Ангел, я не шутил.

***

13:56 Антон: Привет, Дима, передай Серому, что всё хорошо, я жив, он почему-то не отвечает. У вас всё в порядке? 14:43 Антон: Ау. Что произошло?

15:22 Дима: Антон, всё норм, я занят на пару дней, как минимум.

«Ну, главное, что он жив» — подумал Шастун. Стук в окно, кто же это, как не Ка… Арсений?  — Привет, ангел! Как твоя ЖИЗНЬ? — Он сделал акцент на последнем слове. — Издеваешься? — О, а где здрасте? — Здрасте! — Да, издеваюсь, мне, просто , скучно. — А где твоя сестра? — Где-то тусит, ещё с утра. Слушай, я ж почему к тебе пришёл? Хочешь я тебе одно место покажу? — Зачем? — Чтоб ты понял, что Ад — это не только грязный, вонючий город, в котором разврат и совокупление по углам — норма, что есть нечто большее. — Ну, раз так, то… — Отлично. Летать умеешь? — Спросил ты у ангела. — Антон посмеялся. — Не, ну мало ли. Тебе нужно пошевелить крылëнками. Сначала, летели они прямо по этому гнилому городу, но потом Арсений предложил набрать высоту.  — Зачем? — Чтобы не врезаться. Этот аргумент был принят и Антон последовал примеру Арса. Они подлетели к огромной стене, как потом оказалось — к границе. Она была полу-прозрачная, за исключением разноцветных пятен, как машинное масло на воде, а за ней был огромный город, Антон не нашел лучшего сравнения, чем Нью-Йорк, да на уроках географии он спал.  — Что это?  — Граница, её могут пересекать только демоны. — Ну тогда у меня вопрос… — Подлети ближе ко мне. — Арс прижал его к себе, разогнался и придав крылья форму кокона, по инерции пролетел стену. Они были на достаточной высоте, чтобы, раскрыв крылья, продолжить полёт и не упасть. — Вау. — Единственное, что сказал Шастун. — А что будет с грешником , если он туда попадёт? — Эффект, как от кислоты: боль, сильный ожег и так далее. — А как ты пробрался сюда? Это ведь уже не территория демонов? — Я тут, просто, очень давно, у меня много полномочий. — Понял. Летели они долго, у Антона уже ныла спина, но ему было интересно, что кроме огромного города тут ещё есть. В далеке показался замок, перед тем как его пролететь, они снова набрали высоту. Стали снижаться около огромного обрыва, стало жарко, но к температуре Ангел быстро привыкал. Они приземлились, Антон начал разминать ноги, пару раз чуть не упал, рассмешил этим Арсения. Вот он край, а там, внизу было огромное озеро лавы, которая сильно бурлила.  — Вот это да… — Сказал, ошарашенный Антон. — Нравится? Сюда можно приходить только высшим, да и они забыли об этом месте… Последние годы здесь только я, наедине со своими мыслями. Это, можно сказать, моё место уединения, моё укрытие от всего мира. — Очень красиво, но почему ты позвал меня? — Не знаю, мне, просто, кажется, что тебе можно доверять. Ты хороший, Антон, если моё чутье меня не подводит. — Он ухмыльнулся, а Антон улыбнулся непроизвольно и немного глупо. — А почему именно здесь? — Здесь… я позже расскажу. — Конечно. Они сидели и глядели вдаль. В аду нет дня и ночи, уличный свет всегда тусклый.  — Смысла нет уже давно… Начинать сначала. Миру, в общем, всё равно, Поясняй сначала. Вскоре, все тебя забудут, Что ты был такой, Плакать, может и не будут, Как уйдешь ты на покой. Скинуться с миру по нитке И закажут гроб, Ксенотаф обожаю плиткой, Купят тот дешевый рот… Никогда не думал о смерти? Мы уйдем все в похожий сток. И засохнут на кладбище ветки, С табличкой: «здесь будет цветок» — Красиво. А кто автор? — Я… Это, можно сказать, мое увлечение, только не говори никому! Ты единственный, кто знает. — А почему? — Засмеют или чё похуже, это же бабское увлечение… Я доверял всегда такие вещи сестре, но я боюсь и её непринятия. — Антон, параллельно с разговором, думал над словами Кати и рассматривал руки, лицо и шею Арса, попутно находив всё больше новых шрамов. — Я бы никогда не смеялся, я люблю творчество. — Правда? — Да, и думаю, Катя тебя поймет. А откуда эти шрамы? — Мои? Эм… Это долгая история… И мы здесь, что-то,задержались . Пойдём, я помогу пересечь границу, а дальше справишься? — Да, конечно... Находясь дома, Шастун думал, а вдруг он зря спросил? Они странно реагируют на вопросы. Ну да, Антон, ведь не каждый захочет говорить об отце, который избивает или, судя по шрамам, подвергает пыткам. А вдруг, ему нужна помощь? Но чем помочь ? Здесь беззаконие, думаю, что на защиту никто не встанет.

