Запретный плод сладок

Дрозеф Ордэр — охоч до знаний. Это безусловно хорошая черта, но порой любознательность играет с ним злую шутку. Его родители, в особенности отец, не то чтобы не поддерживали, всячески ограничивали в литературе, «мало ли, что он может там вычитать?!» А Джо всё не понимал причины запрета. То, что взрослые называли Тёмной магией, казалось таким загадочно притягательным и весьма практичным, скрытым пеленой таинственной злобы консервативными поколениями из-за своего страха ко всему неизведанному. В семье Ордэров эта тема жёстко табуировалась, как любой другой приличной семье, но всё равно в семейной библиотеке находилась парочка другая запретных книг, которые по неосторожности попадали в руки Джо. Первую книгу по некромантии, он нашел на нижней полке. Древний фолиант был весь в пыли и паутине, будто его не читали уже несколько столетий. Юноша, зная о последствиях, с невероятным предостережение оглянулся по сторонам, а потом только открыл книгу. Сердце его затрепыхалось в ту минуту, он впервые увидел возможности магии. Там было много заклинаний, рецептов, ритуалов. Один из ритуалов очень заинтересовал Джо, потому он решил забрать книгу к себе в комнату для полного изучения. Не зная, куда запрятать от глаз посторонних, он сунул фолиант под подушку, что было большой ошибкой. Через несколько дней его обнаружила мама. Книга была конфискована, но это полбеды. Родительница пообещала доложить всё главе семейства Амфелиусу, который нередко использовал физические наказания для воспитания младшего сына. — Мама, зачем же по пустякам беспокоить отца? Он человек занятой, а я честно больше книгу эту в руки не возьму, да и неоткуда больше брать! Кристен задумалась. Муж взаправду был деловым человеком, но всегда находил время для семьи. Чаще всего отвлекаться от работы приходилось из-за выходок младшего, а Кристен хотелось бы более теплых отношений между мужем и сыном. — Ладно, если ты настаиваешь, то я сама тебя накажу, — женщина села на кровать и приглашающе похлопал по коленям. Джо залился краской. — Мам, я уже взрослый для этого. — Поэтому ты занимаешься такими глупостями? Это не поведение взрослого человека. Последнее предложение или я скажу отцу. Иди ко мне. Делать было нечего. Джо с тяжёлым вздохом подошёл к матери, не зная, как лучше исполнить её приказ — лечь на колени. Пока подросток размышлял, Кристен перегнула худое тело через свои колени и спустила брюки вниз. За брюками последовали и трусы, отчего бедный Джо покраснел до корней волос. В первый раз мать шлёпнула своей холеной ручкой, но удар был настолько слаб, что бледно-розовый след моментально исчез с задницы. Зато юношу охватила новая волна стыда. Ему казалось, что он сейчас умрёт от этого гнетущего чувства. Видимо, ведя на чувство стыда расчет, Кристен продолжила наносить шлепки рукой, но прикладывая гораздо больше силы. Впрочем, Джо даже не пискнул, только мысленно умолял, чтобы мама прекратила эту пытку со смущением, шлепая его, как дитя малое, и взялась за что-нибудь посерьёзнее. Но мать продолжала шлепки рукой. — Тебе должно быть очень стыдно. Так и нужно. Запомни это наказание и вспоминай каждый раз, когда решишь взять ещё раз темномагическую книгу. — Ох, хорошо, мам, — согласился Джо, которого начали пронимать отнюдь не ласковые касания. По одному шлепки были безболезненны, но с каждым шлепком эффект накапливался и к пятнадцати уже чувствовалось жжение и зуд. — Зачем тебе эта книга? Ты не знаешь, что подобное запрещено? — после каждого слова прилетал болезненный шлепок. — Знаю, но мне было интересно, я же не собирался ничего из этого претворять в жизнь. — Это ты сейчас так говоришь, а потом начнутся ритуалы. Наконец, у Леди Ордэр начала болеть рука, тогда она стащила сына с колен и вышла из комнаты. Поначалу Джо ошибочно принял этот знак за окончание наказания, но через минуту мать вернулась с тяжёлой щеткой для волос. Юноша запаниковал. От шлепанья задница порядком порозовела и сильно зудела. Он убедился, что рукой тоже можно причинить боль, хоть и не такую серьёзную как ремнём или тростью. А расческа выглядела очень внушительно. Хлоп. Первый удар ожог левую ягодицу, второй — правую. Джо вскрикнул от неожиданности. Он уже жалел, что мечтал о смене инструмента для порки. Теперь он готов был умолять, чтобы мама продолжила шлёпать рукой. Кристен осмотрела два краснеющих пятна на ягодицах и, заключив, что