Звезды никогда не погаснут

Утро началось с того, что Панси и Блейз накинулись на парней с вопросами, где они были. Так как и Гарри, и Драко сразу предались сну, как только вернулись из своего небольшого ночного путешествия, то времени придумывать свою отговорку у них не было. Поэтому они без зазрения совести воспользовались словами Гермионы. Рассказав историю о том, как их в коридоре поймал Филч и заставил убираться в Зале, куда он, надо отметить, допускал не всех провинившихся, они не слишком надеялись, что это будет звучать убедительно. Но к их удивлению, Блейза и Панси такой ответ вполне удовлетворил, и они больше не поднимали этот вопрос. Правда, Блейз в течение дня пускал шутки насчет их совместной ночной прогулки, раздражавшие обоих парней, хотя они и не были лишены основания. Гарри и Драко, начиная с того момента, как они все вместе встретились перед завтраком, избегали любых взглядов и тем более случайных прикосновений. Со стороны могло показаться, что они просто игнорируют друг друга. Да, такое предположение можно было бы назвать верным, если бы вы были плохо знакомы с ними. Но те, кто находились с парнями почти всегда, не чувствовали обычного и даже привычного для них напряжения. Скорее, неловкость. И как раз это новое ощущение заставляло чувствовать себя неловко не только самих Гарри и Драко, но и окружавших их людей. — Что за странная атмосфера? — был первый вопрос, который задал Блейз, как только их увидел. Естественно, в его голосе слышалась насмешка. Его проигнорировали, поэтому он обиженно надулся. — Ну не расстраивайся, Блейз, — раздался тягучий голос подошедшей Панси, — просто никто не хочет давать глупые ответы на глупые вопросы. Парень усмехнулся. — Ты как всегда крайне дружелюбна. — Что есть, того не отнять. — Точно, — вновь усмехнулся он. — Моих слов это не отменит. Но признайся, ты ведь тоже это чувствуешь. Девушка пожала плечами, не давая однозначного ответа, взгляд ее упал на часы. — Если мы сейчас же не пойдем в Зал, то не успеем на завтрак. Панси взяла стоявшего ближе всего к ней Драко под руку и, оставляя остальных, поспешила вперед. — Нам тоже стоит поторопиться, — сказал Блейз, смотря вслед уходившим. — Если ты переживаешь, что наши места займут, то не стоит, — усмехнулся стоявший немного в стороне Гарри, но все же пошел следом за парнем. Есть хотелось необычайно сильно. Ко всеобщему удивлению, за завтраком было много людей. «Интересно, что сегодня за событие?» — подумал Гарри, опускаясь на скамью. — Завтра будет игра по квиддичу, — накладывая в тарелку яичницу, ответила на его немой вопрос Гермиона. Парень, казалось, привыкший к проницательным способностям подруги, не мог еще раз им не удивиться. Иногда ему казалось, что она видит его насквозь. — Впрочем, может так и есть… Девушка внимательно на него взглянула и усмехнулась уголком губ. «Нет, ну точно». — Да, я тоже об этом слышал. МакГонагалл решилась провести несколько матчей, даже несмотря на сложившуюся ситуацию, — серьезно произнес Блейз, взглянув на преподавательский стол. Гарри сделал тоже самое. Рядом с директором сидели профессор Спраут и Джордж, Слизнорт же — чуть в отдалении. Видимо, во время ночной беседы выяснились еще одни, совсем не утешительные для него факты. Поэтому сейчас он сидел и самым несчастным выражением лица ковырялся ложкой в каше. Гарри хмыкнул и взглянул на МакГонагалл: лицо ее было сосредоточенно, губы сжаты. Они пересеклись взглядами. Парень слегка кивнул головой и отвернулся. «Может мне показалось, но было ли это предупреждением?» В направленном на него секундном взгляде и правда можно было уловить едва заметное предостережение. Такие детали обычно замечают лишь те, кто заинтересован в их обнаружении или слишком на них зациклен. Гарри вздрогнул. Неожиданно он почувствовал нечто, захлестнувшее его в лесу прошлой ночью, правда, не такое сильное. Это чувство было схоже с возникающей из неоткуда и нарастающей тревогой. Тогда тебе становится страшно не потому, что ты чувствуешь его, а потому, что не знаешь, откуда оно появилось. Он замер, уставившись в тарелку. «Опять? Что это, черт возьми, такое?» То, что он обычно чувствовал до этого, он называл «предзнаменованием