом быстро повернулась в сторону Джина, который свалился где-то около тумбочки.       Джухён, пискнув, подалась к мужчине и упала рядом.       Аккуратно уложила его голову на свои колени, откровенно паникуя.       Просто вздохни.       Глубоко.       Успокойся.       Джухён выдохнула как-то совсем пораженно, когда увидела на пальцах вязкую кровь, а голова закружилась моментально — осталось лишь вцепиться в тумбочку и стараться нормализовать дыхание и не упасть в обморок.       Она не знала, что делать — воздуха вдруг стало меньше, она прикрыла глаза и отвернулась.       Чёрт возьми.       Дура.       Даже помочь не могла ничем.       Слезы сами по себе капали, а Джухён мелко подрагивала.       Дверь открылась слишком быстро — около Джина оказался мужчина, который в срочном порядке приказал звонить в скорую — Джухён отвернулась и подняла телефон. Она уронила его, видимо, когда бежала к Киму.       Вокруг уже собралась толпа, которая, наверняка, пришла на звук выстрела. Дахён, увидев брата, кинулась прямо к окровавленному телу. Рыдала, прося отца помочь.       Кан не могла связать и двух слов — выходило что-то несуразное и непонятное, поэтому Чимин, оказавшийся рядом, схватил его, начав объяснять, что и как, и прося, чтобы скорая приехала как можно быстрее.       Джухён снова кинула взгляд на Джина.       В глазах всё ещё плыло, мутнело, и единственное, что увидела Джухён после этого — чёрное расплывчатое пятно.