ничего угрожающего здоровью не произошло, продолжила экзекуцию. Каждый последующий удар пробирал до мозга, а мать вдобавок неустанно рассказывала о тёмных магах, сравнивая их с нечистью. Ягодицы стремительно краснели, болезненно распаляясь всё сильнее. Когда число шлепков превысило 20, Джо начал утирать слезы, а на 30 полноценно разревелся. Стыд, зуд, жжение, острая боль смешались в чувство, которому нет названия, но от него хотелось рыдать и бесится, остаться одному и заботливой ласки матери одновременно. Он не выдержал и начал просить остановиться. Сердце Кристен обливалось кровью от этих просьб. Она начала успокаивающе поглаживать сына по спине, чтобы тот смог вести диалог. — Джо, если ты пообещаешь никогда больше не читать такие книги, то наказание твоё будет закончено. — Обещаю, что никогда. — Я знала, что ты хороший ребенок, — Кристен поцеловала сына в лоб. Джо не любил нарушать обещания, но ритуал по воскрешению мертвых так заинтересовал его, что он в первый же день выписал инструкцию про проведению этого ритуала. Он хотел пообщаться с прадедом по отцовской линии, который был профессором по Темномагическим искусствам. Он изучал это как научную дисциплину, но не использовал сам, однако даже этого было достаточно Джо. Обряд был несложным нужно было приготовить порошкообразную смесь из ингредиентов, которые, хвала Господню, имелись в поместье, прочесть заклинание на латыни и пустить свою кровь. Ещё приятным моментом было то, что было не нужно откапывать труп. Порошок можно было сыпать на землю, а после туда же капать кровь. Спустя три недели Джозеф решился на попытку воскрешения, выбрав день, когда отец задержится на работе до утра. Высоким уровнем латыни юноша не обладал, но читать вроде как умел, однако от волнения он путался в словах, потому заклинание было произнесено неправильно, отчего из земли вылезла рука, схватившая Джо за ногу. Юноша закричал от неожиданности и попытался вырваться из крепкого захвата. Порция порошка была слишком мала, поэтому труп снова слег, не успев вылезть из могилы. — Кто кричал? — спросил Амфелиус, который решил не задерживаться на работе. Джо смолк. Он не хотел, чтобы отец его нашёл, но свет от фонаря был достаточно ярким, чтобы можно было разглядеть силуэт подростка. — Джозеф, это ты? Не успел юноша ответить, как почувствовал, что его схватили за ухо. — Чем ты тут занимаешься? — спросил рассерженный отец. — Ничем, просто гуляю, ай. Больно. Тут взгляд мужчины зацепился за руку практически без плоти и ужаснулся. — Ты воскрешал мертвых? — отец сильнее сжал ухо. — Нет, ай! Да! — извивался юноша. Амфелиус потащил ребенка в дом ни на секунду не ослабляя хватки. Джо вёл себя тихо, потому что не хотел никого будить. — Снимай штаны и ложись на диван, — тихо скомандовал отец. Спорить было страшно, поэтому Джо безропотно повиновался. Он услышал шуршащий звук позади себя и безошибочно определил, что это… ремень. Без лишних разговоров Амфелиус нанёс первый удар. На попе тут же вспыхнула розовая полоса. Силы он не жалел: раз сам полез в это дело — отвечать будет сполна. — Ещё раз увижу, что ты занимаешься подобным — выпорю тростью, — сказал отец между резкими ударами. Джо уже заливался, а кожаная полоска раз за разом продолжала нещадно драть покрасневшие ягодицы. — Для существования мертвых ты отдаешь часть своей души! Ты думаешь своей головой? — отец подкреплял каждое слово ударом ремня. Джо шипел, иногда вскрикивая (когда новые удары ложились поверх старых полос) от боли, казалось, что его задницу разогревают на огне. — Я никогда… Ай… Больше… Ой… Так не буууудуууу! — взвыл волком юноша, когда количество ударов превысило число тридцать, терпеть было уже невозможно. Отсчитав ещё дюжину ударов, отец вдел ремень обратно в брюки. Мальчик сверкал ярко-красной напоротой задницей, жалобно всхлипывая в сгиб локтя. Поняв, что экзекуция окончилась, Джо натянул бельё со штанами и собирался уйти, как его окликнул отец: — Где ты узнал про этот ритуал? Книга должна быть у меня на столе через пять минут. — Её мама забрала, а ритуал я по памяти производил. — Ах по памяти! — пуще прежнего рассердился отец. — То есть ты мог пострадать перепутав что-нибудь! Амфелиус снова начал вытаскивать ремень из брюк. Джо резко рванул вверх по лестнице. Мужчине очень не хотелось после трудного дня гоняться за глупым мальчишкой, поэтому разборки он решил оставить на утро.