чего-то плохого». И действительно, вскоре после таких «минут провозвестий» всегда происходило нечто неприятное, а иногда даже ужасное. Видимо, за столько лет случавшихся с ним несчастий у Гарри выработалось нечто вроде предчувствия. Но в этот раз все было по-другому. Это новое ощущение пробирало до костей даже здесь, в школе — самом безопасном для него на данный момент месте. Напоминало оно только одно — войну. «Что же должно произойти?..» Он пришел в себя, когда его начали трясти за плечо. — Гарри. Сидевшая рядом Гермиона, прищурившись, рассматривала его лицо. Парень поднял голову — на него обеспокоенно смотрели три пары глаз. — С тобой все хорошо? — осторожно задала вопрос Панси, чуть подавшись вперед. — Да, все нормально. Гарри мельком взглянул на Драко. По лицу блондина было понятно, что он его совсем не убедил. И если бы он всмотрелся в лица остальных, то понял бы, что и их тоже. Но сейчас, собрав всю свою волю воедино, парень принял беспристрастный вид и начал неторопливо есть яичницу. Панси, Блейз и Драко, внимательно его рассматривавшие, перевели озадаченный и вопрошающий взгляд на Гермиону. Приоткрыв ранее плотно сжатые губы, она отправила в рот яичницу и даже не взглянула на сидевших напротив. Сейчас девушка была сосредоточенна на мыслительной деятельности, и ничто не смогло бы ее отвлечь от этого. — Кажется, нас целенаправленно игнорируют… — Тебе не впервые это чувствовать, Блейз. — Тебе вообще-то тоже, — фыркнул он и взял еще несколько пирогов с патокой, чтобы заесть свое возмущение. Когда все поднялись со своих мест, Гермиона тронула Гарри за плечо, делая знак, что им нужно поговорить. Они вышли из Зала и незаметно для остальных повернули в другую сторону — против потока учащихся. Оказавшись у выхода, Гарри толкнул дубовые двери. В молчании они добрались до берега и не спеша пошли вдоль него. В какой-то момент парень остановился. Гермиона, ушедшая немного вперед, обернулась. Гарри стоял, устремив невидящий взгляд в темные из-за отражавшихся в них туч и не покрывшиеся льдом воды озера, холодный ветер дул прямо в лицо, спутывая волосы. В какой-то момент парень механически поднял руку, чтобы убрать мешавшую прядь, но на полпути остановился и медленно взглянул на свою ладонь: она тряслась так сильно, что управлять ею было почти невозможно. Взгляд его постепенно стал осознанным. Все так же держа перед собой руку, он повернулся к внимательно следившей за ним девушке. Кожа его была необычно бледна, и весь он пугающе хорошо вписывался в окружавшую их предштормовую обстановку. Гарри посмотрел прямо в глаза подруге, и та внутренне дрогнула. Уже несколько месяцев она не видела у него такого взгляда, полного боли и безнадежности, и вот сейчас они снова наполняли потускневшие зеленые глаза. — Мне страшно, Гермиона. Мне очень страшно… Девушка печально смотрела на друга. — Я думал… Нет, я надеялся, что это ощущение меня покинет и больше никогда не вернется. Но нет, оно снова здесь… Он сделал несколько нетвердых шагов вперед, останавливаясь прямо перед Гермионой. — Снова рвет душу на куски, заставляет сердце сжиматься в страхе. Слова с трудом давались ему. Все тело вдруг стало тяжелым, обессиленный, он обхватил девушку руками и крепко вцепился, уткнувшись лицом в ее плечо, совсем как ребенок. — Все опять повторяется, Гермиона… Все это — какой-то замкнутый круг… Она чувствовала прорывавшиеся сквозь слова, но так старательно сдерживаемые слезы. Девушка обняла Гарри, одной рукой гладя его по голове. — Я знаю, Гарри, я знаю. Это были единственные слова, сказанные Гермионой в тот момент. А нужно ли было говорить что-то еще? Еще долгое время они так стояли, больше не проронив ни единого слова, невидимые для других благодаря заранее поставленному девушкой заклинанию сокрытия… — Вы где были? — с негодованием воскликнул Блейз, как только увидел в кабинете ЗОТИ сидевших с самым невозмутимым видом Гарри и Гермиону. — Решили прогуляться. — Вместо Заклинаний? — Да. — Значит, тебе все-таки не пришлось врать, — с некоторым приятным удивлением произнесла Панси после небольшой паузы, обращаясь к Драко. Гарри приподнял бровь и взглянул на блондина. Тот хмыкнул и отвернулся. — Не пришлось. — А зачем