***

На следующий день, снова прилетел Арсений, но они уже никуда не летели, они были у Антона, пили чай, а Арсений приносил целые сборники стихов, рассказов, песен, музыки, рисунков, даже сценариев, которые успели накопиться за жизнь. Так они проводили время, а иногда к ним присоединялась Катя, но не всегда. Вопросов, по поводу новых и старых ранений , Демоны избегали. И, вроде, всё - Антон нашёл вторую жизнь, понял, что демоны тоже способны на прекрасное, что они могут раскрыться. С тех пор, Арс, будто расцвëл, но всё не так просто.

***

Ранним утром Ангел проснулся от стука в дверь. Вау, эти демоны знают, что такое культура! Но за дверью оказался отнюдь не Арс и не Катя, а рогатый парень, со странными по форме чёрными крыльями. Выглядел он так, словно жизнь его не на шутку потрепала. Злым был, до-жути злым. — Ну, здравствуй, я так понял, что с тобой можно мирно побеседовать. — Он сжал дверной косяк, с такой силой, что тот треснул. — Обо всём высказаться можно. — Ну, наверное... — Антон был не на шутку напуган. — А вы кто? — Я? Смешно слушать! Ты не знаешь кто я?! — Нет, я не знаю кто вы... — И брата не знаешь? — Нет! — Врешь ведь, паскуда! И всё было бы плачевно, если бы не Арс, который ворвался в окно и прижал сумасшедшего к стене. — Паша, блять! — Закричал Арсений. — Не мешай, птичка певчая, с тобой разберутся дома! А теперь, давай, покажи нам свои способности! Не можешь? А так? — Паша схватил Арса за крылья и стал выворачивать их, но ничего не менялось, Антон понял, что нужно помочь, он подбежал к Демону ударил его, пытаясь оттащить. — Вау, у кого-то есть лишние крылья? — Одним движением руки он откинул Шастуна в сторону. — С тобой, мясо, потом разберусь! Вдруг, крылья Арсения стали больше, заставив отпустить его, появились острые зубы и выросли рога. Антон лежал неподвижно, на полу, он был наполовину без сознания, но видел происходящее: драка, кровь, они были, как дикие, голодные животные, которых выпустили на арену. И вот, Арсений сидит, побежденный , на полу. Из его правого плеча рекой сочилась кровь, но было ощущение, что ему не больно, а больше обидно и (стыдно?). — Вот видишь, Арсений, ты слаб, уже лучше, но слаб. Ты, сын Сатаны, должен быть жёстким, а не любоваться природой и писать стихи. Твоя сестра, и то, этим не занимается! Арс, ты - позор семьи! Как только ты стал наследником? Посмотри на себя, сидишь, в собственной крови и... Рыдаешь? Неужто тебе больно? — Паша сплюнул кровь и ушёл. Арс сидел на полу, смотрел на Антона, который ещё не до конца очухался. Сначала, всё было спокойно, но потом , Арсений стал задыхаться и кашлять. Антон нашёл в себе силы подняться, но смысл? Он не знал, что делать. В дом влетела Катя и присела к Арсу, похлопав его по спине. — Держись, братишка, ты выдержишь, это он тебя специально хочет выжить. Держись. — Она гладила спину брата и что-то ещё шептала ему. — Что... Это было? — Наконец, частично, отойдя от шока, произнес Антон. Арсений перестал кашлять и сказал хриплым голосом: — Бхрат, а остальное ты слышал сам... Да, мы тебя обманывали, но не злись, прошу, на то... — Были причины, я понял... Так вы - дети Дьявола...Мефистофеля... Самуэля... Сатаны... — Мы поняли, да, именно так. Антон, мы, наверное, полетим домой. — Нет, тебя сегодня не ждут. — Вздохнула Катя. — Я прилетела убедиться, что ты жив, отдать аптечку, Антон, можно он тут побудет? А с раной... — Без проблем! Я врач, я справлюсь. — Спасибо. Катя улетела, а Ангелу предстояло "вспомнить всё " и облегчить страдания Арса. — Хорошо, сначала промоем рану. Тебе помочь раздеться? — Арс посмотрел на Антона, затем на рану, снова на Антона. — Согласен, вопрос был глупый. Когда Антон стягивал рубашку, он заметил, что Арсений прикрывает локтем левой руки бок. Ангелу пришлось силой отодвинуть руку и, когда Арс поддался, Антон увидел два огромных шрама, рядом друг с другом. — Что это? — Антон занимался раной и, не отвлекаясь задавал вопросы. — Шрамы... — Вижу, не тупой, но откуда такие? — От отца... — Подробнее? — От рогов отца... — Это он рогами сделал? — Да.. Аааай. Сшшш. — Он зашипел и сморщился от боли, когда Антон стал заливать рану местными антисептическими средствами. — А эти? — Шастун осторожно, словно боясь сделать больно, прикоснулся к бывшим ожогами возле оснований крыльев. — Эти... Обряд есть, нас - высших, в детстве кидают в бассейн с лавой, чтобы узнать, додумаемся ли мы свернуть крылья коконом и выдержим ли испытание. Я, как видишь, оказался не самым крепким. — Почему вы с братом так ненавидите друг друга? — Это долго, но... Вкратце, он завидует мне, ведь я наследник.