т… Не успела Гермиона задать вопрос, как в кабинете появился Джордж и приступил к уроку. На самом деле, несмотря на свою совсем недавно случившуюся слабость, Гарри тоже заинтересовался этим вопросом. Что такого рассказал Драко профессору Флитвику? И для чего? Парень даже заметно оживился, что не могло не порадовать Гермиону. — Итак, — начал профессор Уизли, — сегодня мы поговорим об инферналах… Занятие пролетело незаметно. Как только прозвенел колокол, зашуршали свертываемые пергаменты, все поспешили на следующий урок. Гарри собрал вещи и тоже собрался было уйти, но тут его подозвал Джордж, махнув рукой Гермионе, чтобы та подождала снаружи. Как только последний ученик скрылся за дверями, он осмотрел Гарри проницательным взглядом. — Что-то случилось? Гарри молчал. С одной стороны, Джордж был преподавателем, и было бы как-то неловко обсуждать с ним свое эмоциональное состояние, но с другой… Он смог бы его понять. Кто, как не он. — Знаешь, — неожиданно продолжил Уизли, как только Гарри приоткрыл рот, — сейчас ты скажешь, что все хорошо, даже если это не так. А это не так. Ты знаешь, мне всегда прекрасно удавалось понимать чувства других людей, хоть я и не всегда это показывал. Можно сказать, я эмпат. Он замолчал и некоторое время просто смотрел на Гарри. — Тебе страшно, — тихо, но четко выговаривая слова, продолжил он. — Кажется, будто ты стоишь на краю пропасти, и все зависит только от ветра: будет ли порыв достаточно сильным, чтобы скинуть тебя? Но этого не происходит, а ты все его ждешь. И боишься. Ты не хочешь, чтобы все повторилось, думаешь: «Нет, только не это. Только не снова». Я прав? Последний вопрос был лишним. Гарри стоял, потупив взгляд. — Да, — выдохнул он. Джордж сжал его плечо. — Выбросы накопившихся эмоций абсолютны нормальны, Гарри. Они помогают избавиться от тяготящих ощущений. Хотя бы на недолгое время… — добавил он тихим голосом, как будто обращаясь к другому человеку. — Спасибо, Джордж. Парень кивнул головой, поспешив оставить профессора наедине с самим собой. «Джордж всегда был внимательным к деталям, но после смерти Фреда это переросло во что-то большее». Гермиона ждала его возле дверей. — Все нормально. — Рада это слышать. — А остальные? — Сказали, что неизвестно, насколько тебя задержат, и решили пойти вперед. — Ясно. Остаток дня прошел вполне спокойно: занятия закончились, Гарри более или менее пришел в себя, заметно просветлел. Остальные втайне были довольны наладившейся обстановкой, но делали вид, что обижаются на то, что им ничего так и не объяснили. На ужин подали запеченную курицу, не такое частое блюдо, поэтому всеобщее настроение стало еще лучше. Едой наслаждались в тишине, которая, однако, вскоре была нарушена. — Что-то сегодня Рона не было видно. — И правда, — грустно протянул Блейз. — Куда же пропала наша лисичка? Он осмотрел стол Гриффиндора, но его там не оказалось. — Рон никогда не пропускает приемы пищи, — задумчиво произнесла Гермиона. Тут, как будто в ответ на эту реплику, двери Зала распахнулись, и появился тяжело дышавший Рон, который тут же направился прямиком к столу преподавателей. — Легок на помине. — Но что-то не так, — Панси с беспокойством проводила его взглядом. — Совершенно. Парень, стоя перед профессорами, уже что-то взволнованно говорил директору. По мере его рассказа губы МакГонагалл становились все тоньше, лицо — суровее. Как только Рон закончил, она поднялась со своего места. — Старосты, — произнесла она, сдерживая свое негодование, — немедленно проводите своих подопечных в гостиные факультетов! По Залу пронеслись шепотки, плавно переросшие в гул. — Что случилось? — Еще одно исчезновение. — С чего ты взял? —Посмотри на его лицо, тогда сама все поймешь. Драко кивком указал на стоявшего рядом с директором Рона. И правда. Он был бледным, руки его слегка дрожали, да и весь внешний вид говорил о том, что день у него был совсем не легкий. Блейз сделал было несколько шагов по направлению к нему, но Гарри схватил его за руку. — Отпусти. Я должен сейчас пойти. — Ты не сможешь. Его еще долго не отпустят. — С чего ты это взял? Гарри повернул голову и, не отрывая взгляда от гриффиндорца, произнес: — Потому что Рон видел, что произошло.